Шейх Мухола и Дуглас Фрешфильд

«Мухол был единственным местом на Кавказе, где призыв к молитве разносился по деревне ночью и утром».

Балкария – широко известная миру с начала XIX  века,  благодаря исследователям не только из Российской империи, но из многих зарубежных стран в том числе и с Англии, откуда был родом известный альпинист Дуглас Фрешфильд, первовосходитель на вершину Минги тау – Эльбруса 1868 году, благодаря балкарским проводникам из Урусбия – Ахие Соттаеву и Джачи Джаппуеву, взошедшими впервые на самую высокую вершину Европы – Минги тау высотой 18644 английских футов.

СПРАВКА

«Корреспонденция «Кавказа»
Господин редакторъ! Те, которые прочитали въ 76 №вашей газеты известiе о возшествiи нашем на Казбекъ, поинтересуется, быть можетъ, узнать, что мы счастливо достигли 19 (31) iюля вершины Эльбруса. Оставивъ 22 iюня  (3 iюля) казбекскую станцiю и пройдя пешкомъ возвышенныя части долины Терека, Двалита, Рiона, Цхенис-цкали и Ингура, мы достигли 15 (27) iюля дер. Уруспи, въ долине Баксана.
Въ сопровожденiи проводниковъ изъ Уруспи, мы провели ночь на 18 (30) iюля в палатке разбитой на высоте 12,000 футовъ, на утесе, у обширной снежной равнины на юго-востоке отъ последнаго эльбрусскаго пика. Оправившись далее в въ 2 часа следуещаго утра мы достигли высшей точки въ 10 часовъ 40 минутъ, не встретивъ особенныъ трудностей; одинъ только необыкновенный холодъ  обусловливалъ чрезвычайную утомительность восхожденiя. Два охотника из Уруспи: Джапоевъ Джатчи и Сотаевъ Ахiя сопровождали нас до вершины, имеющей  форму настоящаго кратера, откуда видъ очарователенъ. Спустишисъ тою же дорогою, мы достигли въ 5 часовъ пополудни шалашей пастуховъ при подошве ледника и на другой день дер. Уруспи, откуда оправились в Пятигорскъ.
  Позвольте намъ, м.г., посоветоватъ темъ, которые пожелаютъ последоватъ намъ въ этомъ интересномъ и малозатруднительномъ восхожденiи, избрать, подобно намъ, Уруспи исходною точкою; провести первую ночь у пастуховъ, а вторую на упомянутомъ утесе, представляющемъ порядочное убежище и которого безъ особаго утомленiя на 3-й день можно достигнуть вершины.»
Д. Фрешфильд.
«Кавказъ» газета политическая и литературная, Тифлисъ, Воскресенье, 18 (30) августа 1868, №96.

Как известно экспедиция Эммануэля 1829 года, всего лишь дошла до высоты 15460 футов или 4712 м., что не являлось самой вершиной Минги тау.

СПРАВКА

.FAIT  L'ACAD; MIE DES SCIENCES SUR UN  VOYAGE DANS LES ENVIRONS DU MONT ELBROUZ, DANS LE CAUCASE, ENTREPRIS PAR ORDRE DE SA MAJEST; L'EMPEREUR; PAR M. KUPFFER.
RAPPORT SUR UN VOYAGE DANS LES ENVIRONS DU MONT ELBROUZ.
ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ АКАДЕМИЧЕСКИЙ; НАУКА О ПУТЕШЕСТВИЯХ ПО ОКРЕСТНОСТЯМ МОН-ЭЛЬБРУСА, КАВКАЗ, ПЕРВОЕ МЕСТО ПО ОРДЕНУ СЛАВЫ; ИМПЕРАТОР; ПАРАМ М. КУПФЕР.
ЗНАКОМСТВО ВО ВРЕМЯ ПУТЕШЕСТВИЯ ПО ОКРЕСТНОСТЯМ МОН-ЭЛЬБРУЗ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 1830. Из типографии Императорской Академии наук.
Адольф Купфер: «Килар поднялся  на высоту – 15460 футов».
Эта высота 15460 ф. (4712 м.), одна из предвершинных гор Эльбруса ошибочно определена, как вершина самого  Минги тау  в 1829 году.

