Мой театр за кулисами часть 12

МОЙ ТЕАТР ( за кулисами)
Продолжение 12

Про Аркашу....

Однажды, в конце первого своего театрального сезона, я разносила реквизит по гримеркам и, возвращаясь обратно в свой реквизиторский цех, в курилке на первом этаже , возле лестницы, увидела .... Никиту Михалкова, в белом костюме, с черными усами и в шляпе. На мгновение почудилось, что сам господин Паратов сошел с "Ласточки" и стоял сейчас среди артистов ТЮЗа.

Бред! Не может быть! Прошептал мой мозг, настроенный всегда воспринимать критически всю мнимую реальность жизни. Чего здесь Никите Михалкову у нас делать?!

Тихонько прошмыгнув мимо смеющихся над очередным анекдотом от неимоверно статного и породистого красавца в белом костюме, я , ошарашенная увиденным, вернулась в свой "реквизит" с вопросом
-А это кто там, в белом костюме, возле лестницы?
- Это? Так это Аркаша Печкин вернулся. Снова у нас работать будет! Аркаша классный! ....
Таааак, а ты что подумала, ну-ка, признавайся давай !
-....На Михалкова очень похож!
-На Михалкова?.... Ну-ну! Смотри, не влюбись, Ленка! Засмеялась моя начальница Хоробрая.
Так я впервые увидела артиста Аркадия Сергеевича Печкина.

Печкин Аркадий Сергеевич артист был уникальный, а как человек - добрейший, юморной и весьма хулиганистый в этом своем юморе. Мат в его устах звучал как высокохудожественное слово и ничего, кроме геометрического хохота у присутствующих не вызывал. Ибо сопровождался театром мимики и жеста. Шутил и матерился Аркадий чисто по-актерски, но при этом никогда не переходя на личности. Так, к слову и вообще в целом.

Болью Аркадия было отсутствие у него семьи. Знаю про эту боль, потому что мы много разговаривали с ним в те годы, когда я вернулась работать в ТЮЗ после трёх лет работы художником-бутафором в кукольном театре.

Он часто приходил в реквизит между спектаклями и говорил
-Я посижу тут у тебя, чаем напоишь?
Рассказывал о своем детстве и юности в Ярославле. Так я узнала, что папа у него был художником. И что есть родная сестра Надя, на которую я, по его словам, была очень похожа внешне. Заканчивались наши такие разговоры неизменно тем, что Аркаша говорил
-Ленка, ты ничего не подумай, но можно я тебя обниму? Ты так на Надю похожа, я ее очень люблю и очень скучаю по ней. А с тобой прихожу поговорить и как с ней разговариваю. Я ей всегда всё мог про себя рассказать. Мне ее здесь очень не хватает.
И это были просто такие дружеские обнимашки принятия, без всяких подтекстов и притязаний.
Такая телесная психотерапия. Которая в театре начинается с порога.
-Привет! Обнимашки.Легкий чмок в щеку. Обозначающие только одно "я рад/а тебя видеть".
И так, пока до рабочего места дойдешь, тебя уже не 8 раз обнимут, как положено и рекомендовано нынче, для душевного равновесия, а все двадцать пять!
Поэтому актерам психологи, в этой жизни, обычно, и не требуются.

Пошутить и поюморить Аркаша был готов всегда. В театре бытовало устойчивое мнение, что Аркадия можно выпустить одного на пару часов на сцену, он будет просто по ней ходить, разговаривать сам с собой и зрителю будет интересно. Более того, зритель будет от души смеяться. Потому что артист Печкин был беспредельно органичен и непосредственнен.

Силу его смеха мне однажды пришлось испытать и на себе, в один из дней, когда мы ездили на сельские гастроли.

 Артист Шура Павельев там поспорил с Аркадием, решив взять последнего на слабо.
На что они спорили - не помню, но сам сюжет жив в моей памяти во всей своей свежести.

Шура и Аркаша разговорились, пока ехали на спектакль, о критериях хорошего, талантливого артиста. И речь зашла о том, что талантливый артист и смеяться должен уметь так, чтобы заражать своим смехом всех присутствующих. Аркаша сказал, что ему это вообще не слабо сделать! И поэтому случилось шоу!

Автобус, в котором мы ехали, двигался по пустынной сельской дороге. Где-то вдалеке, очень на горизонте, маячила деревня, в которую мы направлялись. Ехали долго, почти молча и всем было скучно и томно в той летней, пыльной жаре.
А тут случился этот спор!
И началось!
В молчании автобуса внезапно раздался смех Аркадия. Раз, другой, третий. Сначала никто не реагировал, но смех нарастал и обогащался интонациями, которые незаметно стали проникать в нас.
И в какой-то момент кто-то хохотнул в ответ. Потом рассмеялся кто-то ещё и понеслось!!! Через минуты три мы все смеялись в голос  и не могли остановиться. Автобус слегка трясло и шофер Толик поначалу ругался, а потом сам внезапно расхохотался и остановил транспорт, потому что вести автобус, смеясь взахлёб, он не мог.

Поняв, что так мы до деревни добираться будем долго, Аркадий смеяться перестал. Замолчали и мы.

 И автобус снова бодро продолжил путь. Но Аркадий на то и был Аркадий. Когда мы, в молчании, стали подъезжать к железнодорожному шлагбауму, он снова рассмеялся. Мы ответили тем же и уже не могли остановиться.
А теперь представьте себе картину и лицо дежурной на переезде. Подъезжает оранжевый, как апельсинчик, ПАЗик, а из его окон несётся такой безудержный, жизнерадостный ржач, что ....дежурная, поначалу сделав сердитое лицо и подняв вверх руку с флажком, вдруг тоже начинает смеяться.
Автобус останавливается у переезда, двери открываются и мы все вываливается на свежий воздух, держась за животы и умоляя Аркадия перестать нас смешить...Хотя он ничего не делает,а просто смеётся.
В общем, спор он тогда выиграл!

