Акция

     На площадке, перед входом в метро, развернулся маленький стихийный рынок. Кто-то разложился прямо на растеленную на асфальте газету, кто-то выставил складывающийся столик. Все хотят что-то продать и косятся на выход из подземного перехода, неподалёку, откуда могли появиться патрульные.
     С самого края пристроился мужчина в возрасте, среднего роста, худощавый, лицо прямоугольной формы, высокий лоб, густые брови, под седыми, давно не стриженными волосами скрывались оттопыренные уши. Звали его Макар Чудинов. Одет он был скромно, но одежда была чистой и ухоженной, чувствовалась женская рука. Перед ним стояла большая чёрная сумка, полная книг с мягкой обложкой. Одну из них он держал в руках и на ней красовалась его фотография.
     Пришёл Чудинов сюда прямо из книжного магазина, куда попытался сдать свои книги, изданные в частном порядке, на реализацию. Там повертели в руках одну из них и вежливо ему отказали, сославшись на тяжёлые времена и отсутствие покупателей. “Тоже мне Макар Чудра нашёлся, у нас своих Чудиновых ставить некуда” – услышал он выходя, но не обиделся.
     Макар никого не подзывал, просто смотрел на проходящих, чуть прищурившись и пытался улыбаться. Царившую в нём неловкость прервал подбежавший мальчик лет десяти с красивым лицом и одетый во всё новое и нарядное. Он сравнил фотографию на обложке с лицом мужчины и спросил:
 – Дяденька, эту книгу вы написали?
 – Да я.
 — Ничего себе, взял он одну из лежащих в сумке. – Так вы писатель что ли?
 — Понимающим людям я бы не стал утверждать… Но с другой стороны написал, значит писатель.
 — А как написать книгу?
     Макар всмотрелся в лицо мальчика, пытаясь понять его любопытство. Действительно ли ему интересно. Сейчас дети – не дети.
 — Лучше спроси как написать литературное произведение, - ответил он. – Книга состоит из них. Это стихи, романы, рассказы. Объясню тебе по-простому. Значит так. Берёшь немного смысла, можно совсем чуть-чуть…
 — Где берешь? – перебивает его мальчик.
 — Ну у всех по разному, - улыбнулся Макар. – Каждый должен выбрать сам, где его брать. Можно из головы, но особенно можешь не мучаться. Большинство  читателей этот смысл не найдут,  даже будут уверены,  что его там нет. На всякий  случай,  этот смысл надо разместить  ближе к началу, чтобы они не бросили читать раньше, чем до него доберуться.    Так вот, берёшь немного смысла, разбавляешь его водой разнообразнейших слов, желательно связанных друг с другом в предложениях, то есть описанием людей, мест событий и так далее.      С запятыми не парься, никогда  не поймёшь где их ставить, а где нет. Какой-нибудь корректор все ошибки исправит, за малую денежку.  Самая большая проблема – это логичная концовка. Нельзя чтобы твоё произведение было как будто обрублено топором и нельзя вместо хвоста приделывать ещё одну голову. Иначе твой читатель за следующее твоё творение даже не возьмётся,  разве что ты завлечёшь его интригующим заголовком. Но на это лучше не надейся, маленький гений, это ещё труднее, чем логическая концовка.
 — Прям как рецепт блюда, - сделал серьёзное лицо “гений”, почесав затылок.
 — Точно. Это как кашу рисовую на молоке сварить, желательно с изюмом. Хотя бы одна изюминка да должна быть.
 — Юлиан, - послышался женский голос. – Отойди от этого дяди, что ты к нему прилип.
 — Мама, этот дядя писатель.
Всё равно отойди. Ты ему мешаешь.

