Королева Красной реки Мир Драколандии

1

На мышином острове Петр проводил время в компании собутыльников. Старый бар был убог, но дешев и душевен. Краем глаза он заметил, как в бар вбежала девушка. Она явно не подходила этому месту, а это место не подходило ей. Как белоснежный кролик в стае черных волков она приковывала к себе взгляды местных пиратов, воров и алкоголиков.

Наконец, ее мечущиеся в панике глаза сосредоточились на барной стойке. Она подбежала к ней, но замерла в последний момент. Простояв, как цапля, добрые полминуты, она все же уселась за барную стойку. Казалось, она что-то хочет сказать бармену, но каждый раз в последний момент сама себя одергивает. Ее утонченный образ засел в голове Петра. К такому он не привык.

Залпом допив пиво, он направился к барной стойке, где, примостившись рядом с девочкой, заказал ещё. Мельком глянув на девушку, он оценил ее. Она даже не посмотрела в его сторону, посему, получив свое пиво, Петр последний раз окинул взглядом светлые волосы, ниспадающие на светлое платье стройной юной леди, и направился к своим собутыльникам.

Вечер прошел в увлеченном обсуждении рейда на свиной остров. Когда собеседники начали один за другим растворяться в ночи, Петр оглянулся и вздрогнул от неожиданности.

Девочка все так же сидела у бара и в панике метала растерянный взгляд из угла в угол. Распрощавшись с самыми стойкими выпивохами, Петр направился к ней.
Ногти её длинных пальцев ковыряли старую древесину барной стойки.

- Что-то случилось? - спросил Петр. Удивлённые выразительные глаза взметнулись на Петра. Тишина.
- Если некуда идти, у меня тут корабль пришвартован поблизости, - сказал напоследок Петр и направился к выходу. В дверях маленькая ручка одернула его за плечо.
- Кто ты? - осведомилась смазливая гостья, ничего не заказавшая за весь вечер.
- Я Петр - протянул свою обветренную солеными ветрами смазанную свиной рулькой руку завсегдатай бара «Рыба».
- Я просто взгляну издалека на твой корабль.
- Хорошо… но имей в виду, на борт кого попало не пускаю. В том числе незнакомцев.
- Ты сам предложил ночлег!
- Да, но сначала я должен хоть что-то о тебе узнать.
- Сегодня я лишилась всего, что у меня было, но чудом спасла свою жизнь. Теперь я не знаю, что мне делать, – ответила девушка в шоковом состоянии после небольшой паузы. Только сейчас Петр заметил мелкую дрожь.
- И кто это сделал?
- Какие-то Бандиты. Мамы с нами давно нет, а папа в последнее время тяжело болел. Пираты не бывают в нашем поместье – слишком далеко мы от берега. Но в этот раз кто-то все же добрался. Они внезапно появились из ниоткуда. Почти всю прислугу вырезали – мы сражались, но устоять не смогли. Умерли все, кого я знала в своей жизни, – она отвела взгляд, и он камнем замер на луже грязи.
- Да… Конечно, я помогу тебе… по мере сил, конечно. Пошли!

Пару поворотов по узким деревянным улочкам и вот новые товарищи вышли на пирс. Красивые туфельки ступали по старой пропитанной солью древесине. Жёсткие паруса, спущенные колыхались в ночном ветре. «Это племяшка моя» – представил девочку немногочисленной команде маленького судна Пётр. Девушка стояла как вкопанная, взгляд ее сверлил палубу. Петру пришлось приобнять ее за плечо, и проводить в свою каюту. Всё место в узкой деревянной комнатушке пропахнувшей мочой и алкоголем занимали стол с бумагами и две лежанки по разные стороны от него.
Пётр привык иметь дело только со шлюхами, потому не знал, как вести себя с приличной девушкой, которая только что лишилась всего. Она сидела на краю лежанки и пожирала глазами тьму за крохотным окошком.

Пётр рассудил, что сейчас делать ей непристойные предложения будет неуместно. Кок принёс пару несвежих бутербродов и кружку дешевого вина. Девушка удивлённо уставилась на них и умяла за одну минуту.

Проснувшись рано, но не слишком, он обнаружил, что, уснув так же сидя на краю лежанки, девушка спит, уткнувшись лицом в стол. Вздохнув, Пётр заботливо снял с неё туфельки, укрыл покрывалом и уложил её на лежанку, а сам отправился по нужде. Потом он решил умыться. Потом он решил позавтракать. Взяв в кампусе заготовленный коком завтрак, он быстро зашёл в свою каюту и замер. Он и забыл, что у него гостья. Вернулся на кухню. Взял ещё еды. Вернулся в каюту. Откусив ещё теплую сардельку, он запил её пивом. Рейд на свиной остров должен был произойти предстоящей ночью. Нужны деньги, а там их можно достать. В голову пришла мысль, что после этого рейда какой-нибудь моряк так же встретит чью-то осиротевшую дочь... Что поделать, такова жизнь.

Она жила в глубине острова... он понял, что не знает, как её зовут. Он никогда не думал о рейдах вглубь островов. Конечно, он с командой так же грабил поместья, находящиеся поодаль от портовых городков, но, чтобы вот так, как говорит она, в сердце острова, да ещё поубивать всех местных... О таких рейдах Пётр даже не слыхал. Он доедал сардельку глядя на спящую девушку.

Она очнулась ото сна она только к вечеру. И опять наступил вечер вдвоём на корабле "Живучий". Пётр был опять пьян, а девочка опять в оцепенении.

- Я вокруг да около не хожу. Девушка ты красивая, потому предлагаю скрепить наш союз. - Заявил Пётр.
- Ты предлагаешь мне жениться? - удивилась она.
- Ну, зачем сразу жениться, есть много разных способов приятно провести время вместе.
Девочка испугалась, потом рассердилась, а затем сказала, что уходит искать себе новый дом. Пётр остановил её.
- Я просто предложил. На нет и суда нет. Оставайся, кто знает, что с тобой может случиться в порту ночью. Как зовут тебя, девица-красавица?
- Мирель.
Имя было несвойственно для портового городка, как и внешний вид девочки. Это лишний раз подчеркивало, как люди с побережья отличаются от людей из глубины островов.
- Ночью наш корабль нападёт на Свиной остров. Можешь отсидеться тут.
Мирель от удивления перестала жевать.
- Что плохого они вам сделали?
- Да ничего конкретно… мы издавна с ними на ножах… а почему… да вот так вот! И всё тут!
- Ты что, пират!? – испуганно пролепетала девочка.
- Ну, почему сразу пират… просто… когда моей команде что-то нужно она действует в своих интересах… что тебя, вообще, удивляет!?... Ты, вообще, понимаешь, где находишься!?... Ну ты даёшь!
Мирель замолчала и потупила взгляд.
- Папа никогда не позволял мне уходить за пределы наших угодий… - тихо сказала девушка в красивом платье. – Я толком не понимаю, где нахожусь… Ты что, хочешь сказать, что тут много пиратов?
- Деточка! Да вся дельта Красной реки только пиратством и живёт!
За окном темнело, поэтому, закончив обед, Пётр и его команда приступили к приготовлениям. Мирель в страхе забилась с угол каюты. Полночи она в страхе тряслась, пока наконец не уснула. Уже под утро она вздрогнула и подскочила, от шумного вторжения Петра в каюту. Он был пьян и обессилен, а левая рука его вся в крови.

