Глава сороковая. Феномен Тредьяковского

Книга пятая. Сопротивление.
Феномен Тредьяковского.

 Впервые Сергей увидел Андрея Стефановича Тредьяковского и познакомился с ним в самом начале февраля 2003 года. К тому времени он уже отработал в газете "Тульская правда" более пяти лет ответственным секретарём. Крутояровский же металлургический комбинат, в результате проводимых в стране демократами, так называемых, рыночных реформ неуклонно и неудержимо шёл к своему краху. То есть, банкротству.
 О чём без устали твердили все тульские средства массовой информации, разноцветные и разномастные, это часто звучало по местному радио и телевидении, на проводимых митингах, как в посёлке, так и в Туле, это же тиражировали и настойчиво слухи.
 Об этом же говорило и общее недовольство работников комбината, общественное мнение в посёлке металлургов. Предприятие без конца переходило из рук в руки, от одних хозяев к другим.
 Во всём чувствовалась нестабильность. Общий упадок всей жизни ощущался не  ухоженности улиц посёлка. Они тонули в грязи и мусоре, а повседневную жизнь только в неуверенной производственной деятельности самого предприятия, но и в несамих крутояровцев захлестнула анархия митингов и стихия протестов рабочих, не желающих трудится за мизерную оплату труда.
 В посёлке копилось и зрело всеобщее общественное недовольство. Оно кипело, как в паровом котле и этому напряжению, безусловно, способствовали ещё и проводимые на комбинате массовые сокращения и не выплата своевременно зарплат.
 А также частые остановки доменных печей и даже производств отдельных видов продукции, как например, цемента. Был, как казалось, прекращён временно его выпуск и цех был закрыт.
 Это всё было следствием дефолта. В тоже время, Крутояровский металлургический комбинат, как и большинство экспортно-ориентированных предприятий российской металлургии, столкнулся с двойственным эффектом: глубоким финансовым кризисом в краткосрочной перспективе и бурным ростом, благодаря девальвации рубля, в последующие годы.
 Резкое падение курса рубля сделало продукцию комбината, а это высокочистый литейный и передельный чугун, ферромарганец, сверх конкурентоспособной на мировом рынке. Издержки комбината: зарплаты, электроэнергия и сырье, остались рублевыми, а экспортная выручка стала валютной.
 Наметился рост производства. В отличие от общего спада в экономике, металлургический сектор Тульской области начал восстанавливаться уже к концу 1998 и началу 1999 года.
 К 2000 году объемы выплавки металла в регионе выросли почти вдвое по сравнению с кризисным уровнем (с 5,5 до 9,2 млн тонн стали и чугуна в совокупности по региону). Однако внутри страны были проблемы с неплатежами. Комбинат испытывал серьезные трудности с расчетами. Машиностроительные предприятия, то есть, потребители не имели свободных средств, что приводило к росту дебиторской задолженности и практике бартерных схем.
 Полученная же от экспорта прибыль позволила комбинату поддерживать доменное производство и даже проводить частичную модернизацию, что было даже редкостью для «планово-убыточных» в советское время мощностей Крутояровского металлургического комбината.
 И вот однажды вечером в феврале 2003 года в квартире Сергея, когда он смотрел телевизор, а Нина хлопотала на кухне, неожиданно раздался телефонный звонок и женский приятный голос сообщил ему:
 - С вами желает побеседовать заместитель генерального директора ОАО Крутояровского металлургического комбината Андрей Стефанович Тредьяковский…
 И далее последовало приглашение для беседы с ним на комбинат, в его кабинет, в точно означенное время. И тоже поздно вечером следующего дня.
 Приглашение оказалось, весьма, кстати. Сергею надоело безденежье, хотя работать в тульской правде" не только ему нравилось, но это он считал и своим долгом.
 - Кто звонил так поздно?- спросила обеспокоенно Нина.
 - Приглашают для переговоров на комбинат. Не иначе как приглашение на работу.
 - Было бы неплохо,- с надеждой проговорила Нина,-выбирать не приходится.Ты-то как,согласен.
