6. Истории Маргарет. Дело о пропавших носках

- Маргарет, а что эта за история с красными носками? – спросила Надя.

- Не отстанете вы от меня сегодня, да? - вздохнула Маргарет, - Хорошо. Значит, время этой истории пришло.

Маргарет замолчала. Встала и подошла к окну.

- О чем ты задумалась, дорогая? – спросила встревоженно Нина.

- Да все об этой истории. А знаете, правдивее все же было бы назвать ее историей о пропавших носках, хотя красные носки там тоже появятся….., но не сразу, - обвела всех взглядом Маргарет и улыбнулась.

И в это мгновение что-то неуловимое промелькнуло в лице Маргарет, и Нина увидела перед собой молодую, с улыбающимися и одновременно грустными глазами женщину.

Улыбка стерла с лица подруги десяток лет. И сейчас Нина поняла, что Маргарет с возрастом стала настоящей красавицей. Так жизнь иногда награждает невзрачных женщин за спокойное и мудрое ее принятие.

- Это какая-то нелепая история, забавная и грустная одновременно…., - начала тихо Маргарет, - Обратилась ко мне как-то соседка. Говорит, слышала, что ты можешь помочь в поиске пропавших вещей.

«Могу, - отвечаю я ей, - Но часто бывает так, что искать начинаешь искать одно, а найти получается совсем другое. А что у тебя пропало?»

«И пропало и продолжает пропадать. Прямо не по дням, а по часам. Только не у меня, а у моей сестры. Смешно сказать, говорит, носки пропадают».

- Да не смейтесь вы, девчонки! – цыкнула Маргарет на подруг.

«Я ей говорю, носками, конечно, заниматься мне еще не доводилось. Но попробовать было бы интересно. Тем более - масштаб пропаж, как ты говоришь,  стабилен и склонен к геометрической прогрессии».

- Такая вот история… - Маргарет вернулась в кресло и устроилась поудобнее.

Сестра соседки с семьей переехали в пригород. Детей у них было много, и жить им там, конечно, было дешевле. Дети все были погодками, в школу еще никто из них не ходил. Муж уезжал каждый день на работу, а она оставалась с детьми.

Стирки, понятное дело, было много. И стала она замечать, что после стирки пропадают вещи. Не одна, и даже не две. И не разные вещи, а почему-то только носки. А ведь раньше, когда они переехали в дом, ничего такого не было. А тут, что ни день, то пропажа.

Муж недоволен. Смешно сказать, семейные скандалы из-за носков. Но и его тоже можно понять, переехали в пригород, где жизнь дешевле, а тут сплошные расходы. И на что?

Конечно, пробовали искать. Все. Правда, безуспешно. Хоть плачь. Где на такую ораву носков напастись, скажите на милость.

Поехали мы к ним. Не знаю, что соседка своей сестре обо мне наговорила, а встретила она меня очень радушно и уважительно. Как-будто не пигалица какая к ней приехала, а начальница всех носков, которой стоит только зайти в дом, как пропавшие носки сразу объявятся и за долгое свое отсутствие без уважительной причины еще и прощения попросят.

Конечно, сестра соседки догадывалась, что дело тут не совсем в носках. А может быть, совсем и не в носках. Чего тут говорить – носки у всех пропадают. Но чтобы они потом не находились, да еще и продолжали пропадать с завидным постоянством….
 
Напоила она нас чаем. Честно признаться, я даже не смогла тогда сосчитать, сколько у нее было детей. Сестры не посидели спокойно ни минуты. Мне и самой хотелось бросить этот чай, встать и помочь им что-то сделать. Кажется, что бедная женщина могла за это время спокойно посидеть только тогда, когда один из малышей попросил грудь. Она без стеснения спустила край майки, и откинулась в кресле. И только руки ее не могли успокоиться. Они то и дело порывались что-то сделать. Схватить рядом проползавшего малыша и вытереть ему нос, подтянуть штанишки у другого, поправить сбившееся на кресле покрывало. И даже не найдя дела, руки продолжали двигаться – сжимать и разжимать в замок пальцы, потирать ладони между собой. Они просто не могли поверить, что им в этот момент ничего не нужно делать.

Но мне показалось, что за этими суетливыми движениями рук скрывается не только привычка, но и волнение, и даже боязнь того, что семейное благополучие может пошатнуться из-за истории с носками.

Глядя на всю эту кутерьму, я подумала о том, что носки в этой ситуации могли затеряться по причинам, никак со стиркой не связанным. Я уже задумалась о том, как об этом тактичнее намекнуть хозяйке, но тут речь зашла о бывших хозяевах дома.

