Клевец и младенец. Глава 43

- Простите, - старик откашлялся, - не мог удержаться от шутки, пусть и несколько банальной, просто вы так на меня смотрели, со значением, не хотелось разочаровывать, ой, что?


Меж тем, тело бедолаги замерло, вытянулось, закостенело, потом из всех отверстий полезли щупальца из воды, вероятно, я или был достаточно живучим, чтобы в теле смогло что-то и куда-то пробиться, или желудочный сок разъедал сильнее, некий враг не выжил, так и не узнали, или клевец защитил как-то. Я прыгнул к несчастному, тронул его, жидкость в его плоти взорвалась, пусть и не сильно, обмяк, словно чучело, набитое соломой, конечно же, мертвый. Оставалось выругаться, полез вниз, опустил свое оружие на цепи, погрузив его в жидкость, вся округа вздрогнула, а мое тело струей наружу выкинуло, пришлось немного подлечиться. Вода, вроде как, очистилась, но пользоваться ей не стоило, а колодец поспешно закопали обратно, значит, сверхтвердая земля была тут совсем не просто так, увы.


- Лишнее свидетельство того, что, если что-то сложно или невозможно добыть, обычными средствами, не стоит и трогать, если не уверен на все существующие проценты, в его тебе крайней полезности, - я покачал головой, - но хоть избавились от очередной какой-то ужасной сущности, которая могла неведомо что сотворить. И ваш сатир скончался, как герой.


Ноа не знала, как и выразить свою радость, потому, как если бы выполнила мою просьбу, то рисковала не дотянуть до вечера, и окончательно потеряла бы шансы войти в легенду. А. пока что, можно продолжать и поспешить за следующим колечком, пальцев же довольно много даже на одной руке, и на каждом надо по три штуки. Интересно, кто хранит следующее? Оказалось, что это какой-то отшельник и сей праведник, не будучи жадиной, не отдаст ничего, просто так, захочет испытывать, не добывать ему что-то, а именно доказать свое право, и плевать хотел на демонов и существование мультивселенной, не говоря уже о наших прочих успехах. И не факт, что получится. Однако, сдаваться мы не привыкли, отшельник, так отшельник, одно из двух, или справимся, или нет, благо, спасибо чарам, запас колец есть, пусть они могут оказаться и недостаточно могущественными. Поспешили в новый пункт. Места оказались мрачные, но благородные, гора небольшая, заросшая травой и кустами, пещера довольно правильной формы, как вариант, рукотворная, местность вокруг больше напоминала сад, чем лес, деревья словно легионеры в строю, ряд за рядом, с одинаковыми круглыми кронами, невероятно красивые цветы. Тут же и птицы пели, как положено, и зверушки бегали всякие. Мы старались идти по одной тропинке, не топтать ничего и не трогать никого. Чудо я взял на руки, чтобы святость её колец по округе растекалась, сразу заметна была, и приняли нас несколько любезнее, и не указали идти прочь сразу. А праведники часто довольно строги и даже фанатичны, не жалеют разбираться в тонкостях. И вот из пещеры вышел незнакомец в плаще, капюшон закрывал его голову, лица не видно, опирался тяжело на посох, в другой же руке держал цепочку с какой-то подвеской странной.



- В своем ли ты уме жестокое чудовище, что явилось сюда? – спросил неизвестный. – И попытка прикрыться потенциальной героиней ни к чему не приведет в принципе. Хочешь, чтобы помолился я и обратил тебя в прах, а душу отправил прямехонько в ад навсегда?


- Душу не надо, - я откашлялся, - как-то надеюсь на милость Творца, может, не станет так жестоко наказывать, позволит добраться до рая. И я не лично прибыл, а просто сопровождаю воспитанницу свою, которая должна победить короля демона и спасти весь этот мир. А чтобы она время не теряла, собираю артефакты для нее, плюс, силы тьмы, не смогут обидеть, даже приблизиться к ребенку. Так что, если отдадите свой артефакт, то не монстру.


- Вообще-то, малышка тоже инфернальное существо, зверолюд, - напомнил собеседник, - если уж кому и должно побеждать гостей из ада, то людям, потомкам Адама и Евы, их долг.


- И как вы себе такое представляете? – я нахмурился. – Люди слишком уж слабы телесно, возможно, есть и праведники, но сколько их, и долго ли протянут в схватке с порождениями тьмы? Однако, спорить бесполезно, увы, предлагаю просто вариант. Дайте мне свои поручения, если справлюсь, то получу колечко, нет, уйду или даже позволю вам себя убить. Но, для начала, проверю кое-что, а то враги наши коварны и на многое способны, к сожалению.


