В чужих руках
как пасть венериной мухоловки, оно закрылось в ядовитом укусе непоправимой утрате доверия.
Наверное, так себя чувствовала Горгона.
чем то эти толчки, действия и рвотные рефлексы напоминали строчки де сада, в которых я видел лишь безжалостность к своему "я", телу и безгрешности.
белая невинность окрасилась алыми оттенками смертной гавани, изредка издавая хриплые покалывания иглами в
спину.
Свидетельство о публикации №226041801973