03 ОГСБ Девиз 02

***

Профессор продолжал проводить свои семинары по «Инвариантному моделированию и истории Русов». Путник старался по возможности на них поприсутствовать. Цена в 100 долларов США, за полный цикл семинара состоящий из 3-х блоков была высока для Путника, так как он в то время будучи заочным аспирантом и работая ассистентом кафедры получал минимальную зарплату, предусмотренную для преподавательского состава без стажа.

Он рассказал о Профессоре и его семинарах своему Другу, с которым познакомился еще на первом курсе и который на тот момент имел абсолютно аналогичный с Путником социальный статус. Путник вместе с Другом имели рабочие столы в одном преподавательско-аспирантском кабинете, у них был общий научный руководитель и ассистентские должности.

   После совещания было решено посетить следующий семинар Профессора и заплатить по 100 долларов, поскольку за такие Знания эта сумма была чисто формальной. Для Путника это был уже третий семинар Профессора. Но поскольку самые простые вещи осознать труднее всего, то он, подсознательно понимая важность этих Знаний не мог осознать их четко.

«Камнем преткновения» для Путника в невозможности воспринимать информацию было его отношение к православному христианству. Путник был крещен в детстве, своего согласия на это, в силу возраста, он конечно не давал. Путник даже смутно помнил, что у него есть крестный отец, с которым он даже несколько раз пообщался до четырех лет, после чего общение прекратилось. Про свою крестную мать он вообще не знал, да и не до того было советскому школьнику.

В сознательном возрасте, Путник сам пришел к понимаю, что при поиске «смысла жизни» неплохо бы ознакомится с Библией. Он с трудом заставил себя прочитать дважды Старый Завет и раз тридцать перечитал Новый Завет, просто потому это ему нравилось, возможно «бабушкины сказки» проявили себя.

Именно Новый Завет помог ему из Анатолия стать Путником. Он познал величие и всеобъемность Вселенской Любви в основном при помощи Нового Завета Христа. Путник хоть и не был воцерковленным человеком, но при этом каким-то образом, в том числе и на основе личного эмпирического опыта считал православное христианство единственно верным путем к Богу. При этом стремление к справедливости вступало в когнитивный диссонанс с идеей абсолютизации православия.

«Если Бог един, велик и справедлив, то почему он не открыл этот Путь православия для других народов? Почему, по воле того же Бога, существуют другие религии, представители которых тоже являются честными, хорошими и добрыми людьми, но при этом в рай они не попадут, так как не признают Христа Спасителем?» 
   
 Такой вопрос мучал Путника, и он его «слышал» отовсюду.

В фильме «Русь изначальная» был такой диалог:
«- Значит ты говоришь, коли я приму твою веру, меня возьмут в рай?
- Да. Крестись и ты будешь спасен.
- А предки наши? Матери, отцы, деды, что не знали Веры твоей. Они где, в раю?
- Нет. Они в аду. Горят вечным пламенем. Спешите же обратится к истинной вере. Никто не ведает «своего часа». Сам Бог говорит с вами через мое посредство. Спешите, иначе ад, огонь и гибель всего вашего семени.
- Ты думай, чему учишь. РОДИЧИ МОИ ЧЕСТНО ЖИЛИ. В чем же их вина?
- Я говорил о Господнем гневе. В любовной заботе о ваших душах. Ты меня не понял. Позволь мне остаться среди вас, говорить с вами. И ты захочешь, чтобы вера Христова пришла на Рось.
 - Ну, на все свое время. Всяк волен верить «по душе». А разная вера не мешает нам быть с тобой друзьями.»

Почему христианин должен согласно учению Церкви, считать «недостойными рая» сикхов или суфиев? Которые будучи при этом людьми духовными, и сами совершают добрые дела, и признают, как равных людей других верований. О чем, к примеру, говорит такая суфийская притча-анекдот.

«В раю для партии «новоприбывших» душ ангел проводит экскурсию. Он ведет группу по коридору и указывая на различные двери объясняет, что за ними находится. И вдруг ангел говорит: «А сейчас пожалуйста потише пройдем мимо этих нескольких дверей.». Из группы интересуются: «А что там, за этими дверьми?». Ангел поясняет: «Да за каждой из этих дверей души людей из какой-то одной религии. И каждая группа думает, что они одни в раю. Не будем им мешать.».

Это несоответствие церковной догмы, что «православие единственный путь к спасению души» и понятия «справедливости для всех». Просто разрывало Путника. Он не мог понять, не мог принять, не мог вместить и осознать.

Путник очень стремился к Знаниям. И хотя он понимал больше многих присутствовавших на семинарах Профессора, о чем говорил тот факт самостоятельного осознания части первого семинара, но полного понимания не происходило. И Путник решил попроситься в ученики к Профессору. Он написал письмо от руки, где изложил свою просьбу и закончил строками Лермонтова: «Отворите мне темницу. Дайте мне сиянье дня.». И передал это письмо Профессору по тем историческим правилам, какие Профессор объяснял для подачи челобитной. Со стороны нескольких случайных свидетелей, наверное, это выглядело немного странно.

