Роберт Геррик, английский поэт 17 века. Часть 1

Жизнь Роберта Геррика, поэта и священника

Можно сказать, что судьба Роберта Геррика, в некотором роде, подобна судьбе Шекспира. Мы знаем, или нам только кажется, что мы знаем их обоих через их творения с исключительной полнотой. Но на этом наши сведения о них и заканчиваются. У нас нет ни личных писем Шекспира, ни записей его бесед, ни сведений о жизненных обстоятельствах, ни оценок современников. Сохранилось несколько писем юного Геррика; но подробности его жизни и его репутация поэта в ту эпоху нам почти не известна. Да и в самой книге Геррика, «Гесперидах», мы не найдём каких-то новых сведений для его биографии. Вот всё то немногое, чем мы располагаем на сегодняшний день.

Родители поэта

В начале XIV в. в некоторых документах проскальзывает упоминание о проживающей в Стреттоне, графство Лестершир, семье Эйрик (Eyrick) или Геррик (Herrick), чья фамилия  говорит о её норвежском происхождении. В начале XVI в. одна из ветвей этого большого семейства поселились в Лестере (Leicester). Джон Эйрик (1513-1589), дед поэта, женатый на Мэри, дочери Джона Бонда, был торговцем скобяными изделиями и олдерменом. В 1535 г. он стал почётным гражданином города, а спустя некоторое время был избран его мэром.
Отец поэта, Николас Геррик (1542-1592), ювелир и ростовщик, родился в Лестере, и был пятым из двенадцати детей Джона Эйрика. В 1556 г. Николас Геррик перебрался в Лондон, а в 1564 г. был отдан в обучение своему дяде Эдварду Гилберду, ювелиру, проживавшему в районе «золотого Чипсайда» (Н-1028)  лондонского Сити. Чипсайд (Cheapside) – это довольно длинная улица, два квартала которой занимал так называемый Ювелирный ряд между улицами Бред Стрит (Bread Street) и Элинор Кросс (Eleanor Cross), который в XVI в. весь состоял, как писал Джон Стоу, известнейший историк и антиквар времён Елизаветы I, «из самых красивых зданий и магазинов, находящихся в пределах лондонских стен, а может и во всей Англии» . Через восемь лет, в 1572 г., Николас Геррик обзавёлся собственным делом, вызвав из Лестера в качестве помощника своего младшего брата Уильяма. В регистрационных книгах Гильдии ювелиров мы можем прочесть, что Николас Геррик не только деятельно управлял магазином драгоценностей, но и был несколько нечист на руку. В 1578 г. он обвинялся в золочении латунной цепи, которую отдал в залог, как чисто золотую, что не помешало ему стать потом секретарём в правлении той же Гильдии .
8 декабря 1582 г. Николас Геррик женился на Джулиан Стоун (1561-1629), второй дочери лондонского торговца тканями Уильяма Стоуна, чья старшая дочь Энн была женой сэра Стивена Соума (Н-545), лорд-мэра Лондона в 1598  г. Через три года у четы Герриков стали рождаться дети. Первенец Уильям был крещён 24 ноября 1585 г.; Мерси – 22 декабря 1586; Томас – 7 мая 1588; Николас – 22 апреля 1589 г. И, наконец, 24 августа 1591 г. был крещён родившийся сын Роберт, пятый выживший ребёнок Герриков (шестой умер в младенчестве) .
От ремесла своего отца Роберт, быть может, унаследовал любовь к драгоценным камням, янтарю и благородным металлам, наполняющим его поэзию, а от торгового дела дедушки со стороны матери – восхищение шелками и батистом,  которые он мог видеть в его лавках.
Из семейной корреспонденции Герриков можно узнать, что отец поэта ещё в 1575 г. «подхватил эпидемию», а в 1583 г. заболел сильной лихорадкой. Возможно, это болезненное состояние подтолкнуло его написать 7 ноября 1592 г. завещание, «находясь в твёрдой памяти, но больным телесно», в котором всё своё состояние он разделил между женой и детьми.
А 9 ноября 1592 г. Николас Геррик, как было записано в документах следствия, «выпрыгнул из окна чердака…разбился, и сразу умер» . Отца поэта, фактически как самоубийцу, в тот же день похоронили на близлежащем кладбище у церкви Св.Ведаста (в которой были крещены все его дети) и, скорее всего, без надгробия. И только через 35 лет Геррик смог отдать родительскому праху должные почести, извинившись перед отцом, что долго не мог посетить его могилы (Н-27).

За эту жизнь мне данную одну,
Но смертную, я все долги верну.
За смертный дар пусть твой восстанет прах
Бессмертье обрести в моих стихах.

