Терем-теремок

Полина стояла одна в центре класса. Волосы её развевались в разные стороны, а глаза горели неестественным зелёным цветом. Словно лазеры, они сканировали весь кабинет.

— А теперь все остановились! Ещё один шаг, и от вас не останется даже пепла, чтобы развеять по ветру мамочкам и папочкам, — прошипела она злобно.

Перепуганные одноклассники сбились в один угол. На полу лежала Меланья. Её длинная коса расплелась, тело безвольно распласталось в кровавой луже.

А я пытался изо всех сил привести её в чувства. То, что я увидел, выходило за рамки реальных событий. Это просто фантастика, мистика... Да что угодно! Для полного скептика поверить в такое труднее, чем сойти с ума.

И всё же я сам был этому свидетелем. Что ж, начнём эту историю с самого начала...

Школьная жизнь шла своей чередой. День за днём мы делали новые открытия, слушали бесконечные звонки с уроков на занятия. Всё шло к экзаменам. Ничего не предвещало беды в маленькой деревенской школе, что находилась на окраине забытого всеми леса.

Чудесная природа, пение птиц... Конечно, здание здорово обветшало с годами, зато даже сейчас здесь можно было найти таинственные старые подвалы или заброшенные кладовки со странными вещами, или каморки под крышей с пыльными легендами в придачу.

Поговаривали, что наша школа была когда-то детским домом или монастырём, а ещё раньше — особняком ужасного помещика, который прославился жестокостью и убийствами своих жён и детей направо и налево. Словно Синяя Борода, он затаскивал к себе красавиц, а наигравшись, умерщвлял их, да не просто убивал, а полностью стирал из этой жизни. Мол, убегали, а куда — неизвестно.

Местные-то подозревали этого Дракулу во всех смертных грехах, рассказывая разные байки. Кто-то видел, как он высасывал из них кровь, кто-то слышал дикие крики женщин, съеденных заживо. А одна седая старушка рассказывала, что есть в школе  потаённая комната, в которую, если войдёшь, то уже никогда  не выйдешь, в лучшем случае навсегда так изменишься, что тебя даже мать не узнает.

А ещё, будто этих женщин слышат в школе до сих пор.

Ночью, когда все расходятся и тишина заползает во все уголки здания, чудится тихий жалобный плач, который пронзает человеческое сердце и заставляет бежать прочь, но, увы, все двери закрываются, и вылезает ужас.

Да! Байки все это!  Сколько здесь поколений отучилось — ничего странного не случалось: одни тайны да легенды, а реальных историй никогда не происходило.

Пока не пришло время выпускаться нашему девятому классу.

А началось всё с самой банальной истории. Вы даже, не поверите.

Мальчишки стояли рядом и шептались.

- Сможешь соблазнить ее? Сможешь?

Друзья стояли, приклонив головы, внимательно наблюдая за Димкой.

– Да за кого вы меня считаете! Нашли соблазнителя.

Разочарование лишило его настроения.

– Друг! У тебя самая смазливая мордашка, грудь накаченная, талия тонкая. Ты девочкам нравишься.

Все закивали головой.

– Беспроигрышный вариант.

Мальчишки еще раз поглядели на девочку в конце коридора, жертву аферы.

– Красивая зараза! Может и не получится, – простонал Паша.

– Получится! Все будет о к. Я просчитал...

– Да иди ты..., Сашка, со своими просчетами. Мы еще за прошлый раз  с нами не расплатился

– Стоп. Даже у гениев бывают ошибки.

Ребята злобно посмотрели на друга. Сашка даже не дрогнул.

– Редко! Очень редко бывают просчеты. Все же мы обычно остаемся в наваре. А тут сам жених желает проверить свою фифу. Мол, на сколько она баллов потянет. А нам палтос не помешает.

Димка зыркнул на них исподлобья.

– Вот сам и соблазняй. Я-то что?

Сашка быстро собрал волю в кулак и проговорил.

– Если бы в игре ее нужно было победить. Например, в шахматы... Я бы взялся за дело, на олимпиаде обойду, а если по бегу ..., то  Пашка сможет. Но в соблазнении все сложнее. Работа только для тебя, Димон.

Все снова закивали головами и покосились на друга.

– Да я в соблазнении полный ноль. Девки на меня сами вешаются. Скоро прятаться от них буду.

Санек потер курчавую макушку.

– Завидуем! Берем удар на себя, чтобы отвести твоих красавиц. А тебе нужно Милу соблазнить...

Все снова посмотрели на девушку за последней партой.

Такую красавицу встретить и себя не потерять – только Димке под силу.

Она слегка повернула головой, и каскад золотых волос пробежался по ее плечам, прикрывая кокетливый вырез воротника.

Бывают же женщины, от которых кружится голова! Вот смотришь на них, и кровь вскипает. А ведь ты взрослый уже человек, встречался с девушками, целовался возможно или только мечтал об этом...

Сашка еще раз посмотрел на Димона.

Красавчик и модель. Точно справится с поставленной задачей.

Засмотревшись на друга, он стукнулся о что-то невероятно мягкое и нежное.

Поднял глаза. Перед ним стояла Мила и улыбалась.

– Что, мелкий, под ноги не смотришь?

Она обдала своим неземным заоблачным запахом весенних ландышей, потом -  презрением и скрылась за поворотом.

– Всего на год старше, а выпендривается, как на десять.

– Да, урыла она тебя, Санек.

– Уделала.

Ребята дружно ржали над жертвой красоты.

– Что смеётесь. Красота во все века ценилась на вес золота, таких девиц продавали и покупали за бешенные деньги, хвалились ими. Да, что говорить, даже в девяностые малиновые пиджаки ходили с моделями – это особый шарм и статус. Может, она так свой интерес проявляет.

Ребята дружно заржали, кажется, заговорить зубы  не получилось.

А там за поворотом стояла Мила и слушала неуклюжие оправдания девятиклассника, слушала и улыбалась.

"Точка. Это конец." – подумал я и поспешил скрыться в классе.

 

Полинка больно ударила Милу в бок.

— Смотрю, красавица, ты совсем заигралась. Как бы не пришлось докладную директору писать.

Мила улыбнулась ей и подмигнула:

— Мы, девочки, должны держаться вместе. К тому же это соответствует моей роли, да ты сама знаешь, кто я и какая наша роль здесь.

Теперь радость на лицах девочек сменилась печалью, и они пошли дальше по коридору.

Первый день операции был назначен на сегодня.

Димка особенно тщательно подбирал образ: не только новая рубашка, чистые носки, даже трусы сменил для пущей уверенности. Мелким поклонницам этого не требовалось, но Милке — Да.
Посмотрел, повел рукой перед зеркалом, вспомнил, как девочки сами запрыгивали к нему в объятия. А здесь задача не из простых. Отличница, спортсменка, умница, красавица, да ещё старше на целый год — по сказочным меркам это бесконечность. Силы у них были неравные.

Просто ужас. К тому же, если честно, он и сам заглядывался на неё. Да разве подступишься? И в качалку из-за неё пошёл. Часто на уроках физкультуры, когда у них была совмещёнка, он снимал майку, вытирая пот, и играл кубиками пресса на животе, но Мила даже глазом не вела.

Мальчишки окружали её плотным кольцом, носили на руках. Разве был шанс подступиться к девушке? А тут ещё её жених нарисовался: то на авто за ней приедет, то розы под ноги кинет... Шиковал, старик. Вот и недостаток — постарше он был значительно, лет двадцать или двадцать три. Зато и богаче, а когда ты в девятом, то только на велике можешь покатать, да и то, если ноги сильные.

Вот и оставался интерес интересом. Да Сашка нашёл приключение на... для их дружбы.

Пашка, конечно, отговаривал, он у них тихушник был. Всё чаще помалкивал да головой кивал, а тут категорически отказался от аферы. Почуял опасность, чуйка у него была зверская.

Что ж, Сашка уже должен подбросить записку, и операция «Соблазнение» начнётся.

Разве Димка мог знать, что в это самое время Сашка полностью провалил самую элементарную задачу — тихо положить записку в её сумочку.

— Стоять, вор! Руки показывай! — закричала Полинка, схватив ловко Сашку за шиворот.

Вот же шустрая какая! Мелкая, худющая, а силища как у трёх богатырей. Сашка попытался вывернуться, чтобы избавиться от записки, но его кулак разжали и отдали записку самой Миле.

Одноклассники окружили Сашку плотным кольцом.

