Глава 25. Ложный эксперимент

          Ефимов вернулся в свой кабинет от Говорова, около трёх часов дня. До предполагаемого эксперимента с антигравитационными полями оставались ещё целые сутки. «Майор Сакенов успеет приготовится к началу нашего ложного эксперимента. Пусть извещает свои надёжные источники о возможной сейсмической активности завтра ровно в 15-00» - подумал Ефимов. Он снял трубку внутреннего телефона, набрал короткий номер. На том конце ответили почти сразу - сухо, официально.
          - Сакенов слушает.
          - Булат Сабитович, Ефимов беспокоит. Исполняю ваши указания.
          Пауза. Секундная, едва уловимая, но она была. Сакенов явно не ожидал звонка от полковника. Когда он заговорил снова, голос его звучал всё так же ровно, но Ефимов, наученный двадцатилетней работой в органах, уловил в нём лёгкое напряжение.
          - Слушаю вас, Евгений Александрович.
          - Булат Сабитович, я по поводу нашей утренней беседы у генерала. Вы тогда интересовались нашими экспериментами и их возможной связью с сейсмической активностью в нашем регионе. - Ефимов говорил спокойно, доброжелательно, как будто и вправду заботился о взаимодействии. - Я тут подумал и решил, что вы, пожалуй, правы. Нам и самим нужно понимать, как наши работы влияют на окружающую среду. Тем более что завтра у нас как раз запланирован серьёзный эксперимент с антигравитационными полями.
          На том конце снова повисла тишина. Ефимов почти физически ощущал, как Сакенов лихорадочно просчитывает варианты, пытается понять, что это - ловушка, проверка или искреннее сотрудничество.
          - И что вы предлагаете? - наконец спросил Сакенов. Голос его чуть сел, но он быстро прокашлялся.
          - Предлагаю простую кооперацию, - как ни в чём не бывало продолжил Ефимов. - Завтра ровно в 15:00 мы с майором Говоровым начинаем эксперимент. Продлится он, предположительно, не больше часа. Я хочу, чтобы вы подключили свои источники - сейсмологов, геофизиков, всех, кого сочтёте нужным. Пусть зафиксируют фоновые показатели до, во время и после нашего эксперимента. Тогда мы точно будем знать: есть какая-то связь с сейсмической обстановкой в регионе или нет. И вам спокойнее, и нам полезно для отчётности.
          - Хм... - Сакенов явно не ожидал такого поворота. - Неожиданное предложение, Евгений Александрович. Признаться, я думал, вы будете... скажем так, менее сговорчивы.
          - Булат Сабитович, мы все в одной лодке, - усмехнулся Ефимов. - У нас общая задача – безопасность! Если наши опыты действительно создают риски, я первый скажу: надо сворачиваться. Но пока это только предположения. Давайте проверим их научно, с цифрами и графиками. Согласны?
          - Согласен, - в голосе Сакенова проскользнули нотки, которые Ефимов расценил как плохо скрытое торжество. - Я свяжусь с нужными структурами. Завтра в 15:00, говорите?
          - Именно. Спасибо за понимание, Булат Сабитович. Всего доброго!
Ефимов положил трубку и откинулся на спинку кресла. Теперь можно было быть уверенным: Сакенов клюнул. Он обязательно подключит все свои ресурсы, возможно, даже договорится с кем-то в Астане, чтобы засвидетельствовать свою победу. И тем глубже будет его падение, когда выяснится, что никакого эксперимента в подземной лаборатории не было.
          Утро следующего дня встретило Ефимова мелким, противным дождём. Свинцовое небо низко нависло над Алма-Атой, но настроение у полковника было на удивление приподнятым. Операция, которую они с Говоровым в шутку окрестили «Сакен-баттл», вступала в активную фазу. Ровно в девять он спустился в лабораторию Говорова. Майор уже колдовал над оптическим столом, где вместо грозной пирамиды красовалась изящная конструкция из лазеров, линз, штативов и компьютера.
          - Вадим Борисович, с добрым утром, - Ефимов снял плащ, отряхнул его от капель и повесил на крючок. - Как наш «научный спектакль»? Готов к премьере?
