Слишком компетентен

— Моя беда в том, что я слишком компетентен. — Задумчиво  пробормотал властелин тридесятого, закончив читать донесения личных шпионов.

Вообще-то, когда Кощей шептал, слышать его не полагалось. И все старательно не слушали, кроме одной персоны. Оная персона, именуемая в моих очерках котом Баюном, и в этот раз не сплоховала — роскошный зверь, вычесанный до блеска во всей красе своей наполовину серебряной, наполовину шелковой шкуры, сидел у ног бессмертного старика и глядел на него преданными глазами.

— Что-то хочешь сказать? — спросил Кощей. И  кот не смолчал.

- А дозволь поинтересоваться, вашество, что ты имел ввиду?

Маг вне категорий поднял бровь.

— Ну, вот в чем ты слишком компетентен? В управлении государством? В волшбе? В злодействе? Или во всем вышеперечисленном сразу плюс еще некоторые характеристики, о которых из скромности помолчим?

— Во всем, — кратко ответил Кощей. — Особенно в злодействе.

— Я так и думал. А что ты, скажем, вашество, имел ввиду под словом «компетентен»? — Кот не стал дожидаться ответа хозяина и продолжил сам, — набор навыков и знаний, приведенный в соответствие с предлагаемыми обстоятельствами и нацеленный на достижение конкретных целей?

«Умеет формулировать, собака!» — подумал властелин тридесятого, но вслух этого не сказал. Во-первых, Баюн обидится, если назвать его собакой. Во-вторых, нельзя захваливать подчиненных. А в-третьих, нельзя говорить вслух все, что подумал (вопрос выбора — это тоже вопрос компетенции).

Лукоморский сказитель меж тем продолжал. Он перешел к историческим примерам, с жаром цитировал  «Гильгамеша» и «Махабхарату» (на оригинальных, естественно, языках), ссылался на свой личный жизненный опыт и жизненный опыт русалок, как идеальных представителей народных масс, пропел пару испанских баллад и персидских газелей... В общем, кота несло и он заливался соловьем.

Кощей послушал-послушал, да и вернулся к разбору дипломатической почты, одновременно делая вид снисходительный и ободряющий придворного сказителя на новые речи.

Как всякий компетентный государь, он умел делать два, а иногда даже три дела сразу.