Потом до Путника дошли слухи, что Профессор, прочитавши «челобитную» попытался выяснить у людей, знавших Путника ранее, кто он такой. Но вскоре после этого, хоть и прямого ответа от Профессора не последовало, было решено учредить очередное ЦГИ – центр гражданских инициатив. Почему очередное? Как в последствии узнал Путник, подобные ЦГИ учреждались и распадались, и опять учреждались. При этом обязательным было в названии употребить слово «новый» или «звездный». Но в тот раз для учреждения нужны были подписи нескольких людей и Путнику дали какую-то бумажку на подпись, кратко объяснив суть, чего это такое, сказали – подпишись тут. Что он и сделал.

Да они чего-то там пытались сделать, для социума. Но это все было «мелочевкой» реально важных дел не было. Путник понимал, что их «обкатывают» и проверяют. Но так как на стратегическом уровне на сам процесс он не влиял, то поэтому ограничивался выполнением тактических задач, которых было крайне мало, одна говорильня. Профессор непосредственно в этом участия не принимал, поскольку ЦГИ – центр гражданских инициатив, то он ждал этих самых инициатив от граждан. Инициатив, основанных на знании и понимании.

А понимания у Путника не было. Когнитивный диссонанс церковной догмы и справедливости усиливался и уже был готов перерасти в шизофрению. Удивительно, как размышления на философские темы могут привести человека в состояние полного отчаяния. Путник тогда еще не был знаком с таким явлением в психологии как эффект Даннинга — Крюгера но определенно он попал в «долину отчаяния». Именно про это, но другими словами упоминал Профессор в своих лекциях.

«Системный кризис происходит в зоне «Z» и характеризуется состоянием полной неопределенности. В зоне «Z» не действуют никакие законы и руководствоваться нужно ситуационной целесообразностью.»

«Если в условиях существующей системы взглядов нет решения, то эту систему нужно трансформировать путем расширения базиса этой системы и организацией новых связей между ее элементами.»

«Переход через «точку сборки» или зону «Z» сопряжен с разрушением старой системы и на ее базе созданием новой с добавлением дополнительных элементов.»

«В русских народных сказках переход через «ноль» или «точку сборки» отображен в способности превращения добра молодца в волка, сокола и другие состояния. И указано, что для этого он «грянулся о земь», то есть спустился-разрушился до базовых элементов, а потом воссоздал себя в новом виде.»

«Из зоны «Z» есть три выхода: вниз – деградация, по горизонтали – на том же уровне и вверх – развитие. Это как в сказках указующий камень и три дороги.»
«С прошлым расстаются смеясь.»

Гласили мудрые записи в конспекте Путника. Но одно дело прочитать, а другое понять и применить на практике. Эта боль была настолько сильной, что отчаяние заглушало желание жить и блокировало ощущение Вселенской Любви которое у Путника появилось после Крыма.

Но в результате все разрешилось. Сначала на подсознательном уровне был проведен анализ системы ценностей. Анализ – разложение целого на составные части – «мертвая вода». А потом был проведен синтез – построение внутренне непротиворечивой системы на основе системного обобщения наявных знаний – «живая вода». Догма о единственно правильном пути к Богу была решительно отринута. В связи с чем знания из других верований и философских течений рассматривались и анализировались наравне со знаниями из Нового Завета. При этом произошло более глубокое осмысление Нового Завета, недоступное ранее Путнику из-за догматичности. В результате всего этого Путник пришел к новому для себя пониманию.

«Да все Пути ведут к Богу. Но именно для меня наиболее коротким Путем является Учение Христа. Так как в нем та мудрость, что я читаю в других источниках изложена более емко. Но для того чтобы раскрыть и осознать суть этих емких формулировок, мне нужны Знания из других источников. Все величие Учения Христа можно понять лишь, имея представление о других религиях. Это как находясь внутри здания, в какой-то комнате, невозможно понять насколько высоко это здание, для этого нужно выйти на улицу и посмотреть и на «свое» здание и на другие.» 

Осознание пришло, а с ним и невообразимая легкость. Он буквально чувствовал, как «упал с души камень». И вновь как тогда в Крыму к Путнику вернулось ощущение Любви и желание жить, его переполняла радость и понимание того насколько глупым он был все это время. «С прошлым расстаются смеясь.» Вспомнил он фразу Профессора и это было действительно так.

***

На своих семинарах Профессор огласил «табель о рангах» своей Школы «Новый Универсум».
1. Свидетель – прослушал три блока семинара и получил сертификат.
2. Бакалавр – принимает участие в организационной работе.
3. Магистр – знает на память все три блока, 1-й блок преподает самостоятельно.
4. Доктор – социально признанный человек, минимум кандидат наук, преподает семинар полностью.
5. Мастер – человек у которого своя Школа.
6. Великий мастер
7. Учитель – человек разработавший собственную философскую концепцию.

Титула «подмастерье каменщика» и «магистр ордена» там не наблюдалось, но, как говорится чувствовалась «орденская структура».

Путник с «горящими глазами» рассказывал всем, что он наконец понял, о чем говорит Профессор. Чем синтез отличается от анализа. «Это же так просто.» Говорил Путник, которому для понимания этого понадобилось трижды пройти все три блока Семинара.

 Профессор проверил его через другого человека, того через которого Путник когда-то передавал «письмо от Учителя». Путнику было предложено изложить письменно свое понимание, и он написал всего одну короткую фразу.

«Синтез – «И», анализ – «ИЛИ».»

