Идти в Природу

Брижанёв А. А.
шахтёр, хутор Верхний Кондрючий

   Здравствуйте, товарищи! Пользуясь случаем, расскажу вам один эпизод. Учителя поместили в психиатрическую больницу в Новошахтинске. Его трудно было сломить. Его забирали, потом выпускали. Шли репрессии. В застойные годы ничего нельзя было добиться. Учителя чуть не довели до края. Его держали в изолированной комнате, привязанным к кровати. Пускали к нему только Валентину Леонтьевну – её объявили сестрой его покойной жены. Меня и Петю пускали как племянников.

   Дело дошло до того, что он смог вырваться. Поймите правильно: его отрезали от воздуха, никуда не выпускали. Мы с Петей улетели в Москву. Там внимательные врачи сказали: «Поможем, чтобы Учителя отдали». Мы вернулись домой. Леонтьевна сообщила: «Отдают». Петя сел в машину и привёз Учителя. Собрались все последователи, искупали его, уложили в постель.

   Учитель сказал: «Всё, я буду умирать. Петя, съезди за моим сыном». Мы никогда не отступали от Учителя, верили ему, знали, что у него есть сила. Но тут я усомнился. Стою у кровати, а на душе тяжело. Говорю: «Учитель, что же ты делаешь? Мы должны тебе помочь, ты должен жить».

   Он спросил: «А что делать?»

Я сказал: «Как что? Ты сам учил нас идти в природу».

Учитель спросил: «А вы пойдёте со мной?»

Я ответил: «Учитель, куда скажешь – туда и пойдём». Он согласился.

   Мы вывели его на свежий воздух и решили вместе с ним просить помощи. Он обратился к Матери-Природе. Мы понимали его как Учителя. Он говорил: «Один понимает меня как Бога, другой – как Учителя, который преподаёт. А я такой же человек, как ты. Я ставлю перед собой задачу, выстраиваю систему. Все свои качества я взял у природы и передаю их народу, всему миру».

   С этими словами мы отправились. Три дня мы выводили его на воздух. Никто из нас не ел – отказались от всей еды, что была в доме. Учитель постепенно набирался сил. На третий день он пошёл сам, даже немного пробежал.

   Он направился к воротам, затем вернулся к квартире и попросил: «Позовите Дмитрия Николаевича». Тот тоже был из последователей. Когда он пришёл, Учитель сказал: «Поезжай, привези мне главврача из той психушки, где меня держали. Пусть тот, кто не пускал, приедет и проверит моё здоровье».

   Когда Учителя забирали, присутствовали высокие чины и врачи. Они, наверное, понимают, что происходит с человеком при температуре выше сорока одного градуса. Я тогда подумал: «Это конец». Сердце остановилось. Говорю вам истинную правду. Потом я забылся. На третий день Учитель пришёл в норму – обыкновенный, будто ничего и не случилось. Приехал тот же врач и своим глазам не поверил: увидел его здоровым. А ведь все думали, что ему конец.

   Поймите, какие возможности у местной власти. Наверху не знали, а внизу решили изолировать Учителя от народа – и всё.

   Я шахтёр, лёгкие у меня забиты полностью. Это силикоз, профессиональное заболевание. У меня одни бронхи. Мне сейчас восемьдесят пять лет, с шахты вывели. А с Учителем я до сегодняшнего дня вот так выгляжу. Моих товарищей, с которыми ходил в забой, уже никого нет.

   Все эти достижения – от Природы. Учитель добился их за пятьдесят лет. Он прямо сказал нам, что мы можем идти его путём: «Идите, и всё получится. Путь трудный, сложный». Мы должны выработать в обществе все эти качества, и тогда поднимемся ещё выше. Сегодня его Учение, этот метод, который он собрал для нас, – это верный путь.