Милка быстро пробежала глазами по строчкам. Пойманный покраснел как помидор. Хотел было сказать, что не от него, но друга подставлять не хотелось.

— Все вышли отсюда прочь. Я хочу поговорить с этим воришкой и нахалом, — тихо сказала Мила.

Она даже не улыбалась.

 

Всех словно корова языком слизала, а я замер.

Огромные зелёные глаза были совсем рядом, губы — как лепестки роз, волосы... От них пахло не просто лесом, а благоухающими цветами, что растут у берега таинственного озера.

Я уже чувствовал, как меня засасывает водоворот желаний, как просыпаются неведомые до сей поры чувства. Сердце скептика — ещё секунда, и дрогнет под чарами девчонки.

Она слегка провела своим острым ноготком по моей щеке.

— Откуда смелость такая взялась, зубрила?

Обидно было ужасно. Я на всех конкурсах и олимпиадах побеждал, только и успевал грамоты получать на школьных линейках.

— А что, отличник — не человек? Он влюбиться в красавицу не может?

Наглость шла впереди меня, я выпятил грудь и оттеснил Милку к стене. Так всегда крутые парни делали в романтической дряни.

Моя рука легла на небольшой рисунок на стене, где корявым почерком нарисовали теремок в глухом лесу.

Глаза сами закрылись от страха, а свёрнутые трубочкой губы направились к лицу прекрасной девушки.

Треск, щелчок, бух.

Я сам не понял, как оказался в другом мире.

Нет! Я не шучу, не придумываю и не грежу.

Добро пожаловать в сказку. Передо мной стояла царевна прекрасная в кокошнике и сарафане, от Милы осталась лишь коса да глазищи, остальное узнать было сложно в этаком наряде.

— Ты... Т-т-т-ты-ы-ы...

— Хватит заикаться. Понимаешь, что натворил? Отсюда живыми не выходят.

— Так ты-  мёртвая?

У меня даже колени затряслись. Оказывается, нежить расселилась по нашей школе, а мы ничего и не знаем. Или я сегодня чая из школьной столовой перепил.

Я уже хотел было заорать на всю Ивановскую, да чья-то рука ловко втащила меня обратно в класс.

— Полинка? И ты? — прошептал мой испуганный голос.

— Ничего, малыш. Один поцелуй — и всё останется сном.

Сопротивляться не было сил, да и времени.

Наши губы слились воедино. Так герой потерял свой первый поцелуй.

Солнце било в глаза, будильник на телефоне разрывался щебетанием птиц, голова раскалывалась адски.

Что за бурда снится перед экзаменами? Теремок, Милка... Блин, мой первый поцелуй!

Я рванул к зеркалу. Всё на месте. Губы совершенно обычные.

Приснится же такая глупость. Всё, последний раз ввязываемся во всякие глупости. Срочно нужно бежать к Пашку. Как вчера всё прошло? Получилось ли свидание? Неужели я проспал десять часов?

Вспомнил поцелуй и побежал чистить зубы. Даже во сне лучше целоваться с тем, кто тебе нравится. Точка и запятая...

Кстати! Сегодня же пробник по русскому языку.

 

Пашка всегда был удивительно рассудительным и обаятельным. Он стоял перед зеркалом и укладывал свои непослушные волосы, которые так и норовили встать дыбом, словно шерсть зверя, объясняя Сашке ситуацию:

— Да что может этот красавчик? Конечно, всё провалил. Представляешь, когда дело дошло до поцелуя, он как стартанул со скоростью света. Девчонки потом смеялись до упаду. А я побрёл домой. \»Всё пропало, шеф\», — сказал он голосом серого волка и засмеялся.

Что ж, этого и стоило ждать. Всё, всё идёт не по плану. Кажется, что нечисть вмешивается в наши дела. Тьфу, какая глупость лезет в голову на пробнике, а мне нужно его написать на отлично. Листочки заполнены, изложение, сочинение, как специально, попалось про первую любовь. А Димка, кстати, так и не показался. Опять взялся за своё — прогуливает. Раньше он часто прогуливал и был не самым популярным мальчишкой в классе.
Сашка бежал после уроков навестить друга.

А вот и его квартира. Звонок, ещё звонок. Тяжёлые шаги раздались за дверью, и хриплый голос спросил:

— Кто?

— Я это, открывай.

Предо мной предстал растрёпанный и убитый горем Димка. По всей комнате валялись коробки из-под пиццы.

— Ты что, за старое... Забыл, как тебя дразнили? Как стул под тобой трещал?

— Всё я помню. А ведь я тебе, Санёк, не рассказывал о моём фантастическом преображении.

Димка даже не смотрел на меня, только рассказывал свою историю.

— Так вот. Я уж было решил свести счёты со своей жирной жизнью. Залез на крышу школы, попрощался и....

Вдруг кто-то схватил меня за шиворот. «Что, — говорит, — жить надоело, так я помогу тебе».

Острые шипы присосались ко мне и давай сосать из меня что-то. Боль адская, кровище. Я пытался сопротивляться, всех богов вспомнил. А эта присоска чуть было жизнь из меня не выпила. Еле вырвался и бежать. А когда до дома дополз, так от меня одни кости остались, как у Кощея. Я тогда полгода не ходил, типа болел, а сам восстанавливался. На капельнице сначала, потом в тренажёрку стал ходить, мышцы восстанавливал. И вернулся красавцем в кавычках, а сам теперь девчонок боюсь, они за мной, а я от них.

— Так ты видел? Видел, кто это был?

— Не-е-е. Только помню голос писклявый да глазищи.

— Прости, Димон, не знал про твои приключения. Так вчера ты из-за этого сорвался?

— Знаешь! Как посмотрел в её глаза. Такой страх накатил, что...

Димка неожиданно горько заплакал. Знаете, а мальчишки тоже плачут, еще как! Жизнь придавит иной раз, так и выдавит из тебя горечь наружу. Пусть поплачет. Это нужно!

Я обнял рыдающего друга за плечи.

— Брось, мы твой недуг в подвиг обратим. Есть у меня тут одна задумка...

— Да иди ты...

Димка уже смеялся вовсю. Вот что дружба, животворящая, делает.

 

Потом мы доели вчерашнюю пиццу, посмотрели боевик и поиграли в стрелялки. Наконец, Димка совсем оттаял, я уж было уходить собрался, а он и говорит:

- А ведь вчера еще кое-что произошло?

У меня глаза на лоб полезли.

- Еще?

- Ага. Я-то убежать убежал, потом решил вернуться. Смотрю, а наш Пашка с Милкой о чем-то шепчется.

- Врешь!

- Точно, а еще он ей волосы за ушко убрал своими грабельками, а она так мило улыбнулась. Знаешь, я бы не поверил, если мне рассказали. Он ведь только с нами и трется, никогда его с девочками не видел. Худоват он, волосы дыбом, но язык острый. Скрывает он от нас что-то. Только ты ему не говори, давай приглядим за другом.

Сказано – сделано.
Этим вечером решили наведаться к Пашке.

Димка заставил какой-то хренью запрыскаться, чтобы собаки след не взяли.

- Ну ты вообще! Какие собаки?

- Кто знает? На охоту идем.

Я покрутил пальцем у виска, но попрыскался. Пока мы за углом дома друга приводили себя в боевой порядок,Окна в доме погасли, а  Пашка как с балкона сиганет и бежать. Мы за ним. Мне тяжело бежалось, а Димка – красавчик, легко шел, сразу видно спортсмен, еще успевал метки оставлять на деревьях для меня.

Наконец, бег с препятствиями,скольжение  через кусты , закончились.

Пашка остановился, огляделся. Сразу видно, что на стрелку пришел, ждет кого-то.

Мы за дубом встали, отдышаться пробуем, да куда тут дыхание вообще сперло. По тропинке Полинка вышагивает. Что этой мегере здесь нужно. Не зря она мне снилась!

Глазами во все стороны зыркает. Подошла, похлопала Пашку по плечу, словно пса какого, и говорит:

- Ты почему за своими Иванушками-дурачками плохо приглядываешь. Знаешь, тут что случилось, Сашка твой вход в терем нашел, еле убаюкала его.

Пашка сразу видно расстроился, но не растерялся:

- Сами виноваты, совсем красавицы расслабились. Всякую дичь в школе творите. Ваша жадность нас погубит.

- А ты-то зайкой не прикидывайся, серый волк. Как энергию друзей сосать, так он паинька. Или нашими подачками устал питаться, пес!

