7

Дорога в город Митьке была незнакома, но её направление он знал. Туда они с бабкой шли, влекомые случайными попутчиками, перехожими каликами, - Грызлей с его компанией фальшивых слепцов и Дырявой с девками.
Те направлялись в город за какой-то надобностью, вот и они с Нюрой решили тоже своё счастье попытать. А что им ещё делать? Так, перекати-поле безродное. Нет места, где можно было бы остановиться, корешки какие-никакие пустить. Может, в городе приживутся?
Этих попутчиков они с Нюрой и Ольгой временами обгоняли, если те задерживались по своим непонятным делам. Иногда отставали от них, когда Митьке и бабке подворачивалась работа за грошик или сухарики, но несколько дней кряду держались неподалёку друг от друга.
Нельзя сказать, что познакомились, но рассмотреть друг друга успели, да и словом иногда перекидывались.
Дырявая шла с двумя малолетними глазастыми девками. Значит, уже с тремя, сообразил Митька. Ведь, если верить Грызле, он накануне передал ей ещё и Марусю. Саму девочку у слепцов он заметил мельком, прибилась она к ним в последние дни. Как-то встретились глазами… И всё.
И вот теперь Митька бежал по дороге, чтобы девочку отобрать у Дырявой.
Зачем?
Митька и сам не знал.
Просто… у него хоть бабка есть. А у той – никого. А каково это быть одному, он испытал на себе. Пропадал недавно в стогу с рваным ухом.
Вот и бежал по пыльной дороге.
«Наверное, взяла что-то без разрешения у этого генерала», - вспоминал подробности недавно услышанного разговора. - Украла… - с неохотой признался он. – И видать, что-то ценное, раз генерал урядников следом послал. Вот дурка…».
Сам Митька никогда не крал. Да и бабка учила, что вор, рано или поздно, будет в кандалах на каторге, потому что дорога его такая. Хочешь – не хочешь, а туда придёшь. И Марусю надо с этой дороги увести, раз она забрела на неё.
Хотя, когда Митька вспоминал чистые глаза девчонки, как-то не верилось, что она могла взять чужое. Может, этот генерал сам потерял, а теперь на других думает.
Впереди запестрели платки.
Мальчик не знал, для чего Маруся нужна Дырявой, но вспоминая её цепкие пальцы, которыми она прощупывала Ольгу, её хитрые глазки, понимал, что просто так она девчонку не отдаст. Тем более, если заплатила за неё рубль.
Митька оглянулся. Урядников пока не видать, а мешкать всё равно не следует.
Но теперь луг. Дырявая и три невысокие фигурки бредут между трав и цветов. А впереди лес. Там он и попробует что-нибудь сделать.
Митька рванул по широкой дуге к густым зарослям. Будет лучше, если он подождёт их там.
Но не особо рассчитал расстояние и свою силу. Не успел отдышаться и выглянуть из-за широкого ствола, за которым устроил засаду, как послышался разговор.
- Будете конфеты есть, хоть кажный день. Ели когда-нибудь? Ну во, попробуете. Ленточки красные вам подарят, - голос Дырявой был таким противно-елейным, что Митька поморщился.
«Неужто верят?»
- Стой, - позади девок послышался шум колёс и топот лошадиных копыт.
«Урядники», - Митька прижался к дереву.
- Стой, тебе говорят.
Дырявая и девки отошли на обочину. Бричка остановилась. Митька понял, что пора действовать, и заторопился обойти её сзади.
- Далеко ли собралась, милая?
- Да как?.. Идём своей дорогою… Грамота вона, сейчас… - засуетилась Дырявая.
А Митька, частично скрываемый бричкой, слегка присвистнул, стараясь привлечь внимание. Привлёк. Три девки, как по команде, обернулись к нему.
Но три ему не нужны. Он посмотрел на Марусю. А потом слегка махнул рукой, призывая подойти.
Та серьёзно и, как показалось встревоженному Митьке, долго смотрела на него, а потом шагнула.
- Стой. Ты куда? – сиганул с брички урядник.
Но Митька уже схватил девочку за руку:
- Бежим!
И они рванули через кусты.
Митька с облегчением понял, что Марусю не надо тянуть и уговаривать. Видимо, рассказ Дырявой о конфетах и красных лентах её тоже не впечатлил. Они бежали сквозь зелёные кусты, уже не держась за руки, но рядом. А сзади трещали сучья под ногами преследователей. И издалека доносился вопль Дырявой.