Девочка испуганно смотрела на Петра, пока наконец жалобно не спросила, что случилось.

- Одного нашего положили. Много раненных, но жить будем! Ничего! Мы неплохо поживились! Завтра будем праздновать! Вон… платье тебе новое купим! – Весело проговорил сквозь боль Пётр.
Мирель ещё некоторое время сидела в оцепенении, пока наконец не вымолвила:
- Так нельзя!
Она взяла со стола старую бутылку, откупорила пробку, вдохнула из неё пары спирта, кивнула сама себе, после чего, достав из платья платочек, пропитала его ромом и нагнулась со свечой к руке Петра. Она обтёрла руку, обработала рану.
-Отвернись, пожалуйста! - скомандовала девочка.

Пётр, конечно, отвернулся, но подглядывал как мог. Его косым взглядам смутно открылась прекрасная фигура юной леди. Мирель быстро надела платье.

Отрезав ножом Петра лоскут от своей сорочки, которую она теперь держала в руках, она перевязала рану капитану судна. Посидев так немного, девушка вскоре покинула засыпающего Петра с тем же нехитрым набором инструментов в руках. Она окинула взглядом палубу. Корабль совсем не пострадал, не считая редких пятен крови и ещё большего беспорядка, чем обычно. Спустившись в трюм, она увидела ту же картину, что и в капитанской каюте – пьяные мужики в крови.

Осмотрев каждого, она быстро и без лишних слов перевязала всех, кому это было нужно, а одному даже зашила лоб. Вышла на палубу с пустой бутылкой в руках. Было совсем светло. На кораблях, пришвартованных по соседству – ни души. Попыталась понять, здесь она садилась на корабль или нет. Понять не удалось.

Потянувшись всем своим молодым свежим телом, Мирель не спеша направилась к борту, противоположному пирсу, скинула сеть из веревок за борт, разделась догола. Платье было аккуратно сложено у борта, маленькие туфельки стояли рядом. Обнаженная девушка карабкалась по сетке в воду.

Стройные ножки, а потом и всё тело погрузились в кристальную после ночи воду. От свежести утреннего моря Мирель издала приглушенный стон. Оглянулась. Вокруг всё так же ни души. Погрузившись с головой в море, пестрившее бликами восходящего солнца, Мирель впервые за последние двое суток почувствовала себя хорошо. Соленая прохладная вода смыла все горечи и переживания, показывая девочке мир, который лежит перед ней. Голубое небо, лазурное море и сочно-зелёный берег. Она жива и жизнь продолжается. Это главное. Девушка как будто очнулась от кошмара, который длился уже двое суток и никак не хотел её отпускать. Не спеша поднявшись по сетке, Мирель встала мокрыми ногами на старые, изъеденные солеными ветрами доски палубы.

Перед ней стоял, неизвестно откуда взявшийся, юнга и по совместительству помощник кока корабля. Одной рукой он закрывал глаза, а другой размахивал, утверждая, что он не смотрит. Мирель сначала испугалась и насторожилась, но поняв, что юноша не настроен враждебно, вернулась в прежнее умиротворённое состояние, которое ей подарило утреннее море.

- Ты чего здесь делаешь!? – улыбаясь, спросила юная леди.
Струйка воды с выжимаемых девушкой волос полилась на палубу.
- Я ничего! – юнга на некоторое время замолчал. Затем, словно опомнившись, продолжил – Я ничего не видел! Но когда пошёл за тобой, я понял, что ты купаешься! Я хотел предложить тебе рубашку и штаны. В платье-то на корабле неудобно! – он замялся – но раз ты плавала, я вернулся в трюм и прихватил ещё и расческу с куском мыла… ну и полотенце.

Всё вышеперечисленное кок держал в свободной руке.

- Это всё мне? – спросила обсыхающая обнаженная девушка.
-Да! Ты позаботилась о наших раненных ребятах! Мы благодарны тебе! Поэтому, если хочешь – бери! Нет… если тебе, конечно, привычнее в платье, то…
Юноша закончил на середине фразы и, похоже, не собирался продолжать.
- Я Мирель. А тебя как зовут? – продолжала улыбаться девушка.
- Я Рой! Очень приятно познакомиться! – обрадовался парень.
Девочка с благодарностью приняла предметы первой необходимости, а Рой поспешно удалился.

Мирель сидела на борту и расчесывала волосы. Свободные серого цвета рубаха и штаны позволяли утреннему бризу заползти под них. Мирель наслаждалась чувством свежести и красноватым ярким восходящим солнцем, что обнимало юную леди своими лучами. В голове роились мысли.

На смену панике и оцепенению пришло пробуждение и трезвый расчёт. Мирель хотелось мести. Много хороших людей умерло три дня назад. Людей, которых она знала всю жизнь. Чего она не знала, так это то, кто их убил. Неизвестность пугала и злила. Эта беспомощность ей не нравилась.

Девушка решила, что не остановится, пока не найдет ублюдков, что погубили отца и других близких людей. Конечно, никаких иллюзий о том, что она в одиночку уничтожит банду головорезов не было, но и опускать руки она не собиралась.
На следующий день, капитан купил для девушки сапожки, куртку и кое-что ещё из одежды. От платья она отказалась. Праздновал экипаж (и Мирель даже попробовала вино) в одном из баров одного из портовых городков на одном из островов дельты Красной реки. Сколько таких баров было разбросано на бесчисленном множестве островов, что образовали целую пиратскую империю, неизвестно даже мудрым эльфам, что восседают в своих дворцах на другом конце Фундаментального моря. Низкие грязные острова тут граничили с высокими скалистыми, некоторые уступали размером даже кораблю, в то время как другие было не обойти и за пару дней. Некоторые острова отделяла друг от друга лишь узкая речушка, тогда как в иных местах соседний остров маячил на горизонте. Весь этот архипелаг начинался ещё в низовьях колоссальной Красной реки, ограниченный по бокам далекими её берегами, но, постепенно разрастаясь, острова вмешивались в размеренное течение мутных тропических вод и, разбивая русло на неимоверное количество рукавов, сами становились берегами реки, что уже смешивалась с морскими водами во время приливов, совсем скоро красная глина уступала место лазурной соли – вот уже и берег материка затерялся где-то в дали, а острова и не думают заканчиваться, сменяя один другой в бесконечной веренице водной глади и дремучих джунглей. Но вот, на пути встречаем мы последний остров, увенчанный огромным маяком, выполненным в виде исполинской скульптуры волшебника, сжимающего в руке огненный шар. Местные жители не знают, откуда здесь взялся этот маяк, да и не пользуются им за ненадобностью. Брошенный и забытый всеми древний маяк древней империи Джум стоит, обтачиваемый солеными ветрами и быстрыми водами, обветшалый, местами разрушенный и заросший, но не развалившийся. На север устремлён взор его тёмных выветренных глазниц.

