Эскортница - оборотная сторона России

“Эскортница” Надежда К. разбивается в дорогой машине в Москве с Андреем Н. Оба  находились в состоянии “алкогольного  и наркотического опьянения”.   
Как выяснилось, - Андрей Н. был помощником депутата ГосДумы, от Народного фронта, а машина была служебной.
Его мигом выкинули из партии.   
Поскольку все происходило во время СВО - большого скандала удалось избежать. 
Оба были в коме и находились на гране.
Но - как говорили, - Бог дал им второй шанс. 
И вот пока они приходили в себя, с трудом разговаривая друг с другом - вспоминали свою жизнь, далекую от Москвы малую родину. 
 
1. Камчатка. Присутствие - среди моря и камней   
 
Именно там они оба родились и выросли вместе.
Камчатка. 
Край света. 
Именно так называют последюю парту в классе.
Камчатка была трудно доступной, - в отличие от Сахалина и Владивостока - с высокими горами и морями. 
Так было в прошлых веках. Но и в сегодня - в отличие от СССР, когда коммуникации было больше и страна как будто стала “красным пламенем заводов и новых городов”, - всеобщие связи стали слабее. 
Да, Союз делал все Зауралье активным. 
Но в том числе и ГУЛАГом. 
Пусть его официально и отменили. 
Но сама земля за Уралом - как будто все помнит. 
И ждешь - что вот-вот выскочит колючая проволока - вместе с костями. 
Так оно и бывает.
А там, где их совсем много - создают музеи.   
 
Все это знала - родившаяся в камчатском городке Надя. 
Недалеко от побережья. 
Она была ровесницей века.   
Из простой - рабочей - семьи. 
Она все время слышала шум прибоя, воды о гальку.
Вдох.
Выдох.
Вдох.
Выдох.
Чуть вдалеке - высокие слабо дымящиеся горы. 
Позднее слова взрослых о “вулкане” были связаны в ее душе с прибоем.
Как будто кто-то разозлит эту воду - и так она отомстит. 
Вдох.
Выдох.
Шум воды.
Когда она была совсем маленькой, - ей казалось - что это ее мать. 
Вздыхает по ней.
Любит.
Так она и будет жить в этом присутствии “моря-окияна”...
Неужели придет день - когда ей в этой утробе океана станет скучно.
Когда она увидит в этом ад? 
 
Мать работала - предсказуемо - на заводе по обработке рыбы. 
А отец - тоже предсказуемо - на небольшом траулере, который ее ловил.
Парадокс - не такое уж частое явление в глухой провинции - они  любили друг друга - и   любили ее.   
Экономика стала лучше. Других детей у них не было. 
Оба выпивали только на праздники и не ругались матом (поэтому  и нашли друг друга, так и ее воспитывали).
А еще им дали от компании квартиры в новом доме - с огромными дворами - где все всех знали и куда Надю можно было отпускать. 
Там она взрослела. 
С друзьями родителей во дворе и проводили все праздники.
А уж особенно - когда приходит весна. 
 
2. Гибель отца 
 
Это произошло - когда ей было уже 14. 
Когда взросление уже уводило ее с этих слишком детских дворов - на темные, где она пила, курила. Что для нее было пиком не-послушания (позднее будет и травка).   
Мать пришла домой и сказала,  - что судно отца утонуло. 
Выяснилось, что причиной были его поломки. 
Из-за чего отец “воевал” с офисом. 
Сходящая с ума от горя мать - не сразу, но обвиняла компанию в убийстве. 
Страховку им за судно выплатили.
А скандал - кончился с его гибелью. 
Можно было пойти в суд (как показывают в западных фильмах, хотя и не факт - что так реально там происходит, - но временами - да).   
Но - сходить с ума в одиночку, обвиняя во всем компанию - проще? 
Перове время вдовы пили вместе.
А потом,  - уже сами по себе. 
 