 - Конечно,- но смотря на каких условиях?
 - На любых,- отрезала Нина,- неужели тебе Биржа труда не надоела? А в твоей "Тульской правде", не зарплата, а слёзы.
 - Успокойся, еще неизвестно для чего меня приглашают. Если предложат работу не откажусь, даже корреспондентом. Выбирать не приходится.
 Сергею это предложение показалось интересным. Как второе его пришествие на комбинат, на который он пришёл работать сразу же после окончания школы, где двенадцать лет отработал токарем, двадцать в газете, пять последних из которых её редактором. Газеты, на его взгляд, на комбинате не существовало и дело уже было теперь не только в зарплате, но и в его амбициях, в престиже.
 И вот он в кабинете заместителя генерального директора. В восемь часов вечера. Эта встреча очень поразила Сергея и запомнилась ему навсегда. Тредьяковский тогда ещё не был генеральным директором, а только готовился стать им.
 Комбинат, несмотря на некоторое улучшение своего положения, по-прежнему находился в глубоком кризисе. Новым инвесторам и хозяевам комбината нужен был искусный антикризисный генеральный директор. Заступивший на место Саврасова генеральный директор Корыгин явно с этой задачей не справлялся.
 Так что Тредьяковский присматривался ко всему на комбинате, потихоньку знакомясь с его работой и персоналом, подбирал кадры, на кого можно ему опереться в работе.
 Сергей этого ничего не знал. Первое, что его поразило и показалось замечательным в этом человеке во время первой же встречи, так это его глубокое уважение к собеседнику и культура общения с посетителем.
 Мягкость в общении и его человечность не могли не импонировать Сергею, не подкупать. Этого он никак не мог не почувствовать и не оценить, что ему помнится до сих пор.
 Сразу же он проникся доверием к этому человеку и уважением к нему. В нём была какая-то совершенно иная  культура общения начальника с подчинённым, с которой ему приходилось сталкиваться до сих пор.
 Чувствовалось, что она является не внешним лишь лоском, налётом культуры или данью вежливости при первой встречи с незнакомым человеком, а его сущностью этого человека. Не результатом образованности и воспитания, а его внутренней сутью, не только показным знанием этикета, а, именно, внутренней его культурой, которая даётся иным людям с рождения, просто генетически. 
 Передо ним был, как он это сразу почувствовал всем своим существом, человек глубоко порядочный, честный, интеллигентный и скромный, совестливый. А это большая редкость в наши дни.
 - Я просмотрел подшивки вашей газеты «Калининец»,– сказал он,– за все последние годы её работы и решил, что вот такая нужна сегодня газета комбинату! Вы были в те годы её редактором?,- Сергей кивнул,- вот потому я и выбрал вас для создания новой, такой же интересной газеты. Предлагаю вам её возглавить. Но только пусть она теперь называется не «Калининец», а как-то по-иному, хорошо? Название придумайте сами, команду себе тоже сами подберите, я выбрал вас, а вы выбирайте сами с кем вам работать.
 Он посмотрел по-доброму на Сергея:
 - Хорошо?
 Сергей согласился. Он даже не спросил об оплате своего труда. В любом случае это было бы лучше, чем он сейчас имел.
  Вот такой примерно и состоялся тогда у них разговор. Сергей почему-то сразу поверил этому человеку. Поверил в то, что возможны на комбинате положительные перемены, поверил в лучшую жизнь.
 На каком-то подсознательном интуитивном уровне поверил, ибо не поверить ему было, лично беседуя с ним, просто невозможно. За всю свою тридцатипятилетнюю работу на комбинате он впервые встретил, такого душевного и простого в общении, руководителя высокого ранга.
 Сергей был им просто очарован. А позже он ещё узнал и понял, что под обаяние этого человека попал не только он один, но и каждый работающий в коллективе комбината. От простого рабочего до руководителя любого ранга.
 Всей своей сутью Андрей Стефанович вселял веру и надежду на лучшее в любом собеседника, заставлял поверить, что и в сегодняшнее страшное и жестокое рыночное время, когда человек человеку волк, а не друг, товарищ и брат, возможны нормальные человеческие отношения в коллективе, возможна дружба, товарищество и взаимопонимание.
