Принцесса тусовки. Глава 36

Евгений Хвалей

ПРИНЦЕССА ТУСОВКИ
Перевод с белорусского
М.Прокоп

                ***

     Прошло более месяца с начала нового учебного года, а классного руководителя в седьмом «С» по-прежнему не было. Просьбу группы активистов, возглавляемой Вероникой Рогозиной, Ангелина Николаевна не удовлетворила. Пока что она сама заправляла в этом классе и там же преподавала математику.

     Однажды в седьмой «С» директор привела Елену Кузьминичну Тумелю и представила её ученикам как будущего классного руководителя и преподавателя математики. И хотя в седьмых классах Тумеля не преподавала, но все знали, что в школе авторитетом у учеников она не пользовалась. С начала учебного года педагог руководила четвёртым «Г». Но через месяц в школу прибыла преподавать химию Анна Анатольевна Семчина, жена офицера, которого только что прислали в артиллерийское училище откуда-то с Дальнего Востока. Тумеля передала ей свой четвёртый «Г».

— Прошу любить...— подвела итог Ангелина Николаевна, представляя коллективу семиклассников Елену Кузьминичну.

— Мы хотим, чтобы у нас была Антонина Фёдоровна, — послышались голоса из центральной и задней части класса. — И преподавателем математики, и классной... Только её...

     Гул в классе усиливался: «Антонину Фёдоровну! Антонину Фёдоровну!»

     Ангелина Николаевна и новый классный руководитель смутились. Такого приёма они явно не ожидали и в первые минуты не знали, как себя повести. А шум в классе нарастал.

— Если не прекратите, — повысила голос директор, — я буду беседовать отдельно с каждым зачинщиком беспорядка. С каждым, запомните! Поведение всего вашего класса рассмотрим потом на общем школьном собрании, — директор направилась к двери, закрыла её за собой и прытко зашагала по коридору.

     Первая встреча с классом у Елены Кузьминичны не задалась. Однако педагог начала действовать ещё более жёстко, чем практиковала до этого. Елена Кузьминична заходила в седьмой «С» с озлобленным выражением лица, открывала журнал и вызывала к доске самых, как она выражалась, «отпетых». И всегда стоял ор в кабинете. Чуть что — в ученика летела обойма слов. За это подростки прозвали учительницу «Пиночетом».

     Что-что, а командовать Елена Кузьминична умела. Дома — мужем, детьми, свекровью; на работе — учениками. Мужа замучила строительством какой-то необычной дачи по американскому проекту. Тот дневал и ночевал в окружении леса, мастерил дачу сам, без чьей-либо помощи. А хозяйка только по воскресеньям наведывалась проверить, много ли успел сделать благоверный. Понятно, что ей на даче много чего не нравилось. И она заставляла супруга снова и снова всё переделывать...

     Но в седьмом «С» диктатуры у Елены Кузьминичны не получилось. С первого дня ей дали понять, что командовать здесь ей не дадут. Это были не те тихони-середнячки, которым трава не расти, лишь бы три-четыре балла стояли в классном журнале. Здесь собрались учащиеся, которые уже знали себе цену. По спецпредмету, математике, они учились только на «четыре» и «пять». И хорошо были осведомлены, для чего их собрали в этом классе. По сути, здесь решалась судьба подростков. А это многое значило.

     Администрация школы опасалась: если класс сборный, то вначале с ним будет очень тяжело. Особенно — с дисциплиной. Вероятно, именно из-за этого выбор пал на Елену Кузьминичну Тумелю, учителя с волевым характером. Однако в седьмом «С» произошло обратное. Многие ребята знали друг друга до прихода в сборный класс, хотя сами учились в параллельных классах. И поэтому никаких эксцессов, к которым готовилось руководство школы, в седьмом «С» не происходило.

     С приходом Елены Кузьминичны всё изменилось. Прошло полгода с того момента, как она приступила к руководству седьмым «С», а притирки и взаимопонимания с классом у неё не случилось.

     На последней политинформации речь зашла о выборах народных депутатов, которые только что прошли в стране. Елена Кузьминична рассказала о новой системе выборов, назвала фамилии депутатов… И вдруг Сергей Горносько поинтересовался:

— Скажите, а почему не прошёл в народные депутаты по нашему избирательному округу председатель райисполкома Иван Емельянович Титко?

     Тумеля, разумеется, не ожидала такого вопроса, лицо её моментально посуровело. Женщина ответила, как это не раз происходило в подобных случаях, приблизительно так: «Не туда ты, парень, лезешь, не твоё это дело. Пусть над этим ломают головы взрослые, ваши родители».

— А я знаю, почему, — не сдавался Горносько. — Я был на митинге ... Там, кстати, было много детей...

— Ну и почему? — упрямство Сергея заинтриговало Елену Кузьминичну.

— Потому что Иван Емельянович не оправдал доверие народа. Ничего хорошего не сделал для района, — быстро, словно выстрелил, произнёс Горносько.

— Застыл в годах застоя, — скаламбурил кто-то за последней партой.
Елену Кузьминичну словно обдали кипятком. Всё она могла предвидеть, но не такой вольности от семиклассников в ходе разговора, по сути, о политике.

— Вы что, чемерицы объелись? Что вы такое говорите? Кто позволил? — в очередной раз повысила голос Тумеля. — Ваше дело — хорошо учиться, знать математику в первую очередь.

— За полгода мы почти ничего не усвоили, мало чего узнали нового по математике, — послышалось из-за тех же задних парт.

     В классе стоял такой кавардак, что Елена Кузьминична не расслышала, кто произнёс последние слова. Время политинформации истекло, прозвенел звонок на первый урок.



Продолжение следует