Мужчина в убыток глава 9

9


И Тая ждала. Ждала, когда Кирилл разведётся с женой, когда сделает ей предложение и когда они поженятся. Но то ли у Кирилла были другие планы, то ли звёзды как-то не складывались в нужные небесные руны, обещавшие соединение их судеб, но время шло, а ничего не происходило. Вернее, что-то всё время происходило, но совсем не то, что Таисии хотелось бы…
На Новый год Кирилл уехал в свой родной город, как и собирался. Кроме жены и сына, там проживали его родственники: мать, отец и семья сестры. Тая помогла ему выбирать для всех подарки, обойдя для этого не один магазин в городе, куда они съездили накануне его отъезда.  Вернувшись после каникул на работу, Кирилл выглядел грустным и подавленным. 
- Что-то случилось? – спросила Таисия, увидев его таким в первый учебный день.
- Да так… потом… - отмахнулся он и кивнул на находившихся в учительской двух преподавателей, что-то живо обсуждавших, поэтому не обративших на них никакого внимания. – Приходи ко мне после уроков, - успел он ей шепнуть и ушёл в свой кабинет, откуда не выходил до конца уроков.
Тае очень хотелось встретиться с Кириллом, но идти к нему она боялась как никогда ранее. Нина Ивановна, зная теперь тайну дочери, не раз начинала с ней воспитательный разговор, пугая сплетнями и всеобщим осуждением, и надо сказать, что здорово преуспела в этом. Таю пугала огласка их с Кириллом связи. Сельские пересуды пострашнее хлыста – так ударят, что не оправиться, а у неё дети, да и родители никак не заслуживали позора, связанного с единственной дочерью.
Но что было делать – надо же было поговорить с Кириллом, а в школе им, как назло, не удалось это сделать ну совсем никак: все будто сговорились сегодня – крутятся в учительской, болтают, чаи распивают... Устроили тут клуб какой-то, злилась Тая на коллег, не дающих ей пообщаться с Кириллом. В его кабинете тоже всё время были ученики, соскучившиеся по преподавателю за время каникул. Он был любим школьниками, особенно старшеклассниками за то, что вёл себя с ними непринуждённо – мог пошутить, не боялся быть неформальным, и умел неординарно и интересно подать даже самую занудную и сложную тему.
Забрав Настю с Ваней с продлёнки, Тая проводила их до дома и, разогрев детям обед, сказала, что ей надо посетить одного из учеников и ушла. Подобные визиты были в порядке вещей, ведь Тая подрабатывала репетиторством, поэтому дети к ним привыкли, как привыкли и оставаться дома одни на пару часов до прихода бабушки или дедушки.
 Только в этот раз Тая мчалась домой не к ученику, а к любовнику. Выйдя на улицу, она порадовалась, что темнело сейчас всё ещё не поздно, хотя день и начал уже прибывать.
Лёгкий морозец отдавался лёгким скрипом снежка под Таиными шагами, спешно приближавшими её к заветному дому.  Она проскользнула в калитку, предусмотрительно оставленную Кириллом открытой, и быстро взбежала на крыльцо.
- Привет, милая! – прямо на пороге она оказалась в тёплых и крепких объятиях Кирилла.
- Привет, привет, - запыхавшаяся Тая прислонилась к стене, переводя дух.
- Проходи, давай сюда пальто… Я так соскучился, родная… - шептал Кирилл, целуя её щёки, губы, шею, пытаясь снять с неё пальто, не давая при этом выскочить из своих объятий и не приемля её возражений или отказа.
Тая тоже соскучилась по любимому, по его ласкам и поцелуям, но даже сквозь негу наслаждения в её голове звучали настойчивые вопросы, которые ей хотелось задать Кириллу.
Он пошёл в комнату, крепко держа её за руку, и она шла, увлекаемая им, а за ней следом по полу тащилось длинное пальто, оставшееся надетым только на одну руку, и расстилался белый вязаный шарф, слетевший с её шеи.
– Скажи же уже наконец, удалось вам с женой решить вопрос развода? – спросила она спустя некоторое время, собирая разбросанную по полу одежду.
