Луканский Зверь

 Пролог

 Над маленьким, как островок, селом, со всех сторон, практически окружённым океаном густого хвойного леса, в полуночном июльском небе, показав себя целиком, висела огромная, бледная как топлёное молоко, луна.
 Единственный свет, который можно было заметить в окнах, по большей части, скромных деревянных домиков, был тусклый свет от телевизоров, которые тихонько что то бормотали, для местных жителей, которые же или уже крепко спали или же никак не могли уснуть, и только иногда на чьей нибудь кухне зажигалась лампочка, чу чуть добавляя помощи уличным фонарям, в борьбе с заполнившей всё вокруг всепоглощающей темнотой, но спустя пару минут, эти лампочки снова гасли и всё становилось прежним.
 Могло показаться, что до рассвета, всё так и останется - в этом безмятежном спокойствии, ( в тишине которого, лишь играли на своих скрипках вездесущие сверчки, да ещё, с соседнего болота доносился целый лягушачий хор, казалось разрывающийся от своего "озабоченного" кваканья, ну и лишь изредко к этим двум составляющим сельского "гула" всё же добавлялось "что то" ещё, тоже "сельское" ), но увы, у судьбы на этот счёт были совсем другие планы, потому, что спустя примерно дюжину минут, из одного из домиков, на самой окраине, после того, как в нём зажгли свет и ни в одном только кухонном окне, вдруг раздался громкий детский крик, выражающий резкую боль, а потом этот же голосок, вдруг неожиданно перешёл на самый настоящий вой, похожий на волчий. Спустя ещё, казалось всего несколько мгновений, дверь домика распахнулась и из неё, в полисадник выскочил маленький, с бледнющей, с даже чуть синеватой кожей, мальчишка, лет двенадцати с абсолютно лысой головой, который не смотря на время и то, что, как думается, "нехорошее", произошло с ним, совсем вот только что, почему то был одет ( на нём были шортики и маечка ) и обут ( в какие то порядком заношенные, видимо когда то, белые кроссовки ). Не на секунду не замешкавшись, он, бросился к калитке и так же резко, ( видимо от кого то удирая)  моментально открыл и распахнул её, после чего всё в том же темпе, уворачивающейся от лопаты крысы, не раздумывая бросился в сторону леса. В тот же миг, когда его нога, едва коснулась улицы, в след за ним из двери, выбежала, маленькая, худенькая, но при этом такая же резвая, если учитывать её возраст,  пожилая женщина, лет пятидесяти - в одних шерстяных носках и тоненькой белой ночнушке.
 Стой! Алёшка! Алёшка! Или -  Подожди! Милый! Сыночек! Сынок - жалостно выкрикивала она устремившись в след за разражающимся на всю округу воем, ребёнком, который чем ближе приближался к лесу, тем становился всё дальше и дальше от неё, и только то, что он не сворачивал с дороги, вдоль которой также как и по улице, к счастью стояли фонари, не давало ей потерять его из вида.
 Вскоре, Алёшка, так и добежал до той самой границы, где свет окончательно угасал и начиналась зловещая, непроглядная лесная тьма и не на долю секунды не растерявшись нырнул прямо в неё, словно растворившись в пасти этого чудовища. Уже, казалось полностью обессиленная женщина, крики которой уже давно перемешались с рыданием, задыхаясь от тяжести собственного дыхания и практически одной только волей, заставляющая себя как можно быстрее перебирать  ноги, что с каждым касанием земли будто бы кто то всё плотнее и плотнее набивал какой то тяжёлой отсыревшей ватой, всё равно, также как и он, и не думала останавливаться перед этим ужасным мраком, и лишь оказавшись непосредственно перед ним самим, позволила себе остановится всего на несколько мгновений, пытаясь попробовать разглядеть в нём хоть что то, но осознав бессмысленность этого, шагнула в него, в след за мальчиком.
 Оказавшись в этой темноте, глаза женщины оказались полностью бесполезны, даже быстрее шагать она больше не могла, передвигаться приходилось медленно, потому что глазами её сделались руки, точнее ощущения, которые они ей передавали, помогали хоть как  то ориентироваться в этом полностью лишённом света пространстве. Но она слышала! Слышала его вой! Она понимала, что он прекратил бегство и просто где то сидит! Где то совсем рядом! Совсем близко! Ближе! Ближе! Она приближается к нему!
 Вдруг неожиданно, прямо за её, спиной она услышала такое страшное! Такой громкое рычание, от которого ей вдруг показалось, что она только что, потеряла сознание. Сердце её заледенело от ужаса, она хотела что то сказать, но собственный язык и губы просто перестали слушаться её. Женщина оцепенела. Почти тут же, идущее прямо ей на голову, как будто почувствовала она... Нет! Она именно почувствовала и чувствует, чужое дыхание. Какое же оно "мощное" и горячее! Женщина обернулся и протянула рука в его сторону и тут же отдёрнула её. Шерсть! Это животное! Огромное животное!
 - Ал-Ал-Ал-Ал-Ал-Ал-лёша, э-э-э-э-то ты?
 Кое как сумела выговорить женщина, но вместо этого существо разразилось кошмарным громогласным воем, после чего она почувствовала...