В то время действовали жесткие законы против самоубийц: всё их имущество реквизировали, и оно переходило в ведомство королевского алмонера (главного распорядителя милостынями), который раздавал эти средства беднякам. У следствия были сомнения по поводу несчастного случая, на котором настаивала семья покойного Николаса, но королевский алмонер – Ричард Флетчер, епископ Бристоля, заявил, что утверждение, будто Николас Геррик «сам выбросился из чердачного окна, является предположительным» . Благодаря этому семейство Герриков добилось от следствия приговора о случайной смерти, и сумело спасти от конфискации всё состояние отца – более 3500 фунтов стерлингов (в дальнейшем – ф.с.). При этом обошлось всё штрафом в 220 ф.с. Большое значение в этом деле имели и высокие связи Джулиан Стоун, жены Николаса Геррика . Её зять – Стивен Соум был шерифом Лондона в 1593 г., и, как уже говорилось, лорд-мэром столицы в 1598 г.
Из всей суммы наследства треть причиталась жене Николаса (по завещанию мужа), а две трети должны были быть разделены между его детьми поровну. Два брата Николаса Геррика: старший, Роберт, торгующий скобяными изделиями в Лестере, и младший, Уильям, ставший преуспевающим ювелиром и ростовщиком – назначались опекунами. Однако Джулиан Стоун опротестовала решение о наследстве. После взаимных уступок, она получила 1300 ф.с., т.е. больше, чем причитающуюся ей одну треть состояния покойного мужа. После этого решения малыш Роберт и два его брата (Томас и Николас) были отданы на попечение дяди Уильяма, а Джулиан Стоун со старшим сыном Уильямом и дочерью Мерси пришлось уехать из Лондона. Сначала она жила вместе со своей замужней сестрой Кристиной Кемпион в Хэмптоне (Hampton), графство Миддлсекс (Middlesex), а впоследствии – с другой сестрой, Энн Соум, в Литл Турлоу (Little Thurlow), графство Суффолк (Suffolk) .

Детство и юношество Геррика

Роберту было 1 год и 7 месяцев, когда он со своими старшими братьями, Николасом и Уильямом, поселился в доме своего дяди Уильяма. Сэр Уильям Геррик или Хейрик (Heyricke) (1562 - 1653) – ювелир, ростовщик и королевский чиновник, крещёный 9 декабря 1562 г. в церкви Св.Мартина, в Лестере, был пятым и самым младшим сыном Джона Эйрика. Как мы уже писали, Уильям сначала помогал своему старшему брату Николасу в его работе ювелира, но после смерти последнего организовал собственное ювелирное дело, стал торговать драгоценностями, и вскоре, так же как и умерший брат, начал активно заниматься ростовщичеством. В 1595 г. Уильям Геррик был уже в состоянии приобрести загородный дом и поместье Боманор (Beaumanor) неподалёку от Лестера у нуждающегося в деньгах Роберта Деверё (Robert Devereux), второго графа Эссекса, молодого и успешного фаворита стареющей Елизаветы I.
6 мая 1596 г. Уильям Геррик женился на пресвитерианке Джоан Мей. После чего у супругов родилось двенадцать детей, из которых только восемь пережили своё младенчество. Избранный представителем от своего родного города Лестера в последний елизаветинский парламент, Уильям Геррик заседал также в первом и третьем парламентах нового монарха, Иакова I, который посвятил его в рыцари. Вскоре сэр Уильям стал одним из ювелиров короля, и даже крупным кредитором короны .
Детство Геррика прошло в пресвитерианской семье, но практически ничего не известно о школьных годах Роберта. Может быть, он учился в школе Вестминстера , городе, который поэт упомянул в своём «Плаче к Тамесису» (Н-1028), или, как считает д-р Александр Гроссарт, издатель Геррика, мог учиться в школе Хемптона. Но это только предположения. Конечно, появление многочисленного потомства в семье Уильяма Геррика между 1598 и 1615 гг. несколько уменьшили то внимание, которое должен оказывать опекун своим племянникам. Школу Геррик закончил, вероятно, в 1602 или 1603 г., затем мог работать в магазине своего дяди, и, наконец, в 1607 г., в 16-летнем возрасте, будущий поэт сделался его учеником, чтобы перенять профессию ювелира. Отношения между Робертом и дядей Уильямом нельзя назвать идиллическими, ибо Уильям Геррик готовил для своих сыновей карьеру джентльменов, а сыновьям его покойного брата предназначено было пойти по стопам своего отца. Роберт редко упоминал своих кузенов в сохранившихся письмах, да и в своих стихотворениях он обошёл вниманием и дядю Уильяма, и его старшего сына Роберта, и других членов его семейства, в основном обращаясь к родственникам со стороны матери, Стоунам и Соумам.
Учась в школе, Роберт всё-таки получил хорошие знания латинского языка и литературы, ибо, когда его брат Томас в 1611  г. решил заняться сельским хозяйством, Геррик посвятил ему стихотворение, легкость использования литературных аллюзий в котором говорила о достаточно широком круге чтения  молодого поэта (Н-106). Несмотря на некоторое подражание Горацию и Бену Джонсону, в этом посвящении уже отчетливо прозвучали собственные нотки Геррика, начавшего создавать свой собственный поэтический мир, населённый его друзьями и родственниками, мнимыми любовницами и грубоватыми джентри, весёлыми крестьянами и крестьянками, танцевавшими вокруг «майского дерева» и колядующими на Рождество.
Обязанный работать у своего дяди  в течение десяти лет как ученик ювелира, Роберт прослужил из них только пять, и когда в марте 1613 г. городской сиротский комитет под председательством сэра Стивена Соума, дяди со стороны его матери, формально утвердил его совершеннолетие (21 год), будущий поэт поступил в колледж Св.Иоанна в Кембридже .