- Тая, милая, ну что ты! - раздражённо произнёс Кирилл, наблюдавший за ней, облокотившись на подушки. – Такой момент испортила…
- Так решили или нет? – в Тае вдруг поднялась волна досады. – Ты что, сказать не можешь - да или нет?
- Нет! – выкрикнул он и со стоном упал на подушки, а потом быстро вскочил и начал одеваться.
- Как это нет? – в недоумении спросила Тая и села на кровать.
- Ну так – нет и всё! Она уехала, нет её в городе… И Дениску тоже увезла, я сына так и не увидел, - вздохнул Кирилл.
- Насовсем уехала? – поинтересовалась Тая.
- Нет, в отпуск к родне отправилась, - равнодушно пожал он плечами.
- И что теперь? – Тая почувствовала, как обида стучится слезами наружу. 
- В следующий раз поговорю, - прозвучал его спокойный ответ.
- Ясно…
Тая вдруг ощутила навалившуюся на неё усталость и ей захотелось прямо в эту секунду оказаться дома, где было её уютное пространство, защищённое от всех внешних угроз. Она быстро оделась, схватила пальто и повертев его, долго пыталась попасть в рукава, пока ей не удалось это сделать.
Слёзы обиды застилали глаза, создавая оптический эффект маленьких линз, и когда она наклонилась, чтобы поднять шарф, они наконец прорвались наружу и крупными каплями потекли по щекам.
- Тая, Тая, куда ты? – Кирилл пытался её задержать, но она оттолкнула его, быстро обулась и выскочила на крыльцо, на ходу закручивая вокруг шеи шарф.
Скользя и спотыкаясь на дорожке, она наконец оказалась за воротами, где столкнулась нос к носу с соседкой Кирилла, которая шла к нему с литровой банкой молока и миской с яйцами. 
- Ой, ой, что это вы! – воскликнула женщина, которую Тая, а за ней и Кирилл чуть не сбили с ног. – Кирилл Афанасьевич! Вы за молочком, наверное, а я вот сама решила Вам занести… - проговорила она, внимательно оглядывая гостью соседа.
Тая пробормотала что-то, похожее на извинение и прощание одновременно, и быстро пошла прочь. Пока добралась до дома, успела вдоволь нареветься, ругая себя за опрометчивое решение пойти сегодня в тот дом, потом начала продумывать возможные варианты развития дальнейшей истории их с Кириллом служебного романа.
Об этом же она думала и полночи, проведённой без сна, почти поругавшись вечером с родителями, пытавшимися выведать у дочери причину её плохого настроения и заплаканных глаз.
На следующий день Кирилл, появившийся в школе только к третьему уроку, пытался что-то объяснить Тае, но нормально поговорить им не удалось. Сначала всё время кто-то оказывался поблизости, а как только у неё закончились уроки, она, не оставив детей на продлёнку и старательно избегая встречи с Кириллом в коридорах школы, поспешила уйти домой.
Это больше было похоже на побег. Побег из ловушки иллюзий, в которую она наивно угодила, но самое главное, это был побег от правды, унижающей и уничтожающей надежду, которая медленно умирала в её сердце.
Работая в одной школе, они, конечно же, не могли не встречаться и виделись каждый день, но всё было иначе, чем раньше. Не было мгновенных, но страстных переглядок за спинами коллег, улыбок, брошенных вслед друг другу. Кирилл не проявлял теперь свою обычную настойчивость и не пытался заключить её в объятия, даря горячие поцелуи при первой же возможности, когда никого не было рядом. Раньше он использовал для этого даже секунды, а сейчас расстояние в один-два стола не преодолевалось и за бесконечно долгие минуты нахождения наедине. Он просто придерживался беседы, даже отдалённо не намекающей на чувственность и даже случайно не ронявшей искры интима.
Кирилл не скрывал подоплёки подобной прохлады между ними. Он продолжал предлагать Тае свидания у него дома, но она категорически не соглашалась на подобные визиты после того, как столкнулась с его соседкой у ворот.  А когда напоминала любимому об открытом вопросе его развода, он злился.
- Да что ты заладила развод, да развод… Помнится мне, мы с тобой прекрасно ладили с самого начала, хотя заветного документа о расторжении брака у меня и тогда не было! – как-то резко высказался он, огорошив Таю холодной бесцеремонностью.