          - Так точно, Женя! - Говоров довольно потёр руки. - Мы тут пока одни, можно по-простому. Сейчас мы тут такую науку разведём, что любой академик позавидует. Скорость света в композитной среде! Это вам не гирьки под потолком гонять.
          Он пододвинул к Ефимову небольшую коробочку, в которой на бархатной подушечке лежала та самая прозрачная пластинка из сплава стекла и кристаллика. Она тускло поблёскивала в свете ламп, и в её глубине, казалось, блуждали едва заметные зеленоватые искры. Но это только казалось, на самом деле просто отражался свет настольной лампы, таким странным зеленоватым оттенком.
          - Я вижу, что у тебя здесь уже всё подготовленно, даже камеру на штативе установил.
          - Стараюсь подойти к «ответственному эксперименту» во всеоружии, - шутливо произнёс Говоров.
          - Ну, у нас ещё времени до 15-00 достаточно. Я бы хотел у тебя, Вадим спросить, у тебя компьютер синхронизирован с включением лазера?
          - А как же! Всё в полном порядке. Лазер подключён к компьютеру, в компьютере имеется специальная программа, которая фиксирует включение лазера и запускается хронометр. А тут, за нашей изготовленной «линзой», установлен датчик. При попадании лазерного луча в датчик, хронометр останавливается. Зная толщину пластинки, а она у нас всего лишь 0,1 миллиметра, и время прохождения лазерного луча, получаем результат! Результат нам покажет компьютер. Нам даже не надо заниматься вычислениями вручную, всё автоматизировано.
          - Прекрасно всё подготовил! Молодец! – похвалил Вадима Евгений. – Только ты, перед началом нашего «кино», сделаешь необходимые пояснения. Минуты три-четыре тебе хватит?
          - Конечно хватит, даже ещё и останется, - заверил Вадим.
          - Нет, нам надо, чтобы всё происходило минута в минуту, секунда в секунду. А то вдруг источники Сакенова зафиксируют неточное время. А у нас всё будет выведено на экран компьютера: дата, время до секунды, чтобы потом у Сакенова не было никаких отговорок на какие-то нестыковки по времени.
          - Не проблема, всё будет секунда в секунду. Этот вариант будет отработан. И так, я перед началом нашего эксперимента даю пояснение что к чему. Буду посматривать на экран компьютера. Сам компьютер ровно в 15-00 даст короткий импульс лазеру. Луч лазера пройдёт сквозь нашу пластинку и сработает датчик. На экран компьютера будет выведено время с момента подачи импульса, до попадания луча в датчик. Всё гениально просто. А потом мы вставим в зажим пластинку из чистого кристалла и повторим этот эксперимент, но с чистым «осколком».
          - Такой сценарий фильма меня вполне устраивает. – сказал Евгений. - Начинаем ровно без пяти три. Чтобы у товарища майора Сакенова не осталось сомнений: мы тут, при деле, и никуда не выходили.
          Разговор с Говоровым состоялся продуктивный, план дальнейших действий был утверждён и даже оброс кое-какими техническими деталями. Теперь оставалось самое важное - сделать первый ход, причём такой, чтобы противник даже не понял, что партия уже началась.
          - Ладно, я пойду к себе, а ты ещё раз всё внимательно посмотри, все настройки, все регулировки, чтобы у нас не было никаких осечек. Короче – готовься к бою!
          - Так точно, товарищ полковник! Готовится к бою!
          - А ещё, я для этого «кино» позову Аскара, пускай он тоже помелькает в кадре. Это будет нам дополнительное алиби. Я его предупрежу, чтобы он никуда не ушёл и был свободным на время наших экспериментов.
          - Действительно, лишний свидетель нам не помешает, - согласился Вадим.