Выхватил я клевец свой, быстрее мысли, метнул в человека в плаще, попал в него, и никакая святость не спасла, отлетел назад, завыл и начал раздуваться, превращаясь во что-то жуткое. Оружие за цепь подтянул ваш покорный слуга, сжал в руке и подскочил к обманщику, раскроил ему череп, растекся пострадавший, теперь ворваться в жилище его и там обнаружил тело какого-то старика повешенного, со следами пыток на теле, не знаю, праведник он или нет, на руке его было надето кольцо, похожее на святое. Демоны бы так не оставили, наверняка, какая-то коварная ловушка, надо действовать осторожно, дабы не погибнуть или не пострадать жестоко. Просто так нам никогда и ничего не доставалось, почему сейчас должно быть иначе, спрашивается? Снова потрогал труп клевцом, но тот остался прежним, даже не дрогнул. Не знаю, как отшельника демоны могли подловить и так жестоко расправиться, возможно, что и никак, просто подсунули некий труп, надеясь, мол, не додумаемся подстраховаться, тронул артефакт своим антимагическим оружием. Кольцо раскалилось немедленно, подожгло повешенного, и тот сгорел достаточно быстро, вместе с костями и веревкой, не оставив даже праха. Лишь запахло серой и тухлыми яйцами. Оставалось лишь осмотреться, задумался, куда бы спрятал столь ценную вещь, на месте праведника? Но, хоть и составил определенную теорию, не стал искать, почувствовал, что спешить не стоит и точно, не прошло и часа, как в пещеру вошел какой-то старец, очень похожий на повешенного внешне, только живой и относительно здоровый. Направил на меня посох, сощурившись. Сразу заговорил, но не сказал ничего приятного для меня, походил на демона или беса, притворившегося им в самом начале. Правда, от него как раз исходила великая сила.


- В своем ли ты уме жестокое чудовище, что явилось сюда? – спросил неизвестный. – И попытка прикрыться потенциальной героиней ни к чему не приведет в принципе. Хочешь, чтобы помолился я и обратил тебя в прах, а душу отправил прямехонько в ад навсегда? 


- Ноа, расскажи все о нас и наших целях, пожалуйста, - попросил я, - а также о врагах, которые до нас сюда проникли и были уничтожены. Пусть жилище заново освятит от греха.


Надоело мне повторять одно и тоже, раз за разом, а спутница не просто так за мной хаживала, пусть отрабатывает то, что терплю подле себя и не прогоняю, куда подальше. И самочка за дело взялась, не забывая низко кланяться, и вежливо улыбаться постоянно. Отшельник если и не смягчился, то немного успокоился, вправду пещеру освятил, предположил, что враги смогли проникнуть, потому как какие-то грехи есть, надо больше трудиться, молиться и каяться, но не собирался нам ничего давать, просто так. Придется потрудиться, благо, для меня подобное не является какой-то проблемой, поклонился низко и благодарил.


- Обойдешь ты гору мою с другой стороны, - начал праведник, - там много камней разных, отдельно лежащих, собирай их и складывай кучей, пока не найдешь очень особенный, который сразу признаешь, принесешь его мне. Но не дай осыпаться насыпанной горке или придется убраться, лишь молитва способна удержать валуны вместе. Иди и попробуй исполнить или сдайся прежде, чтобы не тратить мое и свое время. Помогать же тебе нельзя.


Я кивнул и отправился исполнять, очевидно, что победить целую толпу чудовищ оказалось кратно проще и привычнее, однако, надо и чем-то другим заниматься и тренировать свои разные способности, потому как даже разные по форме и весу камни можно сложить так, чтобы оставались на месте, но от молитвы тоже не отказался, она всегда к месту и помогает, чем бы ни занимался, неспешно осматривал каждый камень, начал с самых больших, чтобы послужили основой, потом, средние, меньше первых, а там дошло и до мелочи. Сколько трудился, не знаю, когда работаешь, время летит необычайно быстро, но вот остались лишь настолько маленькие камушки, что их и рассмотреть затруднительно, тем паче, при моих размерах изрядных, и тут, чуть-чуть раскопав мелочь, увидел какой-то розовый, плоский и с отверстием в середине. Возможно, как раз то, что надо, отшельник мог при любом раскладе, заявить, мол, просто обычная каменюга, не имеющая отношения к праведности. Отправился в пещеру и с поклоном протянул свою находку. Праведник приподнял брови, но принял находку, подкинул, приложил к глазу и потом задал вопрос явно с подвохом неким.


