Письма Учителю. Проклятье второго вагона

                "В горах, где лоза дикАя вьется и журчит ручей, как ваше слово отзовется?"
                Ван Ли-чжун, промышленный скалолаз при дворце Фу Си.

  Полтора десятка лет минуло, граф, с тех пор, как из-под пера супружеской пары вышел роман о женщине с пониженной социальной ответственностью.

 И вот опять. Некое мистическое влияние на пишущего сложения букв. Код самоуничтожения, но не уровне гена смерти. Тривиальное, как у бедной Карениной.

 Да, в романе Вы возвысили простую гувернантку Анну Пирогову до своего сословия. Главное не в этом, а в последовательности реальных трагических событий и воплощении литературного фантома.

 Некий трешевый триггер, после созерцания растерзанного тела.

 И большая вероятность повторения летом 1891 года.

 Что же предшествует новой трагедии?

 Ваша дневниковая запись за 22 июля. Точнее, вымаранные девятнадцать строк. Маска, второпях накинутая на обезображенное злобой лицо?

 После этого возврат к тяжелому для супругов диалогу.

 "Начал же я разговор, потому что она сказала как-то вечером, когда мы уже засыпать собирались, что она согласна. Мне ее жалко. Злобы нет"

 Как мудра Софья Андреевна. И как импульсивна после.

 Речь об авторских правах. Вы, как реальный неформал, отдаю на общее пользование.  Она, создавшая эту империю, заботится о детях. Но подчиняется.

 Вы вновь философствуете, крест не тащат, а несут. Да, символично. Дети Цветов -мирные крестоносцы, праведники в бушующем от взаимной вражды океане крови.

 Дальше происходит нечто, что может в один миг разрушить яснополянские нравственные устои.

 Увы, согласие Софушки не означает мир. В крайнем возбуждении она бежит к железной дороге, где уже слышится шум приближающегося товарняка.

 Реально, Лев Николаевич, все бы изменилось и в Вашей судьбе, повтори Софья Андреевна роковой шаг Анны Аркадьевны ко второму вагону. Представляю заголовки российских таблоидов лета 1891 года:

     "Загадочная смерть супруги графа Толстого!" "Создатель "Крейцеровой сонаты" довел жену до дороги!"

 Стечение обстоятельств не позволило свершиться трагедии. Благодарить надо Вашего внучатого племянника А.М.Кузьминского. Александр Михайлович ещё и Ваш свояк. В этот момент он идет в Ясную Поляну, навестить свою супругу, младшую сестру Софьи Андреевны.

 Поступок Кузьминского напрочь отвергает расхожую фразу о никчемности зятя. Реально, спас свояченицу, а уважаемую семью- от позора.

                Ваш ученик ЕС.

 A propos!

 Серьезные биографы возразят, прообразом Анны Аркадьевны была старшая дочь Пушкина. Да и супруга Кузьминского подтвердит, одно лицо, сама видела. Но харе Кришна, Мария Александровна дожила со светлых времен. Лично Луначарский хлопотал за неё перед Ильичем о персональной пенсии. Но не успел. Дочь Пушкина умерла не под вторым вагоном,а от голода. Такой же напасти, что накрыла Россию летом 1891"