Странная ку-ка-ре-альность

1.

Чего только не найдёшь на нашей колыбели — планете Земля... Можно целыми сутками описывать природу, бесконечную красоту любимых людей... Но не это у меня на повестке дня. В моих планах поведать историю, а не объяснить, почему мак красивее розы! Всё-таки история довольно забавная; её обязательно нужно знать каждому.
Речь пойдёт про одну деревушку.
Это Свиньево.
Расположилась деревня возле реки Тягун, за которой видна невысокая, но широкая и величественная гора. Неважно, что, опираясь на высоту, любой географ назовёт эту гору холмом. Все называют этот холм горой.
Вдоль Тягуна можно заметить громадные деревья. Достаточно взгляда на дерево, чтобы подумать, что вы лишь крупинка в этом мире.
В противоположном от реки направлении можно заметить чудесный луг. В нём довольно легко потеряться... Ах, вот бы мне попасть в это прекрасное место! Вам ли не всё равно на мои забавы? В замечательном и удачном месте расположилась эта деревня!
Само поселение было довольно небольшим. Жило там всего лишь две дюжины свиней. Все домишки были из дерева, а огородики только недавно вспахали в первый раз.
Два месяца после первой вспашки простояла спокойно деревня... Но тут один свин по имени Димка созвал всех к берегу реки. Тут спокойствие и закончилось...
Все со страхом и интересом обсуждали, что же он такое решил объявить. Но всё же решились прийти. Всё-таки Димку все знали и уважали. И пришли.
— Друзья мои, — начал Димка, — нам надо что-то делать. Так продолжаться больше не может!
— А что случилось, а? — спросил его народ.
— Я всё размышлял над нашей деревней. Мы здесь только рыбачим да сельским хозяйством занимаемся. Никакого развития! А развивать деревню нашу надо!
— И что ты предлагаешь? — поинтересовался поросёнок Хрюшка.
Все свиньи одобрительно захрюкали и требовали ответа на этот вопрос.
— Я думаю, нам нужен правитель!
— Сами не выживем, по-твоему? — сказал за всех мудрый Боров.
— Вы меня не так поняли, Боров Себастьянович. Я говорю, — обращается ко всем Димка, — нам нужен кто-то, кто будет направлять нас в правильную сторону развития!
Все слушатели хором спросили:
— Чего?
— Нам нужен управляющий! Он будет разрешать наши проблемы и указывать, в каком направлении нужно идти трудиться!
Толпа подняла шум. Все стали обсуждать, во что это всё может превратиться. Для них это было абсолютно новым. «Как это? Нами будут править?», «Будет ли это лучше простой жизни без изменений?», «Зачем нам это?» — на эти вопросы пыталась ответить толпа. Все то спокойно рассуждали, то невыносимо кричали, то чуть ли драку не затеяли... Но драку прервали до её начала:
— Тихо! — вскрикнул Димка. Все прекратили обсуждения. — Завтра, в полдень, все, кто хочет стать нашим правителем, приходят на это место и доказывают, что он идеален для этой должности. Остальные тоже приходите.
— А дальше что? — народ всё ещё в замешательстве.
— А дальше видно будет. Ну, друзья мои, на сегодня всё. Всем удачи!
И моментально сборище свиней растворилось на месте у реки. Никого здесь больше нет.


2.

Уже наступил вечер, но почти никто до конца не желает принять, что завтра жизнь деревни кардинально изменится.
Ни в одном доме не горит даже одна свеча. Солнце лениво развалилось близ горизонта. И если смотреть на молодые тропинки деревни, то почти на каждой можно заметить очень длинные тени. Такие же длинные, как высота деревьев у реки. Тени также видны и у самой реки, и возле края Свиньево, на лугу.
Чем же владельцы теней заняты в такой поздний час?
На лугу болтала пара:
— Знаешь, — говорит Натали своему приятелю Невалю, — я не думаю, что это хорошая идея. Чем Димке не устраивает наша обычная жизнь?
— Мы деревню эту основали только этой весной! Рано нам думать о каких-то изменениях, — замечает Неваль. — Нам хотя бы понять, что мы тут выживем, надо. А Димка уже королевство хочет построить.
— Согласна с тобой. Зачем так моментально что-то менять?
Возле домов ходили мыслящие свиньи:
— Странную затею предложил Димка. Вы так же думаете? — спросил Свинтус у Морковки Геннадиевны.
— Идея дельная. Но нынче такое предложение не сильно востребовано. Я бы подождала до осени. А ещё лучше — до конца осени или начала зимы. Вот тогда точно нужна будет некоторая регулировка нами.
— Ну... вы правы, соглашусь. А как вы считаете, Морковка Геннадиевна, я мог бы стать нашим правителем?
— Ты, Свинтус? Не будешь ли ты при такой должности смотреть на всех свысока?
— Ну что вы... Нет, конечно! Я не думаю же только о себе...
— Если так... то вполне. Желаю удачи тебе в победе.
— Спасибо большое!
Величественно стоя на месте, гора слушала свиней, что обсуждали всё у реки. Особенно увлекательным был разговор Димки и Кабана:
— Ты же согласен, что нам надо развиваться?
— Абсолютно, Димка. Абсолютно. Но зачем нам вперёд паровоза бежать?
— Ты про что?
— Как бы тебе сказать... — минуту Кабан подбирал нужные слова. — Вдруг это место вообще неудачное; и через месяц Свиньево перейдёт в другое место?
— Если бы место это было плохим, мы бы здесь не оставались бы!
— Но вдруг что-то такое случится...
— Вот, чтобы это не случилось, я и предлагаю выбрать правителя.
— Мы, по-моему, и так нормально живём.
— А лучше жить не хочешь?
— Хочу, но... Вдруг будет хуже?
— Пока не проверим, не узнаем.
Не было единого мнения у вечных вечерних разговоров. Всё об одном и том же, всё на одни и те же мнения. Обсуждения продолжались долго и не собирались заканчиваться. Но сон никто не отменял... Давайте же представим, что мы поспали вместе со всеми свиньями, встретив следующий день.


3.

Вот и наступил долгожданный полдень следующего дня. Солнце стало внимательно следить за происходящим, удобно усевшись в зените. Деревья тоже повернули свои корни к месту, где должны определить правителя. Похоже, они слышат не листвой, не корой, а корнями. Тягун тоже уменьшил свой шум течения, потому что и он хочет узнать, кто будет править деревней. А величественная гора так же величественно стоит, как и раньше. Похоже, она единственная знает, чем это всё закончится. Но она молчит, чтобы сохранить у остальных наблюдателей интерес.
Все свиньи шли в назначенное место в сопровождении бурных обсуждений того, что будет. Когда все пришли, все хором задали один вопрос:
— Где Димка?
А Димка не знал, что сказать всем. «У меня была только идея, я не хотел организовывать выбор правителя. Что же мне делать?» — в страхе рассуждал Димка, скрывшись в толпе.
А свиньи стали уже приходить к мысли, что это действительно плохая идея была. «Он предложил, а сам не пришёл. Какая безответственность!», «Я что, зря хотел стать правителем? Как мне им стать, если я не знаю, как им стать?», «Зря время потратили...» — такие возмущения были слышны в этом собрании.
Но Димка всё же понял, что скрываться вечно от других бесполезно. Также он чувствовал осуждающий взгляд солнца. Поэтому он всё же вышел с такой мыслью: «Будь, что будет». Он выскользнул из толпы и сказал:
— Всем здравствуйте, дорогие мои! Мы... мы будем выбирать правителя таким... образом. Каждый, кто хочет стать им, поочерёдно выходит сюда и... говорит, чем он хорош. Если вы не против его правления, хрюкайте или визжите. При ком будет громче и интенсивнее хрюканье и визжание, тот и станет нашим управляющим. Я буду определять, при ком это всё громче. Вы согласны?
— Да! — согласились все. Конечно, некоторые ничего не услышали из-за того, что они всё ещё в обиде за задержку Димки, но они всё равно согласились.
Начались выступления.
Было из всех свиней четыре кандидата: Свинтус, Боров Себастьянович, Силин и Григорий.
Первым вышел Свинтус. Речь его была такой:
— Вы меня все знаете. Я Свинтус! Я вас всех очень люблю, поэтому я буду заботиться о каждом из вас. При мне все будут довольны, верьте мне!
Было слышно несколько похрюкиваний. Свинтус разочаровался. Он понял, что ему не светит быть главным в деревне.
Следующим был Боров Себастьянович. Он сказал:
— Я самый старый и мудрый свин здесь. Поэтому я точно знаю, что сделает нам лучше, а что хуже. Я уж точно не совершу кучу ошибок.
Было слышно столько же визжаний, сколько похрюкиваний у Свинтуса. Боров Себастьянович не обратил на это внимание и спокойно пришёл на своё место в толпе.
Далее вышел Силин. Он гордо кричал:
— Я самый крупный и сильный свин! Я... Я... Я сейчас возьму этот камень и выкину в реку!
И Силин действительно взял крупный камень, лежавший возле него, покрутился с ним и кинул в направление реки. Пока камень летел, он чуть ли не задел пролетавшую мимо птицу. Петух со страху крикнул «КУ!» и упал возле берега, забыв от испуга, куда он летел.
Гора же в этот момент усмехнулась, а солнце ужаснулось.
— Что вы тут делаете? — со злостью спросил их птиц.
— Мы правителя выбираем себе! — ответил Димка.
— Кто ж так выбирает? Камнями бросаетесь... Это спортивные соревнования какие-то, а не выборы!
— Ну, простите. У нас это первые выборы.
— Нельзя ли как-то спокойно их проводить?
— Но как? — дружно все свиньи спросили у петуха.
Солнце с большим интересом смотрит на происходящее. Настолько, что оно не хочет уходить с зенита... хотя пора уже.
— Нельзя ли ваши предложения ...по вашим планам на это поселение... записать на бумаге? А не демонстрировать их так активно...
— Мы хрюкать бумажкам должны, по-твоему? — все с недоумением спросили его.
— Зачем хрюкать? Пусть каждый напишет на бумаге, за кого они... У кого больше голосов, тот и станет вашим правителем.
Все свиньи стали обсуждать гениальность этого петуха. «Надо же, только пришёл, а уже решил нашу проблему!», «Вот это петух. Мы бы никогда до этого не додумались бы...», «Этот петух гений!» — похвала петуху была слышна в этой толпе свиней. Тут же Боров Себастьянович взял из кармашка в трости бумажку и карандаш. Он на нём что-то записал, и все свиньи поочерёдно стали на этом листе ставить галочки и свои имена.
Когда они закончили, они показали бумажку петуху. Гений посмотрел на неё и про себя прочёл, что на ней написано. Заголовок был такой: «Голоса за правительство Петуха», а ниже были имена каждого свина из Свиньево.
— Это шутка, не так ли?


4.

Но петух не знал, что свиньи вовсе не шутили.
— Что вы, господин петух! Мы не шутим! — серьёзно хрюкнули все.
— Какое я отношение к вам имею то?
— Вы единственный, кто предложил дело, а не слова. Это достойно уважения! — пояснил Боров Себастьянович.
— Послушайте, но я ведь даже не ку-ка-ра-збирвюсь в управлении! Вы думаете, что я справлюсь?
— Мы не думаем, — отвечает Свинтус, — мы знаем.
Каждый свин кричал что-то наподобие «Да здравствует петух! Ура!», но самому петуху было не по себе.
«Я вообще летел за редкими червями. А тут раз! И я уже правлю свиньями. Что за чертовщина!» — подумал петух.
Но делать было нечего. Солнце уже с улыбкой на лице ушло с зенита, корни деревьев повернулись к Тягуну, река зашумела, а гора стала громко смеяться, зная, что этим всё не кончится. Даже луг, который ничего не слушал, стал болтать с пчёлками. Всё говорило о том, что петуху суждено остаться тут, это окончательное решение.
Ему пришлось согласиться с решением свиней, хоть он ещё около часа пытался сказать, что он не должен править.
В конце концов его нарекли таким званием. И все узнали его имя. Это петух Федька. Все его теперь звали Фёдором Окорочковичем.
Никто не сомневался в правильности выборе петуха. Пока что...


5.

Федьке выделили пустующий и самый большой домишко, чтобы он там и жил, и правил.
Уже на следующий день он созвал всех на то же место, чтобы кое-что обсудить. Свиньи послушно затопали на это место. Солнце, которое только недавно услышало первое «ку-ка-ре-ку», уже держало уши в остро. Фёдька начал:
— Здравствуйте, жители Свиньево.
— Здравствуйте, Фёдор Окорочкович! — дружно ответили ему.
— Как вы знаете, я стал вашим правителем. Но правителю нужна правая рука! Мне нужен помощник, который будет собирать все ваши предложения и жалобы, а я буду их анализировать и, опираясь на них, буду издавать законы и нововведения. К полудню выберете трёх кандидатов на роль моего помощника, и на этом месте мы будем голосовать. Всем спасибо за внимание! Жду всех тут в полдень.
На этом объявление закончилось. Петух сразу же быстрым шагом ушёл к себе домой. Солнце посветило на задумчивую толпу. Видимо, никто ещё не привык к таким быстрым изменениям: все пытаются просто переварить информацию.
Но через пятнадцать минут всё-таки все зашевелились и разошлись, обсуждая претендентов на правую руку.
Были разные мнения.
Женская часть населения считала, что лучшим претендентом будет Димка, потому что он самый активный из всех свиней. Я так же считал. Но моё мнение не учитывается. Я рассказчик, а не свин!
Поросята считали, что кто-то из них станет помощником, потому что каждый из них был быстрее и ловчее всех взрослых и стариков.
Мужская часть же полагали, что помощником станет Кабан, потому что он на всё смотрит скептично и без эмоциональных всплесков. Следовательно, он будет докладывать всё по делу и без лишних слов.
А Боров Себастьянович и Морковка Геннадиевна думали, что они будут лучшими на эту роль. Они самые старые и мудрые свиньи в деревне, значит, лучше понимают, что действительно является минусами и плюсами в жалобах и предложениях.
В конце концов выдвинули трёх кандидатов: Боров Себастьянович, Кабан и Димка. В детей никто, к сожалению, не верил.
Наступил полдень. Тягун снова затих, пчёлы ушли с луга, деревья снова стали внимательно слушать новые выборы, солнце тоже удобно уселось в том же зените. Даже гора обратила внимание на деревню, нисколько не смеясь!
Петух пришёл в назначенное время и увидел, что все его уже заждались.
— Вы уже выбрали претендентов?
— Да! И это мы! — ответили кандидаты на роль помощника.
— Ну, что же...
Федька взял три бумажки, написал на каждой по имени каждого кандидата (он спрашивал, как каждого зовут), прикрепил бумажки к ближайшему дереву с невидной всем стороне ствола.
— Вот ручка, — продолжил петух, — каждый будет поочерёдно брать её и ставить галочку на той бумажке, где написано имя лучшего для вас кандидата-помощника. Что ж, начинаем.
Пока один свин шёл и ставил галочку, остальные бурно обсуждали, кто же станет правой рукой правителя. Слышны были и крики, и возмущения, и споры, и просто поддакивания с хрюканьем.
Спустя десять минут голосование закончилось. Федька подбежал к дереву, сорвал листочки и пересчитал галочки. Их оказалось столько же, сколько и голосовавших. «Значит, честно голосовали!» — подумал он. Далее стороны с галочками были продемонстрированы всем. На бумажке Димки было три галочки, на бумажке Кабана — пять. Как уже можно догадаться, остальные голоса были за старика. Действительно, все выбрали мудрость.
— Большинство проголосовало за Борова, а поэтому он станет моим помощником!
Все радостно визжали. Свиньи верят, что петух и старик сделают их деревню гораздо лучше, хоть и до сих пор не привыкли к таким быстрым изменениям.