Нам и до этого момента многое не нравилось, то мы – дурачки, то нас обсасывают, как оказывается, но после ее последних слов Пашка как зарычит, как завоет на луну:

- Кого псом назвала, лесная тварина.

Вот тут такое началось...

Пашка в одно мгновение превратился в серого волка, а Полинка изогнулась и… появилось очень маленькое и тощее существо с большой головой, длинными руками, короткими ногами и огромными когтями. Ходячее дерево. Глаза выпученные, лапы мохнатые, крошечные рожки так и норовят боднуть волка в серый зад. Да, существо вызывало отвращение своими уродливыми чертами и неряшливым видом.

Я сразу догадался, это же Кикимора — персонаж из славянской мифологии.

Однако, облик дерущейся своры постоянно менялся, они превращались, то в людей, то в маленьких, сморщенных, скрюченных чудиков, то возвращали себе облик сказочных существ.

Наконец, Кикимора изловчилась и схватила волка за хвост. Дикий вой раздался по всей округе.

Бой мгновенно прекратился. По полю валялся скрюченный Пашка, а рядом стояла Полинка, хохоча во все горло над побежденным противником.

Мы с трудом сдерживались от желания ущипнуть друг друга, ведь это безобразие не может быть реальностью.

 

От страха почти не дышали, прижались к дереву, как к родному. Только бы остаться живыми. А Пашка с Полинкой о чем-то еще пошушукались и разбежались.

Дорога домой казалась бесконечной. Знакомый днем лес ночью пугал своими корявыми деревьями, страшными криками сов и бегущими с ветром тенями. Димка не выдержал первым.

– Ты хоть что-то понимаешь?

Я покачал головой.

– Пашка же друг наш. Сколько раз мы друг друга спасали?! Сколько бед избежали вместе?!

Мне все нужно было обдумать, крепко извилинами пошевелить. Ведь Полинка сказала, что я нашел вход во что-то. Так, может, это все не сон был и поцелуй реальный.

Начинало постепенно подташнивать. Конечно, с точки зрения необычности первого поцелуя, это лучше, чем чмок в лоб, которым меня удостоили за все время пребывания в школе, и то нечаянно, когда я врезался в проходящую мимо девчонку, но все же... Хвастаться здесь тоже было нечем.

Мы разошлись, договорившись переспать со всей этой информацией и потом решить. Мол, утро вечера мудренее...

Тьфу, теперь сказки вспоминать страшно, вдруг из них еще кто-нибудь выскочит.

Мама уже спала, она доверяла мне полностью. Я хоть и был поздний ребенок, но рассудительностью и интеллектом мог обскакать многих и усыпить бдительность взрослых.

Комната была в полном порядке, хотя это подозрительно, ведь убраться-то я не успел. А еще холодом тянуло из открытого окна, словно из старого подвала, но тут не удивительно, меня с детства пытались приучить к спорту, здоровому образу жизни, даже закаливанию, но походы по снегу босиком закончились страшной ангиной, купание в ледяной воде аллергией на холод. Спорт и я – две сказки несовместимые. Тьфу! Опять чушь в голову лезет.

Я присел на кровать и обомлел: за прозрачной шторкой на меня смотрела Полинка.

Главное, оставаться спокойным. Да куда там, когда ты уже в трусах, а их тебе покупают в горошек.

– Прикольные труселя, – сказала она, выходя из укрытия.

– Сссппаассибо, – промямлил я, пытаясь натянуть штаны.

– А я все думаю, кто это такой бесстрашный подглядывал за нами. От волка-то вы спрятались, а от меня не получилось.

Она села совсем рядом, и в моем горле встал ком. Ее дыхание обжигало лицо, а глаза так и заглядывали в душу, увидеть которую сейчас было трудно, она пряталась в пятках.

– Так ты видел меня, настоящую.

Я молчал, так как остатки моего разума шептали мне: «Опасность! Молчи!».

– И про поцелуй, наверное, вспомнил.

Ее губы были совсем рядом, а меня словно парализовало. Ничего не движется, даже крикнуть нет сил. Вдруг такая истома накатила.

Вот понимаю, что это сказочный морок, а избавиться от него не могу...

– Хочешь еще поцелуй? Станем с тобой парочкой.

В голове туман, ведь ужасный вид моей поклонницы мог парализовать многих, а голова сама собой так и кивает. Мол, хочу.

А Полинка смеется, своими длинными когтями мне по шее скребет.

– Одно неверное движение, и ты – труп. Ой, как мама расстроится. Подумай об этом, а я к тебе завтра приду. Еще о поцелуях поболтаем.

Она ушла, а меня дрожь до утра била, а слезы, как у маленького, текли по щекам.

 

Утро вечера мудренее. Встал как новенький, хотя полночи не спал. Пришлось сделать небольшую дыхательную гимнастику, так как нервы мне нужны сегодня крепкие.

Оделся. Сам не помню во что нарядился. Попалось под руку и ладно, а тут еще и мама со своими телячьими нежностями. Да куда там, только Полинка перед глазами. Моя ненаглядная невестушка ответа будет ждать, а ты ей еще отказать посмей, если шкура не дорога. Только я - не лягушка-царевич, как бы не пришлось соглашаться на помолвку, чтобы время потянуть.

Сразу представил маленького круглого человечка с усами вместо стрелок, которого отчаянно тянут за нос, а он сопротивляется. Конечно, кому понравится такая экзекуция времени.

И все же следовало попробовать. Димка пришел в спортивных штанах и с грязной головой, забыл сменку, потому его сразу домой отправили. Он махнул головой. Мол, держись...

Так я и держусь за штаны, руки в карманы, а ко мне Полинка плывет с Милкой.

И говорит:

- Вот, подруга, я себе возлюбленного нашла. Лучший ученик в классе, отличник.

Я чуть слюной не поперхнулся.

А Милка окинула меня взглядом, словно вешалку для одежды и отвечает:

- Угу.

Капец, я для них мешок с костями, хочешь глодай, желаешь проглатывай.

Только Полинка не успокаивается, так и норовит со мной посекретничать, пришлось целый день от нее скрываться, пока не попал в кабинет с картинкой на стене.

А там теремок, что "ни низок, ни высок". Рука так сама и потянулась. Хрясть...

И я в другом измерении. Темень жуткая, кругом словно дверцы в погреб, каждая имеет название своей сказки. Так я одну приоткрыл, а там волк с красной шапочкой бабушку доедают. Меня чуть не вывернуло. Странные это сказочки, с дурным запашком. А вдруг этот волк - Пашка. Кстати, его сегодня не было видно. Выбежал, ищу дорогу обратно.

Пробираться тяжело, кругом скользкие коряги, что так и норовят тебе под ноги броситься.

Поскользнулся и падаю. Полет до земли, как у Гагарина в космос – бесконечный.

Все успел вспомнить, даже урок Марины Александровны повторил. Кстати, она так на Бабу Ягу похожа, только добренькая.

Вот именно на этой мысли меня и поймала Полинка.

- Значит, все вспомнил. Ну это к лучшему.

Не успел опомниться, а она своим когтем царапнула, и кровь мою на бумажку какую-то нанесла.

- Это сказочный контракт.

У меня глаза на лоб полезли.

- Да, не волнуйся! Пробный на десять дней. Мы с тобой меняемся. Я тебе свой глаз, а ты мне сердце, позарез нужно.

- Нет! - кричал мой немой рот, когда Полинка быстро вырвала свои и мой глаз, обменяла, а потом и с сердцами размен проделала.

У меня, как у рыбки, только рот открывается и закрывается.

Думал, что умру. Вот он - мой последний день, когда кикимора меня полуживого выбросила обратно в кабинет.

- Сюда не ногой. Зачастишь, так и душу свою всю растратишь. Это я тебе как невеста говорю.

А сама прижала меня к стене и снова поцеловала. Мол, договор закрепить следует.

Вот только теперь я узнал, как сердце может трепетать в груди, словно птица в клетке.

Вот ты какая, моя Полинка!

 

С того дня со мной странное начало происходить, что ни пером описать, ни в сказке не рассказать... Только обо всем по порядку начнем.

 

Лежу на полу, а глаз кикиморы уже приживаться начал, корни свои в меня запускать. И в груди такой холодок, словно я теперь не человек, а киборг или железный Сашка. Сила неимоверная так и бьет ключом по голове.