Подросток Надя впервые увидала  в доме так много водки и пива. 
Вот так и начиналось ее взросление. 
Она стала реже приходить домой.
И мать это не заботило - что дочку, на самом деле, -  тревожило. 
Спустя год маму выкинули с завода.
Пусть и дали при этом большую пенсию как вдове погибшего у них матроса. 
Эту пенсию Надя прятала от алкоголички - матери. 
 
И вот сидит летней ночью рядом с берегом - никто ей этого уже не запрещает.
В голове гудит от пива, - но все же, она с этим справляется. 
Шум прибоя.
Вдох.
Выдох.
Вот он и забрал у нее папу. 
Она плачет.
Но все же... 
В глубине души она не может увидеть в нем адскую машину.
Ничего удивительного, - что это дыхание так сделало. 
Оно древнее и мудрее нас.
В гибели отца есть что-то глубокое и трагическое. 
Это как бы игра. 
Отец улыбается ей из-за волн.
Вдох.
Выдох.
Мы все умираем. 
Смерть в море - не самая некрасивая, нормальная для матроса.   
А мать... реагирует слишком чувствительно - потому что ей не хватает “стержня”.   
У Нади - он есть.
Но все эти мысли не изменят ее жизнь. 
 
3. Я спасу тебя, девочка   
 
Эти слова и сказал ей в ту ночь Андрей. 
Весь город его знал. 
На 5 лет старше ее, высокий красивый блондин. 
Он был сыном мэра их городка. 
Таким вот камчатским вариантом “золотой молодежи”.
Все девчонки были в него влюблены. 
Когда ее отец был жив - для ее семьи сын мэра был предметом насмешки. 
Но сейчас все изменилось. 
И вот он сажает ее в свою “хонду” и везет в ресторан.   
Там кормит и дает шампанского.   
И она говорит ему:
• Спасибо.
А еще он шутя рассказывает, что компания и правда - специально утопила траулер отца. И что его отец - мэр - получил огромный откат за все это (как и от других компаний). 
Она ночует в его личном - загородном доме - в котором были лишь слуги. 
А на утро - снова говорит ему за все спасибо. 
Иногда ей кажется- что “море-окиян” - сейчас их всех накроет, или что вулкан проснется.
С другой стороны - ей всего 15. 
И кстати,  - он не тронул ее тело (пока?).
 
В конечном итоге, дело было не в дорогих вещах  и доме.
А просто,  - в “телесной”, “повседневной” заботе, пусть и такой откровенно фальшивой, издевательской (ведь он тоже был молод). 
 
4. 5 лет с Андреем 
 
Она там и жила. 
Надя работала в одной мелкой компании Андрея по продаже рыбы - менеджером, для развития опыта.   
Если бы не мысль, что все это - принадлежит врагу ее семьи - ей бы нравилось. 
Они нередко пили с ним вместе.
Он “подавал” ее как некий “ресурс”. 
Красивая и не такая уж глупая девочка...   
Которая при всех становилась девушкой, росла.
Он же играл - поскольку был молод - играл роль влюбленного.
А она в ответ тоже играла. 
Она была девственницей. 
И вот, напившись, они лежали.
И он ее целовал, прижимаясь все теснее и все больше ее раздевая... проникая уже не только языком - но и руками.... 
 
Ее мать жила одна и все больше пила. 
Надя заходила к ней редко.   
Они приносили с Андреем еду. 
Мать все видела - и понимала, чей он сын. 
 
Года через четыре она умерла. 
Все к этому шло, но все же...
Она была последним здесь родным человеком. 
 
В день похорон они выпили немного  - и могли и правда это сделать.
Но ее душевных сил не хватило.
И она просто заснула.   
Без какой-то вражды против него и ее роли. 
 
Особенно со смертью матери - ее уже здесь ничего не держало. 
 