С Аркашей вообще связано очень много подобных забавных историй. Но была среди них и серьезная! Когда на гастролях в Череповце Аркадий Сергеевич поймал самого настоящего шпиона.
Случилось это потому, что свою армейскую службу он проходил на флоте и знал азбуку морзе.

В тот вечер, будучи на летних гастролях в Череповце и, вернувшись  в свой номер очень и очень поздно,  Аркадий, презрев кровать, упал спать прямо на ковре.  Вследствие чего, ухо его, спустя часа два, когда он проснулся от испепеляющей его жажды, легко уловило знакомые звуки морзянки. Доносившиеся из гостиничного номера снизу.

Сильно изумившись, Аркадий прислушался к позывным и понял, что дело тут явно какое-то нечистое и отправился к дежурной. В общем, шпиона повязал вызванный наряд милиции. А Печкину тогда объявили благодарность!
________________________________

Расскажу ещё одну смешную историю, тоже случившуюся в Череповце, на осенних гастролях, уже в 90-е.

Всех, приехавших работать на школьные каникулы в Череповец, актеров и цеха театра, должны были поселить в отдельном отсеке гостиницы на 5 номеров. Но что-то там тогда наложилось одно на другое по въезду-выезду, потому что актеры приезжали и уезжали в зависимости от участия в спектаклях. И поэтому так получилось, что приехавшего Аркадия Печкина  на время поселили в другом крыле гостиницы, а артист Александр Межов на пару дней попал в трёхместный номер с двумя , совершенно незнакомыми и далёкими от искусства, командировочными из Иркутска. Которые прилетели на какую-то свою, очень серьезную конференцию по бизнесу от крупного предприятия или завода.

На утренние спектакли нам надо было просыпаться рано и зашёл разговор, как всем не проспать? И тут Александр Ильич Межов, к слову, забывший взять из дома будильник, хитро так посмотрев на Аркадия, говорит:
-А, что, - типа,- друг и коллега мой, Аркадий, а не слабо ли тебе, без будильника, в 8 утра просыпаться? И меня ещё заодно приходить будить?
-Да без проблем, Саша!
Отвечает Печкин.
-Если хочешь, с утра приду и кукушкой работать буду у вас в рекреации. В костюме и при галстуке, чтобы уж совсем культурно и красиво было!
Договорились они на без пяти восемь.

Утро следующего дня. Время 7:55. В нашей рекреации на 5 номеров раздается громкое КУ-КУ! И дальше голосом Печкина "Московское время 7 часов пятьдесят пять минут!" Ку-Ку!
Мы выглядываем из своего номера, умирая от смеха, и видим, как дверь номера Межова открывается. И из него, с полотенцами на плечах, в майках и брюках, выходят два незнакомых нам мужика и, тихо переговариваясь о чем-то своем, отправляются в сторону умывальников и оглушенные тем, что видят, замирают в изумлении! А глаза их округляются, увеличиваясь в размерах.

Потому что видят они, как перегораживая проход к дверному проёму, на их пути стоит наш, почти двухметровый красавец Печкин, в черном, с иголочки, костюме, сдобренном галстуком и безупречно отлаженной белой рубашкой. Благоухающий дорогим одеколоном. И ,взмахивая руками, как крыльями, самозабвенно кукует.

Увидев вместо Межова двух незнакомцев, Аркадий словил паузу, но не растерялся и посмотрел на мужиков с полотенцами так, как курица разглядывает найденное на земле зёрнышко, склонив слегка голову набок. Затем игриво подмигнул им, снова взмахнул руками, как крыльями и громко произнёс "КУ-КУ! "  Вытаращив глаза в их сторону.  Затем, посмотрев на часы, добавил, сообщая им  "Московское время восемь часов ноль-ноль минут".

Мужички, которые ростом Аркаше едва до плеча доставали, молча и отмерев через секунд пять, спинами по стеночке, просочились в сторону умывальника и, заскочив в помещение, быстро захлопнули дверь, громко и нервно лязгнув шпингалетом.

А Печкин продолжил быть кукушкой.

Чем закончилось сие внезапное знакомство людей не искусства с нашими артистами? Щедро, на следующий день, накрытым иркутчанами столом после спектакля, на который соседи Александра Межова были приглашены и от которого остались в полном восторге.

Сидели часов до трёх ночи, пели, разговаривали, травили анекдоты и, пожалуй, такого веселья я больше не припомню ни на одних гастролях.
Потому что поначалу, увидев рано утром кукующего в рекреации мужчину при полном параде, бизнесмены подумали, что столкнулись с каким-то местным больным- сумасшедшим. А по итогу оказалось, что это просто актеры. С которыми им до этого никогда не доводилось встречаться. Расстались друзьями!)

Ну и напоследок, ещё  одна театральная байка про Аркашу.

 Аркадий был мастер на всякие проказы. Однажды на гастролях, все в том же Череповце, мы его ждали в автобусе минут 30-35. Потому что жил он в другом крыле гостиницы и почему-то задерживался.

Наконец, видим картину маслом. На крыльце  появляется Аркадий Сергеевич в белом костюме, а позади него два афроамериканца несут: один - его чемодан, другой - его сумку. Заносят все это в автобус, выходят. Аркадий жмёт им руки, благодарит, улыбается, обнимает на прощание и заходит в автобус. Двери закрываются и в полной тишине, окинув всех торжествующим взглядом, Печкин произносит
-Ну, вот, и я себя сегодня почувствовал, наконец-то , белым человеком.

 Занавес!©

( Продолжение следует...)

Автор - Елена Лифиц