Свои и чужие...

Свастику в детстве я научился рисовать раньше пятиконечной звезды по причине геометрической сложности второй. Углы постоянно норовили съехать вниз, и звезда напоминала грустного человечка.

Отец, увидев мой рисунок, где танки с паучьими крестами стреляют друг в друга, был обескуражен и тут же взялся учить меня чертить звезду — от угла к углу. У него, в отличие от меня, это получалось легко и просто.

Линии сначала не сходились. Тогда он изобразил два треугольника: один простой, другой перевернутый. Наконец звезда получилась и у меня — ровная, с одинаковыми лучами... В нарисованной войне появились свои и чужие.


Рецензии