Почему я? Инициатива наказуема

Выступи теперь перед всеми жителями. Не стесняйся. Как перед нами, с эмоциями, — предлагала председатель совета МКД одной, вроде как, активной жительнице дома.
Но активной она оказалась только «с глазу на глаз». Как только дело коснулось выставить свое предложение в массы, соседка «слилась».
— А что, только меня это волнует?
— Вот и узнаем! Предложи всем тему для обсуждения, как мне неделю высказывала свои претензии.
Согласитесь, ораторское дело — дело сложное. Не каждый, даже тот, кто спокойно отстаивал свои позиции двум, трем и даже четверым, с трудом может два слова связать среди двадцати, тридцати человек.
А каково это — выступать на сцене среди миллиона слушателей? И все же смотрят на тебя, а тебя при этом трясет, ком к горлу подкатывает. Ты боишься ошибиться, и ведь ошибаешься.
На то, чтобы так не напрягаться, для многих уходят годы. Мало кому такое дано от рождения (наверное, сказывается опыт прошлых жизней, или родительский архив — как вариант).
Вот поэтому таким вот манипуляторам, как та самая соседка с претензией, очень необходимы исполнители, которых затем они же легко называют инициаторами, если что-то пойдет вдруг не так.
Я из тех самых инициаторов, а еще меня называют п...дельной. Не раз на себе познала, что у многих инициатива не сама по себе возникает, предшествует этому провокация и манипуляция.
«Инициативным» может быть человек, воспитанный так, что любая жалоба, претензия, чаще вообще его не касающаяся, воспринимается им как вина, которую если не исправить быстро, обязательно получишь наказание. Очень хороший человек для манипулятора, не желающего что-то делать собственными силами и не желающего за что-то отвечать.
И ведь, как правило, и отвечает за всё этот самый «инициатор», который по сути простой исполнитель.
Вот из таких исполнителей я.
Придет ко мне кто-то, нажалуется, наплачется, главное, с эмоцией, после которой воспринимаешь данную речь не как рассказ, а как обвинение, будто бы на тебя стоит кричит эта бабуля, а вовсе не рассказывает, как она будет кричать на начальника управляющей компании, и чувствуешь, как готов бежать исполнять ее хотелки, чтобы так не орала.
А с виду считается, что я слишком деловая. Везде лезу, за всё переживаю, всего добиваюсь. Хотя на самом деле просто боюсь уже вот таких вот криков, поэтому и стараюсь опередить все неприятности. Ведь за двадцать лет моего председательства бегут именно ко мне. Я же вот она, рядом. Не то, что администрация, от которой, по сути, всё и зависит.
И да, я умею разговаривать с народом. Хоть в реальности, хоть в чате. Но всё это не для значимости, а именно от него, страха. И для общего мнения, чтобы никто не обвинял, что я исполняю свои личные решения в общественной зоне нашего многоквартирного дома, как это обычно бывает.
Вот так в жизни, вроде бы совсем безобидно, но мы меняем друг друга.