Спасение

Завтрашний день не обещает спасения. Было бы большой ошибкой полагать, что в восемь утра мир обновится или что солнце, взошедшее над горизонтом, осветит более совершенную версию человечества. Скорее всего, оно осветит те же самые заблуждения, только в ином преломлении. Но именно в этом и заключается единственная честная причина не ставить точку сегодня.
Жизнь человека состоит не столько из великих свершений, сколько из череды нелепостей. Мы привыкли называть это опытом, хотя опыт - это лишь инвентаризация допущенных ошибок. Но ошибки имеют свойство эволюционировать. Глупость, совершенная вчера, была тяжеловесной и предсказуемой. Глупость, которая случится завтра, может оказаться изящной, неожиданной или вовсе абсурдной. Наблюдение за этой трансформацией - это и есть подлинная роль свидетеля бытия.
Любопытство - более устойчивое чувство, чем надежда. Надежда часто обманывает, требуя конкретных результатов и улучшений. Она ставит условия: я буду жить, если станет легче. Любопытство же бескорыстно. Оно ничего не требует, оно лишь констатирует. Дожить до завтра стоит хотя бы для того, чтобы увидеть, как именно мир снова промахнется мимо смысла. Как люди снова примут временное за вечное, а случайное - за предначертанное.
В этом нет цинизма, лишь принятие человеческой природы. Глупость - это самое искреннее, что в нас есть. Она лишена расчета, который присущ злобе, и пафоса, который присущ добродетели. Она делает историю живой. Если мы уйдем сейчас, мы лишим себя возможности увидеть финал очередной комедии положений, в которую превращается любой вторник или среда.
Стоит подождать утра. Не ради мудрости, которая редко приходит вовремя, а ради того краткого мига удивления, когда реальность в очередной раз выкинет что-то совершенно нелогичное. Это удивление и есть свидетельство того, что мы все еще здесь. Оставаться зрителем в этом театре стоит до самого конца, потому что репертуар нелепостей неисчерпаем.