Не заблудиться в этом лабиринте кораблей, баров и публичных домов помогало разве что медленное запутанное течение, которое, во время прилива может и вовсе повернуть в противоположную сторону. Можно ли укрыться на этом огромном разнообразном архипелаге? Конечно, можно. Отступив восемьсот лет назад под давлением дикарей из джунглей, эльфы не брали с собой людей, хотя те и составляли около половины населения Джума. Люди, в общем-то, и сами не сильно стремились бросать всё нажитое и отправляться в тесно набитых судах в открытое море неизвестно куда. Гораздо привлекательнее был промежуточный пункт – там, где заканчивалась река и начиналось море. У дикарей не было флота, а потому архипелаг в дельте Красной реки, плацдарм джумского флота, представлялся неприступной крепостью. И расчёт людей оказался верен. Уже спустя пару десятков лет не дикари стали угрозой для бывших джумцев, а пираты, выходцы из бывших джумцев, активно захватывающие пленных в деревнях на побережье реки, стали угрозой для дикарей. Пленные дикари продавались в рабство по всему побережью Фундаментального моря, где только могли найтись покупатели.

Теперь, когда империи Джум больше не было, люди были сами себе хозяевами и каждый сам решал, как ему жить, и далеко не все стремились войти в подданство того или иного новообразованного королевства, власть которого не распространялась дальше одного – двух островов. Всё большую популярность набирала полная приключений и свободы жизнь пирата.

Не прошло и двух сотен лет, как всё побережье архипелага Свободы оказалось в руках пиратов, а владения тех королей, что каким-то чудом умудрились сохранить власть, ограничивались их плантациями вдали от берега. Как таковой войны с пиратами они не вели, напротив, это был рынок сбыта продуктов, и поставщик рабов. Кроме того, люди могли переходить от пиратской жизни к мирной – и обратно. Но, разумеется, не всегда всё было гладко. На одном из останков островного королевства, а ныне угодьях помещика и выросла Мирель. От других таких же помещиков, разбросанных по самым крупным островам бескрайних просторов архипелага, семью Мирель отличало лишь то, что в их жилах текла толика эльфийской крови – что даже для потомков джумийцев явление невероятно редкое. Дальнее родство с первыми творениями, на первый взгляд, никак не проявлялось, однако в характере и внешности таких людей порой проскакивали чисто эльфийские черты, а продолжительность их жизни была больше большинства людей. Однако теперь и этот осколок несуществующей империи был разрушен…

2

С момента неожиданного появления Мирель на корабле Живучий прошла неделя. За это время команда успела совершить два налёта и принять девушку. Роль врача закрепилась за ней и каждый член команды души в ней не чаял. Эти неотесанные мужики напоминали девочке работников с её плантации, по которым она очень скучала. Мысль о них зрела, пока она наконец не попросила Петра помочь ей – и совершить вылазку в её поместье, чтобы выяснить, что происходит там прямо сейчас, и кто мог это сделать. Пётр сначала воспринял новость без особого энтузиазма, но, посовещавшись с командой, всё-таки решил помочь, ведь Мирель пообещала вознаградить всех членов команды ценностями, если они там, конечно, остались.

Команда высадилась у бара Рыба. Разделившись на 2 группы, товарищи двинулись вглубь острова. Тут и там появлялись плантации и угодья, но их хозяева ничего не знали про Фазенду Мирель. За два дня экипаж обыскал весь остров и когда уже Пётр собирался возвращаться на корабль, Мирель вдруг наткнулась на знакомый участок дороги. Пройдя по нему, они вскоре вышли к плантациям её семьи. Далеко в глубине садов их ожидала опустевшая фазенда.

Мужики не хотели впускать Мирель, но она всё же настояла. Внутри беспорядочно валялись вещи и трупы людей. Запах тухлого мяса заполнил собой всё поместье. Было тяжело смотреть, как грязно затоптаны шикарные ковры, как беспорядочно разбит мрамор, как бесцельно сломано красное дерево, но всё это было ничто, по сравнению с бурыми веснушками крови, что покрыли все поверхности в доме.

Закипела работа. Тела были похоронены, а кровь и смрад отмыты. Жизнь возвращалась в усадьбу! Согласно уговору, все ценные вещи уложили в большом зале и поделили по кучкам. Кучка, предназначавшаяся Мирель, была значительно больше других, о чём она несколько раз сказала ребятам, но они, будто ослепли, и все как один заявляли, что ей, должно быть, просто показалось.

В глаза бросались две вещи. Ценных вещей в доме оказалось больше, чем думали члены команды. Тех, кто сюда приходил они, будто, не интересовали. Даже в кабинете отца Мирель всё было раскурочено, но ничего не вынесено. Нападавшие не только почти ничего не унесли, но так же и ничего не оставили. Только нож, застрявший в ребрах одного мертвеца – ничего больше. Петр решил, что по нему-то они и найдут убийц, а Мирель пока приглядит за фазендой. Рой уговорил Петра оставить его приглядывать за Мирель. Стоило капитану понять, что юная хозяйка поместья не против – он уже не стал возражать.

Мирель была рада помощи своих новых друзей и тому, что Петр оказался честным и порядочным человеком. Ценные вещи, что она раздала, её нисколько не заботили. Даже свою долю она бы раздала без колебаний – волновало её совсем другое. Тот нож, что застрял в ребрах Светония – их дворецкого, теперь был для неё как натянутая нить. Она сгорала от нетерпения и хотела тянуть за эту нить, пока не вытянет, как рыбу из моря, обидчиков отца и убийц всех, кого она только знала в своей жизни.

Они с Роем стояли на границе владений и махали руками вслед Петру и команде. Они должны были вернуться через несколько недель с ответами и людьми для работы на плантациях.