 Тредьяковский доказывал всё это своим примером, своим общением с людьми. Он пришёл на комбинат не как варяг в завоёванную страну, а как его спаситель. И этого нельзя было не видеть.
 - Путь к общему спасению комбината,- говорил он,- только лишь один: это мобилизация всех сил коллектива на его успешную работу и чёткое определение перспективы его развития в будущем. 
 И в том, как нужно работать, он всем сам показывал пример: работал с раннего утра до позднего вечера! Двери его кабинета, вначале, как заместителя, а с четырнадцатого марта 2003 года, как генерального директора, были открыты почти в любое время суток. Причём, каждому работнику.
 На территории комбината к нему мог обратиться с вопросом или за помощью любой рабочий, каждому он мог найти время и уделить внимание. Выслушать и помочь, решить какую-то проблему или личную просьбу.
 Генеральный директор был всегда внимателен к людям. Верил им и уважал их. И они отвечали ему тем же. Потому в любом деле подвести его они просто не могли.
 Да и как можно было его, специалиста высшего класса, умного и творчески одарённого человека, с огромным производственным и жизненным опытом, как-то подвести или провести? Он видел все проблемы комбината и каждого цеха, всех людей насквозь.
 И люди поняли его, поддержали, начали потихонечку оттаивать, даже улыбаться, то есть возвращаться к нормальной человеческой жизни.
 В своём первом интервью новой газете комбината, которая, по решению Сергея, получила название «Крутояровец», Андрей Стефанович, уже в качестве генерального директора, чётко поставил перед работниками комбината их главную задачу на сегодняшний день: 
 - Будущее – это уже сегодня!– сказал он.– Чтобы жить лучше, ярче, интереснее, нужно жить в полную силу. Энергично! То есть,более подвижно. Путь к этой жизни лежит через активный труд и активный досуг. он в активной жизненной позиции!
 - Нельзя никак,- сказал он,- опускать руки. Как бы ни было сложно сегодняшнее время.
 И он сумел зажечь людей. Для честных людей Тредьковский стал символом и знаменем, стал своим и очень близким человеком. Можно сказать, земляком крутояровцем.
 Как человек умный, опытный в житейских делах, он с уважением отнёсся к традициям комбината, имеющего более, чем столетнюю историю. К Крутому Яру. Это не могло не расположить к нему людей.
 Родился он на Украине, недалеко от города Кременчуг. После окончания средней школы  закончил Днепропетровский металлургический институт. По распределению приехал работать в город Липецк.
 В первом доменном цехе Новолипецкого металлургического завода, в коем тогда работало пять доменных печей, начался его рабочий путь металлурга. Здесь он прошёл все должности и рабочие места .Работал горновым, газовщиком, машинистом загрузки, мастером печи, мастером на разливке, начальником смены, заместителями начальника доменного цеха, вначале вторым, затем и первым).
 То есть, прошёл все стадии доменного производства, чтобы с полным правом возглавить цех. Так что рабочего человека, все его нужды и запросы, он теперь мог вполне понять.
 Кроме того, Андрей Стефанович постоянно учился. Не только на рабочем месте, а и  постоянно самостоятельно учился. Много читал, познавая всё новое в металлургии, самое передовое.
 И вот в 1986 году его переводят работать в Министерство, тогда ещё в СССР, на должность Главного доменщика технического управления. Практически за то время, что он отработал в Министерстве, Тредьковский побывал на всех металлургических предприятиях страны. В том числе, и в Крутом Яру.
 Когда же Министерства чёрной металлургии СССР не стало, то он стал работать в качестве Главного доменщика в корпорации «Чермет». Но вот его судьба, осенью 2002 года, неожиданно приводит в Крутой Яр.
 Сразу же в посёлок, каким-то образом, стали доходить слухи: «Крутояровцам крупно повезло, у них теперь генеральным директором будет Тредьяковский!..».
И они, вскоре, оправдались. То, что сделал Андрей Стефанович всего лишь за полгода трудно не только переоценить, но даже перечислить.