Через некоторое время после этого Путнику была поставлена задача самостоятельно организовать Семинар Профессора. Путник не особо заморачиваясь договорился с завкафедрой об предоставлении для этого подходящей аудитории. Слушателей «рекрутировал» из преподавателей кафедры и особо толковых студентов, у которых он вел практические занятия.

Поскольку Профессор был загадочной личностью, то о себе он рассказывал туманно. Но внешнее сходство одного из приглашенных студентов с Профессором поражало Путника. И особенно интересно было наблюдать реакцию Профессора на этого студента и слушать какую-то житейскую историю в-третьих лицах, напрямую не относящуюся к теме семинара. После перерыва, когда все уже были в аудитории, Путник отправился на поиски Профессора. Он нашел того этажом ниже у какого-то стенда, как тогда показалось Путнику Профессор выглядел немного расчувствовавшимся. Но это к делу не относилось и Семинар продолжился.

Вскоре после этого Путнику было предложено самостоятельно прочитать первый блок Семинара. Что он и сделал, добавив в изложение «Истории Русов» немного отсебятины, указывая при этом, что Профессор в этих нескольких моментах придерживается иного мнения. После чего в беседе на собрании ЦГИ Профессор сказал Путнику такую фразу: «Некоторый люди высказывают свое мнение, не имея на то права, так как не обладают достаточными знаниями в том вопросе, про который они рассуждают.». Путник понял, откуда на его семинар явилась «толпа народу» которых он не знал и не приглашал. И понял, что про его манеру изложения материала Профессора проинформировали.

***

Путник по-прежнему ходил на Семинары Профессора. Провел несколько своих – 1-й блок семинара. Старался активизировать других членов ЦГИ, но те думали только про «бабло» и все разговоры о социально полезной деятельности сводились к болтовне.

 Как, впрочем, и в двух других «обществах», где у руководителей были «грандиозные прожекты». Одна пустая болтовня. Путник за те годы наобщался с «говорунами», как говориться «до конца жизни хватит».

Профессор подкидывал небольшие задачи. Которые Путник решал совместно со своим Другом. Разработать дизайн диплома-сертификата для их ЦГИ. Помочь в наборе текста, верстке и иллюстрировании новой книги Профессора в которой он уже сам «раскрывался» как масон-розенкрейцер. Но это так, мелочевка.

У Путника были проблемы из-за его увлечения Инвариантным моделированием и другими темами, не относящимися к теме его кандидатской работы. Его научные руководители Шеф и Доцент, если мягко сказать, были не в восторге. Шеф – профессор, доктор технических наук, человек с «практическим мышлением».

Шеф обладал хорошими знаниями в области электротехники, но он знал только то что выучил. Творчество это было не его, хотя, среди прочего, он и вел предмет «Основы технического творчества». Шеф даже написал по этой теме хорошую книгу с огромным фактографическим материалом. Иногда Шеф просил заменить его по этому предмету, и Путник с удовольствием заменял его, поскольку изобретательство было любимым хобби Путника. У него даже была парочка патентов и заявок, не связанных с его кандидатской работой, где он вписывал себя как соавтора в составе небольшого коллектива несвязанных с кафедрой людей. Это было влияние Шефа, который всех своих аспирантов вписывал в патенты, автором идей которых был Доцент, а всю организационную работу тащил на себе Шеф.

Шеф был хорошим шефом, и Доцент был хорошим шефом, хотя их аж «переворачивало» от увлечений Путника «ерундистикой», как они это называли.

Шеф был практичен до мозга костей, именно потому он и стал доктором и профессором. Доцент же был лет на 7-мь старше Шефа и преподавал этому Шефу, когда тот еще был студентом. Будучи человеком творческим и любознательным, Доцент был генератором идей, сложные схемы, которые он чертил на бумаге работали на компьютерной симуляции с первого раза. Что очень удивляло Путника, ведь когда Доцент учился даже транзисторы еще не изобрели, а он рисовал схемы на операционных усилителях и микросхемах. Это был «Моцарт» электрических схем.

Путник любил рассказывать про Доцента такую историю:
«Однажды мы действующим малочисленным аспирантским составом разных лет пришли поздравить Доцента с Днем Рождения. И во время импровизированного застолья Доценту, который уже захмелел к тому времени, пришла в голову идея. Тару сдвинули в сторону, лист бумаги и карандаш на стол. И Доцент немного покачиваясь рисует пришедшую ему в голову схему. При этом он указывает, что должны показывать приборы: осциллографы, амперметры и вольтметры в определенных точках схемы.»
Схему рисовали по теме диссертации Путника. При проверке схемы Путник в очередной раз удивился профессионализму Доцента. Все совпало с результатами моделирования с первого раза на 100%.

***

Когда Путник был еще студентом, то была введена модульная система экзаменов. Курс всех предметов разбивался на три этапа и выделялись модульные недели, во время которых все студенты сдавали мини экзамены. Максимально каждый предмет оценивался в 100 баллов и на каждый модуль отводилось определенное количество этих самых баллов: 30, 30 и 40. В результате чего оценку можно было получить по результатам трех модулей или пойти на сессию – один большой экзамен на 100 баллов. Путник уже к третьему курсу разобрался как использовать эту систему в свою пользу и стал пересдавать «трояки» и «четверки», полученные по результатам модулей на «отлично» на сессии.