Дни и ночи полетели, как летучие рыбы. С раннего утра до ночи, Мирель и Рой трудились в полях, а ночью разбирались в бумагах из кабинета отца. Почти всё время они валились с ног от усталости и часто засыпали прямо в кабинете отца, среди разложенных документов. То, что раньше выполняла целая толпа взрослых людей, теперь взвалилось на плечи двух подростков. Они посвящали работе почти круглые сутки и всё равно нигде толком не успевали. Мирель была рада, что рядом Рой с его ненавязчивой заботой и смущённым почтением.

Подростки даже сильно удивились, когда, однажды ночью вернувшись с полей в дом, увидели в нём Петра и его команду. Месяц пролетел совершенно незамеченным. Единственная ценная информация, что удалось выяснить Мирель в кабинете отца, это то, что у него был друг-эльф в Алаэстре. Петру удалось узнать гораздо больше. Гораздо-гораздо больше. А именно, то, что заказчик нападения жил в одной из Вилл Свиного острова. Мирель как никогда прониклась неприязнью к Свиному острову, столь плотно засевшей в головах её друзей.

Уже утром на скорую руку был проинструктирован новый дворецкий, в распоряжении которого теперь оказалась команда рабочих и всё поместье, а команда устремилась к Живучему. Корабль, как и всю команду, было не остановить. Весь следующий день друзья провели в поисках злодеев.

Одна за другой сменяли друг друга фазенды, но расспросы и угрозы ничего не давали. Все злодеи были на берегу. Здесь – в глубине острова спокойно жили мирные люди. Не говоря уж о том, что остров был огромных размеров, и населяло его неимоверное количество людей. Убийца отца представлялся Мирель иголкой в огромном стоге сена.

Неделя поисков не принесла ничего, кроме того, что все плантаторы Свиного острова ополчились на команду Петра, которая к тому же устала от поисков и хотела отдыха. Дух борьбы продолжать гореть лишь в глазах Мирель, но эти люди и так очень многое сделали для неё, потому она подчинилась большинству и вскоре ребята вернулись на корабль. Не нашлось на столь обширном острове ни одного идиота, готового признаться толпе вооружённых пиратов, что он именно тот, кого они ищут…

Пара дней отдыха привели всех в обычное для ребят состояние – праздное пьянство и жажду приключений. Тогда Мирель предложила им план, который уже созрел в её голове. Рой поддержал её ещё до того, как она начала рассказывать план, чем позабавил других членов экипажа.

Для плавания в земли Эльфов Живучий вернулся к Крысиному острову – родному острову Мирель и тому самому острову, где стоял такой родной и желанный бар Рыба. Команда пополнила запасы, а Мирель взяла наиболее ценные вещи от того, что еще оставалось в её родной усадьбе – с пустыми руками и ворохом проблем заваливаться на порог папиного приятеля ей не хотелось. Со вторым она поделать ничего не могла, зато исправить первое – без проблем. Черный флаг Живучего сменил гобелен из папиного кабинета, трюмы набили продуктами с плантаций Мирель и ромом из Рыбы.

На рассвете Живучий покидал родную гавань. Скалистые и иловые острова с пышными сочными зелёными шапками джунглей сменяли друг друга. По началу, Мирель жадно следила за ними, но уже через пару часов, когда стало понятно, что закончится этот парад не скоро, окончательно потеряла к ним интерес. Через некоторое время Пётр позвал Мирель на капитанский мостик, чтобы показать ей то, что осталось от древнего маяка, что венчал последний кусочек суши в этой веренице островов. Мирель была впечатлена и смотрела, раскрыв рот. Время, жестокие волны и солёный ветер многие века делали всё, чтобы стереть маяк с лица Драколандии, но вот он. Стоит, гордо подняв голову и протянув руку на север. До сих ясно видны бугры мышц на его теле, где бесформенная мешковатая мантия, будто случайно, сползла, оголив тот ли иной участок тела. Ещё долго этот исполин провожал их взглядом пустых глазниц и как будто махал рукой в след.

- Это ещё при эльфах построили! – объяснил Пётр, - до того, как они уплыли за море!
- Ты бывал там за морем? – спросила девушка капитана.
- В стране Эльфов я не бывал, но обплыл много других городов как на западе, так и на востоке.
- А мы не заблудимся, испугалась юная леди. Пётр в ответ лишь рассмеялся.

Обстановка для Мирель была в новинку – она откровенно нервничала, что за бортом до самого горизонта ни клочка земли, да ещё и на протяжении нескольких дней. Однако других членов экипажа это, кажется, совершенно не беспокоило. Только Рой разделял волнение Мирель – он, как и она впервые выбрался за территорию архипелага. Детство его прошло в неблагоприятной семье в одном из бесчисленных портовых городков, и, как только появилась возможность, он сбежал из дома и уплыл в закат, не оборачиваясь назад. Сменив несколько кораблей, Рой попал к Петру и у него остался насовсем.

Мирель образ жизни пирата пугал, но при этом завораживал и очаровывал. Вот они перед ней – её новая семья. Простые мужики, такие же работали на её плантациях и окружали её с детства. Это не те страшные негодяи, которыми должны быть пираты. Это простые, весёлые и смелые люди, конечно, не лишённые недостатков.

3

Плавание утомило Мирель, она уже мечтала увидеть хоть клочок суши за бортом. Дни смешались в одну кашу. Как же забилось её сердце, когда она услышала крик боцмана! Вот она – земля эльфов… Ноги стали ватными… что она им скажет? Кровь прилила к лицу. Она села и притихла.

Внезапно поддержал её Рой. Он сказал Мирель, что все дары готовы, а он сам, если понадобится, будет говорить с эльфами от имени команды. Мирель надела платье, кольцо и колье, уцелевшее от прошлой жизни. Она расправила плечи и уверенно вышла навстречу патрульному кораблю, что не заставил себя долго ждать. Не растерявшись, она назвала имя приятеля отца и даже показала его письмо, как будто с 50 метров можно было что-то разглядеть. Корабль сопроводил их в карантинную бухту, где после беглого осмотра их с почестями (от чего Петр обомлел) сопроводил к вилле Эрадроса – друга по переписке.

После долгого плавания, пришвартовавшись у каменного причала, они вышли на твердую, устойчивую и благословенную землю эльфов. Всё вокруг было прекрасным и утончённым. Было даже удивительно видеть, что те или иные самые обыденные вещи могут быть столь беспричинно изящны. Сами атмосфера, воздух, свет были здесь не такими, как до;ма. Они манили и очаровывали. Отсюда не хотелось уходить. Их встретил один из работников Эрадроса. Взглянув на письмо Эрадроса, он уверился, что путники люди действительно не посторонние люди, но с прискорбием сообщил, что хозяин сейчас в центральном городском дворце на большом празднике, а позволить им остаться в доме Эрадроса он не может. Таким образом, у Петра и его команды есть два варианта действий, чтобы удостоиться аудиенции достопочтенного Эрадроса. Первый – подождать на корабле в бухте, но Эрадрос наверняка вернётся только завтра и будет не предрасположен к аудиенциям, а потому ждать, возможно, придётся два дня, а припасы на корабле были сугубо ограничены! Второй - плыть к городскому дворцу, благо он недалеко, и там поговорить с Эрадросом, если он будет предрасположен к беседе. Сотрудник сказал, что готов их проводить, потому все единогласно выбрали второй вариант.