 Вскоре вошла в строй, в течение нескольких лет до того стоящая в затяжном ремонте, а теперь оснащённая по последнему слову техники, в том числе и компьютерами, почти полностью модернизированная третья доменная печь.
 Железнодорожные пути комбината, в большинстве своём, все были заменены и стали надёжными. Именно, по инициативе генерального директора было начато строительство второго склада холодного чугуна, а также построена установка по фракционированию ферромарганца и многое другое.
 Как специалист высокого класса и металлург по призванию, как великолепный организатор производства и любого дела, просто чуткий человек, Тредяковский, с первых же дней на комбинате, наметил чёткую программу своих действий. И эту программу он выдвинул перед коллективом, как первоочередную задачу:
 - Первое, что необходимо сделать нам, так это полностью привести в должный и полный порядок доменный цех,– указал он,– а это, значит, после скорейшего пуска в эксплуатацию третьей доменной печи, сразу же и без спешки, заблаговременно, нужно начать подготовку к капитальному ремонту первой печи, а затем и второй, качественно отремонтировать все воздухонагреватели.
 - Второе главное направление, продолжил он,– это обязательное и скорейшее развитие всего энергетического комплекса комбината. С тем, чтобы самим производить тепло и электроэнергию. Не только для комбината и посёлка, но и для нужд Тулы. То есть, как продукцию комбината. В результате этого, производство тепла и электроэнергии может стать для комбината вторым дыханием, весомой поддержкой в его экономической жизни.
 - Следующими шагами должны стат два важных момента,- подчеркнул он,- это получение в цехе фитингов, используя технологию их оцинкования, более качественных и привлекательных для потребителя фитингов и второй момент: нужно повышать не только их качество, но и расширять ассортимент. То есть, производить фитинги с резьбой по европейским стандартам. И тогда с ними выходить на экспорт, на мировой рынок.
 - Ещё одно направление деятельности, указал он,- для литейного цеха, где очень хорошие, профессионально подготовленные специалисты. Нужно искать более активных потребителей. И тогда можем вывести цех на очень высокий уровень.
 - Что же касается других производств, то я думаю,– отметил Тредьяковский,– что лет этак через пять или восемь, очень даже остро встанет вопрос о строительстве ещё одного литейного цеха. Сырьём для которого должен стать наш чугун, производимый на доменных печах комбината. Скажем… может, и откроется производство чугунного листа?!..
 Таковы были его планы. И что удивительно! Все они, эти его планы, не были просто плодом его фантазии. Они сразу же начались воплощаться в жизнь.
 Потому комбинат сразу задышал, с его назначением генеральным директором, ожил, люди воспрянули духом, поверили ему и поняли, что жизнь для них уже начала потихоньку меняться в лучшую сторону.
 Как же он смог так сразу оживить людей? В чём же его загадка, в чём феномен Тредьяковского? Сергей решил, что ключ к этой разгадке заключён в его следующих словах:
 - Это не моя прихоть,– чётко и особой силой он подчеркнул это на одном из производственных совещаний,– не только моё одно большое желание, это теперь и наш общий принцип работы, когда мы на первое место ставим в ней ЧЕЛОВЕКА! Потому прошу всех меня понять правильно: всё, что касается создания хороших условий труда и отдыха заводчан, благоустройства, как на комбинате, так и в посёлке, должно стоять у нас на первом месте! А если у кого-то, что-то не получается, то прошу ко мне в кабинет, будем решать! И решать быстро!..
 Однако, в этих словах можно увидеть не только секрет «феномена Тредьяковского» и быстрой мобилизации людей на возрождение комбината, всего коллектива, но и заблуждение его, самого Тредьяковского.
 Это заблуждение кроется в невыполнимости его желания о счастливой жизни и радостного труда в условиях капитализма, даже при дружной, чёткой и налаженной работе, с полной отдачей сил всего трудового коллектива комбината.