Обучение в Кембридже

Роберт получил и причитающуюся ему долю отцовского наследства – чуть более 400 ф.с., которые дядя Уильям немедленно взял взаймы, обязуясь оплачивать Роберту ежеквартально щедрые десять процентов годовых в течение всего времени обучения племянника в Кембридже. Геррик был приблизительно на шесть лет старше большинства студентов и, будучи незнатного происхождения, оплачивал свою учёбу вдвойне в одном из самых дорогих колледжей университета. В 1614 г. в тот же колледж Св.Иоанна поступил и кузен Роберта – Ричард Стоун (Н-496). В Кембридже учились и два его дяди со стороны семейства Соумов, один, из которых, Роберт, дважды становился вице-канцлером.
Участвуя в студенческих пирушках и университетских увеселениях, Геррик познакомился и подружился на всю жизнь с Джоном Уиксом и сэром Клипсби Крю, сыном лорда Верховного судьи, с Алджерноном Перси, будущим графом Нортумберлендом  и со своим самым верным другом и покровителем Милдмеем Фейном, студентом Эммануэль-колледжа и наследником титула графа Уэстморленд. Именно Кембридж подарил многих друзей и покровителей будущему поэту, таких как: Томас Саутвелл (Н-149), Джордж Парри (Н-1062), Уильям Алабастер (Н-763), и, возможно, Эдвард Сэквилл, граф Дорсет (Н-506), которым Геррик посвятил некоторые из своих стихотворений.
Но, несмотря на удовольствие, с которым Геррик изображал в своих стихах и своё опьянение, и своих мнимых любовниц, он был довольно здравомыслящим молодым человеком, а от любимого им Горация научился ценить умеренность в жизни. Единственным источником для определения хоть каких-то фактов этого времени являются дошедшие до нас четырнадцать писем Роберта к сэру Уильяму Геррику . В них будущий поэт постоянно просит деньги, напоминая как бы об обещанных процентах с его же наследства. И хотя в этих письмах проявляется уважение к дяде Уильяму, и поэт называет его «добрым отцом», опекун всё же не заменил Геррику настоящего отца, и вся вежливость Роберта являлась формальной и не идущей от сердца.
Хотя 40 ф.с. годовых сделали Геррика относительно богатым студентом, он не мог жить на широкую ногу, как прочие студенты колледжа Св.Иоанна, особенно аристократического происхождения. Геррику явно не хватало денег, и потому в 1616 г. он сам предложил дяде перевести его в менее дорогой колледж, Тринити-Холл, «с целью изучения права», как писал Роберт в одном из своих писем. Он также уверял дядю Уильяма, что будет жить, как отшельник, с честными мыслями, и не будет проводить время в попойках.
10 апреля 1617 г. Геррик получил степень бакалавра. Но, вместо того, чтобы поступить в «судебный Инн» (школу подготовки барристеров ), он продолжил учёбу и в июле 1620 г. стал магистром свободных искусств. Однако Геррик числился в составе колледжа Тринити-холл до его рукоположения в 1623 г. Скорее всего, Роберт просто снимал жильё после окончания учёбы на территории колледжа, как и его друг, сэр Симеон Стюард .
Как поэт Геррик становится известным, ещё обучаясь в Кембридже. Однако практически невозможно датировать большинство из его 1410 стихотворений. Сохранился автограф его раннего стихотворения, написанного в 1619  г. от имени колледжа Тринити-холл на память Джону Брауну, учащемуся колледжа Гонвилл-энд-Киз. Довольно много произведений поэта имеются в рукописных сборниках Элстона, Спелмана и Дэниэла . Эти семейства были связаны с Кембриджем и с колледжем Тринити-холл. Элстоны жили в Суффолке, там же, где находились поместья Соумов, родственников Геррика со стороны матери. Несмотря на это, в течение целого десятилетия, с 1617 по 1627 г., мы имеем лишь краткие упоминания о жизни Геррика, и ничего не знаем о его творческой деятельности. Можно предположить, что он находился в Лондоне, пируя с Беном Джонсоном и его учениками в тавернах «Солнце», «Собака» и «Тройная бочка» , где писал свои вакхические песни, полные буйного веселья, восхвалений вина и бьющей через край жажды жизни. Именно в это время Геррик чувствовал себя поэтическим «сыном Бена», воспринимая от него не только любовь к пирам, но и любовь к классической поэзии.
Вполне вероятно, что Геррик после получения степени бакалавра в 1620 г., посетил свою мать, которая жила с двумя детьми в Литтл Турлоу. «Любимая сестра» поэта, Мерси (Н-818), вышла здесь замуж ещё в 1611 г. за Джона Вингфилда (Н-590) из Брентама (Brantham), родив ему четырёх сыновей и дочь, тоже Мерси. В Суффолке находились поместья родственников поэта Соумов, которых поэт мог также посетить. Встречался Геррик и с Джоном Крофтом (Н-804) из Саксема (Saxham) и с Элстоном из Садбёри (Sudbury). Геррик вышел в жизнь, пока не имея чёткого представления о своей будущей карьере. Зато его братья были неплохо устроены. Один из братьев Роберта, Томас Геррик, уже давно удалился от торговых дел и зажил сельской жизнью в лестерширской деревушке (Н-106), сделав своей женой девицу Элизабет, которая вскоре умерла (Н-72). Другой брат поэта, Николас, оказался более смелым предпринимателем. Будучи левантийским торговцем, он даже посетил Святую Землю (Н-1100). Поэт посвятил несколько стихотворений самому Николасу, его жене Сюзанне (Н-522, Н-977), дочери Уильяма Салтера, и дочерям брата, Бриджит (Н-562) и Элизабет (Н-376).