Это понимание пришло после одного смешного случая. Курс «Теоретической механики» вел один строгий преподаватель. Да и сам курс Путнику не был интересен, какие-то моменты силы, эпюры изгибающих моментов, «сопромат» одним словом. По модулям Путник не прошел, на сессии его выгнали за списывание. Такое с ним случилось впервые, в общем Путник «очканул не по-детски». Талон «К», это звучало как приговор. Со страху ему не пришло в голову ничего лучше, как засесть за учебники и конспекты и выучить всю эту хрень. У Путника еще со школы с зубрежкой как-то не сложилось, и чтобы выучить нужно было разобраться в сути вопроса. При этом было обнаружено, что таки да – «повторенье мать ученья». То, что он читал сейчас уже было ему немного знакомо по модулям, осталось только более подробно разобраться в этом знакомом материале.

Наступил день талона «К». Студенты заходили по одному, и комиссия из нескольких преподавателей общалась с каждым индивидуально. В коридоре «коллеги по несчастью» готовились неизвестными Путнику методами, вкладывая доллары в зачетки. «Чёто, я как-то упустил этот вариант из виду.» - подумал Путник, хотя за весь процесс обучения он так и не прибегнет к этому методу. Как говориться: «Шурик, ты комсомолец? Шурик, это не наш метод.»

Путник предстал перед комиссией из незнакомых ему преподавателей. Тот преподаватель, который вел у него этот предмет и соответственно выгнал его с экзамена куда-то вышел. Преподаватели задали ему как «двоечнику» простенький вопрос, и получив быстрый и четкий ответ немного удивились. Следующий вопрос уже был посложнее, на который Путник ответил также четко и быстро. Это раззадорило преподавателей, и они начали гонять Путника по всему материалу. Но Путник, вооруженный знаниями, достойно парировал все их интеллектуальные выпады. В это время зашел тот самый строгий препод, вопросов он не задавал, но услышал обсуждение комиссии. «Ну что же, коллеги, нужно «отлично» ставить». Услышав такое препод сказал: «На талоне выше «трояка» не ставят.». Так Путник, получив свой «заслуженный трояк», поспешно ретировался. Потом он узнает, что нет запрета на талоне ставить оценку «отлично», но как говорится это уже не на его совести. А главное, что он понял из данного происшествия, что сессию сдать легче чем модули, так как материал весь знаком, нужно его лишь повторить. И если он на первом курсе отказался идти на сессию по черчению, даже когда ему сам преподаватель сказал: «Приходи, ты же знаешь. Зачем тебе «четверка», пересдай на «отлично».». То в последствии он сам уже ходил на сессии, и в результате к окончанию бакалаврата - 4-го курса он с 10-го места в рейтинге «потока» поднялся на 2-е. И то только потому, что на первом месте был человек, который начиная с первого курса не получил ни одной оценки ниже 90-та балов из ста, а «отлично» начиналось с 88-ми.

***

Сказать по правде Доцент недолюбливал Путника еще когда тот был студентом. А все из-за досадного недоразумения. Всего два преподавателя кафедры, одним из которых был Доцент по-настоящему толково проводили «модули» - промежуточные экзамены.

Принцип был такой. На экзаменах давались задачи, которые немного отличались от тех, что рассматривались в процессе обучения, но пользоваться можно было всем и конспектами, и учебниками, только переговариваться запрещалось.

Доцент вел «серьезный» предмет «Электромеханические переходные процессы», который отказывались вести другие преподаватели, там была и физическая, и электрическая составляющая процесса. Путник не особо «въезжал в тему» предмета в процессе обучения. Всем было сложновато, не только ему. Но Доцент говорил: «Я честно ставлю оценки. Кто не согласен, тот может ко мне подойти, и я объясню за какие ошибки я снизил оценку.» Путник этим воспользовался два раза. Он приходил к Доценту, а тот указывая на допущенные ошибки, объяснял правильное решение. Так было после первого и второго модуля. Путник не выпрашивал оценку, он просто слушал объяснение и соглашался, с тем что оценка поставлена справедливо.

После третьего модуля, когда Путник пришел за объяснениями, Доцент его встретил с недовольным лицом: «Что опять хочешь оценку повыше?». Это было сказано с такой интонацией что четко угадывался подтекст этой фразы – «халявщик пришел клянчить оценку». Это оскорбило Путника, так как он «всегда платил по счетам» и халявы не признавал. Но объяснить это Доценту не было никакой возможности, во-первых, Доцент был глухой, по слухам он когда-то испытал удар высоким напряжением, вследствие чего очень плохо слышал и громко разговаривал, и во-вторых, потому что объяснение в подобной ситуации звучало бы как оправдание, а «правые не оправдываются». Поэтому Путник молча развернулся и вышел.

Но поскольку «трояк» по результатам модулей, его явно не устраивал, то Путник принялся готовиться к сессии. Материал первых двух модулей он понимал, после довольно подробных объяснений Доцента, когда тот обосновывал правомерность оценок, а вот, чтобы самостоятельно «зашарить» материал третьего модуля пришлось серьезно «наморщить ум».