6.

На следующий день Федька подумал о создании новых профессий и введении валюты. Печать валюты он решился взять полностью на себя. «Но какие профессии нам нужны?» — подумал он.
И чтобы понять, что нужно жителям Свиньево, петух вызвал к себе Борова Себастьяновича.
— Здравствуйте, Фёдор Окорочкович. Что меня звали?
— Здравствуй, Боров. Я знаю, что ты внимателен ко всем. Вот скажи мне, что больше всего нужно нашим свиньям. Украшения какие-нибудь? Одежды красивые? Или новые дома?
— Хм... — задумался помощник. — Старые дома у нас в порядке, а новых свиней не наблюдается. Но вы правы, людям не хватает интерьера. Всё банально в домах: кровать, печь, стол и два стула. На этом всё.
— Нам нужны столяры, да?
— Выходит. Но кто им будет давать материалы на красивую мебель?
— Точно! Нам нужны дровосеки и столяры! Спасибо, уважаемый! Можешь быть свободен.
— Обращайтесь!
Тут же птиц посмотрел на свою бумажку, где записаны все свиньи и их занятия. Девять свиней преимущественно рыбачили, а остальные заняты огородиками. Было также четыре поросёнка, которые ничем не заняты. Проанализировав это, он подумал, что четыре свиньи нужно направить на новые профессии.
— Боров!
— Я вас слушаю.
— Кто у нас в деревне самый сильный? И кто самый творческий?
— Хм... Силин точно очень силён, Свинтус тоже выглядит габаритно. Ну, а из творческих я думаю, что только Гриша и Неваль. Они как-то раз пытались стихи писать. Но вдохновения кот наплакал.
— Хорошо, спасибо.
— Обращайтесь.
Новое собрание. Одни корни деревьев стали слушать. Солнцу не интересны законы и профессии, а гора... вы знаете, какая она. Все свиньи быстро пришли к реке.
— Здравствуйте, жители Свиньево.
— Здравствуйте, Фёдор Окорочкович!
— Я принял решение о создании профессий. Я буду каждому работающему платить, так как все будут работать на меня, новой валютой. Это будут монеты с названием «пелин». Сельские рабочие будут получать эту валюту за то, что часть их урожая уйдёт на пользу деревни. Рыболовы будут торговать своей рыбой. Будут также дровосеки, что будут рубить деревья для столяров. Столяры же будут делать красивую мебель и другие украшения и продавать это.
— Звучит разумно! — слышатся голоса из толпы.
— На роли дровосеков назначаются такие свиньи, как Силин и Свинтус, так как у них довольно крепкие телосложения.
— Я не против, — ответил Силин.
— Эх, ладно, — загрустил Свинтус. Видимо, он хотел заниматься чем-то другим.
— На роли столяров назначаются такие свиньи, как Григорий и Неваль, так как у них замечены уклоны в творческую деятельность.
— Мы, оказывается, творческие свиньи! — хрюкнул Грише Неваль.
— Работать вы начинаете с полудня, заканчивая вечером. До конца недели я буду платить вам ежедневно, затем ежемесячно.
— А плата за день и за месяц будут одинаковыми? — со страхом спросили поросята и женщины.
— Нет, не одинаковыми. 30 плат за день будут равняться плате за месяц. До конца этого месяца осталось четыре дня, если что. Есть ещё у кого-нибудь вопросы?
Народ стал что-то бурно обсуждать между собой, но вопросов не было.
— Вот и отлично. На сегодня всё.
И петух улетел к себе в большой домишко, чтобы начать делать деньги.


7.

В доме у Федьки была одна кора. Много древесной коры. И сам Федька. Куда ж без него!
Петух всё думал, изобразить на пелине что лучше: свинью, петуха, гору или дом? Думал он, думал... и через два часа всё-таки понял, что свинью изобразить лучше, чем что-либо другое.
Он когтями на пальцах ног вырезал идеальные круги из коры, а после на каждой рисовал теми же когтями одну и ту же свинью в профиль и надпись «ОДИН ПЕЛИН». Федька рассмотрел каждую получившуюся монету и сверил их идентичность. Прошло три часа проверки. Все оказались одинаковыми. Уже был поздний вечер.
Тук-тук!
— Фёдор Окорочкович, день закончился, вы будете давать нам деньги? — спросил его Димка. Похоже, он самый смелый из всех, поэтому спросил за всех.
— Подождите! — сказал Федька. — Дайте я сначала посмотрю, что вы вообще сделали.
И пошли они показывать свою проделанную работу.
Дровосеки срубили одно дерево. Все деревья были колоссально большими, так что даже этот результат впечатляет.
Столяры сделали четыре стола и две полки. Вырезаны они очень красиво.
Рыбаки выловили два корыта рыбы. Сегодня рыба была мелкая, так что это огромный улов.
А сельские рабочие просто хорошо следили за своими растениями.
Были приняты такие платы: каждому дровосеку по 4 пелина, каждому сельскому рабочему по 3 пелина. Столяры продали одну полку.
Все довольными начали расходиться по домам. Но Кабан остался и стал возражать:
— Почему мы, рыбаки, ничего не получили? Фёдор Окорочкович, объясните!
Рыбаки дружно остановились.
— У вас рыбу никто не покупал? Ой, простите, я забыл, что до сегодняшнего дня ни у кого не было денег... Давайте так: я у вас покупаю половину рыбы и даю каждому рыбаку 3 пелина. Так будет хорошо вам?
— Этого мало! — ответил Кабан.
— Это нормально! — возразил Пухляш. — Почти все получили такую плату. Ну, кроме дровосеков и столяров. Но у них работа сложнее!
— Вот именно! — подтвердил Боров Себастьянович. Он мудрый свин, значит, говорит правду. — Не жалуйся, Кабан. Мы хорошо живём.
— Но... Ах, ладно.


8.

Вот и прошли эти четыре дня ежедневной оплаты. Теперь идёт оплата ежемесячная.
Но уже через неделю после нового периода оплаты к Федьке пришёл его помощник с жалобой.
— Здравствуйте, Фёдор Окорочкович.
— Здравствуй, Боров. Что пришёл?
— Тут свиньи жалуются на зарплаты.
— Маленькие или у кого-то слишком большие.
— Нет-нет, всё нормально. Просто жалуются, что у них недостаточно денег для покупок мебели и рыбы. Деньги за те четыре дня уже потрачены у всех огородников, а нам, рыбакам, больше некому продавать рыбу. Её они то и покупают больше всего.
— Хм... И что же мне делать? Не могу же я просто так давать деньги. Ты же понимаешь, что плачу я только за дело?
— Да, понимаю. Но не могли бы вы до конца июля платить еженедельно? Две недели всего лишь. Ну, и прошедшую. Не будет же работа неоплаченной.
— А в этом есть смысл! Передай всем, что сегодня вечером будет собрание.
И Боров Себастьянович так и сделал. Все, конечно, пришли на вечернее собрание. Но первое, что свиньи сказали, было вовсе не приветствие:
— Фёдор Окорочкович, мы так жить не можем! Как мы рыбу будем покупать, если все деньги у столяров и рыбаков? — гневно спросили огородники.
— Просто так они нам рыбу не дают, а мы бесплатно раздавать уже не можем. У нас, дровосеков, деньги не безграничные! — добавили Силин и Свинтус.
— Дайте нам денег так или сделайте рыбу бесплатной! — предложили столяры.
— Господа, — начал оправдываться петух, — я понимаю вашу проблему. Я понял, что ввести так быстро ежемесячную оплату было моей ошибкой! Поэтому я вам буду платить за недельную работу. Сегодня за эту неделю получат деньги все, а в конце этого месяца мы уже перейдём на ежемесячную оплату. Вас такой вариант устроит?
— Да! — завизжали свиньи.
Но тут один поросёнок Фунтик задумался и спросил:
— А зачем нам деньги? Мы не можем просто так всё делать? От чистого сердца...
— Фунтик! Если ты всё будешь делать за шиш, шиш ты в итоге и получишь! — ответил за правителя его помощник. — Нам это необходимо.
— Но, дедушка...
— Исключения редкие, пойми это.
— Ладно... — обиделся Фунтик.
— Что же, — продолжил петух. — Если у всех развеялись все вопросы...
— Не у всех! — прервал его Димка. — Когда появятся новые профессии?
— О... хороший вопрос. Я отвечу на него в течение завтрашнего дня. Так сразу трудно сказать.
— Хорошо, я буду ждать.
— Ладно. У кого-нибудь есть ещё вопросы?
Толпа не хотела больше ничего знать. Все просто подхрюкнули.
— Если их нет, приступим к оплате работы за прошедшую неделю!
И получили все деньги. Столяры — 35 пелинов, дровосеки... Хотя... Зачем вам эта информация?
Близилась ночь. Все разошлись по домам и пошли спать. Но петух эту ночь не спал ни в одном глазу.


9.

На утро петух после своего утреннего ку-ка-ре-канья понял, что ему нужно ответить на вопрос Димки. Ночью крутились в голове у Федьки лишь вопросы о том, как развиваться и что всем нужно. Вопросы не получали даже слабого ответа.
Делать было нечего. Федька вышел из дома и стал ходить по Свиньево, чтобы понять, чего хочет народ.
Он стал свидетелем разговора Свинтуса и Кабана. Первый начал:
— А закончится ли рыба в Тягуне? Не знаешь ли?
— Ты ещё скажи, что солнце погаснет!
— Ой, а оно может? — Свинтусу стало не по себе.
— С чего бы ему гаснуть? Оно вечно там висит на небе, заменяется луной и всё заново. А рыба размножаться умеет. Икры она много даёт, так что вряд ли законится у нас рыба. Мы икру не трогаем.
— Эх... Надоело уже есть одну рыбу!
Свинтус чуть ли не заплакал, но он смог сдержать поток слёз.
— Но что поделать? Самый ранний урожай только в начале августа будет. Потерпи, будет тебе ранний картофель.
— Да я уже столько терплю! Надоело!
— Не горячись, Свинтус. Хочешь, специально для тебя я завтра пойду на другой берег реки и наловлю там другой рыбы, которую никто ещё не видел и не ел. Согласен?
— Да как ты заберёшься до туда? Мы плавать не умеем!
— А я Гришу попрошу сделать мне плот и вёсла. Трудно, что ли?
— Ладно. Хоть какое-то разнообразие...
Тут Федька понял, что свиньям нужно разнообразие и в еде Но думать начал он с другой мысли: «Так, если в начале августа уже будет урожай, то уже нужно будет брать часть урожая от каждого. Треть или половину брать с каждого?» — думает он.
«Насчёт доли посоветуюсь с Боровым. Но всем, скорее всего, надоест и картофель. А потом и другие овощи... — продолжает петух. — Повара нам нужны будут! Да, повара. Но для продуктов нужны хранилища... Нам нужны будут и строители. Но кто подойдёт на такие роли?»
Федька уселся на ближайший пень и стал думать... думать о развитии деревни... думать о профессиях.
Он даже не заметил, что наступил вечер. А петух всё это время не ел. Только думал. Но его мысли прервал его помощник:
— Фёдор, будешь копчёную рыбу?
— Что? А, да, не откажусь, — живот петуха сильно заболел от отсутствия приёмов пищи. — Ай! долго же я не ел...
— Не стоит забывать о еде. Ты же так себя губишь!
— Ладно, — поддакнул он, пока начал жевать рыбу.
— Желаешь чего-нибудь ещё? Жалоб сегодня не было, предложений тоже никто не делал, кстати.
— Они есть у меня. И, когда я поем, ты мне поможешь разобраться в деталях. Через час будь у меня.
— Слушаюсь!


10.

Вот и прошёл час. Федька вбежал к себе в дом, так как боялся опоздать к приходу мудрого Борова. А он как раз пришёл через минуту.
— Так, ближе к делу, — сказал птиц. — Через две недели нам нужны будут повара, а через одну — строители. Кто мог бы пойти на такие роли?
— Хм... А почему нам нужны они?
— Как почему? Это не очевидно? — горячо спросил петух свина. — Многим надоело есть одну и ту же рыбу, а с овощами через время будет та же песня, это уж точно! А ещё... скоро урожай, а часть урожая должна отходить мне. А его хранить где-то надо. Вот строители построят склады.
— Постой! А почему это тебе отходит часть урожая? За какие такие заслуги?
— По-твоему, я просто так плачу огородникам?
Боров Степанович задумался... и через минуту он понял свою ошибку.
— Ладно, ошибся.
— Так кто пойдёт для строителей и поваров?
— Хм... — мудрец стал поглаживать свою еле-еле заметную бороду. Она была очень небольшой, но ужасно симпатичной, если заметить её. — А чем повар обладать должен, по-твоему?
— Стремлением к лучшему и фантазией! Иначе как он будет придумывать новые рецепты?
— Хех, тогда Димка точно поваром будет. Но один повар четверть сотни свиней не прокормит... Двух хотя бы надо... Может, ещё Кабан..?
— Записал. А в строители кто годен?
— Думаю, что Макс и Пумба. Они очень ответственные, а значит, они будут строить хорошо. И в паре они замечательно работают.
— Спасибо за советы.
— Обращайся, — сказал Боров Себастьянович и уже направился к двери...
— Ку-ка-ре-стой! — остановил его петух. — У меня ещё один вопрос остался.
— Что ж... Слушаю.
— Какую долю лучше брать от урожая: половину от урожая каждого, треть или четверть?
— Хм... Зависит от самого урожая. Если выйдет много, то и брать нужно много. А если вместо урожая будет шиш, то и шиш придётся брать, чтобы жить могли свиньи нормально.
— Ладно, ещё раз спасибо.
— Обращайтесь.
Свин ушёл. А петух от усталости за такой продуктивный и голодный день тут же сполз со стула, упал на пол и в такой неуклюжей позе заснул.