Рукоположение

В апреле 1623 г. Геррик и его друг Джон Уикс неожиданно приняли духовный сан. В Питерборо (Peterborough), в кафедральном соборе недалеко от Кембриджа, друзья были посвящены сначала в дьяконы (24-го апреля), а затем в священники (25-го апреля) епископом Томасом Давом. Такое последовательное рукоположение сначала в дьяконы, а потом в священники – обычная практика XVII в. Геррик и Уикс стали капелланами одного из придворных короля, возможно Эндимиона Портера, опекавшего поэта на протяжении всей своей жизни, и которому Геррик посвятил много стихотворений. Обоим друзьям было уже за тридцать, и карьера священников давала им определённые гарантии существования. В том, что Геррик и Уикс были назначены капелланами Портера в его отсутствие (придворный в это время находился в Испании с королевским поручением), возможно, есть немалая заслуга их влиятельных кембриджских друзей, таких как сэр Клипсби Крю, Милдмей Фейн, Томас Сэквилл и других знатных господ.
Этому событию Геррик посвятил своё знаменитое стихотворение «Прощание мистера Геррика с поэзией», в котором он довольно серьёзно отнёсся к данной клятве – отвратить свой взор от поэзии перед посвящением в сан.

А я замолк, с тех пор, как все желанья
(Душе и небу дал я обещанья)
Я от тебя отвел; направив их,
И совесть, и свой ум для дел благих
К священству.

В 1624-25 гг. Геррик находился в Лондоне, что явствует из его новогоднего послания сэру Симеону Стьюарду (Н-319) и эпиталамы в честь бракосочетания его друга сэра Клипсби Крю (Н-283). В 1626 г. Милдмей Фейн направил Геррику два дружеских послания, одно из которых застало Геррика всё ещё пребывающим в Лондоне . 
В июле 1627 г. Геррик и Уикс в качестве полковых священников приняли участие в злополучной экспедиции герцога Бекингема к острову Рэ во Франции, направленной туда ради освобождения гугенотов, осаждённых в Ларошели кардиналом Ришелье. Две трети английских воинов была убиты, хотя Бекингем проявил личное мужество при отступлении. «Он последним покинул остров, – сообщал один из французов, его противников, – и взошёл на корабль, горько оплакивая своих смелых друзей…» . Геррик, переживший эту бойню, оставался какое-то время на службе у знаменитого герцога, первого министра и фаворита короля Карла I, посвятив Бекингему хвалебное стихотворение (Н-245). Сам герцог происходил из небогатой дворянской семьи, чьё поместье находилось неподалёку от Лестера, и вполне вероятно, что он посодействовал своему земляку. С герцогом в этой экспедиции были связаны также патрон Геррика Эндимион Портер, Джон Меннес, Джеймс Смит и его будущий покровитель виконт Скадэмор (Scudamore), которые вернулись в Англию живыми. Джон Уикс сразу получил должность ректора в приходе Ширвел (Shirwell) в графстве Девоншир, а Геррик продолжал служить у герцога. Однако после убийства герцога Бекингема в 1628 г.  лейтенантом-пуританином Джоном Фельтоном, Геррику пришлось искать себе новое место.
В письмах к сэру Уильяму Геррику Роберт часто называл его самым «заботливым» дядей, но со временем состояние поэта уменьшалось в размерах, и Геррик говорил об «ухудшении своего положения». Причём к концу 1629  г. поэт оказался в долгу перед своим другом по колледжу сэром Симеоном Стюардом. Скорее всего, это было связано с финансовыми трудностями, которые испытывал в 1623-1624 гг. сам сэр Уильям Геррик. После критики в Парламенте некоторых решений короля, его заставили продать (хотя и на худших условиях) свою должность королевского ювелира, своё представительство в Лондоне и не вернули одолженные короне значительную сумму денег. Дядя поэта начал распродавать собственность, и к 1630 г. практически обнищал.  Видимо, состояние Геррика, взятое дядей под проценты, было потеряно. Во всяком случае, Геррик не обладал каким-нибудь значительным доходом по возвращении в Лондон, и ему пришлось надеяться только на собственные ум и силы.

