Каркуся

Каркуся появился на свет китайской хохлатой собакой, но ничего об этом не знал, не знали об этом и окружающие его люди, кроме аферистов-заводчиков и семьи, в которую он был определён. Заводчики обманом подсунули щенка, сказав, что ему три полновесных месяца, но месяц был всего один. Другим способом нельзя было скрыть, что щенок - бракованный переросток. Кроме роста, выделяющего его на фоне маленьких дрожащих собачек, Каркуся с детства обладал зловредным характером, пушистой белой шёрсткой, приятными запахом и другим именем - Ники. Притворяясь милой овечкой, за свою долгую жизнь он покусал сотни живых существ, но не для того, чтобы нанести им вред, он хотел только одного - напугать, и напугать внезапно. Если интерес по отношению к человеку, собаке, машине, велосипеду, голубю или кошке внезапно вспыхивал в нём, то вместо того, чтобы броситься прямиком к цели, он совершал стремительное троекратное кручение на месте и только потом, когда все приходили в ужас, а машина уезжала, бросался вперёд, в девяносто девяти процентах из ста жёстко повисая на поводке. Все существа и механизмы думали, что Каркуся злой и агрессивный, но однажды суть его характера открылась людям в том самом недостающем проценте.

Обыкновенно, когда Каркуся выходил на прогулку в хорошем настроении, он делал вид, что ничто его не заботит, кроме собственных мыслей и запахов, и мыслей о запахах, когда же все становились безмятежны, внезапно нападал. Так однажды, проходя мимо Курского вокзала и флегматичного голубя, ни на что не рассчитывая и не ожидая от жизни светлых полос, Каркуся повернул голову и буднично схватил голубя в пасть, от неожиданности, что такое впервые получилось провернуть, он сразу же разжал челюсти, не зная, что полагается делать в таких случаях, обиженный голубь улетел, а Каркуся весь день пребывал в недоумении и раздумьях. Метод работал, но удовольствия не было, оставалось какое-то послевкусие.

Каркуся долго нёс людям суету и радость, пока не настал пятнадцатый год со дня его рождения, тогда он начал умирать. Последние пять лет жизни непутёвой собаки Каркуся был перепоручен Гурову, и тот гулял с ним два раза в день, в этих прогулках они сблизились, и между ними установилось что-то вроде хрупкой дружбы.

Начав умирать Каркуся бился в жестоких судорогах в маленьком каркасном домике, стоящем над рекой на тонких стальных ножках, и это биение сотрясало лёгкую конструкцию всю без остатка. Когда начинался новый приступ, который теперь следовал один за другим, Гуров ложился на пол рядом с Каркусей, обнимал его и удерживал, чтобы тот не разбил себе голову и не напугал счастливую маленькую дочь.

Добрались до ветеринара. В кабинете врача с Каркусей случился ещё один приступ, врач сделал укол, и деревенеющее тело расслабилось, он осмотрел собаку, выслушал Гурова, прописал уколы и сказал, что будет только хуже. Всё это время Каркуся лежал на кафельном полу, распластав уже не слушающиеся его лапы в распятье. Прошли ещё две летних недели, собаку лечили и не вылечили.

Начался сентябрь, наступило переменчивое утро с дождём и солнцем. Трёхлетняя дочь Варька Гурова ещё спала, а судьба Каркуси уже была решена. Сегодня в десять утра в ветеринарной клинике его ждал врач, его ждал шприц и единственная, неповторимая смерть, от этого знания, растворённого в утреннем быту, сердце Гурова сковывал холод. Гуров взял собаку на руки и вышел за дверь, на пороге прощаясь застыла бледная Дарья. Каркуся был её собакой, это именно она купила его когда-то, это к ней в рукав куртки он забрался в первую свою дорогу домой, Гуров сел в машину и повёз Каркусю в отведённые для него на свете полчаса, измученный пёс без сил лежал на заднем сиденье. В дороге позвонила Дарья, она хотела вернуть собаку назад, пусть лучше всё случится в другой день, но другого дня не было, Каркуся больше не выдерживал напряжение жизни, не радовался, не зловредничал.

Без четверти десять Гуров сидел в коридоре серого здания ветеринарной клиники, из входной двери тянуло утренним холодом, леденя больничный кафель, от которого никуда нельзя убежать. Время выключилось, чтобы через бесконечное количество дней прийти к десяти часам утра. Гуров внёс Каркусю в кабинет и положил на стол. Врач сделал первый укол, собаку отпустила боль, Гуров снял с него ошейник с жестяной косточкой и номером телефона, за окном солнце подхватило дождь и ударило им в стекло. Врач сделал второй укол, и Гуров остался один.

2025г.