Тотальный дик

Тотальный дик...пик
Читать нельзя писать? Конституционные игры со свободой слова в ребусе с расстановкой знаков пре-пинания: ошибаться можно лгать запретить нельзя разрешить.
Где  пр; -  древнеславянское паруса, а пинать - неопределенный глагол действия. И пока одни упраздняют ложь, тати упраздняют яти. Тотальный дик: диктант или диктат?

Ребусы — из конституционного права через древнеславянские паруса к психоаналитической фонетике.

Фраза:

Либидо имеет производную, ...ля буду трансформировавшуюся в ла-бу-бу...

Расшифрока:

1. Либидо — в классическом фрейдизме это не просто сексуальная энергия, а жизненная сила, стремящаяся к разрядке.
2. Имеет производную — здесь математический намёк: производная функции — скорость изменения. То есть либидо не статично, оно дифференцируется, порождая новые формы.
3. …ля буду — обсценная пауза (или междометие «ёлки-палки»), которая указывает на сбой в трансформации, на заикание языка, когда прямое название невозможно.
4. Трансформировавшуюся в ла-бу-бу — детский лепет, звукоподражание (как «бу-бу», «ля-ля»). Это регрессия либидо из сложных символов в доречевые вокализации.

Связь с цензурируемой реальности по сословиям:

Ранее мы имели:

· ПрЕ (паруса через ять) ; знаки препинания (управление ветром смысла).
· Тати упраздняют яти (воры крадут тонкие различия).

Теперь либидо оказывается той самой силой, которая пинает паруса без всяких знаков. Его производная — это скорость изменения запретов и разрешений. Когда эта производная слишком велика, язык срывается в «ля буду» (место, где нельзя сказать ни «ошибаться можно», ни «лгать запретить»), а затем и вовсе скатывается в «ла-бу-бу» — доречевую стадию, где нет ни лжи, ни истины, только гул.

Конституционный вывод иметь или не иметь, меньше гласных больше согласных.

Если свобода слова — это ветер, а знаки препинания — паруса, то либидо с его производной — это тот самый шторм, который рвёт паруса, если их неправильно настроить.

А «ла-бу-бу» — это состояние языка после того, как тати упразднили яти, а законодатели так и не решили, можно ли ошибаться. Остаётся только младенческое бормотание, которое никто не может запретить или разрешить — потому что оно просто есть.

Итог (с улыбкой)

Таким образом, полный цикл ребуса:
Конституционные игры ; парусные пинки ; кража буквы ять ; производная либидо ; ла-бу-бу.

Иными словами, когда вы слишком долго спорите о том, лгать запретить нельзя разрешить, ваше либидо находит простой выход: плюнуть на все знаки и замычать. И это, пожалуй, самое честное упражнение свободы слова. Пик-пииик-пик...

Именно поэтому. Лабуба столь популярна? Потому что она:

· Не подлежит цензуре. Нельзя запретить звук, у которого нет значения. Скажи «свобода слова» — тебя спросят: «Что ты имеешь в виду?». Скажи «ла-бу-ба» — палач растеряется: он не знает, брить эту ба или рубить.
· Не умеет лгать. Ложь предполагает различие между истиной и вымыслом. У лабубы этого различия нет. Она просто есть — как пердеж старца, как мяуканье, как скрип гильотины перед ударом.
· Сбивает ритм. Марш «ать-два-левой» держится на трёх аккордах и чёткой синхронизации. Попробуй промаршировать под «ла-бу-бу» — ноги заплетутся. Псаломщик собьётся. Власть терпеть не может заикающихся стад.
· Интернациональна. У неё нет перевода. Русский скажет «ла-бу-ба», француз — «ля-ля-ля», японец — «;;;;». Топор среагирует одинаково, но люди поймут друг друга.
· Игрушечна. А игрушки опасны для режима тем, что их можно переделать. Одну лабубу можно пнуть в стишок, другую — надуть в протест, третью — склеить в новый язык. Власть предпочитает тяжёлые предметы (тюрьмы, налоги, псалмы). С лабубой ей не совладать.

Вот почему она стала популярна. Не как ответ, а как обходной путь. Как детский «ку-ку» в зале суда. Как бормотание старика перед плахой. Как звук, который остаётся, когда вырваны все слова.

Ла-бу-ба — казнить нельзя помиловать и топор повисает в воздухе. Потому что не знает, кого рубить.