Придя на сессию Путник принципиально сел на первую парту и получив билет с заданием тут же начал писать. Когда прозвучала команда «сдаем» он дописал последнее слово, поставил точку и сдал билет с ответом. Через несколько дней староста пришел и зачитал оценки группе, Путник набрал 100 из 100. Этот результат для данного предмета считался нереальным, ну или маловероятным. Путник, считая, что Доцент незаслуженно обидел его, когда принял его за халявщика, сам не пошел подписывать зачетку, а передал через старосту. Тогда еще было неизвестно кто к кому попадет в магистратуру. И так оказалось, что Путника и его Друга, после финального общего большого бакалаврского экзамена возьмет к себе Шеф, который работал в паре с Доцентом.

***

Два года магистратуры пролетели быстро. В магистратуре на летних каникулах Путник решил не подрабатывать на стройках, как он это делал, начиная со старшего класса школы, потому, что научная работа заставила его отдаться полностью.
 
Это были прекрасные годы. Шеф и Доцент давали поручения, а Путник был «руками и ногами». Задача которой занимались Шеф с Доцентом звучала как «Защита от феррорезонанса». «Что такое «феррорезонанс» ученые толком не знают, тому кто разберется в этом дадут Нобелевскую премию.» Так Шеф старался заинтересовать своих молодых подопечных.

Шеф руководил процессом и вел всю документацию. Писал патенты и давал указания как писать научные статьи. Большой опыт, который имел Шеф в «эпистолярном жанре» выливался в массу исправлений и ценных указаний, когда Шеф редактировал статьи и магистерские работы своих подопечных. Путник старался перенять это умение Шефа. Гораздо позже это проявилось в смешной ситуации.

Ситуация: Работа на фирме. Три бывших аспиранта Шефа. Директор в аспирантуре был старше Путника на два года, а по возрасту на 4-5 лет, кандидат технических наук. Главный инженер, в аспирантуре был старше Путника на год, и так же по возрасту старше на год, кандидат технических наук. И Путник аспирант-неудачник. Путник в основном общался с Главным инженером, а у Директора был отдельный кабинет.

Иногда, когда вставал какой-то технический вопрос Путник объяснял Главному инженеру суть вопроса и добавлял: «Ты же кандидат технических наук, ты должен такое знать.». «Слушай, хорош подкалывать.» - отшучивался Главный инженер.
Однажды нужно было написать два деловых письма заказчику. Директор поставил задачу разумно. Главный инженер пишет текст от нашей фирмы, а потом Путник рерайтит этот текст от имени другой фирмы. После чего Директор ознакомился с обеими вариантами и сказал: «Хорошо. Только тот вариант что переделал Путник мы пошлем от нашей фирмы, а вариант Главного инженера от другой.». «Так он же у меня списал.» - обиделся Главный инженер.

И вроде бы все трое у Шефа учились.

Шеф был человеком «слова и дела». Задачи ставил четко. За годы магистратуры Путник не только научился писать статьи, но и доставать нужные радиодетали для разработки и серийного производства приборов релейной защиты, которыми занимались Шеф с Доцентом. Путнику выделялась сумма и он старался достать подешевле нужные детали. Что касалось денег, то своими личными средствами Путник распоряжался довольно неэкономно. Но если ему были доверены чужие средства, то «за копейку готов был удавиться», вел подробный отчет и старался минимизировать расходы. Поэтому начав закупать детали на радиобазаре он вскоре смекнул, что на загибающихся крупных советских заводах через проходную можно доставать радиодетали гораздо дешевле. Да покупать с умом у него получалось, в отличии от продаж. Путник так и не научится продавать «подороже» что либо, даже свой труд. Ему почему-то брать у других деньги, пусть даже честно заработанные, всегда будет стыдно.

Но тогда, в магистратуре он покупал радиодетали, моделировал в специальных редакторах схемы Доцента, паял прототипы прибора на макетнице под чутким руководством того же Доцента, ездил вместе с Шефом и Доцентом устанавливать эти приборы релейной защиты на действующих электроподстанциях и писал магистерский диплом.   

На защите диплома, благодаря стараниям Шефа и Доцента, рядом со стендом с плакатами, на столе красовались два прибора «в натуре». Один серийный прибор релейной защиты от феррорезонанса, а другой кустарно спаянный руками Путника прибор для тестирования и калибровки серийного прибора защиты. Путник быстренько сделал беглый обзор по плакатам. Но потом решив, что присутствующим будет интересно понять суть электрических схем, принялся подробно и в деталях объяснять. За что ему потом слегка влетело от Шефа, поскольку он за 40 минут доклада вместо положенных 10-ти так «замахал» комиссию, что сил задавать ему вопросы ни у кого не осталось.

***

В аспирантуре отношения Путника с Шефом и Доцентом испортились. В связи с тем, что Путник, ознакомившись с Инвариантным моделированием решил применить его для раскрытия сути явления феррорезонанса, за которое Шеф когда-то «грозился» Нобелевской премией. Увлечение Путника неканонической историей Русов в изложении Профессора и знакомство с ВсеяСветной Грамотой, разными экстрасенсами и иные подобные обстоятельства настроили Шефа и Доцента против Путника. Впервые ему здорово влетело от Шефа после его голодания в Крыму, когда Путник заявился на кафедру в образе ходячего скелета, с загадочной «улыбкой будды».

