Ч. 1 Капитан покинул судно первым

3 августа 1991 года роскошный греческий круизный лайнер «Океанос» покинул порт Ист-Лондон (Южно-Африканская республика) и направился в круизный рейс на север к Дурбану.

Судно было построено в 1952 году, оно курсировало по маршруту Марсель-Мадагаскар-Сен-Маврикий и принадлежало компании «Epirotiki Lines», которой владело семейство судовладельцев Потамианос.

Неудивительно, что почти все члены экипажа, 180 человек, были греками, в том числе и капитан лайнера Янис Авраниос.

Кроме 379 пассажиров, на корабле находились 26  артистов кабаре: музыкантов, певцов и, как писали в советское время, артистов разговорного жанра, а также представителей круизной компании.
 
Погода была штормовая, но капитан по одному ему известным соображениям принял решение выйти в море. За сутки до этого весь лайнер нанял миллионер Уинстон Сахдом для проведения в море свадьбы своей дочери.

Это была забавная свадьба, устроенная по капризу невесты. Большинство гостей страдали от морской болезни, лица были зелёными, их тошнило. Всех качало из стороны в сторону, как будто они исполняли какой-то старинный свадебный танец.

В числе музыкантов была семейная пара: гитарист Мосс Хилс и его жена Трейси, которая пела и играла на бас-гитаре. Органист так укачался, что его рвало. Мосс стоял рядом с ним и держал полотенце, прикрывая его двумя большими букетами.

Музыканты измучились, играя всю ночь, поэтому на следующий день отдыхали в своих каютах, поскольку им предстоял очередной вечерний концерт, который должен был продлиться до шести утра.

Корабль так качало, что за ужином приходилось удерживать тарелки руками, официанты ходили, как эквилибристы. Высота волн достигала 14 метров. После ужина снова должно было начаться шоу и длиться до утра.

Выступление Трейси начиналось в 23:00, поэтому она отправилась вздремнуть в свою каюту, а мужу пришлось работать. Он был без сна уже около тридцати часов.

Около 9 часов  вечера судно сильно накренилось. Отключилось электричество. Трейси открыла дверь в коридор, чтобы каюту освещало тусклое аварийное освещение. Пассажиры почувствовали какой-то толчок, в их каютах тоже погас свет.
 
Все забеспокоились, но они не подозревали, что шторм вызвал протечки в корпусе и в машинном отделении.
 
Старпом Христос Николау на следствии заявил: «Через восемь минут я закрыл водонепроницаемые двери. Тем временем, однако, первый механик запаниковал. Он выдернул выключатели, остановил электрогенераторы и двигатели».

В связи с тем, что электропитание судна было отключено, не работали защитные клапаны, и судно стало наполняться водой через канализационные системы (туалеты, душ и т. п.).
 
Пассажиров никто ни о чём в известность не поставил. Команда судна, начиная с капитана, занималась тем, что готовилась к эвакуации, спасая свои собственные жизни, поэтому им было не до пассажиров.

Каюта старшего механика находилась рядом с каютой Трейси и её мужа Хилсса. Они часто болтали, встречаясь у кают, отношения сложились приятельские. Трейси увидела, как механик вбежал в свою  каюту, схватил какие-то вещи и выскочил из неё. На нём был надет спасательный жилет.

Трейси спросила его: «Что происходит?». Но тот молча быстро прошёл мимо, даже не повернувшись в её сторону.

Экипаж корабля пренебрёг даже стандартной процедурой задраивания иллюминаторов на нижней палубе.

Из-за качки большинство пассажиров не пошли в музыкальный салон, а оставались в своих каютах. Обитатели кают на нижней палубе первыми поняли, что с судном происходит неладное, когда полилась  вода из унитазов.

К Трейси прибежал муж и сказал, чтобы она взяла самое необходимое из вещей, надела спасательный жилет и шла в музыкальный салон, где уже собираются пассажиры.
 
На судне не было подано никаких аварийных сигналов,  пассажиры спрашивали друг друга, что происходит, не было видно никого из офицеров экипажа. Хилсс стал раздавать пассажирам спасательные жилеты.

Многие не знали, как их надевать, поскольку никакого инструктажа с пассажирами перед рейсом не проводилось. На помощь Хилссу пришёл руководитель их музыкальной группы коллега-артист Джулиан Батлер.

К ним подключились остальные музыканты. Они остановили панику среди людей, стали разделять их на группы для посадки в спасательные шлюпки, выделяя в первую очередь женщин с детьми, пожилых и больных пассажиров.

Музыканты не знали, как спускать шлюпки. Они возились с первой шлюпкой, в то время как по другую сторону судна спустили шлюпку члены экипажа во главе с первым механиком. Никто из них не пришёл на помощь к музыкантам.

Пока музыканты сажали людей в шлюпку, Хилсс и Трейси пошли в капитанскую рубку, но там никого не было. Хилсс потом говорил, что примером ему служили действия героев виденных им кинофильмов.
 
Выяснилось, что с тонущего судна никто из команды не подал сигнал бедствия. Хиллс по радиотелефону связался с береговой службой и сообщил, что судно тонет. Его спросили, как называется судно  и их координаты, а также его должность на корабле.

Растерянный музыкант ответил, что название судна «Океанос», а вот координат он не знает. В рубке только он, гитарист из оркестра, и его жена. Ни капитана лайнера, ни офицеров здесь уже нет, они все уже на спасательных шлюпках, на судне остались только пассажиры.

К счастью для всех пассажиров лайнера, в спасательной службе этот звонок не приняли за глупый розыгрыш и немедленно принялись действовать.

Продолжение следует