- Почему ты решил, что именно эта вещь – та самая, лишь по внешнему виду исключительно? – уточнил он. – Или же имелось некое предчувствие особенное? Только не ври мне.


— Что за странный вопрос? — я ухмыльнулся. — Конечно же, по внешнему виду, какие могут быть еще чувства и ощущения, я же тупой горный тролль. При этом, горка, насыпанная не развалилась, по крайней мере, при мне, можете пойти и глянуть, если есть желание.


Отшельник вправду сходил, еще и заявил, что сейчас прочность моей конструкции проверит, сам принялся молиться истово, но ничего не произошло. А с чего бы Творцу было мешать мне исполнять свой долг и бороться с демонами? Уж он-то кровно заинтересован в победе добра над злом, а иначе весь замысел коту под хвост. Как разумные существа смогут совершенствоваться, раз за разом, чтобы эволюционировать до уровня праведников и заслужить рая, коли умрут в муках? То же человечество обязано или окончательно встать на путь добра, или пасть и вот тогда заслужить гибель, а тут просто демоны окажутся физически сильнее, какое-то не слишком честное противостояние. И потому на их пути должны встать мы с Чудом, ну и чуть-чуть Ноа подсобит, если проживет достаточно долго, разумеется.  Но об этом пока рано еще рассуждать. В общем, ничего и никуда не развалилось. Отшельник немного удивился, мой камень выбросил, вряд ли он ему был хоть для чего-то нужен, а вот пернатая подобрала, по неизвестной причине, потом еще цепочку продела и носила на шее словно талисман какой-то непонятный. Но это ее дело, мало ли какая дурь живет в женской головке? Может, захочет потомкам оставить, мол, эту штуку трогали святой и горный тролль Клевец, победитель какого-то количества демонов, может в ней сохранилась крупица святости мельчайшая? Сильно вряд ли конечно. Но испытателю не оставалось ничего другого, как поручить мне следующее дело. Отвел к бочке без дна, выдал маленький черпачок для воды и велел наполнить сей сосуд до верху и принести к нему.


Я, стараясь сохранить вежливость речи поинтересовался, а как он себе подобное представляет вообще? Сила молитвы, конечно, много чего дает, но лишь магия способна удержать жидкость в бочке без дна, а я ею не владею. Более того, колдовство считается запретным и придуманным как раз темными силами. Может, надо починить, а потом наполнить водой? Но праведник лишь пожал плечами и заявил, что дело мое, как выполнять, главное, чтобы сделал, иди и не возвращайся, пока не закончишь. Или же отступись и позабудь о кольце.


Я решил не злиться напрасно, а попытаться решить проблему как-то. Всем известно, кто хочет выполнить работу - ищет способ, кто не хочет - причину не делать. У меня подобных причин не имелось, да и проигрывать не хотелось бы, любое поражение не по вине демонов, это удар по репутации, паладины разочаруются и не захотят больше сотрудничать, а без них тяжко придется. Начал я с очевидного, сходил в лес, благо, именно чудо сад был лишь на определенной территории, не слишком большой, отыскал ствол дерева, упавшего естественным путем, одолжил меч у пернатой, кусок ствола отрубил, подходящей длины, подогнал по толщине, и вогнал, получив примитивное, но дно. Теперь найти сосну, собрать смолу и промазать, чтобы вола не проникала, после, отправился к водоему, наклонился с черпаком и увидел на дне русалку, которая была растянута цепями между двух камней, так, что не могла двинуться. Выглядела очень несчастной. Наверняка, какое-то опасное чудовище, лишь притворяющееся девой с рыбьим хвостом, знаем мы подобных существ. Некие подозрения у меня сразу появились на счет того, зачем послали сюда, на самом деле, но, пока что, как только смола более или менее просохла и затвердела, начал бочку водой наполнять. И тут рядом вынырнула другая русалка, свободная и походила на маленькую девочку лет пяти, очень миленькую, сразу же просить начала меня о помощи, чего и следовало ожидать, собственно говоря от нее.