До назначенного часа «Х», время пролетело незаметно. За это время Ефимов успел переговорить с Аскаром и предупредил его, что он должен присутствовать на планируемом эксперименте. Заходил Меняйлов и принёс сводки со станции «Восточная». Евгений их просмотрел, но ничего интересного не обнаружил. Станция жила своей жизнью. Регулярные метеосводки отправлялись в региональное управление гидрометслужбы. Скалы стояли как памятники, неизвестно чему. Однако они регулярно, два раза в сутки, подвергались тщательному осмотру, делались снимки, а снимки вставлялись в сводки и отправлялись в диспетчерскую отдела аномальных явлений КНБ по Алматинской области. Всё это была рутинная работа, которая выполнялась каждый день и круглосуточно. Сотрудники жили ожиданием предстоящего летнего солнцестояния в 2016 году, когда этот день совпадёт с полнолунием. А пока все сотрудники занимались выявлением каких-то аномальных явлений, происходящих по всей нашей планете Земля.
          Без пятнадцати три, Ефимов спустился в лабораторию к Говорову. Аскар уже был там и с интересом рассматривал приготовленные предметы для предстоящих экспериментов.
          - Вадим Борисович, у вас всё готово? – спросил Ефимов, обращаясь к Говорову на «вы», поскольку здесь был ещё и Касенов Аскар.
          - Да, Евгений Александрович, у меня всё готово. Всё проверил, все приборы, все настройки.
          - Главное - не забыть про хронометраж, - напомнил Ефимов, подходя к штативу с видеокамерой.
          - Сейчас мы камеру включим, пусть она снимает, как мы готовимся к нашим опытам, - сказал Говоров и включил камеру.
          После этого, не спеша, подошёл к компьютеру и тоже его включил. Через минуту на экране компьютера высветилась дата и время 14-52. Посмотрел в видоискатель камеры, всё ли захватывает. Убедился, что всё нормально и… вошёл в кадр.
          - Внимание! – начал Говоров. – Сейчас будет произведён эксперимент по определению скорости света при прохождении лазерного луча через прозрачную пластинку толщиной всего лишь в 0,1 миллиметра, то есть, в толщину писчей бумаги, - Говоров взял в руки листочек бумаги и помахал им. – Пластинка из сплава обыкновенного оконного стекла и композитного материала, который мы условно называем «осколки гравитации», уже вставлена в соответствующий зажим. А это лазерный излучатель, - Говоров дотронулся рукой до излучателя, - который по команде с компьютера ровно в 15-00 выдаст импульс лазерного луча и запустит хронометр. Лазерный луч, пройдя через пластинку, попадёт на датчик, установленный позади неё. Как только лазерный луч зафиксирует датчик, хронометр остановится. И так, внимание все на экран компьютера и на лазерный излучатель. До импульса остаётся 5 секунд, 4, 3, 2, 1, импульс! Импульс прошёл сквозь пластинку и что у нас выдал хронометр? 2 секунды и одна стотысячная! Такого не может быть! - кричал на камеру Говоров. - Лазерный луч проходил через пластинку толщиной в 0,1 миллиметра целых две секунды! Что нам компьютер покажет? Какую скорость света при прохождении прозрачной пластинки толщиной в 0,1 миллиметра? Это что же получается? Почти в три триллиона раз свет медленней проходит через эту тонюсенькую пластинку!!! Но он всё-таки проходит, а не препятствует прохождению светового луча!!! – Говоров кричал, как заправский комментатор на спортивных соревнованиях, когда спортсмены устанавливают мировые рекорды. – Вот это да!
          Ефимов подошёл к Говорову, видеокамера всё это фиксировала, и спросил майора, можем ли мы сейчас попробовать измерить скорость в «чистом» «осколке гравитации»? Ответ был утвердительным. Следующие полчаса они самозабвенно, как заправские учёные, гоняли лазерный луч через пластинки, меняли углы падения, записывали показания приборов, спорили о природе отклонений и снова ставили эксперименты. Касенов ходил от одного к другому и записывал какие-то цифры, которые ему диктовали Говоров и Ефимов. Говоров, войдя в раж, даже начал чертить какие-то графики на листе ватмана, разложенном тут же на столе. Ефимов периодически поглядывал на часы, продолжая играть свою роль - заинтересованного исследователя, увлечённого наукой. Наконец в 15:30 он удовлетворённо кивнул и выключил камеру.
          - Всё, Вадим Борисович. Отличная работа! Теперь скинем это на флешку и будем ждать развития событий.
          - Думаете, придёт с докладом? - Говоров вытер со лба испарину, в лаборатории было тепло, да и возня с оптикой требовала сосредоточенности.
