Глава 18. Королевы знакомятся

               
- Эта девчонка совсем от рук отбилась! Ей бы дома сидеть и бояться! Дракона!
Или мой план и в самом деле удался, и это семейство ничего не знает о пророчестве, посланник утонул вместе с письмецом ? -  новости от дочерей совсем не понравились Царь-Змее.
- Значит, старику всё мало. Ещё девчонку вздумал приучить к своей премудрости! Ну-ну, посмотрим, что у вас из этого получится.
У Кулебрины созрел план: целый клубок хитросплетений . Ей нужно было ещё и с назойливыми доброжелателями Драцена разобраться. «По-хорошему», - как она выразилась.
- Что ж, милый сынок, наверно соскучился по своим людишкам? Думаю, сегодня я разрешу тебе их посетить. Только одно «но!»: на спину к себе не разрешай садиться. Это лишь я могу себе позволить, твоя мать, если ты не забыл! Не забывай наказы отца.
Кулебрина задумалась, как ей предстать перед Ядвигой: конечно эффектно будет в своём человеческом обличии появиться в небе на драконе, который за последнее время сильно окреп и подрос.  Опуститься у их дома и величественно снизойти к этим двоим, раскрывшим рты.
Кулебрина воочию представила себе, как Ядвига с Эрихом застынут на пороге, задрав вверх головы, когда Драцен сделает несколько кругов над их домом. А потом и вовсе раскроют рты, увидев, как её статная величественная фигура, увенчанная короной, снизойдёт до беседы с ними.
Эта картина доставила немалое удовольствие Кулебрине, но всё же, такой эмоциональный  удар мог бы  сбить их с толку,  напугать, а это совсем не полезно для первой встречи и дальнейших переговоров, которые она планировала на будущее.  Излишнее волнение ни к чему, во всяком случае, в практическом смысле. Сегодня она решила лишь сделать первый шаг: знакомство. А дальше можно будет выстраивать свою стратегию.
И Кулебрина поступила иначе.
Ядвига как раз заходила в дом, а Эрих шёл чуть поодаль с корзиной яблок, когда они услышали знакомый свист, разрезаемого крыльями воздуха и запахло гарью. Это был их Драг, как они его прозвали.
- Мама, Драг вернулся!  Наконец-то! Где же ты пропадал? - спрашивал он у дракона, - после того случая со змеёй ты больше не прилетал, мы думали, она что-то плохое с тобой сделала.
Ядвига тоже была очень рада видеть вновь дракона. Подумать только: ведь ещё недавно она так старалась от него избавиться.  А когда он и в самом деле пропал, серьёзно забеспокоилась.  Как же часто они с Эрихом теперь смотрели в небо, надеясь увидеть его угловатый силуэт; прислушивались к звукам ветра, к запахам, которые он доносил. Но ничего не предвещало о появлении дракона.
К счастью, Ядвига поделилась своими переживаниями с лесным народцем, а уж у них-то везде уши, знают, что происходит кругом и намного дальше. Так вот они её утешили: «Не переживай, видели вашего драгоценного Драга в дальней чащобе, в логовище змей, там и дом его.»
 У Ядвиги от сердца отлегло тогда. Всё же надеялась на встречу, ведь однажды они с сыном так размечтались о полётах на драконе!
И вот он снова здесь!  Приземлился у них во дворе и радостно забил хвостом по земле. Эрих обнял его, но Драг почему-то немного отстранился.
- Что с тобой, Драг? Ты застеснялся? Давай мы тебя угостим вкусненьким, а то ты вон какой напряжённый.
Ядвига на минутку замешкалась: вспомнилось былое беспокойство о беспрерывном кормлении дракона. Но Эрих уже протянул ему корзину душистых яблок.  Драг счастливо захрумкал, рассмешив гостеприимных хозяев.
- Драцен! Драцен! Сын мой! Ты где? – послышалось сначала издали, потом совсем близко.
Дракон выпрямился, из ноздрей повалил пар.
- Ты что, испугался?  Драцена какого-то ищут, - сказал Эрих, - или, постой, это  имя, подходящее для дракона. Ты – Драцен?
Дракон закивал головой, пар из ноздрей сгустился. Весь двор погрузился в туман. Как ни хотела Ядвига обойтись без спецэффектов, но появление её из дымки произвело на Ядвигу и Эриха сногсшибательный эффект.