— Простите, сильномогучий великан, не окажите ли милость, да не освободите мою матушку от неразрушимых освященных цепей? — начала малышка. — Может, вина ее и покажется ужасной, но, на самом деле, лишь следовала своей природе истинной. Попыталась соблазнить, защекотать и съесть одного мужчину, а он отшельником оказался, сказал слова силы заветные и заковал бедняжку. И приходится мне теперь кормить ее рыбой и охранять от хищников. Коли выручите, так мы бы вам с бочкой помогли наполнить. Мой дедушка - водяной и хозяин реки, может воду зачаровать, ни капли не выльется. Могу поклясться душой, что так и сделаем.


— Какая еще душа, вы же нежить, мертвячки, — напомнил я, — а ты так вообще мертворожденная. Впрочем, мог бы попробовать, но лишь при одном условии, вы обе должны поклясться Ехидной, матерью всех чудовищ, что больше не станете никого соблазнять, щекотать и поедать из разумных созданий и ограничитесь рыбой, раками и другими обитателями вод, которые таковыми родились. В конце концов, твоя мать была обманута одним мужчиной и из-за него утопилась, а не всеми представителями сынов Адама. Не пообещаете и о пускать нельзя, грех великий, потому как я со злом борюсь, вроде как, а не выпускаю, ставя под удар невинных. Готовы принести соответствующую клятву или предпочтете оставить все, как есть сейчас? Мне-то наплевать, на самом деле, а вам еще не скоро выпадет шанс найти нового спасителя, если вообще кто-то появится в принципе.


Русалку аж перекосило всю, несколько мгновений походила на себя подлинную, чудовище - людоед, лишь притворявшийся невинной девочкой, но с выбором было плохо, кивнула и еще громко повторила слова клятвы, а потом поплыла к пленнице. Закованная нарочно голову подняла, чтобы я ее лицо видеть мог и зашевелила губами, по ним четко проследить можно было, что произносит. Оно и понятно, когда привязан к одному месту сколько-то долго, даже если речь о полугоде или паре месяцев, на что угодно пойдешь, лишь бы вырваться. Убедившись, что слово сказано, а нарушение подобной клятвы каралось немедленной смертью, известны были всего два или три случая в истории, когда кто-то пытался отказаться от обещания и сразу погибал. Чаще всего, о клятве или забывают, или оказываются в обстоятельствах, когда не нарушить не выйдет и всегда такое фатально. Оставалось мне набрать побольше воздуха в легкие и нырять. Цепи могли оказаться зачарованы молитвой, а такие антимагический клевец не возьмет, потому как речь не о магии, а о чем-то высшем, потому, я просто сверхпрочным оружием скалы порушил, развалил на камешки, однако, цепочки тут же приросли ко дну. Пришлось всплыть, продышаться и уже там, на поверхности, воззвать к Силам Света, умоляя их освободить чудовище, раз то дало клятву не вредить смертным и ограничиваться рыбой. И, видимо, ко мне таки прислушались, потому как зазвенели цепочки так, что слышно за милю было, и рассыпались отдельными звеньями.


Только вот спасенная сразу ко мне устремилась и своими острыми рыбьими зубами в руку вцепилась, правда кожи не могла не то, что прокусить, но даже и оцарапать, еще и менялась на глазах, покрылась вся чешуей, из спины акулий плавник вылез, из боков щупальца, как у осьминога, вместо кистей рук - клешни, как у краба. Наверняка, кучей способностей была наделена, но поверять не хотелось, кулаком по черепу приложил, со всей силой. Тварь только моргнула, попыталась меня клешнями бить, пришлось ее же собственной хваткой мертвой, раз челюсти не разжимает, и воспользоваться, схватил за плечи и повернул, так что шея хрустнула, но пусть и должна была умереть, но не спешила. Ладно, всплыть наверх, вынырнуть и к берегу. надо сказать, что и вне родной стихии, врагиня оставалась столь же бодрой и агрессивной, как до того. Пришлось антимагическим клевцом бить, а уж он кости ломал хорошо вражеские, а срастаться не позволял. Пара ударов по черепу и все, обмякло порождение тьмы, просто оторвал ей нижнюю челюсть, потом разделил туловище надвое. Пусть небольшая сердцевинка, а отыскалась. Меж тем, мелкая русалка тоже на берег выползла и ко мне, злобно шипя, но эта хоть внешность не меняла, по неведомой причине, как вариант, просто не умела.