Она себе не принадлежит.
Она себе не принадлежит.
Но она к этому привыкала. 
Говорила себе - что она женщина. 
Да еще  на далекой Камчатке. 
 
5. Его отец
 
В этой их  жизни он играл огромную роль. 
Высокий, спортивный, худой (а не толстый - как обычно русские мэры), в очках и костюмах.   
Его жена с ним давно развелась. 
Город знал лицо “хозяина” - Сергея Ивановича. 
Он был жесток и с жителями, - и с сыном.   
Его речь была с жителями была не диалогом  - а скорее - приказами. 
В связи с этим он был похож на Гитлера. 
Он выглядел не старым в 55 - еще и пиарщики постарались. 
Это и была не последней причиной - почему за него голосовали.
(Это работало и в отношении всей России к Путину.)   
Он был челном Единой России.   
 
Андрей откровенно его боялся. 
Хотя некоторые фирмы были формально записаны на него. 
Сын часто возвращался в их дом и жаловался на него, плакал. 
Они пили и Надя его жалела, но при этом думала, что на своего отца она пожаловаться не может - потому что он на дне “моря-океана”.   
 
Отец часто смеялся над ними. 
Говорил Андрею при Наде: 
• Ты даже ее не можешь завалить. 
Их  общение втроем было редким. 
Если требовались какие-то дела. 
 
Однажды Андрей спал, приехав после “вечеринки”. 
 
Серей Иванович подошел к Наде сзади, возникнув из ниоткуда. 
Он был трезвым. 
Все так же - под шепот волны - он  лишил ее девственности. 
Она не сопротивлялась. 
Только отвернулась к нему спиной. 
Эта волна  - лишила ее отца. 
И матери.
Лишила смысла жизни.
И вот теперь она лишается и своей детской души. 
Их победа.
Мое поражение.
Их победа.
Мое поражение. 
Он ушел - даже не сказав ей ни слова. 
 
6. Бегство в Москву 
 
 
А вот Андрей - как уступивший сын “альфа-самца” - наоборот, был многословен. 
Надя плакала и призывала что-то сделать. 
И вот они вдвоем переезжают в Москву. 
Столица манила всех россиян, - а особенно на Камчатке.
И лишь избранные могли себе это позволить. 
Да, они жили в квартире в Новой Москве, - но в  довольно приличном районе.
Надя искреннее радовалась. 
Не по своей “мутной” роли. 
Впервые за годы после смерти отца.
Она удивлялась, что денег и знакомств Андрея - хватило на все  это. 
Правда уже через год он “явился с повинной” - позвонил отцу.
Так что стал заправлять его делами здесь.
И получил большие деньги. 
Она была в курсе, но не обращала на это внимания. 
Москва их меняла.
Не в плане бутиков и машин - а просто огромного города - с парком, музеями... 
Вот этого “культурного кислорода” не хватало в провинции. 
Так что они примерно год ведут себя как муж и жена.
Вместе спят. 
Она провожает его на работу. 
Стараясь не думать о том, что до его отца  - они не спали и что он пошел по его стопам. 
Она все равно была ему за все благодарна. 
Ее организм даже “задумывается” о беременности, хотя они и предохранялись.   
 
Как же она радовалась, что Камчатка далеко.
Дыхание океана навсегда стало для нее - токсичным дыханием смерти. 
 
7. Каково быть “эскортницей”
 
Но уже через год она от него предсказуемо ушла. 
Он не - а значит, и она с ним рядом - не смог быть настоящим. 
Тут, конечно, без Фрейда не обошлось... 
Она физически чувствовала в его теле - тело и образ отца.
Везде пресловутый “Сергей Иванович”.
“Сергей Иванович”. 
Хотя они о нем даже не говорили, и уж тем более с ним не встречались. Он был в его кругу знакомых, в телефонных разговорах с ним и с другими.   
И вот она просто ушла. 
Москва - к которой она уже привыкла - давала большой соблазн работы для молодых и красивых девушек.   
Это был узкий коридор: именно для девушек и именно Москва. 
Сам по себе уход от Андрея был одним из самых радостных. 
Она откровенно злорадствовала (и это не смущало ее душу). 
Мстила за... отца и мать (и за тысячи униженных и оскорбленных)...
Я в вашей гнилой системе - нашла слабое место.
Место моей свободы... воли....   
В ее сибирских генах есть была память о преступниках - со всеми порвавшими и бежавшими в Урал.   
 