Опомнившись, он попытался загладить свою грубость. Зная, что у неё перерыв между уроками и она у себя в кабинете проверяет тетради, он пришёл туда прямо со своего урока, чтобы попросить прощения. Умоляюще глядя Тае в глаза, он крепко поцеловал её, зашептал что-то жаркое и чувственное и попросил поехать с ним, чтобы поговорить где-нибудь обо всём спокойно. Тая согласилась и после уроков подошла к его машине, где он предусмотрительно ожидал её, припарковавшись в укрытом от посторонних глаз месте.
Они быстро отъехали, радуясь, что никто их не заметил. Тая чувствовала, как колотится сердце, разгоняя по телу адреналин. Они о чём-то беседовали, проезжая по сельским улицам, пока Тая не спросила, куда они едут, оглядевшись по сторонам. Кирилл затормозил и повернулся к ней.
- Как же я соскучился, Таечка, - зашептал он горячо и страстно, пытаясь поцеловать. – Поедем ко мне? Заедем во двор никто тебя не увидит, обещаю… 
- Ты об этом собирался поговорить? – разочарованно спросила она. – Я думала, что есть какие-то новости… Кирилл, так больше продолжаться не может, ты знаешь… - твёрдо заявила она, отстранив его на расстояние вытянутых рук. - Поэтому решай: либо всё происходит как положено – ты в ближайшее время решаешь вопрос с разводом, мы объявляем о женитьбе, чтобы все воспринимали нас как будущих супругов… либо просто забудь обо мне.
- Опять… Тай, тебе не надоело? В следующие выходные я поеду, я же говорил… Отпрошусь на один день в школе, чтобы в понедельник решить вопрос с заявлением на развод.
- А ты уверен, что жена не будет против?
- Не будет… Поедем ко мне? – он вновь потянулся к Тае с поцелуем.
- Нет, Кирилл, я не поеду…  и вообще, - она оглянулась по сторонам и, убедившись, что путь свободен, открыла дверь и быстро вышла из машины, - решай вопрос и потом всё будет так, как ты хочешь, вернее, как мы оба хотим…  - с улыбкой произнесла она и, закрыв дверь автомобиля, быстро пошла по дороге, пока никто не увидел, поэтому тоже не увидела, как Кирилл, скривившись, ударил по рулю и, неслышно выругавшись, поехал в другую сторону.
На этот раз их свидание закончилось, даже не начавшись.  Но не только оно оказалось провальным. Кирилл понял, что Тая больше не придёт к нему и их общение постепенно начало скатываться к тому, какое было в самом начале. Он стал демонстративно вежливым, когда здоровался по утрам и прощался, уходя домой, но не с ней конкретно, а со всеми, кто находился в это время рядом. Постепенно, шаг за шагом они отдалялись, становясь обычными коллегами, ну, может, чуточку приятелями. Таисия чувствовала себя уязвлённой, вспоминая всё, что было между ними, и подспудно ждала, что Кирилл во-вот сбросит с себя холодность, перестанет быть чужим и вновь вернётся к ней. Тая цеплялась за миражи и плодила в своём мозгу благополучные сценарии их воссоединения так отчаянно, что не замечала ничего вокруг.
Однажды к ней подошла Светлана Игоревна - коллега, с которой они, хотя и не были подругами, но всё же могли откровенно поделиться небольшими секретами или обсудить что-либо, происходящее в школе.
- Таисия Павловна, мне надо поговорить с тобой, пойдём в твой кабинет, - сказала Света в учительской и, решительно взяв Таю за руку, увела её, пока та не начала задавать вопросы или, ещё хуже, сопротивляться.
- Да что такое, Свет? - недовольно прошептала та, оглядываясь по сторонам, но всё же покорно идя вслед за Светланой.
-  Тая, что ты творишь! – без предисловий воскликнула коллега, оказавшись в пустом кабинете и плотно закрыв дверь.
- И что я творю?
- Хорошо, по-другому спрошу: что у вас с Кириллом? – прямо глядя Тае в глаза, спросила Света.
- Ничего, - поспешно и фальшиво ответила та, пряча глаза.
- Не обманывай меня и не давай пищу для сплетен остальным, – ласково сказала Света, обнимая Таю. – Если я кое-что заметила, то и у других есть глаза, уши и воображение, не думаешь так?