Это не совсем то, на что рассчитывала Мирель, но возможность присутствовать на торжественном празднестве эльфов отзывалась в её сердце приятным трепетом. Было решено не брать все заготовленные подарки, но вещи, которыми дорожил отец – тут придутся как раз кстати. Перстень, табакерка и кинжал как будто дожидались своего часа всё это время. Уже через двадцать минут они пришвартовались к причалу дворца. Вилла Эрадроса была невероятным сочетанием изысканного камня и ожившей зелени, но она меркла в сравнении с дворцом местного короля. Изображать деловитость и незаинтересованность уже не представлялось возможным. Весь экипаж Живучего, раскрыв рты, таращил глаза во все стороны, как в тумане бредя за провожатым. Сколько так брели они – не ответит уже никто из членов команды. Они будто попали в другой мир, где даже время ведёт другой ход, а воздух сладкий и густой. Что за прекрасные создания эти эльфы! Простые мужики из захолустья и подумать не могли, что когда-нибудь увидят таких красивых и очаровательных девушек с точеными фигурами, молодых - лицом и мудрых – глубокими, будто светящимися, глазами. Мирель же не могли не привлекать местные, все как один красивые юноши. Под их внешней мягкостью угадывались многовековая твердость, подобно тому, как под их красивыми, из неизвестной ткани, платьями виднелись точеные стройные мышцы.

Если с внешностью эльфов всё более-менее понятно, то их архитектура просто не укладывалась в головах экипажа. Что за материалы и растения их окружали, было совершенно не ясно. Как держались стены дворца, где начинались и где заканчивались, тоже было непонятно, но все эти неясные черты в сумме создавали фантастическую картину, которая влюбляла в себя с первого взгляда.

Когда перед ними возник Эрадрос, вся команда растерялась и потупила взоры. Он стоял перед ними такой же красивый, как все эльфы вокруг – красота их не была кричащей, а была спокойной и сдержанной, подобно тому, как лунный свет отличается от солнечного. Светлые глаза и кожа будто и сами излучали этот лунный свет. При этом он выглядел молодо, хотя, вполне возможно, застал времена, когда эльфы покидали дельту Красной реки.

- Я слушаю вас, друзья эльфов. – Эрадрос с интересом оглядывал гостей, особенно Мирель.
- Приветствую Вас,… - Мирель замялась, потому что не знала титула своего нового знакомого.
- … Владыка Эрадрос! – с энтузиазмом подхватил Рой, сделав лёгкий поклон. Остальные члены команды вторили ему. Рой сразу же отступил, а Мирель продолжила, думая, что с владыкой он как-то перегнул…
- Мы приплыли к Вам из дельты Красной реки, поскольку мне больше не к кому обратиться. В моей семье – семье Вашего приятеля произошла ужасная трагедия, наёмники вторглись в наш дом посреди ночи и перерезали всех его обитателей. Из документов отца я узнала, что вы с ним были знакомы, потому я пришла к Вам за помощью, ведь мне больше не к кому обратиться. Все, кого я знала на протяжении всей жизни, были убиты вместе с отцом, защищая его. Я прошу Вас о любой помощи, которую Вы могли бы предложить, но, конечно, я отнесусь с пониманием, если её не будет. Я привезла Вам вещи, которыми дорожил мой отец, в знак доброй памяти и былой дружбы.

Повисла неловкая пауза, а удивленные глаза Эрадроса медленно опустились с лица Мирель на гостинцы, что держал в руках Рой. И тут выражение лица эльфа кардинально изменилось…

- Этого не может быть! Ты хочешь сказать, что ты… - запнулся Эрадрос. – Как тебя зовут, юное дитя? – в глазах его читался неподдельный ужас.
- Мирель Элоана – ответила ничего не понимающая юная леди.

Вокруг Мирель мгновенно наступила тишина, спустя некоторое время, все, кто стояли вокруг, перевели свои круглые глаза с Мирель в дальний конец зала, где продолжалось веселье. Эрадрос по-отечески приобнял Мирель и осторожно повел её туда.

- В чём тебе нужна помощь, Мирель Элоана? - Доверительно спросил Эрадрос. Команда Живучего и эльфы, что оказались невольными свидетелями неожиданного развития событий, следовали за Мирель и товарищем отца как почетный эскорт. Мирель сбивчиво рассказала эльфу, как за одну ночь лишилась всех, кого знала и любила всю жизнь, как убийцы ничего не украли, и как они искали заказчика резни на Свинном острове («остров Свинирион» – пояснил Пётр).
- О Владыка Алерион, позволь обратиться к тебе – с почтением, но настойчиво и громко проговорил Эрадрос эльфу в самых пышных (и в то же время в простых и со вкусом созданных) одеждах.
- Молви, милый друг Эрадрос, - ответил веселый эльфийский король.
- Владыка Алерион, я в замешательстве, потому вынужден просить твоего совета! Как всем известно, мы собрались здесь, чтобы провозгласить нового наместника Красной реки… Предыдущий наместник умер своей естественной смертью, не оставив наследников, зато его двоюродный племянник вполне мог принять бразды правления, однако его здоровье внезапно подкосилось незадолго до престолонаследия, а в момент, когда уже пора было отправлять к нему гонцов, он и вовсе подвергся зверскому нападению, свежие плоды которого и застали наши гонцы. Череда ужаснейших совпадений! – Эрадрос сделал выжидающую паузу.
- Да, это воистину ужасно – подтвердил Элерион. – Мое сердце тяготит острая боль, от мысли, что эти невинные люди, наши бывшие соотечественники, лишились нашей защиты и поддержки и теперь вынуждены страдать от рук дикарей!
- Я надеюсь, владыка Элерион, что новый наместник с нашей помощью сможет хоть на йоту рассеять этот мрак хаоса! – сказал Эрадрос, переводя взгляд на стоящего рядом с ним эльфа. Мирель присмотрелась. Нет, это не эльф, это человек! Почему же он тут среди эльфов, ведь на эти земли не впускают никого, кроме эльфов и друзей эльфов? Мирель задумалась.
- Да! конечно же… - замялся человек в эльфийских одеждах. Его явно озадачили гости-люди.
- Но в этой истории не всё так однозначно... Как я уже сказал, внезапная болезнь напала на моего подопечного в самый неподходящий момент моего подопечного, но случилось благое чудо! Его дочь выжила, встала на ноги и даже обзавелась собственным кораблем! – Эрадрос покосился на человека в эльфийских одеждах, а тот заметно занервничал.
- Дитя! Приношу свои соболезнования твоей утрате! – Элерион шагнул к Мирель и нежно сжал её хрупкую ручку в своих крупных цепких пальцах, с сочувствием заглянув ей в глаза своим светлым взглядом.
- Благодарю, владыка Элерион – дрогнувшим голосом ответила Мирель. - Сейчас мне уже намного лучше. Теперь у меня новая семья – это моя команда. Они заботятся обо мне так же, как я забочусь о них. Только одна мысль не даёт мне покоя – жажда мести за моего отца, и всех кого я любила в своей жизни и ничего не остановит меня, пока отмщение не будет совершено.