 

Мой класс как раз на физкультуре был, так я сам себя переплюнул: отжался десять раз, потом столько же подтянулся, перепрыгнул через козла с переворотом. Так это я еще сдерживался.

 

Девчонки аж зааплодировали, а физрук как засвистит.

 

Поворачиваюсь, а вместо учителя соловей-разбойник. Сидит на стуле, ухмыляется, меня пальцем корявым подзывает, во все стороны рычит, слюной брызжит, всех оскорбляет.

 

Вот в чем особенность глаз кикиморы - он истинное обличие человека видит.

 

Подхожу к учителю, то есть соловью-разбойнику, чувствую себя богатырем земли русской, словно на бой иду с противником.

 

A вражина зубы скалит, свистит, аж уши закладывает.

Раздает задачи невыполнимые: то ползи по канату, то стометровку беги... Загонял совсем, так и хотелось меч достать да рубануть парой ласковых с плеча, а сердце внутри спокойное (тик-так-тик).

 

Вырвал свисток изо рта физрука, и наваждение спало. Опять наш Иван Николаевич в своих дырявых тренчиках. Только вот глаза такие хитрющие и выспрашивает:

 

- Что-то с тобой не то, Санек. Ты мне правду расскажи, что случилось. Уж я-то твои способности знаю, один раз отжался, два - отожрался.

 

Вот наш физкультурник всегда был врединой еще той, а тут за живое взял. Действительно, в моих приоритетах спорта не было, а тут энергию девать некуда.

 

Ничего не ем и не пью, спортом увлекаюсь, - ответил я, улыбнулся и побежал скорее  в душ, от греха подальше. Вот тут-то меня чуть паралич не разбил, смотрю, а у меня кубики на животе появились, что не в сказке сказать и не описать, вообще.

 

Вот это круто. Позанимался - уже в героя превращаюсь!

 

A я-то всегда думал, почему мелкая Полинка такая сильная, как атлет. А тут сила сказочная помогает.

 

Что ж, вперед на химию. Забегаю, все в дыму - у нас лабораторная, смешиваем смесь с раствором. Только возглавляет волшебство сама бабка Ежка. Я всегда подозревал Марину Александровну в этом. Ну как человек под девяносто лет может работать в школе с бесами, да еще нас за уши успевать ловить во время списывания.  А в её лаборатории ступа стоит и метла.  Старушка Ягушка как расшалится, заговоры нашептывать начала, да дуть в учеников туманом , чтобы на них морок наводить.Сразу из рук все валится, бьется.Полняй бардак. А ребята не понимают, почему у них ничего не выходит - расстраиваются. Сами не видят, что вместо рук уже копытца растут.

 

Что ж, время вступить герою. Жаль святой воды не взял, но и крестик сгодится. Подхожу к ней, грудь колесом, а на груди крест светится, как волшебный щит.

 

- Разрешите, я ребятам покажу, как правильно делать этот опыт.

 

A Ежка сжалась, в стул вдавилась и пыхтит, даже слово сказать не может.

 

Так я схватил мензурку, смешал все компоненты и.... Бах. Все получилось, да и ребята со мной справились на отлично.

 

Кричим:

 

- Ставьте пятерочки. Не хотим больше двойки получать, да слышать, что криворукие неучи.

 

Что рассказывать, уроки сегодня прошли изумительно. Меня уже не удивляли странные личины учителей, хотя некоторые оставались людьми даже в таких условиях, но самое фантастическое произошло на большой перемене...

 

С трудом дотерпел до обеда. Бегу -волосы назад, вдруг мне навстречу идут три красотки: Настасья - Искусница, Мила- разумница и моя Полинка-красавица. В золотистые волосы вплетены ленты, платьица коротенькие так и норовят соблазнить мальчишек. А глаза огромные любовью светятся, только внимательный заметит, что у Полинки один глаз голубой, а второй, мой, коричневый. Стильная да сексуальная кикимора получилось. У самого в голове не складывается, как из маленькой волосатой пигалицы такое чудо вышло.

Так она глаз с меня не сводит. Мол, рот закрой, а то слюни потекут. Я собрался силами и прошел мимо. "Так -то меня девчонки никогда не интересовали, только учеба." - пытаюсь внушать себе правильные мысли.

Пусть помучаются, нечего перед ними стелиться. Эти особи женского пола совсем страх потеряли, вот Бог что-то подкрутил у мужчин в заводских настройках, и теперь заставляет поворачиваться на каждые красивые ножки или проваливаться глазами в декольте. Я, конечно, не из таких. Просто умею сдерживаться и переключать свое внимание на другие предметы. Вот и сейчас схватил книгу из рюкзака, сижу, читаю. Тут Димка мне как врежет по затылку:

- Чудик, книгу переверни, а то палишься, но и это тебе не поможет. Зачем ты в столовой книгу читаешь! Это же не библиотека.

- Да... Так я знания свои проверяю перед уроком.

- Урок Любви, наверное.

Стыдно перед другом стало.

- Что за глупость?

- Тогда глаза от Полинки отведи, а то косой друг — это страшно.

Только сейчас заметил, что все это время из-под учебника наблюдал за красавицами. Тут реально красота нереальная, даже сказочное сердце замирает.

Так и хочется крикнуть: " А я с ней два раза целовался"

А мальчишкам, что крутятся вокруг нее шею -то намылить с мылом и керосином, чтобы жизнь малиной не казалась.

Только решил покушать, а из тарелки с супом на меня лягушка смотри и квакает:

- Сегодня Полинка тебя ждет у рисунка с теремком. Веселый вечерок обещает, но если боишься, то не приходи. Жарко слишком будет.

Конечно, вспотеешь тут, я же не француз лягушек трескать, еще и говорящих. Аппетит совсем пропал, начисто.

А Димка не отстает, он-то ничего не видит сказочного:

- Ты, говорят, сегодня на физкультуре отличился, да еще нашей Бабе Яге нос утер.

- А ты тоже знаешь, что она ведьма.

Димка на меня посмотрел, у виска покрутил:

- Так вся школа знает!

Тут только я опомнился. Не все нужно другу рассказывать, вдруг это может на его жизни и смерти сказаться.

Сказано - сделано.

 

Прибежал на место встречи, аж запыхался. Майка новая, кубики на прессе обтягивает. Круто! Джинсы у Димки отобрал, хоть великоваты, зато модные. Прическу пять минут наводил, все же нужно Полинке свою лучшую сторону продемонстрировать, а не трусы в горошек. Кстати, мама целый набор купила с геометрическими фигурами, надо же было в тот вечер именно с горошками натянуть.

За этими мыслями меня и застал Пашка. Как мы не скрывались от него эти дни, а встреча была неизбежна.

- Ты Сашка-болваном был им и остался, кроме уроков твоя голова не варит ничего, даже кашу. С чего бы Полинка тебя в школу на свидание позвала. - насмешливо прорычал Пашка.

- Ты учти, друг, я (решил Димку не палить) про твою волчью натуру все знаю.  И как ты из нас энергию сосал.

- Дурак ты, Сашка, дважды. Сколько раз я Вас из беды спасал, сколько советов давал дельных. Помнишь, вы хотели себя в рабство продать, чтобы понять жизнь раба или...

- Что ты всякую глупость вспоминаешь. Мы тогда детьми были.

- Вот именно, если бы захотел давно слопал двух балбесов.

Вот тут Пашка решил мою смелость испытать. Прыгнул и превратился в волка, а сам говорить продолжает, зубы заговаривает:

- Я вас, как Иванушек из сказки, берег и сторожил.

- Ага, -говорю-, чтобы слопать.

А сам все ближе к выходу пододвигаюсь, пячусь задом.

- Только не сберег я тебя, Санек. Знать, тебя наши красавицы схапали. \»Рассказывай договор уже подписал\», - говорит, а у самого слюна так и течет, зубы щелкают.

" Ну-, думаю, - капец, сейчас проглотит, как бабушку в " Красной шапочке", а у меня даже меча нет, я же -не богатырь, а Иван-дурак скорее.

Волк продолжает на меня наступать:

- А я волком стал из-за такого же договора. Влюбился, подписал... И ты -в сказке. Только никто не рассказывает, что договор бессрочный, а, чтобы выжить нужно энергию людей добывать. А волк без стаи не может, так и прибился я к вам с Димкой. Да! Иногда, но очень редко лишнюю дурную силу забираю у вас, только чтобы выжить...

Я уже до двери пятиться устал, а тут тетка с улицы как заорет:

- Мальчик, держите Вашу псину. Вид у нее ужасный, того гляди сорвется и покусает.