          - Обязательно, - усмехнулся Ефимов. - Такие люди, как Сакенов, не умеют ждать. Им нужен быстрый результат. Он уже наверняка договорился со сейсмологами, а те, якобы, зафиксируют сейсмическую активность в нашем регионе. И он, как победитель, понесёт генералу свои «неопровержимые доказательства».
          Говоров быстро скопировал видео на флешку. Ефимов спрятал её в нагрудный карман и, попрощавшись с Говоровым, вместе с Аскаром поднялся к себе в кабинет.
          - Ты видел, Аскар, какие фокусы вытворяют те кристаллики, что мы с тобой нашли на горе Жайтобе?
          - Удивительные вещи они вытворяют. Я уже видел, как они могут создавать антигравитационные поля, а сегодня увидел какие они фокусы вытворяют со светом. Действительно, это не из нашей реальности, это то, чем мы занимаемся: поисками следов инопланетных цивилизаций.
          - Правильно, Аскар, это то, в чём состоит наша главная работа, задача. Ещё тебе скажу, что это видео мы специально с Говоровым придумали, поскольку под наш отдел начал копать помощник начальника управления по особым поручениям майор Сакенов. Что-то ему наш отдел не по душе. Позавчера мне капитан Меняйлов принёс сводки, что вроде того, что мы с Говоровым проводили какие-то эксперименты в нашей подземной лабораторией и они, каким-то образом, спровоцировали землетрясение. Посмотрим, что завтра утром будет. Уверен, что завтра утром нас с Говоровым, да и тебя тоже, вызовет генерал, вроде как, отчитывать. На 100% уверен, что там будет Сакенов со своим рапортом, что сегодня в 15-00 была зафиксирована очередная сейсмическая активность, якобы из-за наших опытов в подземке. Но ты же был с нами и всё прекрасно видел своими глазами, где мы были, и что мы делали.
          - Евгений Александрович, я прекрасно понял, что вы меня использовали в качестве свидетеля, а не участника экспериментов. Я не в обиде, вы начальник и знаете, что нужно делать. Я полностью доверяю вам и вашим действиям.
          - Вот это я и хотел от тебя услышать и извиниться за этот сегодняшний спектакль.
          На следующее утро вызов к генералу не стал неожиданностью. Ефимов, уже предвкушая развязку, неторопливо собрал папку с бумагами, туда положил небольшую флешку и направился к начальству.
          В кабинете Абильтая Нурхатовича царила атмосфера лёгкого, но ощутимого напряжения. Генерал сидел за столом с каменным лицом. Рядом, чуть на отшибе, на стульях примостились Касенов и Говоров. У Касенова на коленях лежал ноутбук. А в центре, напротив генеральского стола, стоял майор Сакенов. Он был при полном параде, но вид имел победителя, такого кровожадного хищника. В руках он держал какую-то бумагу, которую явно хотел положить перед генералом.
          - А, Евгений Александрович, проходите, - голос Абильтая Нурхатовича звучал ровно, но Ефимов, знавший генерала много лет, уловил в нём стальные нотки.           - Садитесь. У нас тут... интересные новости.
          Ефимов сел рядом с Касеновым и Говоровым, положив папку на колени. Сакенов даже не взглянул в его сторону. Всё его внимание было приковано к генералу.
          - Булат Сабитович принёс нам данные сейсмологов, - продолжил генерал, взяв в руки бумагу, положенную перед ним Сакеновым. - Оказывается, вчера, ровно в 15:00, в том самом районе гор, где и в прошлый раз, был зафиксирован ещё один сейсмический толчок. Небольшой, но с тем же характерным, «неприродным» спектром. - Он поднял глаза на Сакенова. - Я правильно излагаю, Булат Сабитович?
          - Абсолютно точно, товарищ генерал, - Сакенов говорил с достоинством человека, который держит в руках козырную карту. - Совпадение по времени с предыдущим инцидентом, идентичный характер колебаний. И, что самое главное, - он наконец повернул голову и в упор посмотрел на Ефимова, - это снова совпало с вашими экспериментами, полковник. Вы же вчера работали в своей подземной лаборатории, не так ли? Вы сами известили меня об этом эксперименте.