Элерион задумался. Затем посмотрел на человека в эльфийских одеждах, что всё ещё напряжённо молчал.

- Церемония назначения наместника ещё не завершена. – Взял слово Эрадрос – более того, прямо в её процессе мы выяснили, что династия предыдущего наместника не прервалась, как мы полагали до этого момента, а потому в случае, если Мирель Элоана в состоянии исполнять  долг наместника, она должна немедленно принять дела и должность наместника.

Человек в эльфийских одеждах совсем побледнел.

- Это возмутительно! – Крик его стал неожиданностью для всех, даже для него самого, - Я так долго к этому шёл… Я столько всего сделал! На такое пошёл… Вы не можете после всего того, что было, просто выкинуть меня….
- На что ты пошёл, Эдгар? – осведомился Эрадрос.
Человек в эльфийской одежде осёкся. Теперь он снова молчал. Только глядел по сторонам, как загнанный зверь. Затянувшуюся паузу нарушил Элерион.
- Любезный Эрадрос, быть может, род наместника и не прервался, но быть наместником это тяжкая ноша. Справится ли это юное дитя с ней?
- Это «дитя» собрало свою команду и переплыло море, а теперь не остановится, пока не отомстит за членов династии наместника. – Парировал Эрадрос.
- Но что насчёт поставок? – напомнил король.
- Семья Элоана имеет внушительные плантации на острове Кристиан. – Напомнил Эрадрос.
- О каких поставках идёт речь, владыка? – задумалась Мирель.
- У наместника Красной реки есть и другие обязанности, кроме защиты своих земель и подданных. – Включился Эрадрос – а именно, обеспечение безопасности гостей из нашего королевства, организация рейдов в королевство и, наконец, поставки зерна в королевство, поскольку наш полуостров целиком покрыт горами и непригоден для выращивания злаков.
- Я готова. – Просто сказала Мирель.

Несостоявшегося наследника престола, колотило от бешенства, но и сделать он решительно ничего не мог. Было решено (не им самим), что на Красную реку они поплывут вместе. А Мирель была объявлена новым наместником Красной реки.

4

Уплывала домой команда с большим облегчением и воодушевлением. Облегчение – потому что наконец ушли от королевского официоза и можно снова быть самим собой. Воодушевление – потому что одна из них теперь была наместницей Красной реки. Титул был крайне иллюзорным и никакой реальной власти не давал – только головную боль, и всё же мысль, что команда живучего – теперь представитель официальной власти островов грела сердце.

Жаль, что на Крысином острове никто не знал, что Мирель их повелительница, а весь остров принадлежит ей, как и все острова вокруг… Экипаж закупился припасами для корабля в Рыбе и пропил оставшиеся деньги там же. На комнаты денег не хватило, поэтому ночевали на корабле.

Утро было сухим и жарким, а команде предстояло добраться до поместья. Уже там она объявила, что сеять они будут только злаки и первым делом наведаются на плантации помещиков, что теперь номинально подчинялись Мирель. Того помещика, что встретили у эльфов, решили оставить напоследок.

Отдохнув пару дней и отдав все распоряжения в поместье, Мирель с командой двинулись в путь. Доплыв до первого острова, они нашли поместье разрушенным. На втором острове поместье было захвачено пиратами. На третьем острове главенство Мирель отказались признавать. На четвертом острове их ждала заброшенная фазенда.

Мирель всё это очень задевало и расстраивало, но неунывающий Рой неизменно успокаивал её, а у Петра и вовсе кулаки чесались, чтобы взять власть в поместьях силой и только Мирель удерживала команду от кровопролития.

Пятый остров встретил команду маленьким коттеджем с не слишком большими садами. Владелец коттеджа – Элрон был рад гостям, заверил Мирель в своей верности, но предложить ему было решительно нечего. Шестой не слишком отличался от пятого, а на седьмом отказались впускать экипаж на порог. Этот упитанный помещик, видимо, не мог простить юную девушку, что королевой стала она.

Мирель с командой вернулись в порт. На поиски семи островов, разбросанных среди тысяч других, ушло слишком много времени, а чтобы найти на каждом из них виллу, затерявшуюся в глубине острова, среди нескольких таких же, находящихся по соседству ушло и вовсе неприлично много дней, однако результат ошеломляюще разочаровывал.

Команде нужно было срочно пополнять запасы, и везти первый урожай королю Элериону. Уже на подступах к родовому имению Элоана команда заподозрила неладное. Прибыв на место, их глазам открылось печальное ужасающее зрение. Мирель с ужасом вспомнила ту роковую ночь, когда все её близкие люди были убиты.

Всё повторилось вспять. Там и тут валялись обезображенные зловонные трупы ещё недавно таких хороших людей, пришедших на помощь новой наместнице в поисках спокойной честной жизни. Плантации, за которыми никто не ухаживал уже неделю – две начали приходить в упадок.

- Во второй раз они точно не уйдут от нас! – воскликнул Петр.

Сначала хотели, как и в прошлый раз, оставить на хозяйстве Мирель и Роя, пока команда будет заниматься поисками и расспросами, но быстро стало понятно, что Мирель уже не может даже сидеть на месте. Ярость кипела в ней, а руки её тянулись к горлу такого далёкого, но такого ненавистного обидчика. Следы налёта были абсолютно те же, что и в прошлый раз, потому команда перешерстила остров ещё раз, пока другая её часть отправилась по подчинённым владениям, где просила прислать рабочих для плантаций и людей для поисков убийц, пока на плантации остался Рой.

Третий и седьмой острова пока решили оставить в покое, в то время как остальные пять хозяйств начали усиленно восстанавливать и отстраивать. С пиратами на втором острове не пришлось даже воевать. Поняв, что Пётр и его команда настроены серьёзно, они сами примкнули к Мирель без лишних разговоров, а их капитан, Джек, даже сказал, что для него честь пополнить флот наместницы Красной реки.