Жили до них в этом доме теща и зять. Ее дочь и, стало быть, его жена, умерла. И они долгое время жили вдвоем. Ненависть постепенно развела их в разные концы дома. Вернее, на разные этажи. Она обитала на втором этаже, а он в подвале. У него там стояла кровать, кресло, радио. Настоящий был педант. Все у него было на своих местах. Безупречный порядок. Инструкции ко всему – радио, стиральная машинка, сушилка, кофеварка. Каждая инструкция в целлофановом пакете. На каждой красным карандашом выделены важные пункты эксплуатации изделия, обещавшие при добросовестном их соблюдении сохранить долгую жизнь изделию и спокойную жизнь без лишних трат ее хозяину.

Сначала подвал стал для новых жильцов дома любимым местом. Там было светло и уютно. Хозяйка занималась домашними делами, стирала, гладила, а дети играли рядом. Но продлилось это недолго. Радио стало перескакивать с одной волны на другую. Стиральная машинка могла сама отключиться. Свет в подвале мигал и пульсировал.

Все были напуганы. Когда она с детьми спускались в подвал, они начинали плакать и не хотели там оставаться. Ей пришлось бегать с этажа на этаж. Смотреть за стиркой и за детьми стало сложнее. Пожаловавшись мужу, она надеялась, что он сможет что-то починить и наладить. Но дело оказалось не в электричестве.
Срочно требовалось что-то предпринять. Но она не знала, что именно. От детей  или от атмосферы, сгустившейся в подвале, ей передался безотчетный страх. Она старалась как можно быстрее перебрать белье, запихнуть его быстрее в машинку и выбежать оттуда. 

Несмотря на то, что хозяйка старалась проводить в подвале как можно меньше времени, ситуация становилась тяжелее и невыносимее. Подвал словно выживал ее. А носки продолжали пропадать.

После чая хозяйка дома проводила меня к двери в подвал. Бедняжка  так переживала за меня. Прижав руки к груди, она посмотрела на меня будто в последний раз.
«Неужели все так плохо?» – подумала тогда я. Все, что было вплоть до этого момента, казалось мне даже комичным. Повернувшись, я решительно шагнула вниз по ступеням. Почему-то запомнилось, что ступенек было семь. Свет, проникая через маленькие окошки, освещал лишь небольшое пространство в центре подвала. Там стоял большой диван, перед которым лежал светлый пушистый ковер. Вернее, он был когда-то светлым, потому что сейчас был чем-то заляпан. В углу дивана бесформенным комком топорщилось покрывало.

Я не спеша прошлась по большому помещению. Заглянула во все углы. В одном из них лежала скомканная инструкция от стиральной машины, разрисованная разноцветными карандашами. Носков, естественно, видно не было. Ветер, стараясь прорваться в окна, тихонечко посвистывал. И от его тоненькой и жалобной песни мне сделалось так тоскливо, что в этот момент я и сама чуть не выбежала из подвала.

Его я увидела, когда заставила себя успокоиться и присела на диван. Мужчина сидел возле противоположной стены и укоризненно смотрел на меня. Он был бледным и очень худым. Лицо было вытянутым, черты лица - заостренными. Светлые, редкие волосы тщательно зачесаны назад. Рубашка застегнута на все пуговицы и заправлена в брюки. Всю жизнь я почему-то питала неприязнь к мужчинам, которые заправляют рубашки в брюки. Вся эта напускная собранность казалась мне какой-то фальшивой. Словно, заправляющий пытался спрятать в брюки кроме рубашки еще что-то. Сколько я встречала  в своей жизни таких мужчин,  и каждый раз за ними скрывалась женщина, от власти которой мужчина так и не смог избавиться, как и от этой привычки.

Конечно, я знала,  кого увижу в подвале. Кого еще я могла там увидеть, кроме того, кто в нем жил до смерти. Педанта, любителя образцового порядка и чистоты. Очень взбешенного новыми жильцами и новыми порядками.  Вернее, беспорядками. Недовольный хаосом, который пришел в его дом, и с которым он не мог бороться человеческими средствами. Испачканным ковром. Разрисованными, скомканными инструкциями, которые валялись теперь неизвестно где. Состоянием стиральной машинки, которая неправильно эксплуатировалась, ведь никто не следил за тем, сколько в нее загружается белья, правильно ли выбирается режим, нужный ли используется кондиционер. Месть его, конечно, была страшной. Больше несчастную женщину проучить ему было нечем. Только носками.

«Будешь хулиганить, - сказала я ему тогда, - позову к тебе в гости тещу, да расскажу ей, что ты тут устроил бедной женщине».

- Вот и вся история. А хозяйке дома я сказала, чтобы она купила пару пар красных носков, потому что их боятся все духи. Чушь, конечно, но ведь что-то я должна была ей сказать на прощание, - Маргарет вздохнула, - Скажите, разве можно исправить людей?  Что мне оставалось делать? Только еще больше напугать испуганного всю свою жизнь человека, да успокоить другого, заставив поверить в чудодейственную силу красных носков.