          - Работали, - спокойно подтвердил Ефимов.
          Сакенов удовлетворённо хмыкнул.
          - Вот видите, товарищ генерал. Полковник Ефимов не отрицает. Более того, он сам позвонил мне и предупредил о времени эксперимента. Я, разумеется, подключил все необходимые службы для мониторинга. И мы получили неопровержимое доказательство, что каждый раз, когда отдел Ефимова проводит свои опыты в подземной лаборатории, в горах происходят сейсмические толчки. Это не может быть случайностью! Я настаиваю на немедленной приостановке всех работ в подземной лаборатории до проведения независимой экспертизы!
          Он выпалил это на одном дыхании и замер, ожидая реакции. В кабинете повисла тишина. Генерал молчал, барабаня пальцами по столу. Касенов с интересом переводил взгляд с Сакенова на Ефимова, на Говорова и обратно. Ефимов неторопливо открыл папку, достал из неё флешку и положил её перед генералом.
          - Товарищ генерал, разрешите представить вещественное доказательство.
          - Что это? - Абильтай Нурхатович взял флешку, повертел в пальцах.
          - Видеозапись нашей работы за вчерашний день, - пояснил Ефимов. - С 14:55 до 15:30. Мы с майором Говоровым, как и положено, находились на рабочем месте. Только не в подземной лаборатории, а в лаборатории майора Говорова, в здании управления. И занимались мы не антигравитационными полями, а совсем другими исследованиями - оптическими опытами с композитными материалами. Эти опыты не имеют никакого отношения к колебаниям земной коры.
          Сакенов дёрнулся, как от пощёчины. Краска медленно отливала от его лица.
          - Этого не может быть! - выдохнул он. - Вы сами мне звонили! Вы сказали, что в 15:00 будет эксперимент!
          - Я сказал, что мы начинаем эксперимент в 15:00, - спокойно поправил его Ефимов. - Но я не уточнял, где именно. Вы сами сделали предположение, Булат Сабитович. И, как выяснилось, ошиблись.
          - Дайте сюда ваш компьютер, - генерал протянул руку, и Касенов, мгновенно вскочив, подал ему небольшой ноутбук, лежащий у него на коленях. Абильтай Нурхатович воткнул флешку, открыл файл.
          На экране появилось изображение лаборатории Говорова. Вот Говоров включает компьютер и компьютер через минуту показывает дату и время. Дата: 24-е сентября 2015 года, время - 14-55. Часы на стене, попавшие в кадр, тоже показывали 14:55. В кадре – Говоров начинает пояснять, какой готовится эксперимент. Наступило время, когда компьютер отправил импульс на лазерный излучатель – ровно в 15-00. Запись шла непрерывно. Через пару секунд появилась красная точка позади прозрачной пластинки. На экране компьютера показались цифры, обозначавшие, сколько прошло времени с момента импульса и его фиксации в датчике позади пластинки. Далее в кадр попадают Ефимов, который диктует что-то Касенову, а тот записывает в блокнот. После этого Говоров меняет пластинку в зажиме и эксперимент повторяется, но уже с другой пластинкой. Вот они записывают показания, потом спорят о чём-то, тыча пальцами в график. Часы на стене методично отсчитывали минуты: 15:00, 15:05, 15:10... Всё это время оба офицера были в кадре, никуда не отлучаясь. Иногда в кадре появлялся майор Касенов.
          Генерал посмотрел видео до конца, до момента, когда Ефимов выключил камеру в 15:30. Затем медленно перевёл взгляд на Сакенова. Сакенов стоял бледный, как мел. Его холёное лицо осунулось, на лбу выступила испарина. Он открывал рот, пытаясь что-то сказать, но слова застревали в горле.
          - Булат Сабитович, - голос генерала звучал пугающе спокойно, - вы хотите что-то добавить? Может быть, вы обвините полковника Ефимова в том, что он подделал видео? Или, быть может, у вас есть другие данные, которые объяснят, как он мог находиться одновременно здесь и в подземной лаборатории?
          - Я... товарищ генерал... - Сакенов замялся, судорожно сглатывая. - Возможно, произошла ошибка... Данные сейсмологов могли быть неверно интерпретированы... Но он сам сказал... он сам позвонил...