     Чудинов невольно залюбовался матерью мальчика, стоящей в стороне у столика с бижутерией . Она была высокого роста, с изящным телосложением и красивым лицом, не выражающим эмоций и ухоженными волосами, спадающими до плеч. Одежда, подобранная со вкусом, подчёркивала её фигуру. Ей не было необходимости обнажать или излишне обтягивать     какие-либо части тела, чтобы привлечь внимание.
 — Мам, давай купим одну книгу, - крикнул мальчик матери.
 — И зачем она тебе? – отозвалась она, не смотря.
 – Буду читать.
 — Твои каникулы уже почти закончились. Ты прочитал то, что сказала учительница литературы.
 — Нет ещё.
 — Вот тебе  и ответ. Пошли.
     Женщина прошла мимо, обдав Макара своим парфюмом. Он не стал смотреть на неё сзади, потому что это делали несколько других мужчин, а обратился полушёпотом к будущему создателю бестселлеров:
Юлиан, не надо покупать, возьми так. Прочтёшь как-нибудь, если не потеряешь.
 — А если я стану писателем, я тоже буду свои книги вот так на улице продавать?
 — Нет. Зачем? Ты будешь известным. Имя у тебя уже есть. С ним ты обречён на успех. Твои книги будут продаваться в больших книжных магазинах. Народ за ними в очереди будет стоять.
 — А почему вы свои сами продаёте?
 — Я неизвестный.
 — Ты долго там будешь стоять? – окликнула мальчика мать.
Иду, мама, - ответил он и, спрятав книгу за пазухой, умчался.
     Чудинов вспомнил про утренний разговор с женой, которая всегда отрицательно относилась к его творчеству.
 — Кто в наше время книги пишет? Наверняка тот, кто с головой не дружит, - сказала она .
 — Кто-то пьёт, кто-то бьёт, а я пишу, - ответил Макар.
 — Пьёт, значит ревнует, бьёт, значит любит, пишет значит кто?
 — Кто?
 — Тёмная лошадка.
 — Хорошо хоть не осёл.
 — Почему ты себе не выбрал какую-нибудь такую, с литературным уклоном? Ты бы ей читал свои рассказики, а она бы восхищалась.
Иди реализовывай свои книги, или я их выкину.

 – Про что книга? – вывел Макара из “транса” первый заинтересовавшийся предметом его торговли. Это был старик в плаще и шляпе. Его жиденькая бородка шевелилась на ветру.
 — Про жизнь и про любовь, - ответил он с лёгким пафосом.
 — Автор описывает свою жизнь?
 — Нет, - соврал автор. – Герои вымышлены.
 — Ну и зачем ты её написал?
 — Я и сам себя об этом спрашиваю.
 — Сколько?
 — Сто рублей.
 — А что так дёшево?
 — Акция, - придумал с ходу Чудинов.
     На самом деле он назвал первую, пришедшую в голову сумму.
     Старик заплатил, сунул книгу под мышку и отошёл. Провожая его взглядом, Макар вовремя не заметил, приближающихся полицейских и уйти, как остальные торговцы, не успел.

 — Здравствуйте, уважаемый, - обратился к нему лейтенант, приложив руку к козырьку – Эта территория принадлежит муниципалитету и без его разрешения торговля здесь запрещена.
 — Я не продаю, - стал оправдываться нарушитель закона, – а раздаю. Это не еда, которой можно отравиться. Экстремизма в этой книге нет. Можете ознакомиться.
 — Я не видел, как вы торговали, поэтому не составляю протокол и предлагаю вам уйти с моего участка.
    
     Макар поднял свою сумку и, кивнув в благодарность головой, направился к подземному переходу на другую сторону улицы, раздумывая как ему поступить с книгами.
     В переходе, который также служил входом в метро, он, увидев промоутера, безмолвно раздающего проходящим людям бесплатную газету, пришёл к мысли, что ему надо поступить также.
     Макар осмелился на короткую презентацию и за полчаса раздал все книги. Конечно, он допускал, что часть розданных книг может оказаться в мусорном баке или в пункте по приёму  макулатуры, но успокаивал себя тем, что в тех же местах могут оказаться и произведения более именитых писателей.
     Вырученную с продажи сторублёвую купюру он вручил, побирающемуся здесь же нищему и пошёл домой.
     Жена, открыв ему дверь и заметив в его руках пустую сумку, спросила:
 — Ну как дела, Чудинов?
 — Ушли в лёт, - ответил он.
 — А где моя доля?
 — Отдал на благотворительность.
 — Больше не пиши.
 —Обещать не могу. Писательство – это как игра на музыкальном инструменте. Кто-то виртуоз, а кто-то, в том числе и я, любитель побренчать. И если подсел на это дело, то не бренчать становится труднее, чем быть виртуозом.