11.

Вы знали, что спать правительству категорически нельзя? Скорее всего, вы это знали. Но знаете, почему? Могут возникнуть у народа такие вопросы или проблемы, которые нужно разрешить здесь и сейчас. А иначе это приведёт к таким последствиям... Меньше воды. Что же натворил Федька?
День ещё даже не закончился, а к нему домой уже ворвались с криками возмущений:
— Вы мне так и не ответили!
— А! — проснулся петух. У него был настолько сильный испуг, что пришла мысль о том, что он начал нести яйца. Но мы прекрасно понимаем, что такого не смог бы сделать петух. — Караул! Воруют!
— Фёдор Окорочкович, это Дмитрий. Я не воровать пришёл.
— Стучаться надо. Ох, как же ты меня напугал...
— Уж извините. Но где обещанный ответ на мой вопрос? Вы обещали ответить на него сегодня, а с минуты на минуту наступит завтра!
— Ох, я так сильно погрузился в работу, что совсем забыл про тебя.
— Да что вы делаете вообще? Сидите и гордитесь своей властью? Ответьте на мой вчерашний вопрос!
— Так, не груби мне. Напомни, пожалуйста, какой вопрос был?
— Как дальше развиваться мы будем?
— Да, спасибо. Как раз я всё рассуждал над этим... развитием, как ты сказал. Через неделю у нас будут строители. Они построят склады, в которых будут храниться продукты. Из них через две недели будут готовить блюда повара. Кстати! — Федька взял со стола какую-то бумажку, пробежался глазами по ней. — Ты, кстати, будешь поваром.
— Да, я понял... Стоп, что?
— Что? Что что?
— Что значит «поваром»?
— Значит, ты будешь для других готовить. Не переживай, все продукты, из которых будут готовить, будешь брать из моих складов.
— Ах, вот как... — задумался Димка.
— Теперь свободен. Мне нужно поспать.
— Ладно, ухожу я. До свидания.
— Спокойной ночи...
Да... Хорошо, что его лишь один раз так будили. Хоть что-то хорошее в его нелёгкой жизни.


12.

Закончился этот мучительный для правителя день. Голова у Федьки раскалывалась то ли от переживаний за недовольство Димки, то ли от усталости за проделанную работу.
Солнце с утра весело посветило в глаза Федьке. Похоже, оно даже не расстроилось из-за того, что он не ку-ка-ре-кал сегодня. Значит, оно помнит, что вчера с петушком произошло , и так тешит его...
Петух улыбнулся светилу, ведь он не хочет ранить чувства солнца... Ай, хватит о чувствах солнца! Федька пошёл к рыбакам, чтобы прикупить себе рыбы. Шёл он не очень долго, потому что деревня была небольшой. Повесили ценник: «1 КГ РЫБЫ ЗА 1 ПЕЛИН». Он взял из кармашка два пелина и сказал:
— Два килограмма, пожалуйста.
— Минуту, Фёдор Окорочкович! — попросил его подождать Кабан.
Он взял рыбу из большого деревянного таза, взвесил нужные два кило на самодельных весах и положил их в ведёрко. Кабан протянул руку, ожидая два пелина. Петух их ему вручил и забрал свою рыбу.
— Кстати, Фёдор Окорочкович!
— Что такое?
— А что мне делать, если несколько пелинов я случайно сломал? Их можно как-нибудь восстановить?
Федька задумался. Он не полагал, что его деньги могут сломаться. Но уже через десять секунд был услышан ответ:
— Просто отнеси сломанные деньги мне. Если все части целы, ты получишь новые в том же количестве.
— Хорошо, спасибо! Я просто случайно лёг вчера ночью на них... и раздавил. На две части каждая...
«На одну проблему меньше» — подумал Федька.
И он пошёл обратно домой. Но по дороге правитель встретил своего помощника. Мудрый Боров начал докладывать:
— Приветствую. У нас небольшие жалобы есть...
— Да, привет. Что у вас случилось?
— Димка поваром быть не хочет.
— Что значит «не хочет»?
— Он говорит, что работать не хочет ни у себя на огороде, ни на тебя.
— Ку-ка-ре-как не хочет?! Сам предлагает идти вверх и сам же тянет прогресс вниз! Возмутительно!
— Но... что есть, то есть. Согласен, это баян!
— А что он трудиться то не хочет? Устал? Или боится малой оплаты труда?
— Не знаю. Надо бы у него спросить.
— Если он боится обеднеть, скажи ему, что будет получать он такую же плату, как дровосеки. Не обеднеет он.
— Хорошо. Я пойду к нему?
— Да. Удачи тебе.
— Спасибо, Фёдор.
И пошёл мудрый свин к наглому свину. А петух пошёл дальше своей дорогой. Но уже через минуту его затормозили дамы. Они тоже стали возмущаться:
— Фёдор Окорочкович, — начала Кнопка, — почему вы назначаете профессии, не спросив нашего мнения?
— Да, Фёдор Окорочкович, — продолжила за ней Бусинка, — это возмутительно! Димка наш вовсе не хочет готовить! Он ведь даже не умеет...
— И что вы предлагаете? Дать ему стать швеёй? У нас шерсти даже нет для этого.
— Вы хотя бы разузнайте его мнение. Оно у него...
— Его мнение плохое! Он безработным хочет быть.
— А что в этом плохого? — не понимает Натали.
— Действительно! Пусть все будут лениться и все с голода и от бедности души помрут! Ку-ка-ре-ни-ально.
— Но он же один будет таким! Разве...
— Без одной шестерни часы не заработают. Все будут работать, чтобы везде было хорошо. Вам ясно?
— Может, он музыку хотел писать.
— Ку-ка-ре-ко-гда научится играть на инструментах, тогда пусть и подойдёт с этим предложением. Передайте ему мои слова.
— Хорошо... — разочаровались девушки.
Этот разговор был последней жалобой по дороге домой... Но как только Федька зашёл домой, тут же пришёл Димка:
— Вы издеваетесь?
— Успокойся. Я опять не ответил на какой-то твой вопрос?
— Нет! Вы сделали хуже! Вы породили новые! — он покраснел от злости... — Почему я должен работать, если я не хочу?
— Интересный ты свин. А как деревня без тебя развиваться будет?
— Без меня и так хорошо справляются все. Какой толк от меня?
— Я тебе буквально дам толковое дело через две недели. Или еда для тебя бессмысленна?
— Я не хочу работать!
— И что же ты будешь делать? Музыку писать, ку-ка-ре-ка-к мне дамы сказали?
— Чего? — Димка не успокаивается. — Вот ещё! Я гулять буду по миру.
— И всё?
— Ну, и есть в удовольствие.
— Так за красивый хвостик тебе никто еды не даст.
Димка посчитал это за оскорбление, потому ещё больше покраснел.
— Тогда возьму силой.
— Так нельзя!
— Кто сказал?
Федька сам уже готов был разорвать в клочья этого упрямца. Но тут он, опустив возможные споры или драки, задумался. И через несколько мгновений, когда у Димки начал отходить с кожи красный цвет, сказал:
— Через час собрание. Боров!
— Я вас слушаю, — из ни от куда появилась правая рука правителя. Как это он сделал?
— Всем передай, что через час все шли на собрание. У меня будет новость.
— Слушаюсь.
— И проследи за тем, чтобы Дмитрий пришёл. Чтоб в первых рядах стоял.
— Будет сделано.
— ВЫ! — крикнул Димка. — Да ну вас...
Все ушли из дома Федьки. Один он остался. И начал петух наш что-то активно писать на чистой бумаге. Да так активно, что не заметил, что лист закончился и что он стал писать на столе...


13.

Петух исписал за час очень много страниц и столько же перечеркал. После окончания своего дела он взял нормальные листочки, сложил их в стопку, положил в сумочку и полетел к реке.
Федька то падал, то взлетал, то падал, то взлетал... Он очень не хотел опоздать на собрание, которое сам же организовал.
Какое совпадение! Когда птиц прилетел, возле реки стояло только двое свиней. Это Боров Себастьянович и Димка.
— Публично унизить решили меня? — спросил Димка у правителя.
— Зачем мне это надо? — отрицает Федька. — У меня не это объявление сегодня.
— А что вы делать будете со мной?
— Успокойся! Я никому зла не желаю. Все придут, будешь внимательно слушать мои нововведения.
— Я теперь не поваром, а библиотекарем буду?
Федька понял, что продолжать разговор нет смысла. Димка просто хочет либо бездельничать, либо поспорить. Потому правитель стал просто ждать остальных. И через пять минут все пришли.
— Здравствуйте, Фёдор Окорочкович! — сказали все.
— Здравствуйте, жители Свиньево. Сегодня я составил ряд правил, которые надо соблюдать в Свиньево. Я вам их зачитаю, а вы поочерёдно поставите галочки на этой бумаге, — он её показал. На ней в первом столбце написано «ЗА», а во втором написано «ПРОТИВ». В начале каждой строки написаны цифры. Похоже, это номер закона. — Вы готовы?
— Да, — ответили все, кроме Димки. Похоже, он обиделся...
— Приступим. Правило первое, — Федька стал читать со своих бумаг из сумки. — Чтобы никому не вредить физически, никто не имеет право драться и убивать. Правило второе. Каждый взрослый свин обязан быть трудоустроенным, чтобы он мог себя обеспечить пищей и другими товарами по его желанию. Правило третье. Никто не имеет право брать чужие вещи вне зависимости от потребности в ней. Приобрести вещь можно только при одобрении владельца вещи бесплатно или купить за пелины. Правило четвёртое. Все профессии назначаются правителем, но профессиями можно обменяться с другим. Для этого пара свиней должна прийти к правителю и сообщить о том, что их профессии меняются. При таком случае им выдаются деньги за отработанные прошлые профессии в размере дней, проработанных за период оплаты.
На этом чтение правил закончилось. Прошла неловкая минута молчания. Все почему-то думали, что будет больше правил. Пошли бурные обсуждения этих правил. Кто-то хвалил их, кто-то принимал их как неизбежное, кто-то говорил о недостающих правилах, кто-то называл лишние, кто-то не слушал и пытается узнать, что говорил петух... В общем, мнения были разные. Но вместо одобрений у Хрюшки появился вопрос:
— А если кто-то нарушит правила?
Действительно серьёзный вопрос. Интересно, этот поросёнок умнее всех свиней, раз он единственный задаёт такие вопросы?
— Хороший вопрос... Но давайте мы сначала проголосуем «ЗА» и «ПРОТИВ» законов, чтобы убедиться в том, что вы желаете следовать им.
Каждый свин поочерёдно подходил к бумажке и ставил галочку в соответствующей ячейке. Когда все закончили, петух взял бумажку и посмотрел на неё. Почти в каждом правиле «ЗА» проголосовало по 24 свиньи из 25. Но во втором — только 19. «ПРОТИВ» во втором правиле ставили почти все дети. Похоже, не один Димка хотел жить без труда серьёзно... ещё дети!
— Вижу, — продолжил говорить Федька, — что большинство не против таких законов. А про нарушение правил... В скором времени будут назначены регулировщики правил. Они будут следить за их исполнением и выдавать наказания за нарушения. Скорее всего, это будут штрафы.
— А если у нарушающего нет денег? Как он будет платить штраф? — продолжил спрашивать Хрюшка.
Петух шёпотом кукарекнул. Он не ожидал такого вопроса и не полагал, что такое возможно.
— Действительно важный вопрос. Я буду решать эту проблему.
— А до назначения регулировщиков я могу бить кого угодно и не работать? — спросил Димка.
— Нет, ну он издевается! Имейте совесть, честное слово.
— Да, Димка, — добавляет Бусинка, — что ты сопротивляешься? Фёдор Окорочкович дело говорит!
— Но, милая...
— Либо следуешь логичным законам, либо я от тебя ухожу!
— Но... Ладно...
Похоже, он всё-таки сдался.
Петух почувствовал, что с его плеч упала гора. Какое облегчение: Димка больше не спорит! Федька теперь так счастлив! К тому же, почти все были не против его законов. Несмотря на бесчисленные жалобы на одну и ту же проблему, день прошёл продуктивно для Свиньево!


14.