          - Он позвонил вам как коллеге, - перебил его генерал, - и предложил сотрудничество. Он хотел, чтобы вы помогли установить истину. А вы вместо этого решили использовать его доверие, чтобы подставить его и закрыть важный объект. Вы, майор, занимаете должность по особым поручениям. Это должность, которая требует не только усердия, но и порядочности, и точности. Вы же, как я теперь вижу, предпочитаете интриги и подтасовку фактов.
          - Товарищ генерал, позвольте объяснить... - попытался вставить Сакенов, но Абильтай Нурхатович жестом остановил его.
          - Объяснять будете не мне, а в Астане. Я сегодня же направляю рапорт вашему непосредственному руководству с подробным описанием этой ситуации. А пока - вы свободны. Идите.
          Сакенов постоял ещё секунду, словно надеясь, что это кошмарный сон и сейчас всё развеется. Но генерал уже сел обратно в кресло и демонстративно стал возится с компьютером, вытаскивая из него флешку. Касенов смотрел на Сакенова с плохо скрываемым злорадством. Майор развернулся и, не глядя ни на кого, вышел из кабинета. Дверь за ним закрылась с мягким, но невероятно выразительным щелчком. В кабинете повисла тишина. Генерал откинулся на спинку кресла и устало потёр переносицу.
          - Ну, Евгений Александрович, - сказал он после паузы, - вы, я смотрю, у нас не только учёный, но и большой стратег. Красиво вы его подловили. Сам пришёл, сам рассказал, сам дал себя поймать.
          - Я лишь выполнял свой долг, товарищ генерал, - скромно ответил Ефимов. - И защищал нашу работу. Сакенов сам себя подловил, своей же самоуверенностью и желанием выслужиться. Я дал ему ровно ту информацию, которую он хотел услышать. Остальное он додумал сам.
          - Ладно, - Абильтай Нурхатович вздохнул. - Идите. Работайте. Но имейте в виду: таких, как Сакенов, много. Этот, может, и оступится сейчас, но на его месте будут другие. Будьте осторожны. И спасибо за смекалку. Я очень доволен результатом.
          - Спасибо, товарищ генерал! Разрешите идти?
          - Идите.
          Ефимов, Говоров и Касенов вышли из кабинета. Евгений почувствовал, как с души свалился огромный камень. Сакенов нейтрализован, по крайней мере, на ближайшее время. Главное, что теперь любой его доклад будет восприниматься с подозрением. Человек, однажды уличённый во лжи, теряет доверие навсегда. Теперь можно было спокойно заняться делом.
          После обеда, когда дождь наконец прекратился и сквозь тучи робко проглянуло солнце, Ефимов и Говоров спустились в метро. На душе у обоих было легко и празднично. Победа над Сакеновым окрыляла.
          - Ты видел его лицо? - Говоров не мог сдержать улыбку, шагая по служебному коридору. - Он же был уверен, что поймал нас с поличным. А тут - такой облом!
          - Видел, - усмехнулся Ефимов. - Ладно, Вадим, давай оставим эмоции. У нас работа. Сегодня мы здесь, чтобы заниматься делом, а не сводить счёты.
          Они открыли тяжёлую дверь и вошли в свою легальную, подземную лабораторию. Вентиляция работала, воздух был свежим, но всё равно пахло бетоном и подземельем. Ефимов первым делом подошёл к стене в коридоре, где ещё вчера связисты проложили телефонный кабель и установили аппарат. Аппарат был привинчен прямо к стене. Евгений об этом просил связистов. Однако, его можно было легко снять и занести в лабораторию, кабель был достаточно длинный.
          - Работает, - довольно констатировал он, сняв трубку и услышав длинный гудок. - Теперь мы на связи с внешним миром. Хоть какое-то удобство.
          Говоров уже открыл сейф. Пирамида стояла на своём месте, кристаллы в специальных гнёздах тускло поблёскивали, словно светились изнутри.
          - Женя, - позвал он, - смотри. Всё в порядке. Наши «зелёные друзья» на месте.
