Часть 11. В объятиях Немезиды

Пламя в серверной, или Как я потерял 47 страниц практически идеального порядка

(В которой я доказываю, что огонь не разбирает, где баги, а где сокровенное)


Вы всерьез теперь думаете, самое страшное в работе инженера субреальностей - это баги? Или маркетологи с бензопилами и клоунами? Или начальник, который заставляет ходить на планёрки?

Нет.

Самое страшное - это пожар в серверной. Потому что код, в отличие от рукописей, не восстанавливается из пепла. Даже если ты бесконечно и упорно делал резервные копии.

Как вы понимаете, я несомненно это делал. Каждый день, ровно в 22:47. Но от этого не будет ни на йоту легче, когда дым начинет щипать глаза, а чип за ухом выдаст аварийный сигнал: «Температура в помещении +70°C. Рекомендуется эвакуация».


Эвакуация - это для слабаков. Я - перфекционист и не ухожу, пока не закончу дело.

Всё случилось в обычную среду, в 14:30.

Я только-только вернулся с обеда (суп в столовой был подан в абсолютно бесформенных тарелках, но я в очередной раз сдержался и не устроил скандал) и собирался тестировать субреальность «Утренний Париж», когда буквально услышал запах. Не синтезированный и не тот, о котором вы уже прекрасно знаете, который я вдохновенно ненавижу (лаванда, роза, «Морской бриз»).

Настоящий запах гари. Горелой изоляции, расплавленного пластика, перегретого кремния.

Я замер. Обоняние в таких случаях самый честный сенсор. Если пахнет гарью, значит, где-то уже горит.

- Пожарная тревога, - сказал чип механическим голосом. - Уровень опасности: высокий. Эвакуация персонала обязательна.


В коридоре завыли сирены. Люди побежали к выходам. Коля-охранник, забыв про Рекса, торопливо отправлял мониторы в негорючий отсек стены.

Марк в оранжевой рубашке пробежал мимо, крича: «Спасайте серверы! Там мои презентации!»

Я отмахнулся - на это я уж точно обратил бы внимание в последнюю очередь. Презентации Марка горели бы первыми, если бы я решал такие вопросы.

Но побежал я не к выходу. Я помчался в серверную, на ходу застегнув специальный костюм и натягивая перчатки.

Серверная или Истинный храм порядка


Серверная «Экзистенции» была моим вторым домом.

Точнее, третьим - после моей квартиры и кабинета.


Там стояли 47 стоек (простое, но нечетное число было сложно расставить, но я это сделал), ровными рядами, с идеальными промежутками в 120 сантиметров. Вентиляторы гудели на частоте 47 герц - не слишком громко, не слишком тихо. Температура поддерживалась ровно 18°C. Ниже - конденсат, выше - перегрев. Я добился этого после трёх месяцев настройки.

Сейчас температура в серверной была 70°C. Вентиляторы выли на максимальных оборотах, пытаясь сбить жар.

Одна из стоек - седьмая, моя любимая (7 - простое число, совершенное) - дымилась. Из вентиляционной решётки валил чёрный дым. Где-то внутри горела проводка. Или блок питания. Или сам код.


- Аварийное отключение! — крикнул я, добавив специальный код для чипа. Чип передал команду системе.

Ничего не произошло.

Пожар повредил каналы управления.



- Ручное отключение, - сказал я себе и побежал к рубильнику.


Рубильник находился в конце зала, за стойкой №13 (несчастливое число, но я не суеверный - 13 простое, и этого достаточно). Я пробежал между стойками, чувствуя, как жар покрывает визир конденсатом. Дым становился гуще. Чип за ухом нагрелся до 39°C - организм, видимо, пытался компенсировать стресс.


Наконец, добрался до рубильника. Красная рукоятка, знак «СТОП». Дёрнул вниз. Ничего. Заело. Пожар деформировал металл.

- Отлично, — чертыхнулся я. - Просто отлично.


Спасение данных



Пока я возился с рубильником, в голове уже прокручивался план. Данные. Нужно спасти данные. Не все - это невозможно. Самые ценные. Те, что нельзя потом будет восстановить.


- Список приоритетов, - скомандовал я чипу. Чип, кашлянув (дым попал кому-то в микрофон? Или модничает?), вывел перед глазами голограмму:


1. Исходный код Немезиды-1 (зашифрован, хранится на стойке №7, резервная копия - только на бумаге, в моём блокноте).
2. Логи тестирования субреальности «Провинциальный город» (там был тот самый сгусток, первая аномалия).
3. Личные заметки по оптимизации погоды (47 страниц, исписаны от руки).
4. Всё остальное.


Бумажный блокнот. Мой любимый. Чёрная кожаная обложка, 100 листов в клеточку, разлинованных с точностью до миллиметра. Я купил его десять лет назад в антикварном магазине.


В нём были записи: формулы, схемы, мысли, которые я не доверял цифре.

Исходный код Немезиды-1 был вписан в это чудо ретро-полиграфии каллиграфическим почерком, с пометками на полях.


Без него я не мог восстановить нейросеть. И без него Немезида-2 теперь была для меня и любого другого неуязвима.


Блокнот лежал в моём кабинете. Третий этаж. Серверная - на первом. Дым валил всё сильнее. Времени - минуты, может, меньше.


- Выбирай, - сказал я себе. - Данные или блокнот.


Я не мог выбрать. Данные — это работа, безопасность, будущее. Блокнот — это душа. Моя душа, записанная ровными линиями от руки, с ошибками и исправлениями.

Я побежал к стойке №7.


Жаркий танец со смертью


Стойка №7 пылала.