Путник не был ученым по-настоящему, и недостаток базовых знаний он ощущал. Но для его исследований было уже все готово. На их кафедре один доцент со светлой головой, глубоко понимавший методы ТОЭ разработал редактор электрических схем с учетом магнитного поля и потокосцепления в сердечниках трансформаторов. Гениальная разработка пригодилась всей кафедре, отпала нужда в натурных экспериментах и в построении математических моделей для каждого отдельного случая. И соответственно все подопечные Шефа тоже проводили эксперименты в этом редакторе. Потом Путник нашел похожий редактор, для радиотехники, там тоже удавалось смоделировать процессы феррорезонанса, но редактор разработанный доцентом их кафедры все-таки был лучше.

Путник, не будучи в полной мере ученым, все-таки был изобретателем. Еще в детстве он пытался придумать «вечный двигатель». Ему нравилась услышанная от знакомого шутка по этому поводу. «Вечный двигатель это хорошо смазанный и надежно законсервированный двигатель». Но склонность к изобретательству периодически себя проявляла. Так, еще будучи студентом, он вместе со своей группой попали в патентный отдел ЦНТИ – центра научно-технической информации. Где он, порывшись в патентах нашел ветряк вертикального типа, которому безразлично направление ветра. Тогда Путник расстроился, ведь он считал, что до этого только он додумался. С изобретениями случались и веселые истории.

Шеф сказал, что существует проблема с ОЗЗ – однофазными замыканиями на землю. Сложно определить на какой линии оно произошло. Этим вопросом на кафедре занималась другая контора, для этого они создали прибор на базе микропроцессора. Путник «наморщив ум» придумал копеечную схему на диодных мостах, которая автоматически выявляла линию на которой произошло ОЗЗ. Но поскольку в радиотехнике он был не силен, то попросил Добряка помочь ему. Добряк был добряком по сути, он был на 7-м лет старше Путника и даже преподавал Путнику на 1-2 курсе, хотя сам был выпускником другой кафедры. Огромный объем технических знаний уживался в нем с детской наивностью, полной личной неорганизованностью и искренним желанием помочь всем кроме себя самого. Вся кафедра «пинала» Добряка к защите кандидатской, и он этого был достоин намного больше других, но личная неорганизованность не позволяла ему заняться своими делами.
Путник попросил Добряка помочь ему смоделировать на диодных мостах схему выявления ОЗЗ. С чем Добряк быстро справился, приговаривая: «Слушай, классная идея.». Он в этом вопросе был спец, поскольку в разработке микропроцессорного прибора обнаружения ОЗЗ он принимал непосредственное участие и это было темой его кандидатской работы.

Путник обрадовался, что его идея работает и доложил об этом своему Шефу. Но поскольку по негласным правилам было непринято залазить на чужое поле научной и коммерческой деятельности. То эту ситуацию Шеф «спустил на тормозах». А через некоторое время кафедра общими усилиями подвигла Добряка на предварительную «защиту на кафедре», и он выступил с докладом. Где в описании методов определения линии на которой произошло ОЗЗ, сказал, что из трех методов на основании которых микропроцессор дает свое заключение, метод, который предложил Путник самый точный. Но поскольку принцип этого метода был описан как алгоритм компьютерной программы, то о том, что это была идея Путника он не упомянул. Уже после выступления Путник спросил его: «Как так?». На что Добряк виновато ответил: «Понимаешь, я могу хорошо развить чужую идею, но свои идеи мне почему-то не приходят.».

Путник не обижался на Добряка ни до того, ни после. Добряк был настоящим товарищем и компанейским парнем. Вместе со всем коллективом аспирантов гонял в компьютерные игры и ходил «на пиццу», никогда не старался подчеркнуть, что он старше и умнее. И на любую просьбу о помощи откликался мгновенно. С ним был связан еще один смешной случай.

Путник решил, что для его исследований феррорезонанса существующей модели недостаточно, так, как процесс математического расчета скрыт от наблюдателя. И он решил проанализировать ферорезонанс через квазистационарные режимы. А для этого ему нужно было разложить непрерывную искаженную гармониками и субгармониками синусоиду напряжения феррорезонанса на совокупность синусоид каждая из которых имеет свой период. Для этого ему понадобилась формула, которая бы описывала ситуацию, что через три точки можно провести синусоиду, причем только одну. Знаний для этого хватило, но выводил он эту формулу несколько дней. Хотя в школе, на уроках Учителя он с этой задачей справился бы намного быстрее. Но знания школьного курса забываются если их не применять на практике.

И вот триумф разума. Формула готова. И загнав ее в математический редактор Путник вовсю принялся анализировать феррорезонансные напряжения, графики которых он вытащил из электротехнического редактора. Путник даже почувствовал себя слегка ученым и был собой очень доволен. Но уже через неделю Добряк, по доброте душевной, где-то откопал методичку для трехканального осциллографа, по возрасту ровесницу Путника. В этой методичке была точно такая же формула, только через переменные «a, b, c», тогда как Путник те же переменные назвал «x, y, z». Да, «не долго музыка играла». Но все равно, «считается» подумал Путник, я же мыслил правильно и эта методичка подтверждение, просто недостаток образования заставил меня проделать лишнюю работу.

В общем Путник вел пары и потихоньку писал статьи нужные для диссертации. Но в процессе работы с литературой он обнаружил, что идея, положенная в основу принципа работы прибора, который разработал Доцент, а Путник описал в своей магистерской дипломной работе, была изложена в книге по релейной защите за два года до рождения Путника.