Расспросы быстро дали плоды, Пётр был, казалось, завсегдатаем всех прибрежных кабаков Крысиного острова. Быстро выяснили, где налётчики причалили к острову, откуда приплыли. Все следы опять вели к свиному острову. В этот раз у Петра была улика посерьёзнее, чем один нож. Кто-то обронил в пылу сражения в доме Мирель целый кошель с монетами!

Мирель провела все эти дни в каком-то кровавом забытье. Даже по ночам она не могла забыться и толком не спала. Она сделала всё что могла, чтобы найти напавших на её дом и наказать их, но не только не смогла их найти, но и допустила повторное нападение! Чужие грязные сапоги опять топтали её шикарные ковры, а чужие клинки опять резали её домочадцев. Люди которые доверились ей, теперь мертвы, она не смогла защитить их. Она в ужасе представляла, что было бы, если бы враги пришли раньше, когда там была вся команда… Она должна положить этому конец! Раз и навсегда остановить их, чтобы исключить саму возможность такой вероломной и беспричинной агрессии.

Вот Мирель со своими людьми уже на Свином острове. Обходя бары и кабаки во всех городках, разбросанных по береговой линии острова, Пётр был будто в своей стихии, пока Мирель в ступоре стояла в сторонке, как в ту ночь, когда они впервые встретились.

Членам команды было больно видеть Мирель в таком состоянии, но они не знали, как её из него вывести, что ещё больше подстегивало их к скорейшей расправе над обидчиком, в надежде, что хоть тогда они опять увидят улыбку на её красивом девичьем лице. День сменял другой незамеченным, и Рой решил, что если он сам не совершит поставку королю эльфов, то вызовет его опалу, потому, собрав то, что удалось спасти, он с командой Джека убыл на полуостров эльфов.

Было приятно отвлечься от ежедневных бесчеловечных поисков и такого же неумолимого труда в полях, когда несмотря на труд почти без отдыха, урожай оставался вовремя не убранным, растения посеянными с опозданием, а поставка королю просрочена вот уже почти на месяц…

Пираты команды Джека дожидались, когда обидчики Мирель будут найдены с таким же нетерпением, как и пираты Петра. Они любили предполагать, в мельчайших деталях, как поступит Пётр с каждым из налётчиков, и как они все вместе разделят их богатства, что именно и кому именно достанется. Эти рассуждения нравились и самому Рою, потому что он готов был на всё что угодно, лишь бы Мирель опять стала улыбчивой девочкой и вышла из того беспощадного транса, в котором находилась сейчас, забыв обо всём на свете. Эти рассуждения еще недавно незнакомых пиратов будто приближали момент, когда Мирель опять начнёт улыбаться.

Встреча оказалась сюрпризом для обитателей Алаэстра. Эрадрос был приятно удивлён и растерян, увидев впервые в жизни надевшего для такого случая (за десять минут до самого случая) новые рубашку, брюки и пиджак Роя.

Эрадрос поведал, что пару недель назад прибывал корабль от Людвига, так звали того неудавшегося наместника с седьмого острова. Его команда говорила поистине пророческие слова о том, что недозрелая девчонка не в состоянии справится с возложенными на неё обязанностями, а он, Людвиг, сразу предупреждал об этом короля Элериона. К счастью, Людвиг предвидел это и мудростью своей спас от голода эльфов, прислав полные трюмы зерна. Эльфы настороженно восприняли это известие, однако тот факт, что корабль от Мирель так и не объявился, лишь подтверждал утверждение Людвига.

Эрадрос был рад видеть Роя и с благодарностью принял дары, предложив команде переночевать в своём дворце и отдохнуть с дороги, однако Рой отказался, теперь он спешил во что бы то ни стало доложить о происшествии Мирель и Петру.

Прибыл он как раз вовремя. Команда живучего планировала ночной штурм одного пиратского корабля, на котором и жили головорезы. Мирель жаждала крови, но Пётр, внимательно выслушав Роя, пришёл к выводу, что пираты – лишь исполнители, которых, вероятно, нанял Людвиг.

Петр и Мирель долго спорили, он убеждал её, что эти пираты, даже если и убили всех кого она когда-то любила, виноваты в этом не больше, а скорее даже меньше, чем рука того, кто их направил на это злодеяние. Он вызвался сам поговорить с их капитаном и, вооружившись бочонком рома с фруктами из ближайших джунглей на закуску, средь бела дня побрел к капитану большого черного корабля.

Живучий и корабль Джека были пришвартованы в зоне видимости от черного корабля, потому обе команды с напряжением следили за тем, как на черный корабль поднимался Петр. Наступили часы ожидания, сменившиеся днями. Все это время с борта никто не сходил, лишь иногда приходили грузчики с различными едой и напитками и шлюхи.

Команда стала переживать за своего капитана, и вот, когда Мирель уже хотела устроить вылазку, чтобы спасти Петра, он объявился сам. Он был вусмерть пьян, но доволен. Лыко он почти не вязал, потому Мирель позволила ему немного отоспаться.

Когда Петр проснулся, он в очередной раз продемонстрировал свой безупречный дар переговорщика. Команда черного корабля находится на постоянном подряде у Людвига и именно он отправлял их на Крысиный остров, чтобы расправится с семьей Алоана. Дважды они были там и, несмотря на то, что они убили всех, кого только могли, Людвиг остался ими недоволен, твердя, что главарь вражеской банды – демон в обличье молодой девки. В своем стремлении демонизировать противника он, однако добился противоположного желаемому эффекта. Команда черного корабля не загорелась ненавистью к Мирель, а скорее испытывала к ней трепет и опасение. Пираты – люди суеверные. Будь то демон, дух, эльф, да и любое другое магическое существо – пираты неизменно проникнуться к нему уважением пропорциональным его могуществу.

Нынешняя Мирель и правда напоминала демона в человеческом обличии. Услышав отчет Петра, она схватилась за саблю и готова была вплавь добираться до черного корабля, чтобы в одиночку покрошить обидчиков в капусту.

Петр и Рой всеми силами держали её, уговаривали остепениться и успокоиться.