Не вся - нижние отсеки. Верхние, где хранился код Немезиды-1, ещё держались. Я подбежал, нащупал ручку, дёрнул. Крышка обожгла пальцы даже сквозь перчатки 4 уровня защиты. Я неожиданно зашипел, но не отпустил её. Лишь сильнее рванул на себя.


Внутри этих отсеков те самые 12 жёстких дисков, каждый в не то чтобы очень устойчивом защитном корпусе. Мне нужен был третий. Я знал его по расположению - третий слева, второй сверху. Выдернул. Диск обжигал ладонь, но я засунул его в карман комбинезона. Остальные - некогда. Они дублировались на других стойках. Третий - нет.


- Готово, - сказал я чипу. - Теперь блокнот.


Я рванул к выходу из серверной.

Пламя перекинулось на соседнюю стойку.

Вентиляторы молчали — расплавились.


Гул сменился треском. Я бежал по проходу, перепрыгивая через кабели, которые горели, как змеи.


В коридоре - пусто. Все эвакуировались. Сирены выли. Я побежал по лестнице на третий этаж. Ноги скользили на ступеньках - дым проник и сюда.


Я кашлял, чип выдавал предупреждение: «Уровень кислорода 17%. Эвакуируйтесь немедленно».


- Заткнись, — сказал я чипу. Чип ненадолго заткнулся.


Кабинет. Моя крепость. Я ворвался внутрь, схватил блокнот с рабочего стола. Кожаная обложка была прохладной - единственной прохладной вещью в этом аду. Я прижал блокнот к груди и побежал обратно.


На втором этаже я споткнулся. Упал. Блокнот вылетел из рук, пролетел несколько метров и приземлился у стены. Я поднялся. Сделал шаг. В этот момент потолок обрушился. Не весь — кусок, метра два на два. Бетонная плита упала прямо на блокнот.


Я замер.
Плита была тяжёлой. Очень тяжёлой. Я попытался её сдвинуть — бесполезно. Под ней горело что-то — я слышал треск. Блокнот горел. Мои 47 страниц идеального порядка превращались в пепел.


- Нет, - вопил я. - Нет, нет, нет.


Я пытался поднять плиту, не обращая внимания на жар.


Чип завывал: «Температура 80°C! Эвакуация!»

Я уже не слышал. Видел только дым, который валил из-под бетона. И чувствовал запах горелой кожи. Обложка была кожаной. Настоящей.


- Оставь, - сказал внутренний голос. Голосом Немезиды-1, хотя она была отключена.

- Ты не можешь спасти всё.
- Могу, - ответил я. - Я удачливый перфекционист.


- Ты только человек.


Я опустил руки. Плита не двигалась. Пламя лизало блокнот. Я стоял и смотрел, как горит моя душа. Страница за страницей. Формулы превращались в угли. Схемы — в пепел. Заметки на полях - в дым.


Я развернулся и побежал к выходу.


После пожара



Меня откачивали на улице.

Дым, угарный газ, лёгкое отравление. Медсестра дала кислородную маску.


Коля-охранник принёс воды.

Марк - тот самый - заботливо похлопал по плечу: «Держись, старик. Серверы восстановим».


Я не ответил. Я не мигая смотрел на здание, из которого валил дым, и считал. Не секунды - потери.


47 стоек. Сгорело 12. Резервные копии - частично. Код Немезиды-1 спасен, он на диске в кармане. Уцелел. А блокнот - нет.

- Ты спас главное, - сказал начальник со странным выражением лица, подойдя ко мне. — Данные. Мы восстановим серверы.

- Вы не восстановите мой блокнот, - устало проронил я.

- Блокнот? - начальник удивился. - Это же просто бумага.


Я не стал объяснять. Он бы не понял. Да и никто бы не понял. Только я знал, что на 47 страницах была не только информация. И очень важная информация. Но прежде всего там был порядок. Там были мысли, которые я не доверял цифре.


Там был я - до того, как создал Немезиду, до того, как... В общем, до того, как мир стал серым.

Посыпая голову пеплом


Через неделю я вернулся на пепелище. Серверную восстанавливали. Воняло гарью и свежим бетоном. Я нашёл то место, где упала плита. Блокнота не было. Осталась только горстка пепла и кусочек обожжённой кожи.


Я собрал пепел в маленькую коробочку. Положил на полку, где раньше стоял блокнот. Рядом с красной кружкой.


- Ты идиот, - сказала Немезида-1 (или мне показалось).
- Знаю, - ответил я.


Я купил новый блокнот.


Внешне он практически такой же - чёрная кожа, 100 листов в клеточку. Но пах по-другому. И это наводило грусть. Страницы его были слишком белыми.

И линии не совпадали с моим почерком.


Я начал писать заново. Руками, никакой техники, никаких устройств. Те же формулы, те же схемы. Но они получались ну не такими. Потому что старый блокнот помнил мои ошибки. Новый - только идеалы.

Идеалы, друзья, как известно, горят так же хорошо, как и реальность.


Вечером я сидел дома, писал, и за окном светили последние лучи заката.

- Ты спас данные, - напомнил я себе, резко отвернувшись от окна. - Ты спас код. Ты, скорее всего, спас мир. И даже не один. Блокнотик - начальник прав - это простая бумага.


Но я не верил себе. Сдержав тяжелый вздох, я продолжил писать.

Потому что перфекционист не может остановиться.


Даже когда всё, что он, если и не любил, то крайне ценил, сгорело в пожаре, который он не мог потушить.


Чип за ухом молчал.

Наверное, тоже горевал. По-своему.