У Пашки шерсть дыбом, на тетку рычит. Точно может вцепиться. К тому же два оскорбления волка за один — раз-это перебор, да и меня обращение "мальчик" не впечатлило.

Обнял я Пашку, глажу, а он сначала сопротивлялся, а потом прижался, поскуливает, как щенок. Жалко его стало, друг все же.

Только тетка не унимается, сразу видно, что собаконенавистница.

- Вот купят себе опасных животных, а нет бы намордник приобрести. Нет, несут опасность людям на улицы и закон нарушают... Еще какашки везде разбрасывают.

Мы с Пашкой больше ее не слушали бежали по набережной домой и смеялись, ну как смеялись, друг просто выл...

 

Решили мы дружбу сохранить. Что из-за глупости Пашку терять? И волки -тоже люди, им нужно дружить и жить. Столько лет вместе лопатой не перешибешь. Так порешили, на том и расстались.

Поплелся домой, встал под холодный душ. Столько за день произошло, человек простой не выдержит, только обычный школьник из выпускного класса способен на многое.

Тут мне мысль пришла, а что, если это бред моей замученной знаниями головы. Я просто спятил. Трусы натянул, они еще чистые, к тому же в треугольниках, а это символ лидерства. Вышел из душа волосы вытираю, а Полинка уже на моей кровати разлеглась и смеется.

Одеяло приподняла, меня приглашает.

- Это только в сказке все поцелуем заканчивается, а мы с тобой люди взрослые, пора наши отношения на другой уровень продвигать.

Я за полотенце, как за спасательный круг держусь. Чую, не к добру, эта вспышка страсти.

- Ты, красавица, прежде чем меня в кровать уложить сначала напои, накорми, - вспомнились из сказки слова.

- А я тебя не есть собираюсь, потому и так сойдет, чем голоднее, тем меньше сопротивления. В кровать быстрее...

Сама платье с плеча сбросила, ресницами огромными медленно так моргает, а губы выпятила трубочкой.

Неее. Наши так не сдаются. Мы еще повоюем с этими сказочными героями, хошь во сне, хошь наяву...

- Мадам, я -мужчина глубоко нравственный, со своими принципами и взглядами. Давайте прекратим наш договор, если Вы приняли меня за недостойного человека.

А сам думаю: " Мне мама с детства говорила, что прежде чем в кровать прыгать- человека нужно узнать." Да, как тут узнаешь этих девчонок, но все же торопиться не стоит, ибо в сказке это самая финальная история, после нее конец, что и пугает.

Тут Полинка давай смеяться и меня дразнить:

- Маленький ты еще, и в голове твоей опилки. Нужно в будущее смотреть. Не нужно мне твое детское тело, но, чтобы глаза и сердце мои заработали, необходимо скреплять печатью.

А сам я уже рядом, схватила полотенце, притянула и давай меня слюнявить.

Вот и раньше целоваться не любил, а теперь ненавидеть буду.

Только чувствую сердце внутри меня затрепетало, словно бабочка в кулачке, так и просит приласкать красавицу, прижать к себе сильнее, а глаз Полинкин истинный облик ее показывать стал. Так чуть было меня на две части не разорвало, от любви и ненависти.

Все же красота в женщине - важный элемент, за которым трудно разглядеть душу.

Кикимора погрустнела, обозвала меня дураком и исчезла также быстро, как и появилась.

А я успел договор свой стащить у Полинки, да повнимательней с ним ознакомиться...

 

-Читаю и удивляюсь!

"Сказочный Договор найма живого человека" -  это документ, который регулирует отношения между собственником тела (займодателем) и сказкой (нанимателем). Он определяет условия проживания, права и обязанности сторон, порядок оплаты, срок аренды и другие важные аспекты.

 

Сказочное законодательство утверждённой формы договора найма тела временное, но важно соблюдать общие нормы волшебного кодекса. Документ составляется в письменной форме и скрепляется поцелуем."

 

Стукнул себя по лбу четыре раза. Как я мог? Где мой мозг тогда отдыха?

Руки дрожат, но читаю дальше основные разделы:

 

Преамбула. Указывается место и дата заключения договора (когда Полинка меня подцепила, даже полные ФИО и паспортные данные сторон, в основном мои, конечно, у нее все - " ООО Теремок"(наймодатель и наниматель).

 

Предмет договора меня совсем шокировал, Полинка не зря все меня из душа караулила, потому как ... Подробно описывается тело жильца (то есть МОЁ): номер или дата рождения, рост, вес, количество пальцев, глаз, даже родинка на...

Ну это уже ни в какие ворота!

Все разведали, я аж покраснел, как красна девица.

Потом указывается, что тело не находится в залоге, не обременено другими правами третьих лиц (не женат) и не является предметом судебного спора. Также приложили опись имущества, которое передаётся в пользование нанимателю (глаз и сердце)

 

Срок действия временного договора указывал дату начала и окончания аренды (это меня очень порадовало). А внизу мелким шрифтом, мол "предусмотрена возможность продления, фиксируются условия пролонгации. Если в срок не выполнит задание, то договор считается заключённым на неопределённый срок.

Я аж с кровати упал. Какое еще задание?

Успокоился, читаю дальше.

 

Арендная плата. Прописывается размер оплаты, сроки её внесения (ежедневно до определённого числа), способ расчёта (на неизвестном языке). Указывается, что включены в плату эротические услуги, поцелуи и другие расходы. И опять мелким шрифтом: " Предусмотреть возможность пересмотра оплаты и неустойку за превышение количества поцелуев, более одного в неделю"

Чуть чаем не подавился. Так один уже был, на этой неделе! А что, если бы я сегодня на ее уловку повелся?

Дрожащими руками листаю договор дальше.

 

"Права и обязанности сторон.

Наниматель обязуется: вернуть тело в пригодном для проживания состоянии, устранить последствия аварий и повреждений, произошедших не по вине нанимателя, производить капитальный ремонт за свой счёт, только если...

Наймодатель обязуется: своевременно выполнять задания, бережно относиться к имуществу, не проводить перепланировку без согласия наймодателя, поддерживать тело в надлежащем состоянии, после окончания срока договора получить обратно (с учётом естественного износа) или отдать выигравшей стороне.

 

Порядок передачи тела тогда будет окончательным и обжалованию не подлежит. Указывается, что передача осуществляется по акту сдачи-приёмки, который подписали уже обе стороны. В акте фиксируются передача ключей от тела в обмен на сказочную оболочку водяного."

 

Еще лучше! Я  водяным стану, если все задания не выполню...

И опять мелким шрифтом.

"Порядок разрешения споров. Указывается, что споры решаются путём переговоров, а при невозможности — в соответствии с законом оборотки Сказки.

 

Реквизиты и подписи сторон закреплены кровью.

И действительно, наши отпечатки пальцев с Полинкой, когда успели меня так заморочить, что я этот договор перед подписанием не проверил!

Все же шанс на спасение у меня все еще есть! Потребуется раздобыть " Законодательство Сказки", чтобы " ООО Теремок" оставить с носом, а заодно и задание выполнить, ведь задаток я получил(поцелуй), а расчет не сделал.

Что ж, кто предупрежден - тот вооружен! Время действовать!

 

Тут мне Димка звонит, чуть в телефонную трубку не вываливается.

- Сашка, у меня сегодня свидание. Представляешь, сама Милка подошла и пригласила.

- Слушай, да ну этих девчонок! Ну жили же мы без них, и все у нас было хорошо. А тут ввязались в странную историю. И что? Пашка- волк! Тебя Милка атакует, а вдруг у нее грязные помыслы, - решил я друга аккуратно предупредить, чтобы он в сказку не вляпался. А то вместе будем мучиться.

А он давай ржать, как лошадь под принцем:

- Ты чего белены объелся или современных журналов перечитал, а, может, в монастырь уйдем. Там вообще женщин нет. А еще "шерше ля фам", как говорят французы- ищите женщину". Вот я и ищу. - издевается надо мной Димка.

- Ты значение-то фразы знаешь или просто приключений ищешь на свой зад. Понимаешь, в какие неприятности можно вляпаться. Потом выберешься или нет - не известно.

- Если ты о Милкином женихе, так она его бросила. А об остальном... Сам-то так и бегаешь за Полинкой. Я ее у тебя в окошке наблюдал во время прогулки.- разозлился Димка.

- Да я не об этом. С нашей школой не все в порядке, здесь вербуют и...

