Проза и поэзия

Платон, как мы помним, в диалоге «Государство», считал поэзию подражанием чувственно воспринимаемому миру, который, в свою очередь, является лишь бледным, искаженным и упрощенным отражением истинного совершенного бытия – Мира Идей. И поэзия, лишь имитируя несовершенные копии несовершенных форм, еще больше отдаляет человека от естественного стремления к познанию истины, в отличие от философии, которая не дает точного представления, но, хотя бы смотрит в нужную сторону.
А ведь поэзия, обращаясь не к разуму, а к чувственному началу, способна вредно влиять на формирование неокрепшей души, на её моральное состояние, поскольку поэты, не обладая подлинным знаниям, не ведают, что творят. Как дети! И в «Государстве» Платон призывал к изгнанию поэтов, что логично. Это в «Законах» он смягчился и разрешил оставить, но под строгой цензурой, контролем за содержанием и формой поэтического творчества.
Но в те времена философ не осознал двух важных положений. Если наш мир – искаженное отражение мира Идеального, то не поэзия, а проза, - отражение искаженного мира, то есть отражение отражения, а поэзия, со связанными ритмами и рифмами руками, или строками, и вовсе замыкается, толи сама в себе, толи в сомнительном мирке поэта.  И даже Пушкин, ссылаясь на лета, склонялся к прозе, лишь лениво волочась за шалуньей рифмой. Остепенился.
Про слова я уже говорил. Если телепатически передать идею какую, или просто мысль, еще полбеды, то попытка что-либо выразить, -  мысль, звук, цвет, запах, тактильные ощущения, да хотя бы мяуканье кота, или тявканье собаки, при помощи нескольких нехитрых, создаваемых голосовыми связками гласных и несколькими согласными, производимыми при выдохе ротовой полостью, смешно. Хотя, думают и соображают сапиенсы в большей массе с трудом, в основном повторяя только услышанное, опять таки, при помощи слов.
Так что писанина в любой форме, - не что иное, как игра, жонглирование рифмами, аллитерациями и спондеями, синекдохами и метафорами, инверсиями и дактилями, а то и сложноподчиненными и придаточными предложениями, еще и под куполом, без страховки, игра «тихо сам с собою» и с забредшим не по адресу одиноким любителем чтения, в лучшем случае.
Вдумайтесь, сколько сейчас поэтов? Правильно, миллион, не считая тех, кто просто пишет в рифму. А по-читателей? В зоне статистической погрешности. Так что, занятие бессмысленное, но, по сути – безобидное, выселять не нужно.
Однажды некий верзила отвратительно играл на флейте. Подошедший к компании слушающих Диоген зааплодировал. «Почему ты хлопаешь, он же не умеет играть?» - «Такой верзила мог бы на дороге грабить, а он в дудку дует».

19.04.26