Университет. Ольга Ланская

Вяземский был статен, высок с выправкой дореволюционного офицера – прямая спина, высоко посаженая голова, ровная бесшумная походка и всегда спокойный, приветливый взгляд.

Каждому, на ком останавливались его глаза, казалось, что только его он привечает, только ему готов помочь, – столько доброго внимания вдруг изливалось на вас с высоты этого царственно необычного в наши времена человека.

Впрочем, наверняка немало сохранилось к тому времени таких необычных людей по университетским и госпитальным кафедрам послевоенного Советского Союза.

Они удивляли нас, манили чем-то неизъяснимо нездешним, словно увидел ты на стене каморки Папы Карло волшебную дверцу, и она вот-вот распахнется веред тобой.

После школьных классов, наполненных всем, присущим возрастающей на Бог знает, каком домашнем замесе резвой юности, который ненавязчиво и умело подправляла Школа, в Университете всё было ново.

Начиная с того, что теперь все взрослые говорили тебе "Вы", несмотря на неполных твоих 17…

А наш Вяземский -- рассказ особый. Хотя суть состояла в том, что он был воспитан. Сейчас, наверное и не осталось на Руси воспитателей. А без них -- Русь не Русь и руский только через два "с"!