Тайны забытых культов

     За багровой дверью меня ждал Плю. Больно вцепившись в мою руку крючковатыми пальцами, прошипел :
     - Покажи.
     Наученный Пибоди я сделал знак левой рукой, нечто среднее между игрой в театр теней и масонским знаком. Мередит осклабился, пустив тягучую нитку слюны на непробритый подбородок.
     - Твой знак Скот, - прохрипел он, укусив мою шею слева.
     - Я стану вампиром ? - ужаснулся я, невольно отшатываясь к багровой двери.
     - Останешься мудаком, - ответил Плю, разворачиваясь и медленно идя во тьму коридора. - Тута тебе, бивень, не книжка Брэма Стокера и даже не Лавкрафт.
     - Холливудское кино ? - невинно поинтересовался я, идя следом за стариком.
     - Сага о сумерках, - фыркнул Плю, не оборачиваясь. - Прав был Старшой, с тобой не соскучишься.
     Я еле слышно хмыкнул, пожав плечами, а Мередит остановился перед дверью и зашептал мне в ухо, обдавая мелкой злобной слюной :
     - В одной из сказочек коалы один такой же искал много тёлок и пива, проходил дистанции и испытания Пьера Безухова, пока не кончилось всё мелким мафиози Бруклина и тривиальным пидорством.
     " Сучий коала ! - пронеслось у меня в голове. - Развлекает гад сам себя, придумывает х...ню всякую, а мне вот пидорство грозит или ещё чего похуже ". Я, видимо, бормотал вслух, так как Мередит закричал :
     - Что хуже пидорства ?
     - Социальная активность, - нашёлся я, рассмешив моего провожатого.
     - Ладно, - оборвав смех, произнес он, царапая дверь ногтями, - брат Жужек из Вышеволочной пади, а также брат Адальберт, не ссы.
     Дверь, жутко скрипя, отворилась, но проход нам заслонил чорным квадратом тулупа здоровый дядя с обитой сталью дубиной в могучей руке.
     - Кому ? - зарычал он на нас.
     - Для дома, - ритуально ответил я.
     - Для семьи, - поддержал мой великий почин Плю, пренебрежительно толкая сторожевика в грудь. - Представься этому, - старик мотнул головой в мою сторону, - он же американец, сиречь безграмотный.
     - Польский вор Кшиштоф Егозинский, - с достоинством пробасил сторожевик, снимая папаху.
     - Это Успенский, - шепнул мне Плю. - Приближённый Короленко.
     Я никогда не слышал таких наименований, судя по произношению, поляки. У нас на севере Детройта таких много, держат мелочные лавчонки, крышуют славянских шлюх, в последнее время стали заниматься поставками из Канады метамфетамина.
     - Мелочёвка, - отозвался я, начиная скучать. - В упомянутой тобой сказочке появился настоящий мафиози, пусть и мелкий, но входивший в семью, хотя и кондитер. Какого ты мне тычешь шелупень - то ?
     - А тебе подавай колумбийцев ? - скрипел старик, ведя меня в чертоги. - Времена изменились, парень, кончились лихие люди, понаехали всякие уроды. Вот, например, - показал он мне сидевшего на стуле бородатого мужика, - Човка Попич, чеченский бандит.
     - Говно ! - крикнул я Човке, плюя в лицо Мередиту. - И кино ваше говно.
     В чертогах Старшой объяснил мне, что поскольку времена действительно изменились, то хавай, гад, что дают. Я не стал. Развернулся и ушёл. На улице спросил про библиотеку в два часа ночи у каких - то расхитителей, ну, а дальше все знают.