- Понятно! И продают на органы. Не ожидал, что ты таким эгоистом окажешься, - прокричал Димка и повесил трубку.

Ну и разозлил он меня. Пусть на своей шкуре узнает, почем цена поцелуев наших девочек, если не хочет дружеского совета слушать. Вот повезло мне с друзьями: один-волк, второй - дурак.

А утро вечера мудренее, как говорится в сказке. Стоит привыкать, ведь если задание не выполню... Капец и сбоку бантик.

Буду в воде бултыхаться и песни про пиявок петь. Фу, какая гадость. Я и плавать-то не умею.
 Только вдруг моя голова упала на подушку, и я,как мертвый, заснул, сон сморил. День-то какой тяжёлый был, тут информации на целый год хватит, а я один, даже маме не пожалуешься, если друг не поверил про договор, что про взрослых вспоминать.

Вот сплю, и вижу, как Димка по лесу идет. Глаза горят, надушился одеколоном, аж всех мотыльков распугал, а впереди на белом камне красавица сидит, косы распустила, глаза долу поникли. Милка ожидает своего суженного, ряженного. Только не одна ожидает в кустах волк притаился(Пашка).

Смотрю, на Димку наваждение напало, смотрит на красавицу и глаз отвести не может, упал перед ней на колени, а губы трубочкой свернул для поцелуя.

Тьфу, гадость какая, приснится же такое.

Так вот, губы к ней свои тянет, а красавица не жеманится, давай целовать друга, да так, что у меня волосы на голове зашевелились. Так красавишны не присасываются, лишь пиявки.
Вот она Димкина зазноба, которая из него чуть все соки не высосала.Мне рассказал, а сам все забыл от поцелуев.

Димка руками и ногами дрыгает, а освободиться не может.

Тут волк выскочил, рыкнул, друга на спину закинул и бежать, а тот уже не жив, ни мертв лежит, даже не шевелится. Ай да Пашка! Молодец!

 

Проснулся. Сразу понял, не сон это был, то глаз сказочный и сердце показывали.
Это я своей обидой друга подвел, нужно было к нему бежать с договором в зубах, а не о глупостях рассуждать и обижаться В чем мать родила рванул в лес, а сердце само ведет в самую глухую чащу, там в глуши, стоит гора, в той горе пробита нора, там в норе во сне глубоком друг качается в хрустальном гробу... Или что-то вроде этого.

Тьфу, опять сказкой заговорил, знать не долго мне здесь, на земле, жить осталось. Только и правда, во тьме лежал Димка мертвый, а рядом волк выл на луну. Плачет по другу, убивается.

Тут и я подоспел. Схватил Димку за грудки, а он как кукла, ватой набитая. Ничего не шевелится, руки ноги повисли. Даже святой водой его опрыскивал - не помогло. Увы.

А Пашка, когда все песни на луну провыл, то заговорил со мной:

- Бесполезно это. Зацеловала его Милка до смерти, теперь, если ее крови не вольем ему в рот - умрет. Да только эта фифа к себе не подпустит, потому как ее задача -людей морить, да изводить.

- Что за ересь? Она же красавица, которую спасают, любят да женятся ...

- Ээээ, брат! Ты, видать, не в ту сказку попал. В мире волшебном есть две стороны, оборотные: светлая (Эти сказки мы хорошо знаем. Они учат добру и наказывают зло.), а есть и вторая -темная, там все шиворот на выворот, словно гадкий ужастик.

- Ничего не понятно? Как такое может быть?

- Не все коту масленица, а детишкам -рай, есть и сказки, что утягивают на дно, высасываю жизнь, не дают проблеска надежды. Да, кому я говорю! Ты и сам на волоске. Так и сгинешь в оборотке.

- Эээ, нет! Не бывать этому. Собирайся в путь! Пойдем друга из беды вызволять, иначе - какие мы товарищи, одно название.

Запечатал Пашка вход в пещеру, и двинулись мы к школе.
А в голове лишь одно:
"Найдем эту мегеру, кровь-то у нее выпьем. Красавицы называются! Только головы парням дурит, да силу богатырскую высасывают."

Зря мы утра не дождались, и в школу ночью потащились. Знал я, что в темноте всякое видится, но, чтобы такое!

Окна все нараспашку, ветер между ними гуляет, песни свои поет, да гудит в трубы. Пашка меня подбадривает. Мол, погоди, еще не такое увидишь. В коридорах странное творится, расстояние растягивается в разные стороны, то далеко до кабинета, то близко, а еще смех странный колокольчиком звенит, не прекращается. Тут то я и услышал голоса людей, которых сказка поглотила. Мечутся они по школе, головами в стены бьются, а только выход найти не могут.

 

И вой их складывается в глухую песню.

Терем, терем, теремок! и не низок, не высок

Из нас выжал ты весь сок.

Я не мертвый, не живой,

но с пробитой головой.

Ветер в дырке той свистит,

о тебе мне говорит.

Терем, терем, теремок,

на тебе висит замок.

Коли кто в ту дверь зайдет

навсегда здесь пропадет...

"УУУУУ" - завыл Пашка, а сам меня за штанину зубами держит.

Штормит нас, из стороны в сторону кидает. Того гляди выплюнет нас школа из себя, как инородное тело.

Оперся я рукой о стену, а там рисунок с Теремком. Вод подстава. Хлоп, брык! И мы внутри оборотной сказки оказались, словно в избушке на курьих ножках или нечистотах каких. Кругом гниль и слизь свисают, запах отвратительный, канализационную трубу напоминает.Двери все в сказки закрыты.

Голова трещит, нос дышать отказывается, а вдалеке Милка бежит, смеется, пальцами тонкими манит. Рванули мы за ней, изо всех сил бежим, да тут бревно под ногами зашевелилось и глазами несчастными на нас смотрит. Мол, заберите меня с собой. Схватил я его и дальше бегу, только тяжело стало невыносимо, того гляди упаду. А бревно меня поддерживает: " Потерпи маленько, я вам еще пригожусь"

Ой, - думаю, - в этой оборотке все по-другому, вдруг на нашу беду я спас это дерево.

Еще и волк подпевает:

- Брось ее. Нам тут хоть себя бы спасти.

Но воспитание не переплюнешь, за пояс не заткнешь, прижал деревце и рванул из последних сил. Тут-то мы и вывалились из трубы в темную страну сказок.

Приехали....

Что сказать? Этот мир на сказку совсем не был похожим. Небо неонового цвета с огромным глазом по середине, правда, он закрыт постоянно(дремлет), словно месяц. Растения здесь тоже своеобразные: огромные, с листьями, как одеяло, головами размером с кровать, а еще болтливые, так и норовят тайны выведать.

- Вы откуда и куда? Много видели иль мало? Мама вас давно рожала?

Я было хотел заговорить с ними, а Пашка меня за руку тяп своей пастью. Молчи, мол, не нарывайся. И точно, как только эти монстры закончили болтать - сразу зубами стали клацать, да нас пытаться проглотить.

Пашка кричит:

- Бросай бревно, а то не вырвемся.

- Не могу, оно плачет. Жалко его, лохматого.

- Издеваешься, жизнями из-за деревяшки рискуешь.

- Не волнуйся, зубастый, прорвемся.

Тут я выхватил мелок, что завалялся у меня в кармане еще после лабораторной в школе, размял в кулаке и бросил в жадные пасти.

Задрожали они, захлопнулись и опять продолжили мило разговаривать, словно маленькие детки. Вот она, сила знаний.