Научной новизны нет, прибор придумал не я, прибор был защищен как магистерская работа, это действительно был его уровень, но все это для кандидатской работы не годится. Нужна научная новизна, нужны новые исследования. С этим не согласны были все. И Шеф с Доцентом у которых процедура защиты кандидатских диссертаций стояла на потоке и все «было схвачено», формально написал «кирпич», так в шутку называли диссертацию – считай защитился. Также с этим был не согласен и Профессор.

- Защитится нужно. Получить корочки как подтверждение своего статуса. – Объяснял Путнику Профессор.

- Я не против. Но мне предлагают защититься на техническом решении, которое было опубликовано в книге, выпущенной за два года до моего рождения. Да, верно, сделали новый хороший прибор на новой элементной базе. Я не автор схемы, я просто принимал активное участие в реализации проекта, в воплощении идеи одного из моих научных руководителей. Который действительно профи высокого уровня, хоть и остался кандидатом.

- Так защитись, возьми корочки, а дальше делай что захочешь. -  Настаивал Профессор.

- Да как-то стыдно, что ли. Во-первых, я эту тему защитил как магистерскую работу. Там она по уровню сложности была в самый раз. Во-вторых, идеи как принципа, так и реализации не мои. В-третьих, у меня своя теория про причины возникновение феррорезонаса. Которая соответствует результатам моделирования. Хоть она и простая, но потому-то, наверное, до этого никто раньше не догадался.
 
- Ну как знаешь. Тебе решать. – Подытожил разговор Профессор.

Но Путнику решать не пришлось. Один новоиспеченный профессор на их кафедре. Которого, кстати, раньше все очень уважали и в том числе и Путник. А потом после защиты докторской этот человек резко изменился, буквально настаивая на почтительном отношении к себе. Вся кафедра была удивлена как быстро человека изменила докторская степень. «Я» из этого человека так и перло наружу. Так вот, этот человек имел старые обиды на Профессора, еще с того времени как Профессор был кандидатом наук на кафедре ТОЭ.

 Также он был в контрах и с профессором Шефом - научным руководителем Путника. Однажды, оставшись с Путником один на один после очередного «выездного заседания» кафедры, будучи немного подшофе, он прямо сказал Путнику.

- Анатолий, ты пойми, что я не могу тебе дать защитится. Так как после этого у тебя появится больше возможностей распространять свои идеи, которых ты нахватался у Профессора.

В итоге Путник все-таки разобрался с причинами возникновения феррорезонанса. Поскольку ранее считалось, что феррорезонанс возможен только в электрических цепях, содержащих «замкнутое железо» магнитопроводов трансформаторов, то в доказательство правоты своей теории Путник смоделировал подобный резонансный процесс с субгармониками в линейной цепи.

При этом он подобрал параметры так, что когда он показал графики Шефу, тот сначала сказал: «Что ты мне феррорезонанс показываешь? Я его уже тысячи раз видел.». А когда узнал, что это обычный резонанс в линейной цепи то сказал: «Не знаю. Иди к Доценту, пусть он разбирается.».

Когда же Путник пришел к Доценту, тот будучи сердитым на Путника из-за его знакомства с Профессором, системный подход которого Путник предлагал положить в основу диссертации, сказал: «Твой научный руководитель Шеф, с ним и решай эти вопросы. Если будешь делать по-своему, то я в этом участия не принимаю.».

И все это несмотря на то, что Путник сам разработал теорию, доказал ее моделированием, и даже самостоятельно сформулировал тему, и научную новизну, и написал несколько разделов диссертации. В общем Путник оказался типичным лауреатом «нобелевской недали».

Он еще будет некоторое время работать на кафедре, и даже попросит у заведующего кафедрой подыскать ему нового научного руководителя, но безрезультатно.

Завкафедрой мудрый и рассудительный доцент на профессорской должности скажет ему: «Сменить руководителя не удастся, так как в научной среде все «зоны влияния» поделены. Тем более, что ваша теория показывает несостоятельность переноса результатов моделирования в однофазных нелинейных цепях на исследование трехфазных. А эти принципы были заложены в работах ваших коллег, которые у вашего Шефа защитились несколькими годами ранее. Если же говорить насчет перспективы работы на кафедре, то скажу вам честно, люди здесь не ради этих низких зарплат.

 Тут либо нужно брать взятки, либо заниматься научными разработками с последующим практическим внедрением.». Взятки Путник принципиально не брал, просто всем нерадивым студентам ставил «трояки», а научные перспективы для него были закрыты.

***

Общение с Профессором тоже подходило к логическому завершению. 
Профессор был превосходным психологом и при случайной встрече сразу располагал будущего собеседника к общению. Он делал это за долю секунды. Одним из его приемов был особый взгляд. С Путником он тоже проделал это несколько раз.

При незапланированной встрече Профессор улыбался и с удивленным выражением в глазах вскидывал брови. В этой пантомиме как бы читалась немного хулиганистая фраза: «Ля… Кого я вижу…». Это несоответствие серьезности человека и шутливости такого взгляда внутренне очень веселило Путника.