- Что? – Таисия упала на стул и закрыла лицо руками, потом отняла их и выдохнув, спросила: - Что говорят?
- Да что обычно в таких случаях могут говорить: что вы неравнодушны друг к другу, что ты стараешься подцепить свободного мужика, чтобы не остаться одной… На самом деле при мне особо не говорят, замолкают, но не это главное…
- То есть? – Тая испуганно посмотрела на неё.
- Я случайно услышала, как вчера твой этот рыцарь… без коня и совести, - усмехнулась она, - заявил, что всеми силами пытается воссоединиться с семьёй, потому что до сих пор любит свою жену и обожает сынишку… О его любви к сыну и так все знали, но вот о пылкой страсти к бывшей… это уже что-то новенькое, но этот мачо местного разлива так убедительно плакался нашей Сан Санне, что я сама чуть не прослезилась… от его актёрской игры. Да по нему все малые и большие сцены плачут, ей-богу!
- Он говорил об этом Александре Александровне? – потрясённо воскликнула Таисия.
Сана Санна, как все называли завуча по воспитательной работе, всю жизнь посвятившая школе и никогда не имевшая семьи, была из тех людей, которые никогда не показывают чувств. В селе её называли баба-гранит, потому что никто никогда не видел улыбки этой строгой учительницы, и мало кто не боялся её – как ученики, так и их родители, которые тоже когда-то учились в этой школе.   И именно с ней Кирилл делился своими проблемами.
- Да, именно с ней, - подтвердила Света.
- А она что?
- Сказала, что семья – это святое и за неё надо бороться – это вкратце. Потому что она целую лекцию загнула, я не могла долго подслушивать, ты же понимаешь! – Света развела руками. – Но он… каков фрукт! Я же тебя предупреждала помнишь?
- Помню, только ты толком ничего тогда не сказала, я и не поняла, в чём дело, - покивала Тая, на самом деле припоминая, как Светлана, как-то зайдя в учительскую, когда они с Кириллом были там вдвоём, как-то странно оглядела их и в тот же день, догнав Таю по пути домой, прошла с ней пару кварталов, пока не свернула на свою улицу, всё это время пытаясь намекнуть на непорядочность Кирилла Афанасьевича, но Тая не прислушалась тогда к словам приятельницы.
- Дело в том, что он подкатывал ко мне, но я сказала, что мужу пожалуюсь, как приедет, - призналась Света, супруг которой работал вахтовым методом в другом регионе и его подолгу не бывало дома.
- То есть Кирилл к тебе приставал? Что же ты не сказала-то тогда прямо, Света-а-а… - плаксиво спросила Тая.
- Стыдно же, - призналась та.
- Света, если бы… тогда… всё было бы по-другому… хорошо бы, наверное, всё было… - бессвязно говорила Тая, дрожа, как от холода. - Ладно, Светик, спасибо… Да, и ещё… скажи, пожалуйста, моё имя не звучало в разговоре с Сан Санной?
- Нет, Тая, я бы тебе сказала об этом или сама бы ему врезала, наверное… - Светлана Игоревна была очень скромной и робкой женщиной, и одно то, что она рассказывала сейчас всё Тае, означало, что она поражена до глубины души поведением Кирилла.
Прозвенел звонок на перемену, и Светлана ушла готовиться к уроку, а Тая осталась стоять посреди класса, не в силах сдвинуться с места. Ноги были словно ватными, в голове билась острыми шипами мысль: Кирилл любит свою жену и желает сохранить семью. И эхом отдавались слова Светы о том, что она была его мишенью ещё до Таи.
«Света устояла, а я, значит, пала… фиговая крепость!» -  Тая, чувствуя беспощадное унижение, задыхалась сейчас от стыда и едва сдерживаемого гнева, только непонятно на кого направленного – на Кирилла или на саму себя.
- Таисия Павловна, у нас русский будет или нет? – в приоткрывшуюся дверь просунулась голова хулиганистого семиклассника Семёнова.
- Конечно, будет, заходите…
- А Светлана Игоревна сказала, подождать, пока Вы не позовёте нас… - сообщил мальчик и, распахнув дверь, сообщил одноклассникам: - Заваливайте, пацаны, урок будет, без базара!