Вот и прошла неделя. Назначили строителей, которые построили склады для продуктов. Также назначили и регулировщиков, которые получали столько же, сколько и столяры. Через ещё одну неделю Боров Себастьянович доложил о урожае:
— Приветствую!
— Привет. Что пришёл?
— Пришёл доложить про размер урожая у огородников.
— О, отлично! Много ли у них вышло овощей!
— В целом... Да. Очень много. Но у Кнопки из баклажанов только три штуки. Будем ли у неё брать один или половину?
— Хм... Если у неё их так мало, лучше оставить. Не стоит кого-то сильно ограничивать, если у него сильный дефицит.
— Правильно. У всех берём по половине, если урожай огромный?
— Да, по половине. Всё-таки пелинов они получили очень много за него... И будут получать их и зимой, когда урожая то нет.
— А кто грузить то будет это всё? И во что?
— Я у Неваля заказал две телеги. Уже оплатил. Если он их уже сделал, ты со Степаном пойдёшь по всем огородникам и возьмёшь нужную долю. Всё-таки вы оба работаете за соблюдением правил. А значит, что вы так проследите лично за выполнением работы огородников.
— Будет сделано.
И пошёл Боров Себастьянович к Степану, а после они вдвоём направились к мастерской Неваля. Он уже сделал эти тележки и отдал им.
Начался обход огородников с Кнопки.
— Здравствуйте, вы ко мне в гости пришли?
— Здравствуй, Кнопка, — ответил Степан. — Нет, мы по делу. Фёдор Окорочкович сказал нам взять у всех долю с урожая.
— А с чего это я ему что-то должна? Я для себя всё растила всё!
— Кнопочка, — начал мудрый Боров, — он платил тебе деньги не просто так, а за то, чтобы ты часть урожая отдала ему.
— Зачем ему он?
— Мне он полмесяца назад говорил, что урожай пойдёт на нужды поваров. Они будут готовить вкусные блюда, которые мы не умеем делать.
— Хм... — задумалась девушка. — А если я вкуснее готовить буду?
— Как говорил Фёдор Окорочкович, можно с кем-то поменяться профессией.
— Я про другое! Если мне повар не нужен и я буду готовить для себя?
— Но другим он нужен будет. Это для нашей деревни, а не для кого-то конкретного. Понимаешь, Кнопка?
— Ах, теперь понимаю. Если это для других... тогда берите, сколько нужно.
И взяли они половину от всего, кроме баклажанов. Они уже собирались нести всё на склад, но...
— А баклажаны? — удивилась она.
— Фёдор Окорочкович сказал, что вам нужнее, если у вас их так мало.
— Подождите! Если это для деревни, то возьмите хотя бы один!
— Ну... Как скажете.
Заставили взять у Кнопки выше нормы урожая...
После пришли к Натале:
— Здравствуйте. Замечательный сегодня день, не так ли? — начала она разговор.
— Да, замечательный. Но мы по делу пришли, а не болтать.
— Это по какому? Я за огородом слежу, никого не бью, чужого не беру, меняться с кем-то работой не хочу. Что ещё вам надо?
— Фёдор Окорокович сказал, что пора брать долю урожая.
— Ни одного помидора я никому отдавать не собираюсь! Хоть какие деньги предлагайте.
— Но вам платят за то, чтобы вы отдавали долю правителю...
— Меня это не волнует! Весь день испортили, ёжечки-кошечки...
— Это же не буквально всё ему достаётся. Всё поварам, а они еду готовить будут для всех нас.
— Какое мне дело до всех? Я готовлю Невалю, и мне этого достаточно! Пусть хоть все остальные с голода помрут. Ну... кроме подруг моих.
— Это не дело, Натали! — начал мудрый свин. — Ты хочешь получить штраф? Или того хуже... быть изгнанной из Свиньево?
— Хоть голову отрубите!
— Так или иначе... — сказал Степан, — взять придётся. Боров Себастьянович, можете пойти к правителю и спросить, что с такими упрямыми делать? А я пока урожай буду потихоньку брать... если смогу.
— Будет сделано.
И пошёл он к петуху. А петух в это время делал какие-то новые монеты. На них было написано «ОДИН ДОЛЁК».
— Привет... ещё раз.
— Уже собрали? Какие вы мо...
— Нет, у нас проблемы с этим, — прервал его Боров.
— Ку-ка-ре-как проблемы?
— Появились такие особы... В общем... они отказываются отдавать урожай. И им всё равно на любые наказания. Им не страшно даже изгнание, которые вы предлагали при отсутствии денег.
— Интересно... — задумался петух. — Ладно, пропустите таких на время. Если без них выйдет очень приличное количество урожая, пусть хотя бы десятую часть урожая отдадут. Ну, иначе возьмите у них только треть.
— А если и так откажутся?
— Штраф! Не дадут штраф, заберите деньги сами.
— Но это как-то... неправильно.
— Ладно... Согласен, это сильное принуждение... Тогда оставь их в покое. Вряд ли таких будет куча.
— Как скажете.
Так и сделали все. Из семи огородников только Натали сопротивлялась до последнего. Остальные либо согласились сразу, либо сначала отказались, а после согласились на треть от их урожая.
Были назначены и повара в этот же день. Димка хоть и не хотел работать, но... ради Кнопки... пошёл.


15.

Вот уже конец августа. Некоторые свиньи поменялись профессиями. Солнце счастливо! Потому что вот-вот будет пополнение в деревне. Деревья тоже в стороне не остались, так как они уже пустили свои семена по ветру. Интересно, новые деревья найдут такое же идеальное место для прорастания?
Но девушки, ожидающие первенцев, беспокоятся. Они стали задавать вопросы правителю:
— Фёдор Окорочкович, что мы будем делать с нашими детьми? — спросили его хором девушки.
— В ку-ка-ре-ком смысле? — не понял их петух.
— Мы все трудимся днём. Не будем же мы маленьких детей одних оставлять! Большие дети хотя бы понимают, что к чему. А новорождённые залезут, куда не надо! Потом горюй всю жизнь...
— Тоже верно. Я полагаю, нам нужен воспитатель, который будет сидеть с детьми днём.
Девушки стали шептаться о том, что петух быстро находит решения из проблем... но говорят, что можно было бы и раньше это сделать ему.
— А уследит ли он за всеми?
— Должен... Я постараюсь выбрать лучшего.
— Спасибо, Фёдор Окорочкович.
И пошёл он к себе, позвав по дороге своего помощника. Когда они поздоровались и пришли к петуху, завязался такой разговор:
— Кто у нас лучше всех с детьми ладит?
— Думаю, что Морковушка. У нас три сына и одна дочь, она имеет в этом опыт.
— Как вы думаете... Это насколько трудное дело?
— Очень тяжёлое. Это столько сил забирает... Я однажды сидел со всеми детьми. И уже через десять минут так устал...
— То есть, платить самую высокую плату за такое будет разумно?
— Думаю, да.
— Хорошо, спасибо. Скажи всем, что в полдень будет собрание. Я, кстати, смог доделать новую монету. Об этом тоже надо сообщить.
Думаю, вы заскучаете, если я вам буду рассказывать эту новость про новую монету долёк, про то, что это десятая часть пелина и что она так сильно нужна деревне... Давайте ближе к делу перейдём. Перейдём на реакцию про объявление воспитателя. Морковка Геннадиевна спросила:
— А сколько я буду получать тогда?
— 170 пелинов в месяц.
— Вы с ума сошли? — спросили Гриша и Свинтус.
— Это выше моей зарплаты, хотя у меня самя объёмная работа! — возразил Гриша. — всего 150 пелинов!
— А у меня самая тяжёлая работа, в которой я получаю меньше того, кто просто наблюдает! — Макс добавил. — На половину больше, чем у меня!
— Я со Свинтусом вообще рискуем умереть от падения на нас этих здоровенных деревьев! — Силин пожаловался. — А мы их ещё и дотащить должны до мастерской.
— У вас странные приоритеты! — сказала Натали.
— Я так и думал, что было плохой идеей выбирать правителя! — изложил свои мысли Неваль.
— Ку-ка-ре-стоп! — остановил всех петух. — Я распределяю зарплаты не по опасности, а по важности и массовости! К тому же... Я изначально вам говорил, что из меня правитель никакой.
— Так давайте выберем нового! — сказал Димка.
— Да! — согласились с ним все остальные свиньи.
И тут же выдвинулись два кандидата, помимо петуха: Димка и Силин.
Новые выборы проходили вечером. Все кричали, что Димка будет новой главой деревни и что он изменит деревню, не создав различия в зарплате и важности.
Но странно как-то выбирали кандидатов свиньи... Не сразу выбирали кого-то, а минуту чесали затылок, ещё одну смотрели то на небо, то на Димку, то на Федьку... а после ставили галочку.
И вот подошли итоги выборов. Боров Себастьянович взял все листовки и пересчитал все галочки у каждого...
— Абсолютно все, — начал подводить итоги голосования мудрец, — без исключения... выбрали Фёдора Окорочковича. За других кандидатов голосов не было. А потому глава деревни не меняется, правила, работы и платы за них остаются прежними.
Гора снова усмехнулась. Кажется, она всегда знает, что произойдёт. И как ей это удаётся? Солнце улыбнулось, потому что его любимец остался на прежнем месте. А деревья, несмотря на то, что небольшая часть их срублена, ликовали петуху.
Странные свиньи. Хотели изменений, но предпочли их отсутствие...


16.

Наступила осень. Уже холодает. Боров всё чаще говорит Федьке, что всем нужна тёплая одежда. Но Федька всё думает... долго думает... И что-то он в середине сентября надумывает.
— Боров!
— Слушаю.
— На том лугу, что на краю деревни, крапивы много?
— Предостаточно. А что?
— Отлично! Выбери каких-нибудь двух свиней из огородников или рыболовов, пожалуйста. Пусть один будет собирать крапиву, а другой — делать одежду.
— Из крапивы?
— А что не так? Не будут же они делать её из одних жгучих листьев! Они пригодны для щей, а не для одежды. Пусть берут стебли и делают из них тонкие нитки. Вот из них уже можно делать одежду. А листья пусть несут в склады. Будут их использовать повара.
— А что сказать им про плату?
— Будут получать по 150 пелинов.
— Слушаюсь. Будет сделано.
И Боров пошёл. А Федька стал радоваться тому, что он развил эту деревушку. «Повара, столяры, строители, швеи... Какой же я хороший правитель!  Подождём подрастания четырёх больших поросят и дадим им какие-нибудь новые профессии!» — думает он.
А они правда скоро подрастут: через полтора года. Быстро же дети растут... Но история идёт не про наслаждение! Двигаемся дальше.
Наслаждение петуха длилось до вечера. И прервалось оно дамами, которых недавно назначил мудрый свин:
— Фёдор Окорочкович, это возмутительно!
— Ку-ка-ре-что? — крикнул тот от испуга.
— Почему у меня работа сложнее, а получать мы должны одинакого?
— Ты хотя бы колоться крапивой не будешь!
Федька уже был готов заплакать, но он держал себя в руках. Он спокойно ответил:
— Хорошо, давайте так. Месяц вы работаете по своим «должностям», а через месяц вы, девушки, меняетесь ими. Без моего разрешения. Вас это устроит?
— Зачем нам меняться? Повысьте, наконец, мне плату!
— Тебе работа хотя бы боль не доставляет! Дура ты! Хватит жаловаться! Лучше бы мы менялись...
— Нет, я хочу достойную плату за свой труд! Знаешь, какая точность нужна в шитье? У тебя её нет, ведь ты работаешь спустив рукава.
— Девушки, — остановил их петух, — вы спорить пришли? Или проблему свою решать? Меняетесь каждую неделю. Это окончательное решение. Покиньте помещение! — крикнул петух.
Девушки вышли и сильно хлопнули дверью. Да так, что полка отвалилась... Глаза Федьки наполнились чем-то фиолетовым или чёрным, крылья опустились и даже не пытались подняться. Если бы вы увидели его, ужаснулись бы, подумав, что это ходячий мертвец...
Ох, несладко приходится Федьке...


17.

Близится зима. Поздний урожай снова собран. Однако все жители сначала отказывались отдавать часть, а затем отдали только четверть! То ли отказываются ради выгоды, то ли просто протестуют свиньи... Но мы не рассуждаем, а изучаем историю. Двигаемся далее!
Все свиньи одеты тепло, петух тоже хорошо одет. Только... если присмотреться на одежду петуха, она выглядит как-то не так, как у свиней. Как-то хуже. Но это его прихоть, а не свиньи вредные до такой степени, что правителю делают лишь плохие вещи.
Одним ноябрьским днём петух решил прогуляться по деревне. К нему в один момент подошёл его помощник:
— Привет, Федя.
— Жалобы? — с печалью спросил петух.
— Да... даже требования.
— Ку-ка-ре-какие?
— Рыба подорожала, а цены на еду поваров тоже взлетели до небес... Требуют что-то делать с этим свиньи...
— Я разберусь, — сказал Федька и пошёл к рыбакам.
Шёл он туда. По дороге ему несколько свиней говорили «Здравствуйте, Фёдор Окорочкович!», но большинство просто молчали. Когда он подошёл к рыбакам, произошла такая беседа:
— Здравствуйте, Фёдор Окорочкович! Вам, как обычно, два кило за два пелина? — спросила Бусинка.
— Да, здравствуйте. Цены у вас какие для всех?
— Всё, как обычно! За кило... пелин.
— Нет, цены у меня и у других различаются. Это я уже выяснил. По-вашему, цены у всех одинаквы?
— Да. И что я поделаю, если они и одного пелина найти не могут; я в этом виновата?
— Один пелин? — гневно спросил Димка. — У вас за кило пятнадцать с половиной пелинов! Нам из-за вас и пришлось повысить цену за наши рыбные блюда. Невозможно же, Фёдор Окорочкович, хотя бы на том же финансовом уровне оставаться, если продавать еду по старой цене! Один пелин, конечно! Вы раньше только за 3 пелина давали килограмм! Дискриминация!
— Что ты прёшь, Димка? — сопротивляются рыбаки.
— Доказательство уже есть, — продолжил тему петух, — не надо сопротивляться. Цену сбавляйте. Хотя бы до двух пелинов.
— А иначе что?
— Иначе штраф.
— Заплачу, не переживайте.
— Посмотрим…
Петух молча ушёл. Он подошёл к своему помощнику и сообщил, что сегодня будет собрание. На нём были сказаны максимальные цены за товары: одежду, здания, блюда, еду. За нарушение установление этих цен должен быть штраф в размере от двух с половиной тысяч пелинов до восьми тысяч пелинов.
Среди продавцов слышались фразы: «Не даёт нам он заработать по-человечески!», «Я обеднею с такими ценами!». А среди покупателей — жалобы: «Мог бы и раньше снизить цены...», «Можно было бы ниже порог цен поставить...». Короче говоря, все были чем-то недовольны...
Близятся плохие времена...


18.

