Убедительно объяснил

Я вернулся в микропроцессорную лабораторию в Юсуповском дворце на Фонтанке после чтения лекции в седьмом корпусе ЛИИЖТа.
Поднялся по лестнице наверх. За своим столом сидел доцент Всеволод Ефимович Лохматый-Будовский и что-то читал. Мы обменялись приветствиями. Мое рабочее место было рядом. Всеволод Ефимович протянул мне листок с планом работ по разработке новой дефектоскопической системы  для скоростного контроля рельсов пути. Послышались шаги по лестнице . К нам поднималась молодая и довольно крупная женщина Надежда Юрьевна.
Наш коллектив состоял из двух доцентов вуза и заведующего учебной лабораторией. Всеволод Ефимович был научным руководителем темы. Ответственным исполнителем был я. Завлаб выполнял инженерные работы по монтажу элементов печатных плат и прошивке микросхем на программаторе.  Вторая часть нашего коллектива - научный сотрудник Надежда Юрьевна  и программист Володя работали в НИИ Мостов. Надежда Юрьевна занималась оформлением документации и контактами с заказчиком.
Научный сотрудник с важным видом подошла к Всеволоду Ефимовичу и сказала, что ей нужно поговорить с ним. Она села на стул рядом с руководителем темы и произнесла, нахмурив брови:

- Не хорошо получается, Всеволод Ефимович!

Эти слова, произнесенные рядом, привлекли мое внимание. Я решил послушать, о чем будет разговор.

Надежда Юрьевна посмотрела на меня  и  взволнованно продолжила, обращаясь к руководителю темы:

- Я каждый день прихожу на работу к восьми утра и ухожу в семнадцать вечера , а то и позднее, если есть дела. А вы с Сергеем Николаевичем приходите в институт к одиннадцати, читаете свои лекции студентам и уходите домой! А получаем мы с вами одинаково! Это несправедливо, Всеволод Ефимович!

Я посмотрел на своего руководителя, коллегу и Учителя и увидел, как лицо его изменилось с приветливой улыбки на удивленное, а затем жесткое выражение:

- Надежда Юрьевна, сейчас на часах тринадцать тридцать и мы с Сергеем Николаевичем через пару минут уйдем из вуза и направимся на Витебский вокзал. Там сядем в электричку и поедем домой вместе на Проспект Славы. Живем рядом. И дома за десять минут мы нарисуем такую схему, которую ни вы, ни ваш отдел, ни ваш институт не разработает ни за месяц, ни за год, ни за всю историю своего существования! Вы все поняли, Надежда Юрьевна? Я доходчиво все вам объяснил?

Научный сотрудник с красным лицом выскочила из помещения.

Всеволод Ефимович всегда был для меня примером сдержанности и интеллигентности. За всю длительную историю нашей совместной работы я припоминаю всего два случая, когда было видно, что он рассердился. Этот - один из них.

Я же был тогда молодой и горячий и мог без злого умысла легко понизить уровень самооценки у оппонента. Всеволод Ефимович тогда мне говорил:

- Сергей Николаевич, вы своей железной логикой загоняете людей в угол. Этого делать нельзя. Всегда нужно оставлять человеку выход. Даже крыса, загнанная в угол, бросается на людей. Помягче, Сергей Николаевич, поспокойнее.

После быстрого ухода Надежды Юрьевны я решил ничего не говорить Всеволоду Ефимовичу, не комментировать услышанное. Не стал напоминать, что он учил меня сдержанности. Тем более, что ответ мне его понравился и было видно, что он был эффективен и убедителен.  Мы, как ни в чем не бывало, сели пить чай.

В процессе совместной работы у нас часто бывали бурные дискуссии. Всеволод Ефимович всегда выслушивал чужое мнение внимательно и не давил на коллег своим авторитетом. Когда возникали технические проблемы при отладке разработанных нами систем на основе RISC процессоров, мы выдвигали на совместное обсуждение различные свои гипотезы причин наблюдаемых явлений  для последующей их проверки.  Обсуждение часто было очень эмоциональным. На повышенных тонах защищалась своя точка зрения. Это была рабочая атмосфера, но непосвященные посторонние люди воспринимали такой диалог коллег иначе.

- Сергей  Николаевич, я ничего не понимаю. Я наблюдала случайно, как вы со Всеволодом Ефимовичем вчера разругались по-страшному, я думала - навсегда, а сегодня я видела, что вы мирно беседовали, как будто вчерашней ссоры не было! - спросила меня в коридоре одна из любопытных коллег.

- Так никакой ссоры не было. Был спор, чья гипотеза правильная. Тестирование показало, что мы оба были не правы, а причина в ошибке монтажника, - улыбнулся я и вспомнил, как вчера в электричке мы довольные результатом ехали домой и смеялись над этим техническим казусом.

На скамье напротив нас сидела женщина средних лет с усталым лицом. Я не сразу заметил, что она очень пристально смотрит на меня и Всеволода Ефимовича.

- Вы что-то хотите? - спросил ее я.

- Нет. Я просто смотрю. Я давно не видела, как люди улыбаются. Забыла уже вид счастливых лиц. Пожалуйста, продолжайте! Это прекрасно! - ответила  женщина и улыбка озарила ее лицо.

* * *

Любое дело должно приносить удовольствие, иначе результат не получится хорошим. Никогда не беритесь за новый проект в плохом настроении! Подождите немного, пока возникнет желание сдвинуть горы. Бывают дни, когда за несколько часов решается проблема, работа над которой, как представлялось вначале, может занять и год.

Именно любимая интересная работа помогла тогда достойно пройти через девяностые годы, не впасть в уныние и получить удовлетворение от выполненных нами уникальных разработок.