9. Павел Суровой Смерш кардинала Ришелье

  Человек со шрамом (Дело о фальшивых патентах)

  Рошфор и зеркала Лувра

 Граф Рошфор, человек, чье лицо было пересечено шрамом от удара шпагой (подарок от одного известного гасконца), сидел в тени колоннады Лувра. Его единственный глаз внимательно следил за толпой дворян, теснившихся у дверей королевской приемной.
— Посмотрите на них, — прошептал он подошедшему Дегре. — Каждый второй — маркиз. Половина этих титулов пахнет свежими чернилами и дешевым пергаментом из лавок Двора Чудес.

— Кардинал обеспокоен, — ответил Дегре, поправляя свою треуголку. — Кто-то продает дворянство за пятьсот ливров. В армию и свиту короля проникают люди, которых еще вчера секли на рыночных площадях. Это не просто мошенничество, Рошфор. Это диверсия. Кто-то создает армию шпионов внутри дворца.
 
 Мастерская теней

 След привел Рошфора в грязный переулок за собором Нотр-Дам. Там, в подвале заброшенной переплетной мастерской, кипела работа. Старый горбун с увеличительным стеклом в глазу виртуозно вырезал королевскую печать из куска свинца.
— Кто заказчик, дедушка? — голос Рошфора прозвучал из темноты как приговор.
Горбун вскрикнул и попытался опрокинуть лампу на стопку бумаг. Рошфор одним прыжком оказался рядом, его шпага пригвоздила руку старика к столу.
— Я старый человек! — завыл горбун. — Мне просто платили!
— Имена! — Рошфор надавил на клинок. — Или я вырежу на твоем лбу новый титул. «Государственный изменник».
— Это... это шевалье де Жар! — прохрипел мастер. — Он берет патенты пачками. Говорит, что для своих друзей из Лотарингии.
 
 Бал самозванцев

 Через неделю Ришелье устроил закрытый прием. Это была ловушка. Рошфор стоял у входа, сверяя лица гостей со списком, составленным после допроса горбуна.
Когда в зал вошел высокий, представительный дворянин в расшитом золотом колете, Рошфор преградил ему путь. — Маркиз де Сен-Люк? Рад видеть вас. Не припомню вашего лица в родословных книгах Нормандии.
— Мой род древний, как эти камни, сударь! — вспыхнул «маркиз».
— Древний, как вчерашняя тушь, — Рошфор резким движением сорвал с его шеи орден Святого Духа. — Под арест его. И всех, кто стоит в этой очереди.

 Это была тихая чистка. Никто не услышал криков. Людей просто уводили в боковые двери, где их ждали кандалы и повозки до Бастилии.
— Вы лишили короля половины его новой свиты, — заметил Ришелье, наблюдая за пустеющим залом.
— Я спас его от пятидесяти кинжалов, Ваше Преосвященство, — ответил Рошфор, вытирая шрам платком. — Чистота крови в политике важнее, чем в конюшнях.