Наступила зима. Уже совсем скоро новый год, новое счастье, новый список…
Цены, несмотря на трудный период из-за холода, остаются такими же, как с конца осени. Жители Свиньево относительно довольны. Относительно.
И в такой прекрасный день, когда солнце спряталось за снежными облаками, гора величественно оделась в снежную шубу и река молчит из-за холода, свиньям надоел петух!
Боров Себастьянович созвал всех к реке. Без просьбы петуха! Что же он задумал?
А Федька сидел спокойно у себя дома и наслаждался шумом деревни. Но через час этого наслаждения... оно... пропало?
«Как-то тихо...» — подумал Федька.
«Почему так тихо? Обычно все общаются в это время, ходят да бегают... Ничего не понимаю!» — продолжает размышлять петух.
Через пять минут он всё-же решил пройтись по деревне, чтобы проверить, не случилось чего.
Пока он ходил вокруг каждого дома, заглядывал в каждое окошко и стучал в каждую дверь, приходили только не самые приятные мысли. «А вдруг из луга пришёл волк?», «Вдруг все замёрзли?», «Вдруг они пошли к горе и провалились через лёд в реку?» — лишь негативные мысли его посещали. В ответ на его поиски приходила одна гробовая тишина. Правителю стало не по себе... Как же он беспокоится за всех...
И вот Федька пошёл к реке и увидел там всех свиней. «Все живы!» — с облегчением подумал правитель.
Подойдя ко всем, Федька поприветствовал всех:
— Доброе утро, любимые мои! Чем вы тут занимаетесь?
— Выборы проводим, Фёдор Окорочкович, — ответил ему мудрый Боров.
— Интересно. А кто кандидаты?
— Точно не вы! — дразнится Димка.
— Я, ты, Федя, и Натали, — ответил его помощник.
— А по какому поводу выборы, друг мой?
— Проводить их надо регулярно. Авось народ изменит своё мнение.
— А... ну, тогда правильно делаете. А вы только представляетесь, или народ уже голосует?
— Сейчас голосовать будут все.
— Хорошо. Можно тебя на минутку?
— Слушаюсь.
И отошли они метров на сто от голосовавших. За проведением порядка на выборах стал следить Силин.
— Что ты звал меня?
— Слушай, Боров. А что все говорят про меня и про других кандидатов?
— Боитесь потерять власть? — спросил по теме помощник.
— Ну... Я не про это. Я просто хочу понять, кого все предпочитают. Вдруг все хотят выбрать кого-то, кто будет делать больше, чем я. Не хочу, чтобы вы попали к плохому кандидату...
— Ну, раз вы хотите такое знать... — начал вспоминать мудрый свин, — то все хотят выбирать Наталю. Она говорит, что сделает такую систему, где деньги не нужны.
— Но без денег никто не будет ценить труд чужого. Если всё даётся просто так, никому не будет жалко портить бесплатные вещи.
— Это понимаем лишь мы вдвоём, дружище...
— Ладно. А ты зачем вышел в кандидаты?
— Меня заставили...
— Ку-ка-ре-что? — крикнул петух.
— Пригрозили выйти. Сказали, все за меня голосовать будут.
— Но все хотят за Наталю... Не понимаю я вас.
— Я тоже их не понимаю. Нынче всё запутано... Всё везде хорошо, но каждый нисколько не доволен. И все тебя ругают.
— Ку-ка-ре-ка-к ругают?
— Просто так. Во всех твоих хороших нововведениях они ищут какие-то недочёты и минусы...
— Очень странно... — сказал петух. — Ладно, вернёмся к нашим. Мне, наверное, нужно сообщить о своём уходе.
— Зачем вам уходить? — спросил его помощник.
— Если никому я не нравлюсь, зачем мне сидеть и что-то делать? Уж лучше кто-нибудь другой правит.
— Ладно. Всё равно не наше дело тобой руководить... хотя... в какой-то степени так и есть.
— Ты прав. Ну, пойдём?
— Пойдём. Ты иногда прилетай ко мне, ладно?
— Ладно. Я всё равно всего лишь в семи километрах от сюда жил.
И пошли они ко всем. Интересно, будут ли все рады его уходу?


19.

И подошли они ко всем свиньям. Петух печально сообщил о своей новости. То, что всем не нравится его правление. То, что петух планирует сегодня или завтра улететь из Свиньево. То, что так будет лучше свиньям. Терпеть кого-то не стоит, по мнению Федьки.
Но тут все встали против его ухода:
— Как улетаете? — спросил Димка.
— Как мы без вас проживём? — не понимает Натали.
— У тебя же было предложение. Почему бы его не реализовать?
— Лучше вас я ничего не сделаю!
— И вы не будете нами править? — с растерянностью спросил его Силин. — Все голоса за вас. Не будет же единственный кандидат...
— Как все? — удивился петух.
И свиньи стали хрюкать петуху, чтобы он остался. Никто не хотел, чтобы он улетел. Интересно выходит. Крыли петуха грязью, но хвалят, когда он уходит.


20.

Остался всё-таки петух. Уж слишком сильно свиньи уговаривали его продолжить править ими.
И продолжил он править. Но уже через неделю к нему шли с жалобами. У кого-то дом сломался, а строители не могли починить его всего лишь за один день. Кто-то жаловался на то, что все дороги засыпало снегом. Кто-то жаловался на низкую оплату. В общих чертах... Все жаловались, что всем плохо, что надо все проблемы решать мгновенно, а не так, как это возможно, долго.
Не будем перечислять каждую жалобу и каждый день правления петуха. Вы уже заскучали, как я вижу. Перенесёмся на полтора года вперёд. Это весна.
И одним мартовским днём Димка стал говорить почти взрослым свиньям что-то не очень ладное:
— Вы же не хотите работать. Зачем вам повиноваться петуху и идти работать?
— Действительно, — ответили недосвиньи.
— Так зачем ему подчиняться, если вам этого не надо?
— Не будем подчиняться!
И решили они так. Каждый день подрастающее поколение говорило, что не будет работать. И предлагало так делать и взрослым свиньям. А знаете, что самое интересное в таком противостоянии? Димка продолжал готовить. Похоже, ему уже нравится быть поваром.
Каждый день большие мальцы кричали: «Не будем работать! Собой будем жить!»
Но за день до назначения новых профессий петух услышал крики данных митингов. Федька удивился, но он спокойно подошёл к ним и спросил:
— Здравствуйте! А что вы делаете?
— Мы? — с испугом спросили безработные. — Мы... Шутим мы, Фёдор Окорочкович! Разве не очевидно?
— Уж очень громко вы шутите... Можно потише, пожалуйста?
— Хорошо, Фёдор Окорочкович.
— Кстати, — остановился петух, — скоро назначить вас надо бы какими-то делами. Как думаете, чего нам не хватает?
— Уборщиков, — предложил Хрюша. — Все дорожки в пыли или в грязи. Ещё и мусорят у нас некоторые. Нам нужен тот, кто всё будет убирать.
— Хорошо. Вы же выберите, кто из вас им будет?
— Да, — быстро ответили они, — выберем.
— Вот и отлично. Не хочу, чтобы кто-то работал на не нужной ему работе.
И улетел тот. А безработные стали между собой шёпотом осуждать такое предложение: «Ещё и выбирать нам заставил. Не мог сам выбрать, кому что делать?»


21.

Наступил следующий день. Солнце вышло из облаков и услышало петуха, который начал ку-ка-ре-кать. Ах, как же солнце скучало по этому голосу... За облаками его не услышать!
Федька стал похаживать по деревне, чтобы насладиться свежим воздухом. И по дороге случайно заметил Хрюшу и его друзей. Начался разговор:
— Ну, что? Определились, кто убираться в деревне будет?
— Фунтик будет! — ответил ему Хрюша.
— Мы договаривались на Зефирку! — возразила Зюзя. — Она же у нас перфекционистка, ей лучше это дело подходит. Причём тут Фунтик?
— В смысле я? — удивилась Зефирка.
— Чего? — сказал Фунтик в то же время, когда прозвучал предыдущий вопрос Зефирки.
— Ребята, потише, — остановил их Федька.— Вдвоём нельзя убираться? Или спросить у других свиней, кого бы они хотели видеть в такой...
— Вы бы помолчали! — прервал его Фунтик. — Дело не в том, кто в мусоре копаться будет!
Петух ничего не понял. А поэтому он побежал к Борову и попросил сделать собрание. На него пришли все, кроме тех, кто спорил про уборку мусора (вернее, не про неё, ведь дело не в этом). В собрании Федька попросил свиней проголосовать за то, кого бы они хотели видеть в дворниках.
Большинство голосов вышло за Зюзю. Однако после голосования Неваль спросил у петуха:
— А почему мы не выбирали свои профессии, а дворников выбирать надо?
— Понимаешь ли, Неваль, — начал Федька, — раньше мы с Боровым выбирали тех, кто лучше всего подходит под такие задачи. А дворником может быть каждый. Согласись же.
— По сути... да. Но почему мы сейчас за свои профессии не голосуем?
— На это есть четвёртое правило. Договаривайтесь и меняйтесь, если очень надо.
— А им хоть кто-нибудь пользовался?
— Я пользовался, — ответил на вопрос Неваля Кабан. — Теперь я не повар, а дровосек!
— А я теперь с удовольствием готовлю! — добавил Свинтус.
Неваль замолчал и опустил свои руки. После этого Федька попросил всех дальше заниматься своими делами. С бумажкой, на которой написаны результаты голосований, птиц полетел к спорщикам. Они продолжали спорить. Но их прервал петух:
— Ребята! За вашу профессию вся деревня голосовала. Вот, — протянул он Фунтику бумажку, — тут написано, кого хотят видеть в качестве уборщика.
Фунтик взял бумажку, прочёл её и дал Зюзе:
— А я говорил, что я тут ни к чему!
— Что значит «ни к чему»? — сказала Зюзя. Она взяла бумажку, прочла её и впала в ярость. — Почему я!?
— Всё решает большинство, — ответил Хрюша. — не сопротивляйся.
— Да я... Да вы... Хрюшенька... Ты правда считаешь, что это справедливо?
— Не дави на жалость. Я тебе говорил, что мне это не нравится... — расстроился Хрюша.
— Я всё поняла. Всё с тобой понятно...
— Солнышко... — начал оправдываться её милый друг.
А солнце подумало, что это его зовут. Оно направило лучи на Хрюшу. Но тот закрыл свои глаза и стал щуриться, показывая всем видом ненужность этого жеста солнца. Солнце после такого обиделось... и убрало лучи с Хрюши.
— Девушка, не печальтесь, — пытается успокоить Зюзю Федька. — Я уверен, вы будете хорошо трудиться. К тому же... получать денег вы будете немало. Не переживайте.
— Да не в деньгах дело...


22.

Ночь. В недавно построенный дом Хрюши зашёл гость. Это его дама. И она до сих пор горюет из-за ситуации, что произошла с профессиями ранее. И начала Зюзя отрыто плакать:
— Почему ты за меня тогда не заступился?
— Зюзяшенька, ну перестать же реветь...
— Ты же прекрасно знал, что я хотела готовить, а не улицы чистить! И готовить свои блюда, а не ихние!
— Ну, завтра поменяешься с Димкой, что ты? Ему всё равно хочется работать там, где проще...
— Но я же хотела сразу в повара...
— Милая моя... Мы же все знаем, что этот дурак ничего не меняет. Он только новое что-то делает. Чего ты ожидала?
— Ну, не знаю... — Зюзя закрыла глаза своим предплечьем... — Зачем ты вообще этому камню сказал про дворников?
— Как-то само вышло... Я, честно, ничего не хотел говорить тогда...
— Зачем мы вообще соглашаемся работать? Я жить хочу не для других, а для себя, ради своего таланта, — тут Зюзя громко заревела. Хрюша подошёл к ней, обнял и прислонил свою голову к её голове...
Через полминуты слёз прозвучало утешение:
— Давай так поступим... — в глазах у девушки слёзы стали капать медленнее, дабы она всё услышала. — Ты завтра с Димкой поменяешься, но... я скажу камню, чтоб он тебе разрешил в свободное время готовить для себя... ну, и твои блюда добавлять в меню. Так будет хорошо?
— Но, Хрюш... — сквозь почти закончившиеся слёзы начала Зюзя, — я плохо при других своё готовлю... к тому же... стесняюсь... Ты ж сам видел, какой я пирог нам спекла на прошлой неделе, когда никто от меня глаз не спускал...
— Я попрошу тебе выделить отдельный домик для готовки.
— А вдруг кто-то войдёт?
— Закроешься на ключ.
— А так... можно?
— Законом не запрещено. Ну, всё, солнышко, хватит плакать... А то и я сейчас начну, — сообщил Хрюша.
— Но я всё ещё обижена...
— Утренний букет цветов уберёт обиду?
— Только из пионов...
— Я их найду, не переживай.
После этих слов Зюзя всё-таки решила вытереть слёзы. И с улыбкою странной лица она взглянула на любимого, как в первый раз. Плачь действительно прекратился.
Через пять минут они уже спокойно обнимались и ждали сны... Но не будем дальше углубляться в любовные отношения. Нам они не нужны! Нам нужен петух! Он же Федька. Он же Фёдор Окорочкович. Он же... камень...
Странно, что за Федькиной спиной его называют камнем. Называют то ли потому, что в него изначально камень бросили, то ли потому, что он такой же неповоротливый...


23.

На утро Зюзя получила свои пионы. Я бы от них тоже не отказался, только мне цветы не дарят, к сожалению. Это я пионы дарю (только просто так).
После Хрюшка и Зюзя пошли домой к Димке, чтобы предложить обмен профессиями. Зюзя начала:
— Привет, Димка.
А Димка в это время спал. Громко зевнув, он спросил их:
— Зачем... пришли?
— Ой, прости, разбудили! — извинился Хрюша. — А мы хотели предложить работами обменяться.
— Ах... ну зачем вы согласились работать? Вы ж мне работы добавили... Ну... вы...
— Прости... — извинилась и Зюзя.
— Так поменяемся? — Хрюша жаждет получить согласие.
— Да погодите вы! — прикрикнул Димка. — Ох... Что вы там делаете на своей.. м-м-м... работе?
— Просто порядок наводим.
— А... и... всё?
— Да.
Димка после этой фразы так обрадовался, что он моментально вышел из полусонного состояния. Встав с кровати, бывший повар сказал:
— Тогда руки в ноги и вперёд! Не будем терять и минуты. Вы ж мне такую халяву дали! — обнял Хрюшу и Зюзю Димка. — Век не забуду!
Интересно, почему Димке показалась эта работа такой лёгкой? Да, в ней особо ничего уметь не надо, но она такая времязатратная...
И пошли они к петуху, и обменял он профессии Зюзи и Димки. Димка сразу радостно побежал спать.
Но Хрюша с Зюзей ещё остались. Кавалер стал исполнять своё обещание:
— Фёдор Окорочкович...
— Да-да. Чего вы ещё хотите?
— А не могли бы вы Зюзе выделить... отдельную комнату для готовки?
— Интересно, как это увеличит эффективность готовки!
— Понимаете ли, — начал объяснять Хрюша, — она очень стесняется при ком-то готовить... Одной ей будет лучше готовиться.
Федька с непониманием посмотрел на глаза девушки, но они говорили правду.
— Ну, раз так, — начал он подводить итоги, — то я закажу для каждого повара отдельные здания. Не будешь же ты белой вороной! — обратился к Зюзе Федька.
— Звучит разумно. Спасибо, — поблагодарила Зюзя его.
— Помогать мне в радость!
И уже через два дня у всех поваров были отдельные комнаты для готовки. Так действительно повысилась эффективность работы, потому что повара стали меньше обсуждать петуха...