Вышло так, что они  несколько секунд стояли, словно остолбеневшие. Из ступора их вывел сам Драг, или Драцен. Он громко чихнул, видимо от собственной загазованности.  Все вздрогнули от неожиданности, а потом рассмеялись, даже сама Царь-Змея, представшая статной королевой, едва сдержала улыбку. Но контроль над эмоциями превыше всего, а потому, она откашлялась и  произнесла  хрипловатым голосом:
- Приветствую хозяев этого дома!  Я пришла за своим сыном, - и она указала своими длинными тонкими пальцами с острыми ногтями изумрудного цвета на дракона.
 До Ядвиги как- будто не совсем дошёл смысл сказанного. Она сразу заметила корону на голове гостьи и пожалела, что в этот момент на ней не было такого же убора. Впрочем, он ей уже не полагался. Она также обратила внимание на её прекрасное платье, переливающееся оттенками зелёного. Оно плотно облегало гибкий стан гостьи.
-Когда-то и мои наряды не уступали этому, - пронеслось в голове у Ядвиги, - на самом деле за годы жизни в лесу она и думать забыла о роскоши гардероба, потеряв интерес к ненужным излишествам.
 Её лесные платья были по-своему хороши. Она сама их придумывала и материализовывала, иногда дорабатывала вручную. Новая жизнь изменила  вкус ведьмы, теперь она отдавала предпочтение комфорту и практичности, одновременно подчёркивая свою женственность и силу.
Но тут, при виде по истине прекрасного утончённого образа, она смутилась. Собственный наряд ей показался вдруг неказистым, она снова вспомнила про не достающую ей корону. Но виду не подала, а только лишь сильнее приосанилась и с достоинством спросила:
- Чем и кому обязаны столь неожиданным визитом? 
-  Королева Кулебрина, - она нарочно не стала уточнять свою истинную сущность, Царь-Змея, но свой  королевский статус не преминула упомянуть.
- Рада Вас приветствовать, я – королева Ядвига, - представилась ведьма, не желая уступатьв  ранге. А это мой сын – Эрих.
- А это – мой сын Драцен, - в тон Ядвиге ответила Кулебрина.
Коль обе дамы оказались равны в своём величии, это несомненно облегчит их взаимодействие.
 Кулебрина заметила, как уплетает яблоки её сынок, и это её умилило и смягчило, а может, и повлияло на дальнейший ход её мыслей.
Ядвига ничем не обнаружила своего недоумения тем, что дракон оказался сыном женщины. Это же разные биологические виды. В голове её стремительно пронеслись мысли о  заколдованном принце, превращённого в дракона и прочие варианты, замешанные на колдовстве. Потом она подумала, что это не родной, а усыновлённый ребёнок, да или вообще горячо любимый питомец, до такой степени, что хозяйка называет его сыночком. Такое тоже бывает.
 Эрих тоже был немало удивлён, но не смог этого скрыть. Он смотрел то на Кулебрину, то на дракона.
- Сын? Это Ваш сын? – его слова могли показаться недостаточно вежливыми, но злого умысла он не имел. Так, по простоте душевной.
- Да, это мой прекрасный сын Драцен. Понимаю, что именно вас удивляет. Мы живём в магическом лесу, не забывайте. Это раз.  Откуда вам знать, как он, или я, можем ещё выглядеть. Это два. И три: кто его отец - вам тоже не известно. Так что не спешите поднимать брови.
Ядвига тут же на всякий случай нахмурилась.
Слова Кулебрины могли бы прозвучать как отповедь, но она всё это нравоучение сдобрила нарочито заливистым смехом.
Немного странная сцена вышла, но от неловкости вновь всех спас Драцен. Он достал яблоко из корзины и протянул его Кулебрине.
- Угощайтесь, - спохватилась Ядвига и сама протянула ей несколько яблок.
Кулебрина, поблагодарила, взяла яблоки, но есть их не стала.
- Благодарю, чудесные ароматные плоды. Я позже их обязательно попробую. Я вижу Драцен у вас чувствует себя как дома. Должно быть, частый гость у вас?
- Раньше чаще прилетал. Играли с ним, потом долго не появлялся, только вот сегодня снова прилетел, - честно признался Эрих, не чувствуя подвоха.
- Играли, значит. Какие молодцы! – ответила Кулебрина, а потом, обращаясь к Драцену, сказала:
- Сынок, нам пора возвращаться. Прощайся с друзьями.
- Заходите, снова, если что, рады были знакомству, - проявила вежливость Ядвига.
- Взаимно, - так же формально ответила змея. Тут она уже демонстративно подошла к дракону, и, поправив одной рукой корону, а другой, убрав в драпировки платья яблоки, гордо, будто восходя на трон, села на спину дракона.  Они улетели.
- Ну и дела! – первым пришёл в себя мальчик.
- Непростой дракончик, и мама его ещё более непростая.
- А папа, видимо, самый сложный! – подытожил Эрих.