Но по серьезному Профессор «не кололся». Был случай, когда Путник вместе с Другом готовили обложку для новой книги Профессора, то им для обложки понадобилось изображение голубя. Путник нашел нужное изображение птицы в книге с гравюрами на библейские темы. Но также там он нашел гравюру известного немецкого художника под названием «Переход евреев через Чермное море». Путник вспомнил сразу как Профессор рассказывал о том, что раньше Черное море называли Чермное море, что значит красивое. Он «притаранил» книгу на работу, и когда Профессор заглянул проверить как продвигаются дела с книгой, то Путник подсунул ему эту гравюру, и Профессор попался.

- Ну вот, немцы аккуратные ребята. Записали все как надо – не Черное, а Чермное море.

- Но вообще-то евреи перешли Красное море. А слово «красное» в нашем языке это синоним красивое, то же что и «чермное» по вашему утверждению.

Профессор промолчал. А Путник мысленно припомнил фразу Профессора, сказанную в его адрес по похожему поводу. «Некоторый люди высказывают свое мнение, не имея на то права, так как не обладают достаточными знаниями в том вопросе, про который они рассуждают.». Припомнил не по злобе, а как констатацию факта, что не вся информация, которая поступает от Профессора по «истории Русов» соответствует действительности.

Любимой фразой Профессора было такое изречение: «Кто вы такие? Вас в социальном плане в микроскоп не видно.». Был один случай, когда Профессор возможно хотел осадить Путника, но тот вовремя вывернулся. В разговоре с Путником Профессор задал вопрос.

- Кто ты такой? Определи свой статус в нашей системе деятельности.
Очевидно, что имелось ввиду статус соответственно «табелю о рангах» Школы «Новый Универсум». Друг Путника, который присутствовал при этом разговоре тихо сказал.
- Магистр.

Да по идее, Путник минимально соответствовал определению Магистр, так как знал на память все три блока, и 1-й блок несколько раз провел самостоятельно. Но немного зная Профессора Путник сказал.

- Судя по имеющемуся у меня сертификату о прохождении Семинара, я Свидетель.
Было видно по мимике Профессора, что Путник «сыграв не с той карты» сбил заготовку Профессора для дальнейшего разговора. «Ибо нефиг на мне отрабатывать психологические приемы», - подумал Путник, уловив секундное замешательство Профессора.

Самого Профессора в социальном плане было видно и без «микроскопа». Но с точки зрения Путника Профессор являлся «широко известной личностью в узких кругах». И его общественные дела не афишировались. В то время были проведены парламентские выборы, в которых приняла участие ранее неизвестная политическая партия «Новая генерация», которую поддержала деньгой организация предпринимателей «Новая формация». Несмотря на то, что эта партия потратила наибольшую сумму денег в пересчете на каждый набранный голос избирателя, она пролетела «как фанера над Парижем», и больше о ней не было слышно. Путник по названию, и по манере выступления в предвыборных роликах и дебатах, заподозрил здесь «руку» Профессора. Но тот «отморозился», когда Путник намеками попытался выяснить это.

Практический вывод напрашивался следующий: «При всех знаниях и умениях Профессора, реального влияния на жизнь страны он не оказывал. Да существуют ЦГИ и по сей день, но ведь и кружки филателистов тоже существуют.».

 Все это и многое другое было странным для Путника. Было такое чувство, что его «играют в темную», на это он был принципиально не согласен.

Профессор, можно так сказать, давал опасные знания. Наверняка от неполноты и неправильного понимания этих знаний многие люди «покалечили» свои судьбы. Путник же размышлял так: «Железо куют, только крепче становиться.». Но он сам как раз оказался не железом, а окалиной, которая отлетает в процессе ковки.

Путник честно и искренне пытался заставить поверить себя в то, что Профессор и есть Божий Избранник, что он МаЛютая, МАНУ, Князь Русов и прочее, прочее, прочее… Как про то рассказывал сам Профессор на своих Семинарах. Спал, подложив под подушку книгу Профессора с сакральными Знаниями. Но дальше Божьего Избранника и Князя Русов дело не шло. Да еще эта принадлежность к масонам, у которых он по-видимому «великий магистр», и поэтому имеет право создавать собственную ложу.

99% да, но тот 1% нет перевесил. Путник так и не смог ощутить то, что, наверное, полагалось ощутить для дальнейшего обучения и общения с Профессором. Хотя он искренне пытался. «Ну нешмогла, так нешмогла.» - решил Путник и их пути с Профессором разошлись.

Путник так и остался человеком «ушибленным Знанием».

Путник ничего никому и никогда не пытался доказать. Ни Шефу с Доцентом, ни Профессору, все что он делал – делал от чистого сердца, без всяких корыстных планов. Да он понимал, что Шеф сначала планировал ему передать «свою контору» после того как от этого предложения отказался старший аспирант. Нужно лишь было «подыграть» Шефу и «не выпендриваясь тупо защититься». Можно было продолжать общение с Профессором, пытаясь через его связи выйти на каких-то влиятельных людей. Но Путник никогда не поступал против своей совести, даже если он и ошибался, то делал это искренне. Поэтому он уволился с кафедры, а общение с Профессором прервалось, само собой, так как Путник не обладал амбициями и стать влиятельным человеком ему «не грозило от слова совсем».

И вот в 29 лет, Путник, покинув альма-матер нырнул в «большую жизнь».

***