24.

Спустя неделю петух снова понял, что в деревне нужно ещё одно небольшое развитие. То есть, нужны новые профессии. Федька решил не беспокоить Борова, а потому он самостоятельно решил прогуляться по деревне и услышать у жителей, чего хотят свиньи.
Во всяком случае, так подумали Неваль и Натали, когда заметили мимо проходящего правителя.
— Здравствуйте, Фёдор Окорочкович! — натянули улыбки и крикнули они.
— Здравствуйте. Как поживаете?
— Плохо, Фёдор Окорочкович! — огрызнулся Неваль.
— Что у вас случилось? — удивился петух.
— Неваль, что ты заладил!
— Нет, Наталь, я дело говорю, не перебивай. Фёдор Окорочкович, жизнь наша однообразна. Я только готовлю и по лугу гуляю, а она тем же самым, но вместо готовки занимается огородом. Сами подумайте, весело ли нам так жить?
— Действительно, — согласился правитель, — скучновато в нашей деревне. Одна гора да река дают разнообразие... но этого мало. Нужно что-то такое...
— Даже не старайся. Никто не сможет придумать разнообразие.
— Неваль!? — пригрозила Натали.
— Нет, ты прав. Я что-нибудь придумаю. Ах, придётся с печалью... отложить поход за червями... — с разочарованием пропел петух.
Никто из свиней не понял, про что он пел. Но они молча попрощались с ним и дождались его печального ухода.
— Что ты этому камню жалуешься?
— Пусть хоть что-то сделает. Хоть сидеть сложа крылья не будет. А то он только этим всегда занимается.
— Но мы же договаривались со всеми накричать на него с этой жалобой...
— Когда вы собирались, он бы уже не правил! Будешь самой себе жаловаться со всеми?
— Неваль, мы хотели же перед выборами, а не после них.
— Ага, когда этой курице час останется важно сидеть? Надо хотя бы за день! А лучше сразу.
— Раньше ты был только за...
— У нас год почти никаких изменений не было. Мне уже надоело чего-то ждать!
Хорошо, что петух их разговор их не слышал. Трудно представить, что бы случилось, если бы он это услышал... Хотя... Нет, представить легко. Очевидно, что он просто будет плакать и пытаться что-то исправить...


25.

Петух в это время пошёл прогуляться по лугу. Там у петуха сильное вдохновение. Я бы на его месте пошёл домой, потому что надвигаются такие чёрные и громадные тучи... один вид их пугает. А какую погоду они сотворили бы... В общем, погода страшная приближается.
Но он ходит по лугу, и ходит кругами, и ходит зигзагом... И с каждым шагом ему кажется, что ответ на его вопрос всё ближе...
А Боров, проходящий мимо, случайно заметил правителя. Он к нему подбежал, как силы старику позволяли, и сказал:
— Федя, дорогой мой, пойди домой! Дождь же надвигается, промокнешь ведь.
— Какой дождь? — с полным непониманием спросил петух.
— Наверх посмотри! Гляди, какие чудища на небе...
И он посмотрел наверх, заметив это страшное чёрное пятно колоссальных размеров. Воздух стал ощущаться мокрым.
— Действительно... — подтвердил Федька. — Надо бы сходить за зонтом.
— Какой зонт!? Он тебя не спасёт! Ветер уже прилично дует. Представляешь, как ветрено будет при этом дождище?
Федька не отрывал взгляда от небесной чёрной дыры. Что-то такое он увидел в этой надвигающейся погоде...
— А все ли свиньи знают об этом дожде? — спросил Борова Федька.
— Все уже по домам расходятся. Никто промокнуть не хочет.
— Хорошо.
И петух продолжил молча смотреть наверх.
— Может, тебе хотя бы дождевик принести?
— Да, спасибо, Боров.
Боров жил неподалёку от луга, так что он вернулся быстро. И он принёс ему дождевик:
— Я не уверен, что он спасёт тебя от такого дождя. Но надеемся на лучшее... — сказал мудрец и ушёл к себе домой.
А Федька продолжил смотреть наверх, попутно надевая дождевик. Федька ждёт дождя. Сильного дождя. Ему кажется, что дождь усилит его потоки мыслей в сотни раз... Или совсем уберёт все мысли... Он так и не понял, чего ему больше хочется.
Ветер начал усиливаться. Тогда Федька нашёл на лугу большой, рядом лежащий камень и сел возле него, чтобы ветер сдул не только его самого, но и этот камень.
Дождь начал капать. Он постепенно набирал свою мощь. Ветер тоже увеличивал свою скорость. Федьке стало очень легко и приятно. Так же, как и горе с деревьями возле Тягуна...
Уже через пять минут луг казался газоном. Капли падали с такой силой и в таком количестве, что трава сильно начала обнимать землю... Трава боялась, что погибнет... А земле ни чуть не лучше. Ей стало плохо, потому что куски земли вылетали наверх из-за здоровенных капель (размером с картошку). В итоге трава стала обнимать мать-землю, а земляные дети-куски стали обнимать так же сильно траву...
А свиньям дождь никак не нравился. Молодые свиньи стали говорить, что этот ливень — потенциальная причина для будущего отказа от работы; мол, деревня может сама разрушится в любой момент, потому работать в таких условиях бесполезно. Полностью взрослые свиньи, которые уже давно имеют работу, ждали окончания страшной погоды. А рыбаки радовались, потому что клёв такой сильный... Жаль, что Боров уже давно не рыбачит. Тогда бы он тоже был так счастлив...
Только Димка не был рад даже чуть-чуть. Он понимал, что после дождя будет так грязно в деревне, что грубо посчитать деревню чистой никак не получится ни у кого... Он уже через часа после начала дождя через окно чувствовал этот запах грязи, валявшейся повсюду...
Но вернёмся к Федьке. Ливень только кончик его клюва трогал, а остальная часть петуха скрыта под дождевиком Борова. Всё-таки дождевик отлично спасал от дождя. Федька дышит влажным воздухом, которым трудно дышать из-за сильного ветра. Как же ему приятно...
И через час этого наслаждения у него появляется мысль о добавлении развлечений в деревню. Но они начнут воплощаться в жизнь только после ухода чёрной дыры с неба. А ушла она только через двое суток...


26.

Не волнуйтесь за Федьку, потому что он не сидел под дождём двое суток! Он там пробыл всего лишь пять часов, пока не захотел поспать.
Но перейдём к тому моменту, когда Димка с большим недовольством убрал всю деревню (ему помогали, естественно, так как одним никто б не управился). Федька пошёл к мастерам по дереву. Он им сказал:
— Здравствуйте, Григорий и Неваль.
— Здравствуйте. Зачем пришли?
— Вы же можете построить лодки?
— Можем. Какие лодки?
— Желательно трёхместные. Две штуки. Когда построите?
— Пять дней уйдёт, думаем.
— Отлично. За лодку сколько пелинов?
— Дайте подумать, — сказал Гриша и взял какую-то бумажку. Он на ней что-то написал. — 250 пелинов за штуку.
— Хорошо, завтра я вам принесу 500 пелинов.
— А вам зачем лодки? — поинтересовался Неваль.
— Это не мне. Это вам.
— Нам? — удивились мастера.
— Ну, не только вам. Это для всей деревни. Это будет одним из новых развлечений, понимаете?
И два друга задумались. Похоже, они очень хотели поскорее поплавать на лодках. Они раньше не думали, что так можно.
— В четыре дня постараемся уложиться!
— Вот и отлично. Спасибо вам!
И с этими словами петух ушёл.
А свиньи до сих пор не понимают, как реагировать на петуха: положительно (потому что он понял, чего хотели свиньи) или отрицательно (потому что он разрушил возможность пожаловаться на плохую жизнь). Но мы видим только положительную реакцию. Не будут же они из ненависти делать работу быстрее... или будут?
Хватит гадать. Перейдём же к следующей идее развлечений.


27.

В то же время петух побежал искать неработающих свиней. Искать ему пришлось недолго, потому что они гуляли и обсуждали, как же хорошо не слушаться петуха и не работать. Но Федька не слышал их разговора, потому подошёл и поздоровался, как ни в чём не бывало:
— Здравствуйте, дорогие мои!
— Здравствуйте..! — не ожидали его увидеть свиньи.
— Зюзя... вас же так зовут?
— Да, — ответила она.
— А как вашу подругу зовут? Можете, пожалуйста, сказать?
— Зефирка я! — обиженно ответила она.
— Что ж, уважаемая Зефирка. Вы к творчеству хорошо относитесь?
— Да, а что?
— А что вам больше по душе: рисование, стихи... или что-то ещё?
— Рисовать я люблю. К чему вопрос?
— Что ж, я нарекаю вас... художником! Вы теперь будете рисовать всем свиньям картины. Представьте, как все будут...
— Нет, нет, нет! — прервала петуха и возразила рисовашка. — Я не буду плясать под чью-то дудку! Я рисую только для себя, а вам — шиш!
— Позвольте, Зефирка! Я не говорил, что вы будете рисовать по чужим запросам.
— А мне то что с этого?
— Я хотел, чтобы вы просто рисовали и выставляли бы свои картины всем, чтобы все любовались ими.
— Зачем это?
— А если я хотел рисовать? — спросил Фунтик.
— А вы будете? — поинтересовался Федька.
— Нет! — признался Фунтик.
— Тогда что предлагаете?
— Вот думайте, если умеете!
— Ку-ка-ре-так! Давайте успокоимся! Я пришёл не портить вам настроение или жизнь, а улучшать это всё. В нашей деревне нет никаких развлечений. Как вы предлагаете их создавать?
— Летайте перед всеми! — засмеялась Зефирка. — И всем будет с этого смешно!
— Что вы себе позволяете? Я к вам с благими намерениями, предлагаю то, ку-ка-ре-что сделает вашу жизнь и жизнь других краше, а вы грубите мне!?
— А мы не хотим ничего делать, — сказала Зефирка.
— Ну, знаете ли...
Федька с большой обидой пошёл к своему другу за советом. Шёл он то ли медленно, то ли быстро. Так сразу не поймёшь... Да и, если наблюдать достаточно долго, тоже не поймёшь.
Боров пил дома чай, закусывая булочкой с вареньем из одуванчиков.
БАМ!
Дверь резко стукнулась о стенку. Боров Себастьянович посмотрел, кто к нему зашёл. И увидел полностью опустошённое лицо, опущенные крылья и прижатый к телу хвост. Может, Федька не ожидал, что хлопнет дверью так сильно?
— Федя, это ты?
— Друг мой, я не знаю, что мне делать! — крикнул петух.
— Чего это с тобой?
— Да свиньи эти... молодые которые... они не хотят работать! Я им говорю, зачем работать, говорю, что ИМ же лучше будет... А они... — упала слеза. — Ах, что мне с ними делать? Не могу же я других заставить работать!
— А что ты им предлагал, что они сопротивляются?
— Я у... Зефирки, по-моему... спросил, что ей из творчества очень нравится. Сказала, что рисовать любит. Я ей предложил художником работать...
— И отказалась?
— Да! — крикнул петух.
— Что ж это с ней творится... — стал думать Боров.
Он взял чайник, взял ещё одну булочку и банку с вареньем, налил в кружку чая и подал чай и булочку с банкой Федьке:
— Выпей чаю. Успокаивает хорошо...
— Спасибо, — поблагодарил Федька и залпом выпил чуть ли не кипяточный чай. И почему ему не было горячо? Я бы уже после первой капли закричал...
— Избалованные стали дети, — начал думать вслух мудрый свин, — даже любимым делом не хотят заниматься... Надо бы им сказать, что к чему.
— А они не будут спорить с тобой?
— У меня видишь, что есть? — он показа бумажку, где написано, что он и Степан назначены регулировщиками. — Не послушаются, я им вот этой тростью дам! — конечно, он делать этого не собирался. Это было сказано для убедительности. — Они закон нарушают, имею право любыми способами заставить исполнить их.
— Хах, а ты прав...
— Ладно, — начал завершать диалог Боров, вставая со стула, — ты здесь чай пей, а я пойду к Зефирке и её друзьям. Разложу всё им по полочкам...
— Спасибо тебе.
— Слушаться правителя — мой долг!


28.