 Невозможно даже при высоком производительном и качественном труде работников, при их общем желании хорошо и производительно трудиться. А его благое желание сделать жизнь всех работающих на комбинате безбедной, духовно богатой и яркой, интересной, просто противоречит сегодняшним реалиям экономической жизни страны  её укладу.
 Чуть позже сама жизнь доказала наивность этой попытки и потому самого Тредьяковского на комбинате скоро не станет, ненужным оказался такой генеральный директор главным акционерам, не на благо людей нужно было директору деньги тратить.
 Но тогда, во время своей первой встречи с ним, когда Андрей Стефанович ещё не был генеральным директором, Сергей видел, как он глубоко и искренне верит в свои силы и возможности. Эта вера была сильна в нём и в дальнейшем на всех производственных оперативках и встречах с людьми. Во время интервью Сергею.
 И для этой веры у него были все основания. Так как, к его чести и в заслугу, нужно сказать, что он смог сразу увидеть высокий потенциал круторовских металлургов не только в работе, но и в духовной жизни. Рассмотреть в их запросах высокую планку в интеллектуальном плане.
 Он понял, что с такими людьми, как крутояровские металлурги, можно будет хорошо и надёжно работать. Тредьяковсский увидел не только богатые трудовые традиции и производственные резервы, высокий профессионализм и высокие технические, интеллектуальные знания людей, но и рассмотрел у них богатые культурные традиции.
 Что также является основой и предпосылкой к творческой производственной деятельности, к массовой тяги людей к творчеству, знаниям, технике и к искусству. А без этого жизнь неполноценна.
 Самое удивительное то, как он это смог сразу рассмотреть? Ведь к его приходу на комбинат не только производственная, но вся творческая, культурная жизнь на комбинате и в посёлке почти умерла.
 На духовные запросы людей просто некому было обращать внимания. В Доме культуры по вечерам висел замок и в окнах не горел свет. Был сплошной мрак и тишина. Замерла жизнь и в заводском спорткомплексе.
 Лишь только в заводском музее чуть-чуть теплилась жизнь, где и нашла прибежище, спонтанно созданная энтузиастами, театральная студия «Надежда поколений». Да ещё продолжал объединять любителей словесности литературный клуб «Диалог» в профсоюзной библиотеке комбината.
 Человек интеллигентный, с тонкой духовной организацией и внутренней культурой, очень тактичный в общении, Андрей Стефанович Тредьяковский всегда находил время посетить новый спектакль или концерт в Доме культуры, вернул туда прежнего директора заслуженного работника культуры Валентина Константиновича Делнакова и почти всех прежних руководителей кружков и студий.
 Во Дворце стали проводится выставки самодеятельных художников, ставится спектакли, проводиться смотры цеховой и заводской самодеятельности. Стала выходить заводская многотиражная газета «Крутояровец», несколько оживилась работа краеведческого музея комбината.
 Благодаря поддержке генерального директора вышел в свет сборник стихов местных поэтов, в том числе, и не работающих на комбинате.
 Вот тогда-то, почти, как и в советские времена, народ пошёл не только в Дом культуры, но и в спорткомплекс на возрождённые здесь конкурсы: «А ну-ка,девушка», «А ну-ка, парни!».
 Вот тогда-то вновь оказался забит до отказа зрителями и участниками спортзал спорткомплекса во время различных, и часто проводимых, соревнований. В том числе, и по волейболу, мини-футболу, настольному теннису, баскетболу и так далее.
 И впервые, за много лет перестройки, на прекрасном зелёном футбольном поле спорткомплекса прошли соревнования по футболу между цеховыми командами.
 Не просто прошли, а с большим азартом, Кубок же победителям вручал сам генеральный директор. Он нашёл для этого время!
 Стремительно посёлок при новом генеральном директоре преображался на глазах. Менялась вся жизнь людей. Казалось, что они вздохнули жизнь полной грудью и памятником добрых дел Трельяковского стал в посёлке сквер перед Домом культуры, которому Андрей Стефанович,на взгляд Сергея, дал более точное название: "Бульвар".
 Он же родом с юга и это название ему было более привычное. Именно, это и есть самый настоящий бульвар, пусть не столь длинный, но довольно красивый, с удачно подобранными и посаженными деревьями, благоухающий цветами.