Сельский приход Дин Прайор

В сентябре 1629 г. поэт получил сельский приход Дин Прайор, расположенный в графстве Девоншир на западе Англии. Бенефиций этот стал подарком короля Карла I, и 26-го октября 1629 г. Геррик был официально введён в должность Джозефом Холлом (Н-168), епископом Эксетера, в лондонском доме графа Норвича, патрона епископа. Можно отметить, что предыдущий викарий Дин Прайора, Сципио Стакли, приходился дядей Джону Уиксу, а патрон бенефиция, сэр Эдвард Джайлз, был связан дружескими и отдалёнными родственными отношениями, как с Уиксом, так и с самим Герриком.
В ожидании этого бенефиция Геррик написал песни и рождественские гимны, положенные на музыку ведущими музыкантами двора: Генри Лоусом, Р.Рэмси и Николасом Ланье – и спетые перед королем в Уайтхолле. Однако осенью 1629 г. умерла мать Геррика. После кончины Джулиан Стоун, основную часть наследства получили Вингфилды (дочь Мерси и её муж), 100 фунтов – Уильям Геррик, а Роберту и Николасу достались лишь 20-шиллинговые символические кольца . Но поэту надо отдать должное. Не сохранилось свидетельств, что он когда-либо выказывал недовольство различиями между своим материальным достатком, и состоянием своей семьи.
В мае 1630 г. Геррик ещё находится в Лондоне, воспев рождение принца Чарльза, будущего короля Карла II, в небольшой пасторали, положенной на музыку композитором Николасом Ланье (Н-213). В этом же году, 8 ноября, умирает его старший брат Уильям, которого Геррик любил, и которому посвятил посмертное стихотворение (Н-186). Геррику пришлось также присутствовать на похоронах дочери своего брата Томаса Элизабет (Н-376), чей прах покоится в церкви Св.Маргариты в Вестминстере. Таким образом, на своё новое место службы Геррик переехал только после похорон своей матери и брата Уильяма.
Обедневший Геррик, вероятно, был рад тому, что наконец-то получил стабильный доход. Разные исследователи по-разному оценивают его величину. Если взять за основу данные Valor Ecclesiasticus от 1535  г. , где приводятся суммы доходов различных бенефиций, то приход Геррика был небогат (21 ф.с. в год). В соседнем Дарлингтоне сельский приход был оценён в 36 ф.с., а бенефиций Джона Уикса в Ширвеле – в 30 ф.с. Но к моменту появления в Дин Прайоре Геррика его доходность могла достигать, по мнению Тома Кейна , 100 ф.с. Альфред Поллард приводит, однако, другую цифру – 50 ф.с. 
Конечно, 50 фунтов стерлингов годового дохода не были особенным достижением для 38-летнего поэта, тем более что в соседних приходах доход был явно больше. Можно привести в качестве примера карьеру, сделанную его пресвитерианским кузеном Ричардом Герриком, сыном дяди Уильяма. В 1626 г. Карл I предоставил ему должность начальника служб соборной церкви Манчестера, доход которой оценивался в широких пределах, между 70 и 700 ф.с.  Но всё же сельский приход предоставил Геррику безопасность и безбедную жизнь. Вот почему он часто  прославлял  своё «любимое уединение», своё «бедное жильё», но также и проклинал «мрачный и унылый Запад». Вместе с Робертом в его приход последовала и вдова брата Уильяма, Элизабет, с двумя детьми, и которая, видимо, стала экономкой в доме поэта, скончавшись в 1643 г.
Жизненный рационализм Геррика выбрал лучшее из того, что его окружало. Не в пример свои братьям он жил холостяком, вознося хвалу Господу за свой «маленький дом», за то, что может писать стихи о петухе, гусях и ягнёнке, о своём спаниеле Трейси и о своей служанке Пруденс Болдуин, «посланной удачей». Геррик сочинил несколько эпиталам на бракосочетание своих друзей, и часто писал о свадьбах, женихах и невестах. Но все его возлюбленные, которым Геррик посвятил множество стихотворений, были вымышленными. Оставаясь неженатым до конца жизни, поэт лишь однажды (Н-465) предположил, как бы он прощался со своей женой.
Итак, Геррик приехал в «унылый Девоншир» поздней осенью 1630 г. В течение 17 лет Геррик совершал богослужения в округе размером в 4000 акров, расположенной на южных склонах Дартмура (Dartmoor). Он проводил обряды крещения, брака, и похорон, интересовался местным фольклором, преувеличивал достоинства прихожанок в своих стихотворениях, высмеивал недостатки людей по имени Скоббл, Гесс, Кун, Мадж и других в резких эпиграммах, подражающих Марциалу. «Вторым Овидием» поселился Геррик среди «варваров», вспоминая о своих лондонских днях и называя  Девоншир местом, где он «печаль обрёл». Хотя именно в этом, и ни в каком другом месте поэт не написал бы свои «Благочестивые Строфы».