 Тут темень знаний страшная, иди или  не иди, а маршрут узнать бы было хорошо -ничего не видно. Но Пашка башкой вертит, сам ничего не знает. Меня сюда никогда не пускали,  только по трубе и бегал, мелкие задачи выполнял.
Да я ведь и сам здесь  всего лет сто.
- ЁЁЁ, мое, да ты - дед уже, а учишься на тройки.
-  Так у старичков память плохая, а по сказочным меркам еще недоросль, потому и на посылках работал. Старые волки, что давно здесь обжились, уже много душ сгубили, прошли свои испытания, съели бабушек с красными шапочками и зажили кроваво и красочно. А я - неудачник в оборотке, даже друзей не проглотил.
- Как же ты попал в оборотку?
- Почти как ты, только хуже...
Выпускался  я тогда из девятого класса, дома одни неприятности начались. Родители собачились каждый день, пока по пьяни дом не сгорел вместе с родичами. Так и остался я сиротой, жил с собакой в конуре. Ел с ней из одной миски и не тужил о былых деньках. Вдруг откуда не возьмись появился добренький дядечка. К себе забрал, уму разуму научил, всем обеспечил. А у него дочка-красавица. Уж очень мы полюбили друг друга. Я так думал. А старик не серчал на нас,  только бумажку просил подписать. " Станешь взрослым, долг отдашь." Только проснулся на утро  волком. Рядом никого. Только договор, по правилам которого я так и не стал большим, навеки застыв в сказке.
- Значит для оборотной стороны  много вербовщиков!
- Да все простые люди, обманом их в эту сеть затащили, правила свои навязали.
- А причем тогда тут наша школа. Приглядись внимательно. В этой оборотке есть три яруса: труба - первый этаж, где началка учится, глупенькие они еще и слюнявые ; второй этаж -среднее звено, болтуны и лаботрясы, как цветы , опасные своим разгильдяйством, а вот третий этаж - будет для элиты(старшее звено, выпускники в мир зла, директор- хозяин оборотки и его приспешники(завучи и учителя).
- Разумно, только как нам с тобой на третий ярус взобраться.
Тут бревно, как встрепенется, о землю ударится и давай кричать:
- Говорила же, что пригожусь. Так я знаю, где этот вход проклятый...
Мы с Пашкой уставились на лохматое деревце с восхищением. Вот и оказалась она палочкой-выручалочкой, впереди скакала путь нам указывала до самой двери довела .
Да разве мы могли представить, что вход этот найти так сложно, а пройти сквозь него еще труднее.
Только мы пробрались через болтливые заросли, как огромный глаз на небе открылся, да своей темной радужкой на нас уставился. Словно черная дыра нам в души заглянула, установила с нашим страхом контакт и начала нам импульсы посылать безсловесные, затягивает в мир вечной прослушки и подглядки.
" Чтобы перейти в третьи подземные чертоги, нужно пройти собеседование." - зазвучал голос.
Я аж поперхнулся. Ну вот только сдал итоговое собеседование по русскому языку и получил допуск к экзаменам, как опять испытание.
- Не грустите, шепчет деревце. Я вам еще пригожусь, и опять ветошью прикинулась.

Глаз на нас смотрит, радужки свои в разные стороны запускает, все пространство сканирует, везде заглядывает, в свои мозги записывает, досье на нас собирает.

А потом как серена завоет: " Испытание первое - чтение текста. У Вас есть две минуты на подготовку."

Листки мне в руки шварк, которые тикают, и с каждой секундой кусочек выгорает. А текст -просто чудо, слова наизнанку, я только в началке так издевался над словами.

 

" алетеЛ аноров дан мером , тиртомс : кар тезлоп - пах !оге И алсеноп в сел , ыботч , ьсишвесу ьдубин-едг ан ектев , окьнешорох ьтисуказ . тидиВ кар , отч ястидохирп ьтадапорп , и тировог еноров :

 

йЭ , аноров ! аноров ланЗ я огеовт ацто и юовт ьтам - еынвалс илыб - !угУ - алитевто аноров , ен яавырксар атр И веьтарб и ретсес хиовт юанз : отч аз еырбод илыб . аД есв еж ьтох ино и еишорох , а **** ен янвор . енМ ястеадс , отч еенмузар ябет огокин тен ан етевс . ьсиливарноП итэ ичер еноров ; алункрак ано ов ьсев тор и алитсупу акар в ером."

Читаю спешу пока в руках пепел не останется, а бревно подсказывает: " С выражением давай, не тараторь, да смысл запоминай, а то останешься в сказке-замазке"

И смеется, только мне не до смеха - язык уже заплетается.

Вдруг глаз закрылся. И мы услышали:

" Первое испытание пройдено. Теперь пересказ с волшебной вставкой -палиндромом!"

Еще во время первого задания Пашка волком выл, а тут совсем отчаялся и говорит:

- Они нас одним названием завалили! Какой еще "выпендрон"?

Тут я , наконец, смог блеснуть знаниями отличника:

- Внимание! Помните сцену, в которой Буратино пишет диктант? А Мальвина ему диктует: «А роза упала на лапу Азора». Это и есть палиндром. Кстати, его автор Афанасий Фет.

Меня аж распирало от гордости, а Пашка все воет:.

- И что в этой фразе особенного?

Бревно один глаз открыло и шепчет:

- Палиндром - фраза, которая читается одинаково как слева направо, так и справа налево.

Вот, умное дерево нам попалось!

Глаз мгновенно открылся и азбукой Морзе ресницами выхлопывать начал:

Мол, запомните главное правило нашей сказки, и вставьте ее в пересказ.

"Я нем и нежеН" - НеЖени Меня "- ничего себе фраза! Молчи и будь ласков, иначе тебя женят и к рукам бриберут.

Пересказ мне дался с трудом, дерево вовремя подсказало, куда палиндром вставить, иначе завалился бы.  Хорошо, что здесь подсказки приветствуются.

Сказочный глаз опять замер, а зычный голос прокричал: " Сдано. Осталось последнее задание- описание картины".

И бросают мне черный лист пустой, и с одной и другой стороны -темнота.

Мы с Пашкой и полизали его и поплевали в темноту: " Тьфу, нечистый! Изыди !" Пусто. Ничего не появилось на листке -темнота.

А бревно опять шепчет:

- Дурни, это же черный квадрат Малевича.

Волк встрепенулся:

- Какой еще Малевич? Ведь подобную мазню может нарисовать любой человек, даже волк, — возьми линейку, карандаш, начерти четыре стороны и закрась всё это чёрной краской, делов-то на 10 минут.

- Глупец, по оценкам экспертов стоимость составляет как минимум 140 млн долларов

Пашка аж снова завыл на глаз, чуть нас слюной не забрызгал.

Пришлось описание картины начинать самому:

-  Вообще-то, «Чёрный квадрат» Казимира Малевича  квадратом не является, его стороны разной длины, и не параллельны друг другу. Да и Малевич использовал три вида разных красок, которые лично приготовил специально для этой картины. Была там жжённая кость, чёрная охра и мел, которым Малевич попытался нивелировать глянец, характерный для масляных красок. То есть Малевичу всё же пришлось постараться и подготовить краски и материалы, так-то в чисто техническом отношении всё было не так просто, хотя, конечно..."
(Как я сразу об этом не вспомнил.)

Во время моего ответа дверь уже начала открываться: сантиметр, два, три, десять... Мы уже сможем протиснуться...

Бревно моргает: мол, пролезайте...

Они с волком уже прошли, когда сирена заголосила: " Не верно! Ошибка, это просто нора - вход в волшебное государство. Глаз открылся и давай все и всех сжигать, не оставляя ничего после себя, а в душе пустоту...

Еле я успел протиснуться, только штаны подпалились, а шортах по школе ходить не по уставу.

 

Вот так попали мы, наконец, в нору оборотки - третий этаж Ада. Я как увидел, что здесь творится, так мои волосы дыбом встали и свист вырвался из горла непроизвольно.

Кто же знал, что на этот свист все стада сбегутся.

Да! Да! Да! Я не ошибся огромные стада коров и баранов бродили из загона в загон, мыча и блея. На каждой скотине свой номерок горит. Мало того, что подписавшие контракт и обманутые становились животными, да еще какими - на убой, так им нужно было проходить постоянно всякие испытания: подлезать под турниками, перепрыгивать рвы, мычать кто громче....

А за всем этим безобразием следили надзиратели с кнутами и эти огромные глаза на тонюсеньких ножечках.
Пространство эти зыркалы сканируют, нарушителей вычленяют и давай сигналы подавать своим помощникам-завучам.
 Один по воспитательной части длинная палка-свисток, что вечно верещит и всех колотит, подталкивает или калечит.
Второй же - топор обучения еще страшнее, кто с заданием не справится, того расчленит, или, в лучшем случае, что-то оттяпает у скотины.
Кровища кругом так и льется, безропотная, но глупая скотина плачет, слезами умывается, но продолжает лягаться и мычать.
А глаз следит за всеми, своей властью упивается. Мол, все вижу. Высоко сижу -далеко гляжу.Даже своих бью, чтобы чужие боялись. Даже своих обгложу, чтобы лучше слушались.

Ох, и разозлился я, как животину мучают, ведь и мне скоро экзамены сдавать. Вот меня и порубит страх и из себя вытряхнет полутрупик.

А деревце мое опять толкается, да шепчет:

- Мы сюда договор пришли искать, а еще лучше закон сказочный.