- У них большой и крепкий корабль и не менее большая и крепкая команда. Живучий им не соперник. Даже с помощью Джека очень многие наши умрут, если мы вообще, сможем добиться победы. Подумай, так ли сильно тебе нужна эта взаимная резня и массовые убийства с обеих сторон. Эти люди – не враги тебе, сами по себе они бы ни за что не побрели вглубь острова, чтобы убивать женщин, детей и стариков. Они привыкли только убивать таких же пиратов, как они сами и грабить купцов… или тех же пиратов. Людвиг им хорошо платит – вот они и делают то, что он скажет. Если ты думаешь, что они в восторге от этого – ты заблуждаешься. Тем не менее, в их глазах они никакие не злодеи. Ты удивишься, но они считают его наместником Красной реки, или без пяти минут наместником (они сами уже запутались в его словах). Мирель, они такие же простые мужики, как и мы. Убьёшь их – Людвиг найдет новых, зато те из нас, что погибнут - уже точно не вернутся. Готова ли ты потерять свою новую семью!? Мстить нужно не оружию, а руке, которая это оружие держит!
Ничего не ответила Мирель. Лишь горько заплакала и легла на палубе. Петр и Рой как могли её успокаивали, но толку не было. Всю ночь она рыдала и лишь под утро в капитанской каюте забылась как никогда крепким сном.

5

Спала Мирель долго, а когда проснулась, загорелась твердым решением идти на владения Людвига войной. Петр был очень рад этому решению и озаботился опоением команды черного корабля, чтобы в назначенную ночь они не смогли выдвинуться на помощь своему нанимателю.

В предстоящей схватке его заменил старпом. В назначенную ночь Петр ушел на черный корабль с целой телегой элитного пойла, а Мирель с двумя экипажами под покровом ночи побрела к дворцу Людвига. За предыдущие дни его плантации были изучены вдоль и поперек, однако в внутрь дворца проникнуть так и не удалось.

На востоке небо светлело, когда люди Мирель окружили дворец. Наместница окинула дворец взглядом, заглянула в его окна. Она представила, для скольких людей этот дворец служит домом и центром всей жизни. Она вспомнила своё детство, которое уже казалось настолько далёким, как будто всё это было не с ней. Ей стало невероятно жаль всех служанок и лакеев, кухарок и старого дворецкого, которые отдали всю свою простую жизнь, чтобы это место могло функционировать. Своим ежедневным честным трудом они создали дворец, который выглядел гораздо краше, чем фазенда Мирель. Этой ночью вся эта красота должна прекратить своё существование. Сердце сжалось. Она подозвала старпома. Её речь удивила его.

Было решено, что они должны, во что бы то ни стало, отыскать самого Людвига и Мирель поговорит с ним лично.

Когда солнце висело уже над горизонтом, пираты прятались в зарослях, а обитатели дворца очнулись ото сна, и жизнь во дворце пошла своим чередом, команда Джека напала на дворец с фронта. Многочисленная вооруженная охрана среагировала мгновенно. Джек со своими людьми были вынуждены спешно отступать, пока их всех не перебили. Предпринимались попытки контратаковать охрану стрелковым оружием, однако та слишком быстро настигала пиратов, поэтому нападавшие спешно сбежали. Пока охрана настигала пиратов, а Людвиг с балкона взирал на такое вопиющее вероломство и вслух ругал команду черного корабля, которой он непонятно за что платит, Мирель со своей командой с фронта вдоль стен и изгородей прокралась к балкону снизу и достаточно быстро вскарабкалась на него по веревкам, принесенным с собой.

Людвиг не успел даже позвать на помощь остатки охраны, что остались во дворце.

Колени в дорогих шелковых штанах коснулись ещё более дорогого ковра. Людвиг в ужасе смотрел на Мирель. Мирель спросила, узнаёт ли он её. Он кивнул. Мирель спросила, он ли организовал нападения на её имение дважды. Он кивнул. Мирель спросила из-за желания ли это стать наместником Красной реки, а не служить ей. Он покраснел от злости и перешёл на крик.

- Да как ты смеешь?! Да ты знаешь, кто я!? Да ты знаешь, сколько я сделал для эльфов!? Я всегда добиваюсь поставленных целей – такой уж я человек! Я начинал простым посудомойщиком в одном из баров в порту и посмотри на меня теперь! Я построил целую империю. А то ли ещё будет! Эльфы на моей стороне, ты им даром не сдалась! Неужели ты думаешь, что эта выходка сойдёт тебе с рук, коза драная!? Моли о пощаде, пока не поздно и я, возможно, сжалюсь над тобой – будешь моей невольницей и наложницей. Хоть для чего-то ты сгодишься. Хватит играть в войнушку! Лучше открой свой соблазнительный ротик и приступай к тому, для чего ты была создана прямо сейчас. Мои воины уже на подходе. Вы окружены. КХХХХХХХЕЕЕЕ…

Все присутствующие были ошеломлены полётом отрубленной хрипящей головой Людвига. Брызги крови запятнали дорогой ковер, мраморный пол, белые вазы и листья там и тут свисавших растений. Казалось, что на этом балконе еще никогда не происходило ничего настолько жестокого, однако логика подсказывала, что это всё же не так. Мирель, убирая саблю в ножны, скомандовала выставить его голову и тело перед дворцом на всеобщее обозрение, а так же довести до всех, что будет ждать всех местных в тронном зале, где они смогут ей присягнуть.

Старая повариха вошла в зал. Она сразу поняла, что окружена вооруженными пиратами. Перед ней на троне сидела прекрасная юная леди. Её длинные светлые волосы подходили к её светлому платью. Если до этого и была мысль возмутиться, то теперь она куда-то улетучилась. Волнуясь, она низко поклонилась и произнесла слова верности новой наместнице. «А она не так уж и плоха» – подумала кухарка. Сразу после присяги рыжий худой молодой человек вывел её из зала и велел возвращаться к привычной спокойной жизни и своим обязанностям. Кухарка осталась довольна и решила, что нужно непременно приготовить пир. Хоть команды пока и не поступало, но опыт и интуиция подсказывали ей, что сегодня ночью непременно будет гуляние.

6

Не прошло и двух недель после подчинения седьмого острова, как третий остров сам изъявил желание присоединиться к Мирель. Мирель собрала с каждого своего острова по лидеру с небольшой свитой и отправилась на Живучем на полуостров эльфов, чтобы окончательно развеять грязные сплетни Людвига и заверить короля в своей преданности и в том, что их дело живёт и крепнет.

В великолепном дворце короля Мирель ела удивительно вкусную еду, пила не менее удивительно вкусные напитки. Она веселилась бок о бок с Роем, который стал ей за эти полгода родным человеком. На приёме Рой постоянно краснел, отчего веснушки на его щеках становились менее заметными. Он нервничал и чувствовал себя неуверенно, но был искренне счастлив от того, что всё хорошо закончилось и что он рядом с Мирель.

«Нет, ничего не закончилось. Всё только начинается» - мысленно поправил себя Рой и, зажмурившись, поцеловал Мирель в щёку. Окружающие ахнули от восторга, Мирель замерла и закрыла глаза с лёгкой улыбкой, а Рой вдохнул невероятно приятный запах её белоснежной кожи, ощутил её тепло.



Широбоков. 19.04.2026.