И вот уже через год она снимает для себя однушку тоже в не самом бедном районе Новой Москвы. 
Она победила систему.
Но какой ценой?
В этом возрасте она об  этом не думает. 
Она часто и правда просто эскортирует - для “престижа”, или, например, -  ужинает для душевного разговора с усталыми чиновниками или сыновьями депутатов. 
Но иногда и реально с ними спит. За такое она брала самую высокую плату. 
Музыка в барах... магия собственного продаваемого образа... - все это было помогало адаптироваться к сексу. 
Вот так она познавала реальную сторону гордой столицы.   
Она словно играла роль демона-судьи, смеялась над ними и над собой. 
Ее фирма не была таким уж типичным сутенером. 
Так что Надя сама регулировала свои отношения - а они были лишь посредниками (тем более что те понимали - любая девушка может легко сдать их “органам” - и вот тогда от них ничего не останется). 
 
8. Власть образа 
 
За что платят современный мужчина? 
Сегодня это особенно важно. 
Фирма оплачивала все дела с соцсетями. 
Образ Нади был очень выигрышным - по сравнению с устрашавшими моделями-конкурентками.   
А если кто-то не верил - можно было увидеть Надю в реальной жизни. 
У нее даже не было пластики... 
И вот она это и продавала. 
Очень часто это было виртуальный секс. 
 
9. Снова Андрей 
 
Наивная девушка с далекой Камчатки продержалась так всего год.
А потом она ушла. 
И фирма ее не преследовала (она легко нашла других). 
Она сидела в своей квартире одна, пила дорогой коньяк и курила хорошую траву.   
 
Спустя еще два года она и встретила Андрея. 
Увидев ее и ее состояние - он предложил ей посидеть в ресторане. 
Они пили, ели, погружались в воспоминания... 
Он не рассказал, что отец помог стать ему помощником депутата Госдумы от Народного фронта.
Ругались... снова пили и выкуривали косячки...   
Андрей послал матом водителя.
И сам сел за руль своей “представительской” машины. 
Ему ведь здесь все можно.
И ей тоже, но при этом она была более “самостоятельной”. 
Они были слабыми и озлобленными, они не “тянули” больше этот город и свою жизнь в нем.
А каким же он был идолищем, божеством - для “провинциалов”.   
В тот уютный декабрьский вечер - он направил машину с воющей внутри салона музыкой  - в железный бордюр... 
Так, чтобы “все разъе...ало”. 
Но кто-то их спас. 
И уж явно не идол Москвы.   
Были ли они к этому готовы - неизвестно. 
 
10. Отец и сын   
 
Они оба вернулись в свой городок на Камчатке. 
Но уже жили разной жизнью.
 
Сын мог бы снова его бояться - поскольку из-за скандала в Москве отец чуть ни лишился поста мэра и лишь опять его связи и деньги, новые жертвы - его спасли (все к нему уже привыкли).   
Кто бы мог подумать, что Андрей избивает своим протезом - который у него остался от кисти правой руки - и здоровой рукой - словно они таксисты. 
Он бьет его за все.
За себя.
За Надю. 
И ее родителей. 
За свою несложившуюся будущую жизнь. 
За тысячи людей. 
• Ты не будешь мэром. Ты, бл..., не будешь мэром. 
И тот ушел с поста. 
Сын сделал то, что не смогли сделать никакие внешние “вызовы”.
Это была сенсация.
Вечный “Сергей Иванович” перестал быть вечным.
Они потом жили скромно в небольшом домике.   
А все остальное - в том числе и дачу, в которой он ее насиловал -  отдали государству. 
 