Поначалу одиночество его угнетало; деревня была уныла и отдалённа, но вскоре тихое существование в Девоншире успокоило и восхитило его. Геррику пришлись по душе сельские полуязыческие обычаи, и в своей «Сельской жизни» (Н-662) он увековечил моррис-танцы, храмовые праздники, рождественских ряженых и праздник королей на святки, которые несколько разнообразили тишину приходской жизни. Одна почтенная старушка, некая Дороти Кинг , вспоминала, что поэт однажды прекратил свою проповедь, проклиная прихожан за их невнимание к его выступлению. Она же говорила о любимой свинье Геррика, которую тот учил пить из пивной кружки. Геррик часто подсмеивался над своими прихожанами, бросал в них иногда Библию во время проповедей, однако девонширцы любили своего священника за его стихи, расходившиеся в рукописях по всему приходу.
Население Дин Прайора было невелико (всего семей четыреста), да и небогато. В небольших рассеянных деревушках, на одиноких фермах и хуторах, эти люди, похожие «на дикарей», но которые были «крепче камня», занимались лишь выращиванием овец и производством тканей. Гранитные скалы прорезали вересковую пустошь, на которой пасся немногочисленный скот. Однако в Дин Прайоре оставалось почти восемьдесят арендаторов, способных заплатить небольшой годовой налог (12-15 ф.с.), который шёл на помощь старикам и больным (плата за жильё и за уход, покупка одежды) в течение нескольких лет .
Да и дом поэта был не так уж велик. В «Поземельной книге церковных приходов» за 1680 г. даётся описание пасторского дома, который ранее занимал Геррик. Одна зала, одна комната, кухня, спальня, рабочий кабинет, подвал, комната для варки пива, амбар, хлев, два небольших садика и фруктовый сад . Здесь разместился Геррик со всеми домочадцами. Приходилось поэту заниматься и хозяйством, и сдавать в аренду часть приходской земли. Он также получал десятину от фермеров и плату за совершение различных обрядов, как бракосочетание, похороны и очистительные молитвы в церкви Св.Георгия Великомученика, которая находилась через переулок от дома священника. Эта старинная церковь сохранилась до настоящего времени. Одна из башен её (Западная) – XI века, но основное здание было вновь отстроено в XV веке на месте более ранней норманнской церкви .
Дополнительный доход создавал некоторое подобие безбедной жизни в этом «нищенском покое», как писал поэт в одном из стихотворений (Н-552). Пока Геррик имел средства к существованию, он не был сильно зависим от своих лондонских покровителей, да и встречался с ними редко. К числу старых друзей, поэт добавил новых. Он познакомился и завёл хорошие, дружеские отношения с местными адвокатами, такими как Джон Вир из Силвертона (Silverton) (Н-557), Джон Меррифилд из Крюкерна (Crewkerne) (Н-223), Томас Шапкот (Н-293) и Джордж Парри (Н-1062), оба из Эксетера (Exeter). Геррик бывал в Эксетере, встречаясь не только со своими новыми друзьями, но, видимо, и с Джоном Уиксом, когда тот повенчался в 1636  г. с Грейс Кэри в местном соборе. Ещё одним другом Геррика был Джеймс Смит, ректор прихода в городке Кингс Нимптон (Kings Nympton) в Северном Девоне.
Конечно, поэт постоянно стремился в Лондон, и часто бывал в нём. Благо второй священник (викарий) прихода, молодой Уильям Грин, предоставлял Геррику такую возможность, заменяя его во время отсутствия. 27-летний Грин недавно закончил Оксфорд, но его семья проживала в соседнем городке Тотнес (Totnes). В приходской метрической книге церкви Св.Георгия есть записи о крещении начиная с марта 1630 г. и по 1636 г. По почерку записей можно определить, что Грин подписывал также некоторые документы в отсутствие Геррика. Пользуясь этой возможностью (безотказностью Грина), Геррик приезжал в свой приход только на крупные церковные мероприятия, как например, во время посещения Дин Прайора епископом в 1638 г. На следующий год Геррик специально вернулся в Дин Прайор, чтобы повенчать Генри Норсли и Летицию Ярд, племянницу сэра Эдварда Джайлса. Это бракосочетание состоялась в Дин Корте 5 сентября 1639 г. с дозволения архиепископа Кентерберийского. Как обычно поэт воспел это событие в своём стихотворении (Н-313).
Сохранились записи Уильяма Делла, секретаря архиепископа Кентерберийского Уильяма Лауда (Лода), о том, что, находясь в Лондоне в 1640  г., поэт попался на глаза чиновнику, шпионящему за духовенством. В результате был подан отчёт, где сообщалось, что некая Томсен Парсонс (Thomsen Parsons) в Гринвиче родила «ублюдка», и при этом господин Геррик, священник, имеющий достойное проживание в Девоншире, без всякого основания поселился в Вестминстере в доме Николаса Уилкиса, где проживала означенная Томсен. Этот чиновник ошибочно связал Геррика с Томазин (Thomasin) Парсонс, дочерью его друга, органиста Вестминстерского аббатства Джона Парсонса, с которым они некоторое время жили под одной крышей . Хотя некоторые исследователи и соглашаются с тем фактом, что Геррик мог иметь внебрачного ребёнка. Поэт посвятил Томазин двустишие (Н-979), и более любовное стихотворение её старшей сестре Дороти (Н-500).
Думая об известности и часто размышляя о судьбе своих творений, Геррик, однако, не торопился издавать стихи. Он даже писал по этому поводу:

Издать себя пускай другие рады,
Посмертна слава – мне спешить не надо.

Многие из его стихотворений ходили в рукописях среди его друзей и покровителей. Самым первым напечатанным стихотворением Геррика стал «Пир Оберона» (Н-293), в составе сборника стихотворений о феях и эльфах, изданного в 1635 г. Пятью годами позже, в 1640 г., когда Геррик находился в Лондоне, увидели свет ещё три стихотворения поэта в сборнике, подготовленном Джоном Бенсоном. В том же году Эндрю Крук сделал сообщение о будущей публикации «нескольких стихотворений, написанных мастером РОБЕРТОМ ГЕРРИКОМ» . Крук издавал также стихи известных поэтов и драматургов: Бена Джонсона, Джеймса Шерли, Джона Флетчера и Томаса Киллигрю. Однако стихи Геррика не были напечатаны. Возможно, из-за сведений, полученных издателем от Уильяма Делла. И, наконец, в третьем издании известного альманаха XVI в. «Witts Recreations» (1645) было напечатано стихотворение Геррика о вине – «Добро пожаловать, сак!» (Н-197).

Геррик и гражданская война в Англии

В 1640 г. в Англии стал нарастать конфликт между королём Карлом I и Парламентом, в конце концов, приведший к гражданской войне, переросшей в буржуазную революцию . Из-за вторжения шотландцев Карл I был вынужден созвать новый Парламент в ноябре этого года. Парламент, известный в истории как «долгий Парламент», начал свою работу с ареста архиепископа Кентерберийского Уильяма Лауда (Лода) и Томаса Уэнтворта, графа Страффорда, первого министра короля Карла I. Страффорда казнили за злоупотребления и государственные преступления через шесть месяцев, а Лауда – в 1645 г. Геррик был верным роялистом, как и все его друзья молодости, поэты-кавалеры, как все его придворные-покровители, как его знакомые адвокаты и местные помещики, несмотря на то, что 6 марта 1642 г. поэт подписал «Торжественное заявление» Парламента, принятое в дни суда над лордом Страффордом. В этом заявлении говорилось (в подражание шотландскому «Ковенанту» – Соглашению о введении пресвитерианства) о том, что каждый взрослый англичанин должен дать клятву защищать «истинно преобразованную протестантскую религию, выраженную в доктрине англиканской церкви, а также власть и привилегии Парламента». Хотя многие роялисты выступили против этого Заявления, часть роялистов подписала его. Приверженность англиканской церкви и приверженность королю стали в значительной мере подразумевать друг друга. Конечно, это не означало, что Геррик был менее лоялен королю, который подарил поэту его бенефиций. Многие стихотворения Геррика того времени были посвящены королю и его супруге, Генриетте-Марии, дочери великого французского короля Генриха IV, такие как (H-79) и другие.
Напряжённость между королём и Парламентом начинала нарастать. На протяжении лета 1642 г. обе стороны собирали силы, и 22 августа Карл дал формальный сигнал к войне, водрузив свой штандарт в Ноттингеме (Nottingham). Парламент имел влияние в центральных, более богатых графствах на юге и на востоке страны. Королевские войска располагались на западе, юго-западе и бедном Севере. Геррик в своих стихотворениях называет Гражданскую войну «лихими временами», считает, что «страна больна, но все её мученья идут от безрассудного леченья» и воспевает победы роялистов в кампании 1643-1645 гг., когда первые успехи королевских войск даже подвигли короля идти на Лондон.
Геррик был роялистом, хотя может и не таким страстным, как его покровители и его новые друзья в Девоншире. Так Томас Шапкот в 1642 г. был арестован в Модбёри (Modbury), но вскоре освобождён, а Джон Вир, также как и Джон Меррифилд, будучи армейским представителем, призывал войско к борьбе с Парламентом. Однако между 1646 и 1648 гг. все трое были арестованы и осуждены как преступники. Джордж Парри, архивариус Эксетера и член парламента от Сент-Моса, также перешёл на сторону роялистов, и в 1644 г. был посвящён в рыцари.
Поэт пишет посвящения победам «храброго Хоптона» в 1643 г. в битвах при Брэдоке и Страттоне (Н-1002), воспевает взятие Эксетера 4-го сентября того же года главнокомандующим королевских сил в Девоншире Джоном Беркли (Н-745). В 1644 г. поэт празднует одну из немногих успешных компаний Карла I в Девоне и Корнуолле, которая закончилось победой в сражении при Лоствилле (Lostwithiel) в сентябре 1644 г. и пленением почти всей парламентской пехоты (Н-77).
Однако после того как в 1646 г. модернизированная армия Оливера Кромвеля наголову разбила роялистскую конницу при Бови Трейси (Bovey Tracey) в десяти милях от Дин Прайора и взяла Эксетер, а войска Ферфакса  – Плимут, весь Девоншир оказался в руках Парламента. Многие роялистски настроенные священники или покинули свои приходы, или были заменены лояльными Парламенту. Война всё ближе приближалась к «тихому» Дин Прайору. С января 1646 г. Геррик, вероятно, был в отъезде, но уже в августе Геррика заменили пресвитерианским священником Джоном Симсом за отказ подписать «Торжественную Лигу и Соглашение (Ковенант)» .
Несмотря на эти гонения, Геррик, уже находясь в Лондоне, пишет хвалебное стихотворение на прибытие короля в Хэмптон Корт в августе 1647 г. (H-961), когда Карл I находился там под домашним арестом. Поэт лишился дохода, о чём он тягостно писал в своих стихотворениях, называя современные ему события «грабительскими временами» (H-124). Грабили все: и парламентские войска, и роялисты. Так получилось, что собственность дяди поэта Уильяма Геррика была в 1644 и 1645 гг. разграблена роялистами, особенно после взятия ими в марте 1645 г. Лестера . Видимо, королевские войска посчитали Уильяма Геррика и его жену сторонниками Парламента. Хотя бывший ювелир короля и так начал терять состояние, усиленно распродавая земли своего поместья Боманор. Управление его делами было передано опекунам, и у дяди Уильяма остались только сам Боманор и дом в Лестере.