Упрямцы сидели на лугу да рассказывали друг другу какие-то забавные истории, которые произошли с ними недавно. Они так были увлечены этим разговором, что не заметили грозный приход мудрого свина.
— Кхм, кхм! — прервал их Боров.
— Ой, здравствуйте, Боров Себастьянович... — они испугались. — А мы тут... сказки сочиняем. Хотите послушать?
— Я уже слышал ваши сказки.
— Слышь, — шёпотом сказал Фунтик Хрюше, — это про то, как ты на Зефирку вчера упал.
— З-заткнись! — шёпотом крикнул ему он.
— Мне не до смешных сказок. Я здесь по вашему упрямству.
— Боров Себастьянович, мы всех слушаемся. Какое тут упрямство? — обманчиво не понимает Хрюша.
— Да? А правила деревни... вы тоже исполняете?
 — Да, — ответили все хором.
— И второй закон, где КАЖДЫЙ свин работает по той профессии, которую назначает Фёдор Окорочкович?
— Нам он ничего ещё не назначал, — обманула его Зефирка.
— Да!? — Боров Себастьянович поднял руку, в которой держал трость и показал кулак. Нет, он не замахнулся тростью. Только показал кулак. — И тебе он ничего не говорил про рисование!?
— Ничего, честно ничего, — быстро ответила она.
— Не стыдно ли тебе в глаза мне врать? Ты же прекрасно знаешь, что я правая рука Фёдора Окорочковича. Он мне всё рассказал.
— А он не мог где-то что-то недосказать?
— Ты бы, девочка, помолчала. Мало того, что правителя не слушаешь, так ещё и старших не уважаешь! Мы тебе только хорошее предложили: занимайся любимым делом, работай в удовольствие, радуй других... А ты даже этого не хочешь. Был бы я тобой, я бы от всей души пошёл всем показывать свой труд, а не упрямствовать и следовать бредовым целям Димки.
В глаза Зефирки был явно виден  то ли страх, то ли сильная обида или печаль, то ли мрак. Она секунд десять молча застыла в таком положении. Боров уже хотел ей что-то ещё сказать, но она прервала его начало фразы:
— Да вы что? Я своей жизнью живу, я, — она встала и сжала ладони в кулаки, — не рабыня! — она побежала куда-то... — Ничего вы о счастье не знаете!
Все её побег провожали взглядом. Непонимающим, молчаливым, неуместным...
Друзья переглянулись друг на друга, затем посмотрели на Борова. Он продолжил разговор:
— Что это с ней?
— Нормально всё с ней. Что не так?
— Вы испортили её!
— Мы ничего не делали, Боров Себастьянович!
— Вы! Вместе с ней Димку проклятого слушали! Что вы её не отговорили её от этих бессмысленных идей!?
— Мы... их поддерживаем...
— Вы! — Боров поднял наверх трость и уже собирался ударить то ли по кому-то из свиней, то ли по земле...
Зефиркины друзья закрыли голову руками, предполагая тем самым то, что будут побои... Но Боров застыл. Лицо его было белым. Борода ещё больше поседела. Гневное выражение лица сменилось на нейтральное. Он медленно опустил трость и опустил свою голову. Боров Себастьянович глубоко вдохнул воздух и так же тяжело и протяжно выдохнул. Даже не вдохнув и малейшей порции воздуха, он тихо и устало сказал:
— Спасибо.
Сразу не поняв, к чему он это сказал, безработные через десять секунд спросили:
— Что? За что?
— За то, что не соврали.
И ушёл он. Хрюша, Зюзя и Фунтик ещё минуту или пять минут смотрели друг на друга, пытаясь взглядами обменяться тем, что они из этого разговора поняли.
Так и ничего не поняв, они побежали куда-то. Но точно не за стариком.


29.

Зефирка побежала к Димке. Она вся в слезах. Открыв дверь его дома, она заговорила с Димкой, который спокойно сидел за столом:
— Димка, сопротивление не даёт результаты!
— Ты про что? Почему ты в слезах?
— Меня работать хотят заставить, — продолжает жаловаться она. — Я сказал, что не буду, но они продолжают! Что мне делать?
— Так, успокойся. Тебя что заставляют делать?
— Рисовать... — вытирает слёзы с глаз она.
— Они хотят заставить тебя рисовать по графику?
— Да...
— Вот чего удумали!
Димка посмотрел в окно, пытаясь найти в нём подходящее слово для продолжения своей мысли. Он её сформулировал, но не знал, как начать... Через три секунды он всё же сказал:
— Заставлять бесполезно. Ты же рисуешь, когда вдохновение появляется, да?
— Ну, да... при вдохновении, вроде...
— Ну вот! Зачем ты будешь слушаться их приказам рисовать, если в голове ничего не горит?
— Тоже правильно...
— Смотри, чтобы ты не подчинялась правилам и не слушалась этих остолопов, ты рисуй тогда, когда захочешь! Если нет вдохновения, плюй им в лицо.
— Ладно, тогда я буду отказываться.
— Я говорю и про буквальный смысл! Кем они являются то для тебя? Никем! Пусть знают, что ты выше их.
— Звучит разумно, — согласилась Зефирка и улыбнулась. — Спасибо тебе.
— Да что я сделал то? Сказал то, что логично. Ты бы не благодарила меня, если б я сказал, что небо голубого цвета и зимой снег падает.
И на этой весёлой ноте Зефирка вышла из дома Димки. Она, весело припрыгивая, решила пойти к петуху, чтобы согласиться рисовать, не говоря о подводных камня соглашения. Но по дороге она встретила своих друзей...


30.

Хрюша, Зюзя и Фунтик сильно запыхались. Видимо, они либо бежали долго, либо не занимались давненько бегом... Они с волнением, продолжая неравномерно и громко дышать, спросили жертву ругательств Борова:
— Всё в порядке? — спросил Фунтик.
— Теперь да.
— Ох, вот и хорошо, — прокомментировала Зюзя.
— Я буду рисовать для петуха, — друзья Зефирки с удивлением посмотрели на неё, так как не поняли, почему она согласилась, — но только тогда, когда сама захочу! Только вы никому не говорите это, ладно?
— Ладно, не будем, — пообещали хором они.
— Ну, я пойду камню этому говорить, что я согласна?
— Мы проводим тебя? — спросил её Хрюша.
— Да, спасибо.
И пошли они к Федьке. Федька в это время ходил из одного угла своего дома в другой. Он о чём-то молча рассуждал. Заметив, что его входная дверь открылась, он посмотрел, кто зашёл. Это была Зефирка, а её друзья стояли сзади, чего-то ждали.
— Здравствуйте ещё раз. Жалобы, или просто хотите на своём стоять? — в шутку сказал петух.
— Нет, я согласна быть художником, — ответила Зефирка.
— Отлично! С завтрашнего дня начнёшь рисовать. Как нарисуешь что-нибудь, отдашь картины мне. Я у строителей закажу построить отдельное здание, и в нём твои картины будут размещены. Когда оно достроится, я всем сообщу о нашей... нет, твоей галерее. Ну, на этом наша проблема решена. Приятной работы тебе... Зефирка, так ведь?
— Да, до свидания.


31.

Вот и наступило лето. Через месяц должны проходить выборы. А Федька не грустит по этому поводу. Он радуется, что свиньи теперь могут поплавать на лодке, посмотреть на действительно прекрасные картины Зефирки. Есть развлечения, никто не жалуется... на их качество. Вы же понимаете, на что жалуются свиньи за спиной петуха?
Но не будем отходить от истории. Идём дальше. Вместе с Федькой.
А он пошёл за редкими червями, которые должны жить под камнями на лугу. Он поднимал каждый камешек, смотрел на их низ и на их место на земле, но находил только простых... Ах, не всем же везёт. Но его сам процесс поиска успокаивает. Он не надеется найти двадцать редких червей: он будет бесконечно рад и одному!
Но тут к нему подошли десять свиней, которые уже давно работают на него. Пришли они не поздороваться:
— Фёдор Окорочкович, как это понимать?
— Здравствуйте. Что случилось? — не понимает их намерений Федька.
— Зачем нам вообще художница эта? — вызвался спрашивать за всех Кабан. — А патрульный на реке? Дворник, в конце концов, какого чёрта понадобился нашей деревне?
— Простите, что? Мне не послышалось? — он не понимает, почему они не видят смысла в делах этих работ.
— Они всё равно почти ничего не делают! — сказал Силин. — Димка весь день спит, потому что никто не сорит. Фунтик спит возле реки, потому что все и так аккуратно плывут на лодках. А Зефирка вообще не рисует!
— Позвольте, но кто сказал, что они никогда не будут нужны? Рано или поздно в деревне будет грязно. Кто будет убирать деревню?
— А если мы будем? — решила высказаться Натали.
— А вы будете?
Все промолчали.
— Ну вот! А если кто-то случайно перевернётся в лодке; весло ли за дно уцепилось, или наклонился на край лодки, неважно; он сам спасётся, если он в панике будет под водой барахтаться?
— Он может уметь плавать! — предположил Гриша.
— Скажите мне, пожалуйста, кто умеет плавать здесь?
Из всех присутствующих руку поднял только Силин.
— Да, все умеют плавать, а поэтому сами спасутся. Да, Григорий? — сарказм был очевиден.
— Да... — ответил с сарказмом и обидой тот.
— А когда вам старые картины наскучат, кто новые рисовать будет?
— Они уже наскучили! — хором ответили свиньи.
— Вовсе не проблема! Дайте несколько дней нашей Зефирке, и она нарисует ещё один шедевр. Она не робот, чтобы штамповать картины так же, как дровосеки рубят деревья!
Свиньи собрались в круг и стали что-то шёпотом обсуждать между собой, чтобы Федька их не услышал. Были слышны лишь такие слова-предложения: «Камень.», «Хватит!», «Бессмысленно!». Когда прошли полминуты, Макс сказал за всех:
— Вы идёте против народа!
— То, что вы не видите смысла в полезных профессиях, не моя вина! Я делаю всё, чтобы вам жилось лучше.
Десяток свиней стали бессвязно кричать на петуха... Что они там говорили, даже сами свиньи не слышали и не понимали.
— Давайте решим нашу проблему так! — остановил их визг правитель. — Если у вас появятся жалобы на другие профессии, я их устраню. Я уверен, что уже через две недели вы поймёте, что труд этих рабочих вам понадобится.
— Давайте! — поспешно согласился Свинтус.
Все на него удивлённо посмотрели, затем посмотрели на Федьку... негативно. Все разошлись и стали считать, что их камень либо ничего не устранит, либо просто хочет удержать власть. Вот глупцы...


32.

И началось исполняться обещание Федьки. Через две недели все подошли к нему домой с такой претензией:
— Нам не нужны столяры!
Федька посмотрел на них и спокойно сказал:
— Ведите сюда столяров. Дровосеков тоже.
— А дровосеков зачем?
— Ведите, я сказал.
Делать было нечего. Они напросились, они согласились. Потому придётся исполнять требование. Через десять минут рабочие, которых попросил созвать Федька, пришли к петуху. Они вышли вперёд всех и спросили:
— Что звали, Фёдор Окорочкович?
— Вы, столяры, уволены. Теперь вы будете писать книги. А вы, дровосеки, теперь получаете не 120 пелинов, а 100.
— Постойте! — возразил Димка. — Вы обещали просто устранить одну профессию, которая нам не нужна!
— Дровосеки нам нужны для чего?
В ответ гробовая тишина.
— Для работы столяров и строителей. Работы у них стало вдвое меньше. Скажите спасибо, что не уменьшил вдвое.
— А писатели нам зачем?
— Больше разнообразия. Морковка Геннадиевна научила всех молодых читать. А вы и раньше умели. Будете теперь практиковаться читать. Все свободны.
А свиньи так хотели сказать, по какой причине им столяры не угодили... Придётся им промолчать и попытаться радоваться тому, что их прихоть исполнили.


33.

Пришлось свиньям не говорить петуху о причине желания устранения столяров. А друг другу говорить уже нет смысла: все и так прекрасно знают, что у них вся мебель в изобилии и что новая не нужна.
Но Федька был прав. Они и недели не продержались. Только ничего хорошего они не усвоили из этой глупости...
Следующий день с того момента, когда устранили столяров.
Натали и Неваль пришли в гости к Димке, который, как и ожидалось, лежал и наслаждался «чистотой» деревни. Он заварил чай, подал его гостям и себе и начал с ними разговор:
— Погода прекрасная, в неё парочкам только гулять и надо. Но вы что-то по домам хотите сидеть. Я бы гулял в это время, хоть сейчас с вами выйди.
— Мы согласны с тобой, — ответил Неваль. — Но почему бы не проведать нашего давнего друга?
— Давненько мы не общались, — заметила Натали.
— Это да... — согласился Димка.
Произошло короткое, но неловкое молчание. Димка решил пересесть на другой стул, чтобы на нём сказать свою фразу о том, почему он лучше других свиней. К чему это, никто не знает. И начал он:
— Я прекрасно знаю, чего хочет каждый. Меня знают все. Никто не уважаем в этой деревне так, как я. Все моим советам следуют, потому что они правда дельные!
— Да, но ты так и ничего не предложил изменить у нас, — заметила Натали. — Ты хорош, спору нет. Но одних советов мало, согласись...
— Права ты, — согласился он. — Но исправить я не смогу это. Понимаешь?
Димка стал так активно жестикулировать, что стул его стал качаться из стороны в сторону.
— Меняться, — продолжает он, — значит, становиться лучше. Но это! Это процесс долгий. Вы знаете, — чуть ли не кричит Димка, — сколько я размышлял над идеей...
БУМ!
Задняя ножка стула сломалась. Гордый свин знатно шлёпнулся на пол так неожиданно, что никто не смеялся над его падением. Хотя это было бы к месту.
Гости молча смотрели на пострадавшего. Пострадавший молча пытался вспомнить, где он и что говорил. Через некоторое время Димка глухо спросил:
— Что?
— Ты упал, — странно сказал Неваль. — Сломался стул.
— Что б этот стул, — тихо, но грубовато поругался Димка. Дальше продолжил говорить нормально. — Ну, ещё три стула есть. Жить можно.
— Тоже правильно.
И остался Димка без стула, но довольный. Общались они ещё долго. О погоде. О петухе. О новых правителях. О разном, в общем...


34.

Я вам показал одно событие, когда мебель начала ломаться. Не будете же вы слушать, как больше пятидесяти раз то стул, то стол, то полка, то декорации из дерева ломались у всех свиней. К тому же, вы можете себе представить, какие игнорирования проблем и недовольства несколькими сломанными предметами проявлялись с каждой поломки.
Мы идём дальше; я лишь скажу, что осталось из мебели у каждой свиньи. Два стула, один из которых уже рискует сравняться с землёй из-за неустойчивости. Дощечка от стола, которая неуместно лежит по середине комнаты. Две половинки полки, что висят и не приносят ни пользы, ни красоты. Кровать, что сильно скрипит.
Да, это у каждой свиньи. А прошла только неделя... И пошли они все жаловаться петуху:
— Фёдор Окорочкович, — начали все хором, — вы зачем устранили столяров? Нам они чрезвычайно срочно нужны!!
— Что и требовалось доказать. Сами попросили устранить их, и уже понимаете, что зря вы думали, что какая-то работа вам не нужна.
— Раз вы знали, — начал гневно, сильно повышенным голосом говорить Димка, — то зачем их убрали!?
— Вы тогда показывали своё недовольство, даже когда я вам объяснил важность «ненужных» работ. Как вам, по вашему мнению, угодить?
Свиньи просто ушли, выкрикивая «камень» или «глупый правитель». Дверь очень сильно захлопнули свиньи. Казалось, что через секунду она упадёт от такой силы... Но дверь выдержала.
Тяжело Федьке. Он после того, как все ушли, молча несколько часов смотрел в стену. С каменным лицом. Полным разочарования.