          Ефимов подошёл к столу, за которым теперь прочно закрепилось название «алтарь». Шесть кристаллов лежали в поролоне, как драгоценные яйца в инкубаторе. Маленькие, безобидные на вид, но таящие в себе силу, способную перевернуть мир. Ещё четыре были вмонтированы в «волшебную пирамиду».
          - Вадим, - Ефимов посмотрел на майора, - сегодня мы займёмся, пожалуй, самым скучным, но самым важным делом. Мы должны наработать материал. Чем больше у нас будет кристаллов, тем свободнее мы будем в экспериментах.
          - Клонировать, значит, будем? - уточнил Говоров.
          - Да. Только без фанатизма. Аккуратно. Вначале я думал их клонировать по одному, но думаю, что это слишком медленная процедура. Я придумал другой способ. Берём эти шесть свободных кристалликов и помещаем их в пакетик. Вот так. – Ефимов вытащил из кармана полиэтиленовый пакетик и начал складывать в него шесть кристалликов. – Где у нас была лазерная телескопическая указка?
          - Здесь, в сейфе. Аж целых три!
          - Мне три не нужны, хватит и одной. Пакетик с кристаллами привязываем на конец указки и осторожно вводим указку в пирамиду. На выходе у нас уже будет три пакетика и общее количество в пакетиках станет – 18 штук! Ты понял мою мысль?
          - Гениально! – Одобрил Говоров, - и не надо ловить сачком летающие кристаллики. Отвязываем с указки и убираем.
          - Правильно! Указку вытаскиваем, нам ещё три не нужны. А теперь все 18 штук складываем в один пакетик и опять привязываем к указке. Ещё раз запускаем их клонировать и на выходе получим уже 54 штуки. Ничего описывать не надо, они все будут одинаковые. Таким образом мы можем получить достаточное количество очень быстро.
          - Действительно, всё гениальное делается весьма просто, даже неинтересно, - с деланным сожалением произнёс Говоров.
          - В данной ситуации мы сейчас работаем не на интерес, а на результат. Нам для дальнейших опытов необходимо достаточное количество этих «Осколков гравитации». Я чуть позже поинтересуюсь у мистера Кулена, какие ещё сюрпризы можно будет выжать из кристалликов.
          - А с живыми объектами? - осторожно спросил Говоров. - Не будем пробовать? Кулен же говорил про руку...
          - Не будем, - твёрдо сказал Ефимов. - Кулен предупредил, и я ему верю. Рисковать мы не имеем права. И потом, - он усмехнулся, - у нас нет подопытных мышей, а ставить опыты на себе или на тебе я как-то не готов.
          - Вот и славно, - облегчённо вздохнул Говоров. - А то я уж думал, вдруг прикажешь мне в пирамиду залезть.
          - Ты хоть и не очень большой комплекции, но в эту пирамиду не поместишься. Так что на тебе опыты ставить не будем. – поставил точку Евгений. – Хватить болтать, давай приступим к работе.
          Они пристегнулись страховочными репшнурами к рым-болтам, как уже вошло в привычку. Говоров проверил, надёжно ли закреплена пирамида на столе. Ефимов взял в руки указку с привязанным к ней пакетиком.
          - Готов? - спросил он Вадима.
          - Готов, - отозвался Говоров.
          - Тогда начинаем. Включай пирамиду на полную.
          Зелёный свет залил подземную лабораторию. Кристаллы в вершинах засияли ярко, торжествующе, словно радуясь возвращению к работе. Ефимов аккуратно, как ювелир, начал потихоньку вводить пакетик на указке в пирамиду. И вот из трёх других граней показались три привязанных пакетика.
          - Вадим! Давай отвязывай пакетики!
          Вадим быстро, но аккуратно отвязал все три пакетика от торчавших из пирамиды указок.
          - Всё, готово, - сказал Вадим.
          - Сейчас я вытащу указку, а ты выключи пирамиду, посчитаем наш улов.
          - Будет сделано, товарищ полковник! – засуетился Говоров.
          - Отлично, - промолвил Ефимов, когда пирамиду выключили и перед ним на столе лежали три пакетика с кристаллами. – Во! Ещё и пакетиков нам пирамида выделила, - пошутил Евгений и стал высыпать кристаллики из пакетов.