Издание «Гесперид» и последние годы жизни

Бездомный, без всякого дохода, Роберт Геррик сначала направляется к своему другу Уиксу в Ширвел. Он успел вовремя. Потому как летом 1646 г. в Девоне разразилась эпидемия чумы, унёсшая шесть жизней в Дин Прайоре. Но поэт не долго пробыл в гостях у друга. В 1647 г. Геррик уже находится в Лондоне, так воспев своё возвращение:

О Лондон, ты – мой дом, жестокий рок
Меня на ссылку тяжкую обрёк.

Геррик привёз с собой все свои 1400 стихотворений, написанные за почти 40 лет творческой деятельности. Благодаря помощи друзей, Геррик начинает работу над изданием своего первого и единственного сборника стихотворений под названием – «Геспериды, или Творения человеческие и Божественные, Роберта Геррика эсквайра». Поэт непосредственно контролирует весь процесс печатания у своих издателей Джона Уильямса и Фрэнсиса Иглзфилда, и даже успевает добавить в последнюю минуту несколько двустиший, чтобы увеличить объём «Благочестивых стихотворений» . В 1648 г. сборник Геррика поступил в продажу. Часть тиража была отправлена Томасу Ханту для распространения в Эксетере.
Сборник Геррика состоит из двух книг: самих «Гесперид», где собрано 1130 «светских стихов», и книги под названием «Возвышенные Строфы или Благочестивые Стихотворения», включающей в себя 271 стихотворение религиозной тематики. Лишённый прихода, Геррик перестал быть священником, и в титуле «Гесперид» он называет себя просто эсквайром. Да и на портрете, которым украшена его книга, у Геррика отнюдь не религиозный вид. Гравированный Маршаллом типичный классический бюст показывает нам немолодого, но и не старого поэта, с вьющимися волосами и орлиным носом. Скорее всего, портрет несколько приукрашен, хотя общие черты профиля показывают нам подлинный облик поэта.
Геррик оставался в Лондоне до 1660 г., не имея никакого постоянного дохода. Если бы не друзья, покровители и родственники, Геррик впал бы в полную нищету. Милдмей Фейн, которому поэт посвятил в 1647 г. «Рождественскую песню», послал ему 5 ф.с. сразу, после приезда поэта в Лондон, и ежеквартально посылал Геррику по 2 ф.с. в течение 13 лет . Помогали поэту и виконт Скадэмор, и брат его Николас Геррик, левантийский торговец, и родственники со стороны матери – Соумы и Стоуны. Это, прежде всего, дядя Роберта сэр Уильям Соум из Литтл Турлоу, и Роберт Стоун, его кузен, сын Джона Стоуна, брата матери поэта, о котором Геррик хорошо написал в своём послании (Н-496). Скорее всего, не оставил Геррика в беде и Генри Пирпонт (Pierrepoint) «бравый Ньюарк», как и «благородный Уэстморленд», к которым поэт обращался в стихотворении «К его стихам» (Н-626) с просьбой позаботиться о его рукописях в случае своей преждевременной смерти. Но помогать им пришлось самому поэту. Вероятно, Геррику помогал и Томас Стэнли, который обеспечил финансовую поддержку многим поэтам-роялистам, таким как Джеймс Шерли и Джон Холл, которого Геррик называл «достойным другом» (Н-956). Постоянные покровители поэта: сэр Клипсби Крю, «бравый рыцарь», умер в 1648 г., а Эндимион Портер – в следующем, и в полной нищете. Как писал сам Геррик:

С талантами не выплыть никому,
Коль не окажут помощи ему.

Может быть, Геррик рассматривал «Геспериды» как завершающий труд своей жизни, а может, просто устал творить, перебиваясь милосердием друзей, но в 1649 г. он написал своё последнее известное нам стихотворение – элегию на смерть лорда Гастингса для журнала «Lachrymae Musarum» («Слёзы муз»). После этого Геррик прожил ещё целых двадцать пять лет, возможно, написав какие-либо стихи, от которых просто ничего не сохранилось. Поэт хотел, чтобы его похоронили в Лондоне, не надеясь вернуться в Девоншир. Но после Реставрации Стюартов Геррик всё же подал прошение в Палату лордов о возвращении ему бенефиция, и в 69 лет вновь уехал в Дин Прайор, где стал его ректором, подписав «Акт Следования догмам англиканской церкви» .
Вернувшись в свой приход, Геррик, к своему удивлению, должен был разделить свой пастырский дом с Робертом Маджем, бывшим старостой в Дин Прайоре до изгнания поэта. Это был тот же Мадж, на которого Геррик в своё время написал едкую эпиграмму (Н-965). Три последних года у Геррика не было второго священника, и только в 1674 г. ему в качества викария представили Роберта Колвелла, который и похоронил своего напарника два месяца спустя.
Прожив в своём приходе последние четырнадцать лет, поэт скончался в 1674 г. А в учётной книге округа появилась запись: «Роберт Геррик, священник, похоронен в 15-ый день октября месяца, 1674» . Существующий ныне памятник Геррику установлен в приходской церкви Дин Прайора в 1857 г. на средства мистера Перри Геррика, потомка побочной ветви этого семейства .