 В литейном цехе, по его указанию, была отлита ажурная изгородь, а также отлиты в том же стиле и лавочки, около которых были установлены красивые ажурные литые урны.
 Не только здесь, но и во всём посёлке стали наводить чистоту. А этот небольшой наш бульвар стал опять любимым местом отдыха жителей, особенно пожилых людей.
 Жаль, конечно, что Андрей Стефанович не успел выполнить ещё одну свою задумку –это  украсить свой бульвар художественно отлитыми в литейном цехе фонарями. Тогда лучшего бы бульвара, наверное, и в Туле не было!
 Кроме того, здесь же, впервые за много лет, в летнюю и очень жаркую погоду празднования Дня металлурга заработал фонтан!
 И как тут не сожалеть об уходе Андрея Стефановича, если в его планах было также значительное преобразование самого парка при Доме культуры, восстановление его аллей, клумб, установка красивых лавочек, аттракционов, оживить фонтан и всё то, что радовало  ранее жителей посёлка.
 К слову сказать, что не только посёлок благоустраивался при Тредьяковском, но и благоустраивалась вся территория комбината, а внутри цехов приводились в порядок душевые и бани, восстановительные центры, бытовки, красные уголки и так далее.
 Строго стали смотреть за чистотой и на рабочих местах. Жизнь заметно сдвинулась с мёртвой точки, нашлись деньги для покупки оборудования и сложной медицинской диагностической техники в терапевтическое отделение Крутояровской больницы, что за речкой. А также приобретение монитора и функциональных кроватей.
 Была создана в этом отделении палата интенсивной терапии. Чего не было раньше. С первых же дней прихода к власти на комбинате генеральный директор восстанавливает бездействующий сельскохозяйственный цех. То есть,заводское подсобное хозяйство.
 Вновь созданный коллектив цеха с энтузиазмом взялся за его восстановление. Появились планы развития цеха, направленные на получение максимальной прибыли, на получение не только мяса и молока, но и сливок. Было взято направление на приобретение оборудования для производства, пастеризацию и пакетированию молока, кефира и даже йогурта.
 Засеивались заводские поля. с них был собран хороший урожай. С каждой из двадцати семи коров было получено до восемнадцати с половиной литров молока(С каждой фуражной коровы!). Это примерно пятьсот двадцать литров в день!Обслуживало хозяйство всего десять человек. Вот это прибыль!
 Тредьяковский, как генеральный директор, много внимания уделял не только росту производительности труда на каждом рабочем месте, но и отдыху работников комбината. Прежде всего, состоянию заводского санатория-профилактория,организации и состоянию качества пищи и обслуживания в цеховых столовых.
 Было особое внимание обращено на функционирование заводской зоны отдыха на Оке,в районе Велегожа. Возможно, пробудь Андрей Стефанович генеральным директором ещё немного, ожил бы и стал доступен для отдыха и заводской детский оздоровительный, ранее пионерский, на реке Воронья.
 А вот неожиданная отставка Тредьковского для работников комбината обернулась поистине повторением гайдаровской шоковой терапии. Она отрезвила крутояровцев, вернула их к действительности, из прекрасного сна к жёсткой реальности сегодняшней жизни.
 Эксперимент Тредьяковского не удался и феномен не получился. Он был прерван на самом взлёте, продлился всего с начала марта по середину августа 2003 года. Его отставка перечеркнула не только все его надежды, но и всего коллектива на лучшую жизнь, веру в лучшие перемены. Прощаясь с руководящем составом на производственной оперативке он сказал о том, что его взгляд не совпал с взглядом основных акционеров и потому он покидает предприятие.
 А разве могло быть иначе? Ведь генеральный директор был лишь номинальным хозяином на комбинате, хозяин тот, кто владеет большим числом акций! Всем известно, что любого капиталиста интересует, прежде всего, личная прибыль!
 Так что союз труда и капитала, вещь весьма проблематичная и как показывает жизнь он не реален.
 А. Бочаров.
2026.