          - Красота, - прошептал Говоров, глядя на них. - Теперь их у нас...
          - Не отвлекайся, - прервал его Ефимов. – Будем работать дальше.
          - Ты что? Ещё хочешь клонировать?
          - А почему бы и нет? Я вот что думаю, мы сейчас оставим один пакетик про запас, на всякий случай. Неприкосновенный запас, так сказать. Ты убери его сразу в сейф и дверцу закрой, чтобы они оттуда не вылетели. А вот два других пакетика мы соединим и ещё раз пропустим через пирамиду. Так, значит, что у нас получится. Шесть штук ты убрал в сейф. 12 штук ссыпаем в один пакетик и привязываем к указке. Ну, всё! Готово! Заводи нашу клонирующую машину!
          - Есть, товарищ полковник заводить машину!
          Процедуру с клонированием кристалликов повторилась. На этот раз они получили их в два раза больше, чем в первый раз. Ефимов на минуту задумался, что-то прикидывая в уме. Говоров, видя, что Евгений о чём-то думает, не стал ему задавать никаких вопросов, а просто молча ждал, когда тот объявит о своём решении. Наконец Ефимов очнулся от своих раздумий.
          - Знаешь, Вадим, мы сегодня закончим наши опыты. Пакет с НЗ оставим здесь, а остальные «осколки» заберём твою лабораторию. Я попробую связаться с Генри и попробую у него ещё что-нибудь узнать про эти необыкновенные кристаллики. Для первых опытов нам сейчас хватит. Теперь у нас есть неприкосновенный запас, который нам позволит продолжить создавать «осколки гравитации».
          - Мудрое решение. Тогда я буду сворачивать все наши причиндалы.
          - Да, давай заканчивать, а то Сакенов своей чувствительной аппаратурой уловит, что мы тут включаем какие-то поля и опять побежит жаловаться начальству. У меня иногда возникает впечатление, что Сакенов нам ставит палки в колёса из какой-то мести. Хотя, вроде, наш отдел с его интересами ещё не успел пересекаться. Надо хорошенько подумать. Не хотелось бы, чтобы нам помешали на пороге июньских событий следующего года.
          Ефимов устало, но довольно улыбнулся. В висках немного стучало от напряжения, но чувство выполненного долга перекрывало всё.
          - Женя, я что думаю. Давай сегодня все кристаллы оставим здесь, а то на дворе уже поздний вечер и таскаться с такими драгоценностями по вечернему городу, да ещё их тащить домой, это не дело.
          - Да, ты прав, оставляй всё здесь. Здесь тройная защита. Само метро, штольня с железными дверями, сигнализация, да и сейф достаточно надёжный. Всё правильно, давая сегодня всё здесь оставим. Завтра я на служебной машине с Аскаром подъеду и всё заберу. А нет! Завтра суббота. Пускай полежат до понедельника. Завтра и послезавтра меня не ищи, Вадим. Я хочу отдохнуть от этой суеты. Завтра утром я уеду на озеро Иссык, там туркомплекс «Карабастау». Отдохну два дня. Вернусь в воскресенье вечером. Давно там не был, только всё пролётом на вертолёте к станции «Восточная».
          Они поднялись на эскалаторе к вечернему городу. Зажглись фонари, витрины магазинов манили теплом и светом. Обычные люди спешили по своим делам, не подозревая, что всего в восьмидесяти метрах под ними, в бетонной штольне, в сейфе лежат зелёные камешки, способных отменить гравитацию и создать материю из ничего.
          - Знаешь, - сказал Говоров, когда они вышли на поверхность, - а ведь Сакенов, получается, был прав в одном.
          - В чём же?
          - В том, что мы опасны, - тихо ответил майор. - Только опасны мы не тем, что устраиваем землетрясения. А тем, что держим в руках то, к чему человечество ещё не готово. Если бы он знал, что мы сегодня сделали... он бы не сейсмологов вызывал, а спецназ.
          Ефимов ничего не ответил. Он только крепче сжал в кармане ключ от сейфа и посмотрел на тёмные вершины гор, видневшиеся на горизонте. Там, в горах, спал «Зелёный Луч». Или, может быть, не спал, а ждал. Ждал июня.