Балкарию вj времена в XVI – XIX века называли: Басианом, ПятиГорскими (Беш тау) черкесами, «ногайцами», горскими татарами, «осетинами» от «ас», горными кабардинцами от географического наименования северного склона центрального Кавказа – Къаб Арты (Къабарты) в значение эта сторона напротив Грузии.
Прекрасные исследования таких людей, как   Ж.-Ш. де Бессе, Дугласа Фрешфильда, Грове, Деши и многих других исследователей из России и Европы, из Англии это огромное богатство, которое составит многотомные издания о Балкарии и Карачае, коренных жителях Кавказа, народа в древности владевший центральным Кавказом.

Сегодня одна страничка из богатой истории исследования Дугласа Фрешфильда: «Мухол был единственным местом на Кавказе, где призыв к молитве разносился по деревне ночью и утром».

«Шейх Мухола

Они (балкарцы -Х.Т.) упорно придерживаются своей старой веры, внедряют ее предписания в повседневную жизнь и соблюдают обряды.

Мухол был единственным местом на Кавказе, где призыв к молитве разносился по деревне ночью и утром.

15 августа (1868). Погода снова была пасмурной, и солнце не показывалось весь день. Поскольку вершины гор были скрыты за горизонтом, предпринимать длительную экспедицию было бесполезно, и мы ограничились короткой прогулкой вверх по склону. Мухоль, если смотреть на него сверху, имеет весьма любопытный вид; плоские, поросшие травой крыши домов и грубые каменные стены   жилищ трудолюбивого населения.

 Если дом, в котором поселили наших людей, был прекрасным образцом, то внутри было довольно уютно.

Пройдя через внутренний двор, мы вошли в большую комнату, стены которой были увешаны полками, на которых были расставлены ярко раскрашенные подносы, которыми восхищаются жители Востока, и колышками, на которых висели овчины, мечи и ружья, а также другое необходимое снаряжение кавказца, когда он находится вдали от дома.

Весь день шейх осыпал нас любезностями в весьма ощутимой форме - угощал чайными пирожными и каким-то видом пива, характерным, по-видимому, для этих мусульманских долин. Закончив приготовления к многодневному пребыванию в горах, мы решили, если погода будет благоприятной, отправиться в путь рано утром следующего дня.

16 августа.
Облака рассеялись, и впервые за много дней сквозь них просвечивали клочки голубого неба. С рассветом появился шейх., он принес с собой большой запас мясных "котлет", смазанных медом, - завершающий штрих, без которого мы охотно обошлись бы.

В то время мы не только хорошо пировали, но и, по приказу шейха, положили несколько этих лакомств в нашу сумку с провизией. При выезде, когда мы все сели в седла, каждому из нас принесли кувшин с пивом и поднесли по чашке для стремени, после чего шейх торжественно воззвал "Аллах!", чтобы наше путешествие увенчалось успехом.

Отплатив, насколько это было возможно, за оказанное нам гостеприимство, мы покинули Мухол, унося с собой более приятные воспоминания о его жителях, чем о жителях любой другой деревни, в которой мы останавливались.

Мы покинули деревню по той же дороге, по которой въехали в нее, и снова перешли реку на ее правый берег. Мы были в нескольких сотнях ярдов от моста, когда увидели всадника, который, судя по зеленому тюрбану и развевающемуся пурпурному одеянию, скакал за нами.

Это был мулла, который, не ожидая нашего раннего старта, не пришел попрощаться с нами и теперь, одетый во все свое лучшее, пришел исправить упущение.

После обмена восточными приветствиями и прощаниями, включая сердечное пожатие рук, обычное как для татар, так и для англичан, наш преподобный друг развернул своего коня и в сопровождении своего слуги, которого мы осчастливили небольшим подарком, вернулся домой, а мы продолжили наше путешествие…»
ГЛАВА XII. ПЯТИГОРСК И ЧЕРЕКСКАЯ ДОЛИНА.
TRAVELS  IN THE CENTRAL CAUCASUS AND BASHAN
INCLUDING
VISITS TO ARARAT AND TABREEZ
AND ASCENTS OF KAZBEK AND ELBRUZ.
BY DOUGLAS W. FRESHFIELD.
'Per Alpium juga Inhospitalem et Caucasum.'
HOR. Epod. I. 12.
LONDON: LONGMANS, GREEN, AND CO. 1869.


Хадис Тетуев, историк, 19.04.2026 г.