35.

Федька всё думал про жителей Свиньево.
«Очень тяжело с ними — думает он. — Зачем они отказываются от полезных работ? Я же объяснил им, что они нужны, разложил по полочкам всю пользу от них. Сказал, что потому и не надо от них отказываться, а они даже так против!»
Стена стала смотреть на петуха. Стена уже начала размышлять, насколько сильно деревня погрузилось в не самые приятные времена...
«Нет! — продолжает птиц размышлять. — Я так больше не могу. Если я им хоть что-то сделаю, даже хорошее... они будут жаловаться, что всё плохо! Лучше бы я улетел сразу...»
И тут что-то в голове появилось у него. Действительно, никто не запрещал ему уйти от этих свиней. Действительно, он может улететь в любой момент о всех, и никто не может ему что-то сделать.
«Всё равно скоро выборы, — ищет подтверждений своей мысли Федька, — выберут какого-нибудь другого правителя. Надеюсь, он сможет что-то сделать с вечным и беспричинным недовольством свиней».
Уже наступила ночь. Все спали, деревня наполнилась абсолютной тишиной. Федька, поняв, что никто его не увидит, вышел из дома, сбежав от пристального зрительного контакта со стеной, и подбежал к берегу Тягуна. Как же красиво луна отражается в воде...
А гора радостно поприветствовала петуха. Видимо, она знала, что он вернётся и совершит это дело.
Но Федька наслаждается одиночеством и тишиной, пока есть возможность. Это последний момент спокойствия. Никто не жалуется. Никто не требует от него ничего. Никто не ругается без причины. Никто не предлагает ничего глупого. Никто...
Абсолютно...
Никто...
Здесь только Федька, гора, река и спящие деревья. Петух лишь думает о том, сейчас или утром. Он глазами спрашивает у неспящих друзей, что бы они выбрали.
Гора считает, что уже пора. Давно пора.
Река не совсем поняла, что имел в виду Федька, потому просто считает, что лучше раньше или вовремя, чем поздно.
«Сейчас — лучшее время!» — окончательно принял он решение.

Крылья раскрылись.
Тело наклонилось.
Ноги полны энергии для сильного толчка.
Крылья стали гибкими, как никогда.
Через минуту он улетит,
Пока вся деревня не знает и спит.
И вряд ли кто-то волноваться будет.
Все лишь проблемы свои позабудут,
Начнут терпеливо ждать без пользы.
Но кто их об этом просит?

Петух перелетел Тягун. Приземлившись на другой берег реки, что возле горы находится, Федька обернулся и посмотрел на деревню.
Что-то ему говорило, что он обязательно сюда вернётся, несмотря на общее настроение деревни. Так и будет, но не скоро. Федька побежал в далёкие дали, далеко за горой. Неважно, что он говорил про какие-то семь километров. Его путь был длинным и очень продолжительным.
Петуха больше нет. Остались одни свиньи.


36.

Утро, рассвет.
Думали, я перейду к следующему дню? Не угадали! Никто не заметил ухода петуха на следующий день. Нам важна следующая неделя, день выборов. На важном дне и остановимся.
Утро, рассвет. Свиньи проснулись и ожидали, что Кабан станет новым правителем Свиньево. Были ещё надежды на Димку, но до сих пор в бумажках был написан Федька. Всё-таки никто ещё не знал, что он ушёл.
Боров решил проведать его, чтобы узнать, не хочет ли он посмотреть на выборы. Он подошёл к двери его дома, постучался и спросил:
— Дружище, ты спишь? Али бодр уже?
Молчание.
— Видимо, спишь. Ну, не буду мешать тебе.
И он ушёл... пока что.
Боров пошёл к реке, чтобы провести выборы. Многие свиньи уже собрались на месте проведения выборов. Из толпы только и были слышны фразы про улучшение деревни и искоренение несчастья.
Подул ветер. Ветер решил пошалить в деревне, и поэтому он открыл двери в каждом доме, не закрыв за собой ни одну.
Никто не обращал внимания на это, так как с нетерпением выбирали желанного себе (наверное) правителя и ждали результатов выборов. Результаты были стабильными: три голоса за Димку, один за Кабана, остальные за Федьку. Очень странные результаты выборов, не так ли?
Боров решил пойти к своему другу, чтобы сообщить о его победе. Дверь была открыта, поэтому он заглянул в его дом. И хотел он уже сообщить хорошую новость, но он заметил, что дома никого нет.
Боров растерялся. Его друга нет! Он побежал, как только мог, искать его по всей деревне, спрашивал у каждого свина и каждой свиньи один и тот же вопрос: «Вы Фёдора Окорочковича не видели? Федька пропал! Где он?»...
Но никто не знал. Боров получал один и тот же ответ: «Не знаем мы, где этот камень бестолковый».
Уже все услышали этот вопрос, ответ на который не знал никто... И только на следующий день все осознали тот факт, что Федьки то нет!


37.

День следующего дня. Солнце уже начало печалиться, так как не видит своего любимчика. Тягун продолжает медленно течь. Гора всё смеётся, но уже начинает что-то подозревать...
Все собрались у реки. Никто не просил их прийти. Они сами поняли, что им нужно собраться и что-то обсудить. Но никто до прихода не признавал, что они собирались обсуждать. Боров начал:
— Федьки то нет... Он пропал.
— Тогда нам нужен новый правитель, — предложил Хрюша.
— Выборы будут, или кто-то сам выйдет быть правителем? — спросила всех Зефирка.
— Может, кто-то из прошлых кандидатов? — Боров подумал, что они могли бы заменить лучшего.
— Нет, я не буду! — сказала Натали. — Я вообще не готова хоть чем-то править! Нет, и ещё раз нет!
— Я действительно только на словах хорош. А на деле ничего не сделаю, потому что не умею... — сказал Димка.
— Я тоже не смогу, — сказал Свинтус.
Никто на деле не хотел править. Каждый сомневался, что он сможет развить деревню так же быстро и качественно, как и Федька. Каждый, кого спрашивали про занятие престола, отказывался от такой должности.
— И что делать будем, — спросил всех Боров, — если никто не хочет править?
— Ждать Фёдора Окорочковича! — крикнули все.
На что же они надеялись... В хорошие времена они видят только плохое, а в плохие времена только ждут хорошего...


38.

Они действительно ждали. Просто ждали, продолжая работать на пропавшего петуха. Да, никто не хотели трудиться, но все трудились. Потому что жить по-другому никто не хотел. А могли же! И хотели же, когда петух был!
Прошла неделя. Солнце стало меньше сиять, а Тягун уже окончательно замедлился. Наступил день платы за работу. И снова собрание, которое снова появилось само по себе:
— Кто же платить будет, — спросил всех мудрый свин, — если правителя нет?
И все стали шептаться, как действовать в отношении зарплат. Одни предлагали самостоятельно идти в дом петуха и брать нужное количество пелинов или долёков. Другие считали, что сейчас нужно делать всё бесплатно. Третьи предлагали создать новую валюту и Борову платить всем. Некоторые предлагали то же самое, что и третьи, но без создания новой валюты.
Никто не имел единого мнения; все хотели решить проблему по-своему, но не знали, как это будет.
— Так, — начал решать проблему Боров, — давайте голосовать. Поднимите руки те, кто за устранение денег.
Подняли руки шестнадцать свиней.
— Кто за то, чтобы я платил всем за работу?
Половина тех же рук, а также две новые.
— Кто за то, чтобы все сами брали деньги из дома правителя?
Никто. Интересно, почему же?
Мудрый свин в голове посчитал, за что больше проголосовали. И через несколько секунд подытожил:
— Пока правитель не вернётся, мы работаем по совести. Надеюсь, Федька скоро вернётся...


39.

По совести они жили очень долго. Дожили они так до следующего лета. Но мы перейдём к поздней осени, когда Боров всё-таки начал платить всем оставшиеся пелины.
Наступают холода. Вместе с ними замёрзла река. Удивительно, ведь в прошлые года она бурно текла даже самой холодной зимой... ещё до свиней. А тут осенью один лёд. Рыбаки горюют: рыбу ловить же теперь негде.
Снова собрание. Рыбаки плачут, не понимают, как сломать лёд и продолжать рыбачить в такое время. Повара тоже печалью поглощены, потому что половина блюд из-за рыбы тоже пропала. И другие горюют, так как и им есть нечего теперь. Все гадали, как быть с этой проблемой.
Через час печали дровосеки предложили возле реки выкопать небольшую яму и прокопать её до воды. Все согласились, что идея хорошая.
Дровосеки заказали у столяров две лопаты. Когда они были сделаны, новые копатели принялись копать. Когда они прокопали метр глубиной яму, дровосеки стали «выкапывать» реку. На следующий день в яме уже была вода.
Все были очень рады тому, что рыба снова доступна им! Но её ловилось мало. Так как яма была не частью основного течения, а лишь «пещерой» в реке, рыбы очень редко подплывали к угощениям на удочках. Если раньше зимой ловилось по пять рыб с каждого рыбака, то сейчас три рыбы ловились за весь день.
И никто не жаловался. Рыбы добавляли в блюда меньше, цены чуть-чуть снизили за еду, свиньи стали привыкать к тому, что они немного недоедают.


40.

Писать об однообразных днях свиней осенью, зимой и даже весной нет смысла. Однотонность жизни сменилась летом. Почему?
Гора теперь поняла, что её предположения не полностью верны, поэтому она немного ужаснулась. Солнце, приглядевшись на спину горы, улыбнулось. Заметив улыбку солнца, деревья стали активнее впитывать воду из Тягуна. А Тягун, поняв, что ему хотят сказать деревья, весело ускорил своё течение. Уже через минуту на верхушке горы был виден наш любимый Федька. Всё-таки он вернулся!
Петух осмотрел деревню и вдалеке заметил домик своего друга. «Вот, где он. Пойду-ка я, в гости к нему зайду!» — решил он.
Снова раскрылись крылья, но уже с жаждой встретить друга. Федька перелетел реку. В этот раз камнями никто не кидался; хорошо!
Федька спокойно пошёл к Борову. Странно, что на улице никого не было и что все окна были занавешены шторками или ставнями.
Тук-тук.
Боров открыл дверь, не смотря на того, кто к нему пришёл:
— Дима, варенье закончилось, уйди.
Федька понял, что это было адресовано не ему, а потому в шутку сказал:
— Мне что, за вареньем идти к твоему внуку? Я к Фунтику не пойду!
Боров услышал знакомый голос. Он поднял свою голову и увидел своего друга.
Долго же они радостно кричали, обнимались и не могли поверить в то, что это явь, а не сон.
Их радость за возвращение сменилась простым разговором:
— Я в гости решил к тебе зайти, Боров.
— Ты заходи, да. Ах, как я рад что ты пришёл!
И уселись они за стол, на котором уже стояли три кружки с чаем и две булки с рыбой. Разговор продолжился:
— А что ты ушёл то от нас? Мы мучались всё это время без тебя.
— К вам пришёл не очень хороший правитель?
— Никто вообще не пошёл править деревней. Вот... пытались мы жить, как при тебе.
— Странно... — сказал Федька с удивлением. — Я думал, что мой уход сделает вашу жизнь лучше...
— Почему?
— Ну, ты же знаешь, что все меня только ругали, что бы я ни сделал...
— Это да... Но нам было трудно самим что-то менять или делать. Ещё и зима выдалась нелёгкой...
Федька и  Боров ещё долго с большим интересом рассказывали и слушали, что с каждым происходило, пока Федька был где-то далеко.
Зефирка через час после начала их разговора вышла на луг, чтобы найти вдохновение. И услышала она в доме Борова какой-то разговор. Без предупреждения она приоткрыла дверь, чтобы посмотреть на собеседников и подслушать их разговор. Но тут же дверь закрылась. Она побежала. Она бежала к каждому дому и кричала каждому: «Фёдор Окорочкович вернулся!» — а после каждый присоединялся к ней и стал кричать то же самое остальным.
Когда все уже узнали об этой новости, они побежали в дом Борова и с огромной радостью распахнули дверь и начали:
— Фёдор Окорочкович, мы вас так ждали!
— Здравствуйте, мои дорогие!
— Вернитесь править нами, пожалуйста! Нам тяжело без вас.
— Куда я денусь? Я к вам уже так привык... Всё это время о вас думал. Правда.
Свиньи визжали и кричали, насколько хорошо изменится деревня теперь. Пожалуй, я не буду описывать вам все нежности того, как они хорошо относились к петуху в течение этой недели... Лучше я расскажу, что случилось на следующей неделе.
Так как новые свиньи уже стали взрослыми, Федька начал думать, какую они пользу будут приносить. Через день он поговорил на эту тему с Боровым и сказал молодым делать бумагу из тонких слоёв дерева, плести из них книги или писать на неё знания и стихи, или учить по этим книгам других недавно родившихся свиней.
Уже на следующий день они стали говорить петуху, что это не имеет смысла... Федька им подробно объяснил, что и зачем это нужно. Но молодые кричали, что это не так. К ним через время присоединился Димка и другие свиньи.
Они требовали других работ. Федька назначил и новые работы, но и так получал на это лишь возмущения...
Вы уже сами устали слушать вечные жалобы, поэтому я и не вдаюсь в подробности. Просто представьте, что чувствует наш петух, когда ему почти каждый час приходит подобная жалоба...
Он понял, что спорить с ними бесполезно. Поэтому Федька стал почти не выходить из дома. Он назначал профессии, правила или изменения тихо... с советами Борова.
На регулярных выборах всё было так же, ка и раньше: все выбирали петуха и возмущались этим.
Никто не замечал изменения, которые проводились тихо. А их было очень много, и были они очень полезными. Ругаться стали тише и реже, но между собой свиньи продолжили жаловаться на «проблемы».



Забавно вышло, не так ли? Свиньи выбрали петуха в качестве правителя. Петуху пришлось создавать немного негативных условий, потому что по-другому никак нельзя было... иногда даже по просьбе самих свиней. Все его за содеянное ненавидят... но никто не свергает его и не пытается что-то улучшить. Свиньи настолько привыкли к «плохому», что боятся создать лучшие времена.
Знаете, что меня удивляет больше всего в этой истории? Я часто вижу этих свиней в жизни. А самое смешное то, что они ужасные условия жизни, которые они сами и создали, считают виной этого самого петуха. В странной ку-ка-ре-альности мы живём.