— И что вы вытворяете? — спросил я. — Я твою мать или кем она там была, выпустил, а она сразу обещания нарушать, да еще в драку полезла зачем-то, ни ума, ни фантазии. Неужели не поняла, чем подобное закончиться должно? Я не человек какой-то, а горный тролль, обычной атакой не напугаешь и вреда не причинишь, как ни старайся, нечто куда как большее требуется. Понимаешь?


— Моя мать меня не рожала, поймала обычное дитя, утопила и силой одарила, — пояснила малышка, — за что ей благодарна безгранично. Мы жили местью всему роду людскому, а мужчинам и подавно, заставлять нас отказаться от подобного, от долга и счастья губить души и тела смертных, преступление худшее, чем заковать в цепи и оставлять прозябать вечно. И никакая Ехидна нам не страшна.


— Могу только посочувствовать, — я вздохнул и коснулся собеседницы клевцом, без удара и она немедленно стала тем, чем и являлась изначально, трупом, немедленно начала разлагаться, пока не осталось совсем ничего, ни следа. А мне надо было продолжать бочку наполнять, только за дело взялся, как из воды вынырнула жуткая образина, помесь лягушки с щукой, еще и с бородищей из водорослей. Поклонилась мне тварь кошмарная и представилась водяным, благодарила за то, что избавил его водоем от адской твари, мол, всем вредила, даже ему, хозяину реки, да и репутацию русалкам другим портила, множила ненависть людей к нежити. Спрашивал, чем бы мог помочь мне сейчас, сокровищами одарить, или наделить какими-то волшебными способностями?


— Я работу делал не ради наград, — возразил я, — однако же кое-что не помешает, ты же водную стихию контролируешь? Вот и славненько, а нельзя ли, чтобы я, скажем, мокрой глиной эту бочку обмазал, со всех сторон, а вы бы из нее всю влагу удалили, чтобы получилась твердая корка, надо то на часок, сосуд до праведника донести, наполненный, а там пусть что хочет, то и делает с ним.


Водяной с радостью согласился, а уж найти глину не составляло проблемы, и вправду, пусть ненадежный слой, но вышел, а мне больше и не требовалось, живенько наполнил и клиенту отнес, тот только глаза выпучил, точно подобного не ждал, но от слова своего не откажешься, надо третье поручение давать теперь.


— Не так-то ты и прост, монстр, — заявил отшельник, — однако, и мои задания тоже не легкие. Придется и с последним управиться, неподалеку от моего жилища, на поляне, лежит идеально круглый камень-шар, рядом с ним бревнышко скользкое, твоя задача поставить его вертикально на тот камень, и чтобы не падало. Сумеешь с подобным справиться, заберешь кольцо, нет, уйдешь отсюда с пустыми руками. Не стоит и упомянуть, что за все время еще никому не удалось подобного провернуть, даже мне самому. Стоит чуть дунуть, и конструкция падает. Конечно, нельзя предметы портить или подгонять друг к другу. Времени даю час на все. Отправляйся и не возвращайся без победы.


Стоило признать, что поручение вправду сложное весьма, но не пытаться нельзя. Однако, никак не могло обойтись без какой-то подлости, только мы на место прибыли и я за бревнышко взялся, как послышался вой злобный и примчался невесть откуда огромный волк, размером с белого медведя, с массивным рогом на лбу, немедленно атаковал, не знаю уж, почему не выбрал себе более мелкую добычу? Я под каменный шар ногу подсунул, подбросил его и ударом второй прямо в пасть врагу послал, загнал изрядно, теперь ротик не закроется, а потом уже бревном по хребтине заехал, заставив на землю лечь. Теперь «дубину» оставить, ухватил жертву за хвост, рывком от земли оторвал и принялся о твердь же бить, раз за разом, пока все кости не переломал, после этого, разорвал на части и сердцевину употребил. Много силы не дала, но капля к капле добавлять старательно и получится океан однажды. Как раз волка мне никто портить не запрещал, потому, рог его изо лба выдернул, череп очистил от мозгов и к земле пригвоздил, словно гвоздиком, не покачнется, а челюстях так и остался камень, его еще волчьей кровью полить, конец бревна так же выпачкать, установить вертикально и дать высохнуть. Не клей, разумеется, даже и близко, но уже ничего ни откуда не соскальзывает. Ноа Сладкоголосая за праведником слетала, а тот как увидел конструкцию, чуть в обморок не упал, волосы дыбом встали. Однако, его задание ведь выполнено, оба предмета не повреждены, лишь чуть-чуть испачканы, никуда не падают, а волк все одно чистым злом был изначально.