11. Слепой Игорь 
 
Это был совсем другой человек и Надя уже была другая. 
Прошло уже два года, как она вернулась.   
За это время она активно боролось против той самой компании - которая бесчеловечно использовала траулеры. На одном из которых - по этой причине - погиб отец.   
Она же была и слишком жесткой в рыбо - обрабатывающем предприятии - на котором работала ее мама. 
А тот самый Сергей Иванович их и поддерживал - но новый мэр перестал это делать - под давлением Андрея. 
Что касается этих потерь и Камчатки, - то Надя уже все проще чувствовала, душа немного забывала, и хотела новой жизни. 
Ведь ей еще не было и 30. 
Хотя все указывали на нее пальцами - мол, та самая эскортница. 
Но своей искренней активностью она смогла все переменить. 
Новая жизнь подразумевает ведь не обязательно брак и дети, - как писали в своих соцсетях липовые аватары, для рекламы. 
И так же как сильно “давило”  на молодых девушек государство (из-за войны и проблем с демографией).   
 
Все это она делала - как бы решая проблемы, боли прошлого, чтобы и другие камчатцы от этого не страдали. Как она им и говорила.
Все это она задумала после выхода из комы - как бы издали, в Москве. 
И сделала. 
Чем была довольна. 
Но она не могла не видеть другой беды - которой раньше не замечала. 
Огромные детдома. 
А еще дети бегали по городам - почти беспризорными.   
Так она и познакомилась с этим человеком. 
 
О нем ей рассказал один директор детского дома.   
У Игоря и его  жены не было своих детей.
И вот они взяли троих ребят лет 5.
А потом она умерла. 
А он ослеп (может, от боли потери). 
Детям было всего лишь по 10 лет.
Им помогала тетя Игоря. 
Но все это было слабо, и опеку она не оформила - нарушался закон. 
Если бы нашелся кто-то - кто бы встал на ее место. 
И вот она встала. 
Игорь был не таким уж старым, худым и красивым брюнетом - но он был в вечных темных очках. 
Словно служил чернобогу, темному солнцу, словно очки были его печатью. 
 
Кто бы мог подумать...
Надя - “покорившая” своем внешним видом Москву. 
Но именно этого она и хотела? 
Она зарабатывала своим образом.
Что может современная красавица без этого образа? 
А Игорь как раз его и не видел. 
Поначалу они вообще не спали. 
Жили как друзья. 
 
А что касается детей,  она быстро к ним привыкла, и они ее полюбили.   
Их семья стала совсем другой.
Вы можете не поверить, но слепой Игорь стал мэром их родного городка.   
Ведь все его любили и знали. 
А при нем замом была Надя. 
Это была сенсация - хотя, с другой стороны, - город-то был небольшой. 
 
12. Дыхание “моря-океяна”
 
Дыхание.
Вдох.
Выдох.
Вдох.
Выдох.
 
Прошло еще время. 
За это время Камчатка перестала быть адом. 
Надя  все “зачистила” в своей душе. 
И вот мы с вами видим ее с детьми на июньском пляже. 
Она беременна. 
А Игорь - прозрел. 
Потому что стресс прошел.
Они спят вместе. 
Она снова позволила мужчине это сделать. 
 
Вернувшись тогда, - и снова споря с детьми о том, как же она теперь будут их любить - она не заметила, как старший 15-летний Коля, с улыбкой хулигана,  - запускает камнем с того самого пляжа в экран телевизора. Он разбивается (такие потери были частыми).
Показывали выступление Путина.
На дворе был 30-й год.
Вот так - камень с Камчатки - и “запустил” революцию.   
 
 
 
 
 
 
 
 
 
3 – 6 апреля 2026 года, 
Петербург