В поисках счастья. Крылик. Глава 4. Поэт

                В Поднебесной. У врат Прави.

- Где может находиться Крылик? – спросил Лун. – Я не заметил, как он улетел.
- Я заметила всплеск Энергии животворящего колодца, что на острове Буяне. Причина может быть только одна, Пресветлый Лун, - отвечала Королева Драконов.
Лун взглянул вопросительно, и блики преломления искр внеземного света заиграли в его серо-синих глазах.
- Энергия Вселенной откликнулась на осколок Скорлупы Золотого яйца, что я давала Крылику. Значит, он на острове Буяне, нам не о чем беспокоиться, Пресветлый.

                Навь. Зал Великого Совета

- Я задам свой вопрос в последний раз, Кудеяр, – из ноздрей Главенствующего Черта потихоньку начинал сочиться дым, - где скрывается Дракон Бездны?
- Откуда мне знать? – спокойно проговорил дух Кудеяра, - я давно уже тебе не служу, не забыл? Твой Зал и ты сам – лишь дурной сон, мой ночной кошмар, нелепое видение.
Глаза Главенствующего черта засияли пылающими углями, а кнут засверкал огнем, но с духом Кудеяра он ничего не мог поделать, тогда как расторгнутый Договор лишил даже Главенствующего черта доступа к постаревшему телу волшебника, пока тот был жив. Действительно, сам Кудеяр преспокойно восседал в своем любимом кресле у камина и сладко дремал.
- Ты понимаешь, чем грозит нам преступление Дракона Бездны?
- Мое какое дело? Я к этому не причастен.
- Да говорю же тебе, - Главенствующий Черт обдал огненным дыханием душу Кудеяра, - это касается всего Триединства.
- Остромир ничего не помнит, - отвечал волшебник.
- Не помнил! – воскликнул Черт. – В тот-то и беда, что он все вспомнил!!
- Как это возможно?
- Как новорожденная Вселенная падает в животворящий колодец – вот как!
Изумленный дух Кудяеяра, проснувшегося от сильного жара у камина, растворился в Нави.

              Явь. Где-то посреди Мирового Океана на острове Буяне.

С другой стороны поляны, в лесу, пахло влагой осени, прелыми листьями, струившимися багряным дождем, а полуобнаженные стволы деревьев застыли в предчувствии невыразимо важных событий. Остромир шел и шел уверенно вперед и бормотал какие-то обрывки полузабытых или только улавливаемых в пространстве строк. Лес сгущался, Остромир все внимательнее смотрел под ноги, а листва на деревьях, становившихся выше и выше, постепенно меняла цвет на оранжевый с проблесками красного, неведомые стволы то ли кленов, то ли платанов становились толще, а тона уже переливались охрой и киноварью.

Избегать попадания в зыбкую топь,
Не ступая на мшистую мягкость,
Не вкушать алой клюквы болотную кровь,
Принимая искус как превратность.

Твердил Остромир, замечая спелые сочные болотные ягоды, мерцавшие среди палой листвы.

- Так не бывает, - прервал его размышления Крылик, - даже я знаю, что клюква растет во мху на кочках, на болоте.
- А если мы и оказались на болоте, Крылик, просто еще на замечаем этого, ведь каждый человек видит лишь часть полотна событий.
- А дракон? – наивно поинтересовался Крылик.
- Другую часть – вздохнул Остромир и снова затянул декламацию.

Избегать попадания в зыбкую топь,
Не ступая на мшистую мягкость,
Не вкушать алой клюквы болотную кровь,
Принимая искус как превратность.

Но однажды остаться в волшебном лесу,
Прорастая одним из деревьев…

С этими словами Остромир внезапно провалился в болото. Крылик стремительно нырнул за ним в топь, но она не пропустила, он остался среди красной листвы, когда Остромир упал куда-то на дно, где мир предстал наоборот, будто герой, попавший в него, оказался не на поверхности шара, а внутри, и теперь деревья отовсюду устремляли к нему бордово-красные кроны, цепляясь корнями за небо. Особенный запах, совсем не болотный чаровал притягательностью, Остромир понял, что сидит на ковре из красных яблок, что изливают сок рубинового цвета, едва их касаешься. Глядя на переливы плоти одного из расколовшихся плодов, Остромир вспомнил об остатках драгоценных камней, и ему нестерпимо захотелось сравнить цвет явленной мякоти с рубинами, подаренными Крыликом. Но оказалось, что вместо мешочка с драгоценностями на груди его извивается черная гадюка. Остромир решительно схватил ее и отшвырнул прочь, она зашипела и скрылась в толще яблочного ковра.
Звонкий смех эхом раздался по сфере, будто многократно отражаясь в ее пространстве. Наверху, среди корней деревьев, витал Дух Несуразности, являющий сам Хаос. 
- Ты называешь себя Поэтом? Думаешь, ты прошел сквозь Смерть? Но разве ты познал сам Хаос, Пророк?
- Я преодолею Тебя.
- Едва ли. Твой Порядок рождается из сути моего Беспорядка. Глупец, ты не понимаешь даже этого.
- Я буду помнить и передам.
- Твоя память – ничто, однажды ты уже позабыл.
- Моя суть в творчестве, в нем мой Порядок.

Избегать попадания в зыбкую топь,
Не ступая на мшистую мягкость,
Не вкушать алой клюквы болотную кровь,
Принимая искус как превратность.

Но однажды остаться в волшебном лесу,
Прорастая одним из деревьев,
Развернув перед солнцем живую листву
И вступая корнями в сплетенья.

Дух Хаоса принял облик прекрасной златокудрой девы. Яблоки стали зеленой травой, на которой лежали рубины. «Это всего лишь игра, - подумал Остромир, - или игра воображения». Когда он собрал драгоценные камни, очутился в привычном мире, где очень взволнованный Дракончик обнял героя белоснежными крыльями:

- Что там произошло?
- Я обрел себя.
- А ключик? Хрустальный ключик?
- Он при мне.