Волк включил свой уникальный нюх и повел нас через все препятствия, а я за глазом наблюдаю, чтобы нас не заметил. Вот, когда списывание пригодилось, чтобы уклониться от всевидящего ока.

Смотрим, а на стене в одном загоне рисуночек детский висит с названием " Теремок", а на нем сказочные законы и принципы оборотки. Вот мы маху дали, столько ходили, а документ-то рядом был.
Читаем!

"Сказочные оборотные законы!

Условия и правила для выполнения!  Структуры, которые определяют построение и развитие смрадного мира. 1.

Закон несчастливого конца (восхождения от счастья к несчастию). Как правило, сказка начинается хорошо, а заканчивается плохо. Задача оборотки  — превратить героя в несчастное животное без воли и разума. "

Бревно мне шепчет: " Бери карандаш, да исправляй, чтобы счастливый конец сказке вернуть.

Исправили, дальше читаем:

"

Закон 2 сказочной несправедливости. Добро в оборотке всегда проигрывает, зло торжествует. За добрые поступки и качества следуют наказания, за злые — повышение по службе. Поощряются, например, неблагодарность, зависть, гордыня, лень, обман, неверность, клевета. "

Тут Пашка терпит не воет, только хвостом бьет, мол, исправляй, чтобы справедливость торжествовала, а волку награда положена за отказ сожрать своих друзей и повышение до человека.

Сделано. Раз! Друг человеком стал. Я даже не замечал, какой он смешной в нашей команде и замечательный.

Давай дальше читать:

"Закон превосходной степени и наибольшего контраста. В оборотке всё «самое-самое»: самые красивые девушки — «первые страшилы на всём белом свете», а страшилища, «каких свет не видывал» - милашки."

Вот почему мне Милка не нравилась. Нутром мужским подвох чувствовал, уж слишком она холодная и отстраненная. Только вспомнил про нее, а она как подбежит, да заверещать хотела, чтобы мнимую красоту спасти, но наша палка ей в лоб стук, с ног сбила и сознания лишила, Милка на пол упала и лежит без сознания.

А мы дальше порядок в сказочных законах наводим.

"Закон всесильного насилия и оценочности. Желание героя в конце концов никогда не осуществляется, вопреки всем его усилиям, «хочу!» не становится возможным. "

Исправили. Не должно в мире такая несправедливость властвовать.

А Главный закон мелким шрифтом в самом низу напечатан:

."Троекратное умолчание. В сказках часто встречаются троекратные повторы: например, три брата, три задачи, три встречи с помощником, а в оборотке - промолчал, стерпел, проглотил язык - и ты -попался на веки вечные заперт в темном царстве"

Тут я как закричу:

- Не согласен. Протестую. Мне ваши глупые законы не писаны! Мы их все переделали, вернули изначальный вид.

И Пашка за мной голосить:

- Отказываюсь быть жителем оборотки.

Тут палка выскочила из моих рук, о землю стукнулась и превратилась в Полинку. Стукнулась со мной лбами, да так сильно , что глаза и сердца чужие вылетели, а свои на место встали. Другое дело. В теле сразу легкость образовалась,и грусти добавилось. Сказка-то к концу идет, а с Полинкой мне целоваться понравилось, потому и тащил ее с собой, даже палкой полюбил и кикиморой, ведь " с лица воду не пить"( так в народе говорят, когда сердце в сердце влюбилось). Но не успела Полинка все это проделать, как глаза- камеры появились, притопали на своих тонких ножках, а с ними помощники и убийцы свободного слова.

Давай всех подряд бить, расталкивая орущих животных, что вторили нам общим мычанием и блеянием.Мигают глазищами , к нам пробираются, а с ними и Милка идет( правая рука мучителей)

 Зыркалы вертятся, следят. Такие противные, так и норовят вырвать закон из наших рук, только промахнулись и хвать палкой Милке по лбу.  Тут Полинка схватила договор и подняла вверх, а глаза ее рентгенами стали.

В ногах у нее Милка лежит, словно труп, потому как лицо ее медленно  превращается в масленичный блин, как тут не умереть.

 

Изловчился я, схватил противные моргалы, да так их тряхнул, что аж искры посыпались.
Тут начало странное твориться, расстояние растягивается в разные стороны, то далеко до кабинета, то близко, а еще смех колокольчиком звенит, не прекращается.  Мечутся стада по школе, головами в стены бьются, а только выход вдалеке засветился, а вой их складывался в глухую песню.

Терем, терем, теремок! и не низок, не высок

Из нас выжал ты весь сок.

Я не мертвый, не живой,

но с пробитой головой.

Ветер в дырке той свистит,

о тебе мне говорит.

Терем, терем, теремок,

на тебе висит замок.

Коли кто в ту дверь зайдет

навсегда здесь пропадет...

Очнулся, а Марина Александровна горланит, меня от камеры наблюдения пытается оторвать, а Пашка рядом с Димкой стоят, меня  поддерживают ото всех защищают.

Ну и досталось нам за эту шалость, думали одними замечаниями не обойдемся.

Только потом ребята мне рассказали, что произошло, пока я с глазами бился. Мир весь перевернулся, и они оказались в школе.

Полина стояла одна в центре класса. Волосы её развевались в разные стороны, а глаза горели неестественным зелёным цветом, словно лазеры, они сканировали весь кабинет.

— А теперь все остановились! Ещё один шаг, и от вас не останется даже пепла, чтобы развеять по ветру мамочкам и папочкам, — прошипела она злобно.

Перепуганные одноклассники сбились в один угол. Никто ничего не понимал. На полу лежала Милка. Её длинная коса расплелась, тело безвольно распласталось в кровавой луже. Пашка макнул лапу в кровь и бросился на спасение Димки, который все еще спал, как мертвая царевна, а времени оставалось совсем мало. Ведь его договор завис между мирами сказочным и настоящим. Но кровь составителя договора спасла друга, и Милку вернула к жизни, только лицо ее теперь совсем не сказочное стало, а рыжее с канапушками.

А я же все это время пытался победить противника, пока друзья не подоспели. Тут-то темное волшебство развеялось, и всё вернулось на свои законные места.

Нас простили, посчитали, что напряжение выпускного класса дало такой сбой в поведении отличника. Вскоре всё забылось.

Школьная жизнь шла своей чередой. День за днём мы делали новые открытия, слушали бесконечные звонки с уроков на переменки. Больше ничего не предвещало беды в маленькой деревенской школе, что находилась на окраине забытого всеми леса.

Чудесная природа, пение птиц... Конечно, здание здорово обветшало, зато даже сейчас здесь можно было найти таинственные старые подвалы, заброшенные кладовки со странными вещами или каморки под крышей со старыми легендами в придачу. Одну из которых рассказывали мы сами.

Мальчишки окружили меня со всех сторон. Я вещал:

- Поговаривали, что наша школа была когда-то детским домом или монастырём, а ещё раньше — особняком ужасного помещика, который прославился жестокостью и убийствами своих жён и детей. Словно Синяя Борода, он затаскивал к себе красавиц, а наигравшись, умерщвлял, да не просто убивал, а полностью стирал их из этой жизни. Мол, убегали, а куда — неизвестно.

- Врёшь, Сашка. Дуришь нам головы. - кричали пятиклашки.

- Вот и я не верил, пока не оказался в царстве глазастого оборотня.

- А ты видел, как он высасывал кровь или пожирал красавиц, - спросил один надоедливый очкарик.

- Не буду врать, съеденных заживо не видел, а одна седая старушка рассказывала, что есть в школе потаённая комната, в которую, если войдёшь, то уже не выйдешь, в лучшем случае навсегда так изменишься, что тебя даже мать не узнает.

Полинка больно двинула мне сумкой по голове и прошипела зловеще:

- Ты кого старушкой обозвал.

Я засмеялся, ведь понимал это она любя, мы же теперь встречаемся, как в настоящей сказке! Герой теперь обязан спасти красавицу и жениться на ней.

Что ж наша сказка и школьная жизнь заканчивается. Скоро прозвенит последний звонок, и никто никогда не вспомнит таинственные приключения 9 г класса.      Разве что...

Поговаривают, что ночью, когда все расходятся и тишина заползает во все уголки здания, чудится тихий жалобный плач, который пронзает человеческое сердце и заставляет искать несчастного, но, увы, глазища те по сей день  не нашли, одни тайны да легенды, а про остальное даже мы скоро забудем.