1

В этот ясный, солнечный летний полдень, как и обещали всевозможные прогнозы, под голубыми-голубыми летними Русскими небесам, чёрный японский внедорожник, вдохновляемый, играющей из колонок, замечательной, патриотичной песней группы "Любэ" о голубоглазой девушке, к которой стремительно плыл по реке её избранник, продолжал стремительно оставлять за собой километры не слишком оживлённой трассы, пролегающий вдоль всех этих необъятных просторов - бесконечных лесов и полей, великого множества текучих и стоящих вод, всех этих и других природных богатств, которыми всегда были так щедро наделены прекрасные земли нашей славной Родины.
 За рулём автомобиля, сидел невысокий, круглолицый короткостриженный мужчина, лет сорока, в овальных тёмных солнцезащитных очках, которые не слишком ему шли, иногда молча, поглядывающий по сторонам, рассматривая столь близкие его сердцу пейзажи сотворённые Богом и матушкой-природой.
 Рядом с мужчиной, в автомобиле, на пассажирском сидении, удобно расположилась его жена, довольно миловидной внешности блондинка, с лёгким макияжем, на вид немного помладше его и казалось чуточку повыше, также в очках, только типа авиатор, которые безусловно её  украшали, одетая в широкую, длинную белую футболку с мультяшным принтом.
 Сзади ехали их дети - полный парень, подросток лет четырнадцати-шестнадцати с крашенными чёрными волосами и длинной чёлкой, и маленькая худенькая девчушка лет девяти - десяти, с такими же милыми маленькими каштановыми хвостиками на голове, созданными, красной и желтенькой, резинками.
 После того, как песня закончилась, женщина, на лице которой отчего то отчётливо стал видел, какой то дискомфорт от происходящего, подняла очки и посмотрела на мужа своими светло-синими, такими же, как это же июльское небо, глазами.
 - Миш, давай чё нибудь другое послушаем а? Ну и так же тоскливо.
 - Щас, Свет...
 - Да, дядя Мих, давай я флэшку достану, щас рэпчика навалим!
 Тут же, предложил отчиму, подросток, но и эта идея, не пришлась по вкусу его маме.
 - Давай, ты в наушниках, своих раздолбаев послушаешь, Петь! Ещё чего не хватало, с нами же Эллочка!
 - Да в каких наушниках, когда тут ваша дичь на всю катушку бомбит...
 - Да, оставьте Русское! Да, Пап?
 Заступилась за отца дочка, скорчив недовольную рожицу.
 Михаил по заговорнически,с нежной папиной улыбкой посмотрел на неё в зеркало, но при этом всё же начал нажимать указательным пальцем на кнопки магнитолы, пока в машине гордо не прозвучала реклама "первого танцевального радио"
 - Вот, Миша, оставь пожалуйста!
Попросила мужа, наконец, удовлетворённая музыкой Света и вернув очки на свои красивые глаза, откинулась обратно в кресло, повернув голову в боковое стекло.

2

 Пока Михаил отправился в кассу, Света стояла на заправке, возле машины и что то делала на своём смартфоне. Закончив это взаимодействие, она убрала его в карман и в этот же момент, заметила двух совсем молодых парней, возможно, едва постарше её сына, один из которых, худощавый, обросший чёрными немытыми кудрями тащил по обочине, держась за руль, какой то старый, "повидавший" виды мотоцикл, а второй, немного покрепче, светловолосый и конопатый, шёл рядом и что то, с размашистыми жестами громко рассказывал ему, от чего этот первый иногда взрывался практически истеричным хохотом.   Проходя мимо заправки и поравнявшись с ней, парни заметили Свету и не отрывая от неё, своих ещё по мальчишески хулиганских глаз, наполненных нескрываемым восхищением от вида, взрослой, красивой женщины,  для чего-то решили бросить ей "пару ласковых", хотя останавливаться они видимо совсем не собирались.
 - Ауф, смотри какая! - вскрикнул белобрысый
 - Кис-кис-кис, иди к нам! - громко позвал кудрявый.
 - Иди давай, придурок!
 Ответила женщина, но голос её при этом звучал, куда более внезапно обрадованным, чем чем то неожиданно обиженным. Услышав "гений красоты", так мгновенно возбудивший в них "чувство прекрасного", двоица повеселела ещё больше - проходя дальше, друг "мотоциклиста" ещё несколько раз, обернулся на неё "отослав" ещё парочку комплиментов в своём стиле, "мотоциклист", хоть и не оборачивался, лишь немного развернув голову, продолжил обращаться к ней как к кошке, но к счастью ( или всё таки, к несчастью ) для Светы, эта момолётная встреча закончилась также быстро, как и началась - парни постепенно удалились от неё настолько, что слова их начали превращаться в приглушённые бормотания и щебет, а тела только в маленькие забавные силуэты.
 Женщина, стараясь не подавать никакого вида, что, что то вообще происходило,пристально всмотрелась в заднее стекло, пытаясь разглядеть чем всё это время занимаются дети и заметила, что их внимание целиком и полностью сосредоточено друг на друге. Прислушавшись, к их разговору ( Петя с Эллой, как будто бы опять о чём-то спорили - сын, как часто бывало, с издёвкой и посмеиваясь пытался в чём-то убедить свою маленькую сводную сестрёнку, которая со всей своей детской серьёзностью, громогласно пыталась доказать ему обратное ), она так и не поняла, стали ли они свидетелями той сцены с молодыми людьми и тут же поняла, что это совсем не важно и вообще не стоит "заморачиваться" об этой ерунде.
 В это же время, вернулся её муж, её "старенький добрый Миша", и начав заправлять бензин, ласково ей улыбнулся.
 - Устала Светочек?
 Жена тоже ответила ему улыбкой, правда чуть более сдержанной.
 - Да не особо - просто далеко, я в такие дали по стране, последний раз только на поезде ездила, когда из Челябинска в Москву уезжала. Долго ещё да?
 - Часа три ...
 - Три?
 - Да.
 - Звиздец...
 Всё недавно улучшевшееся настроение Светы тут же улетучилось и лицо её действительно сделалось грустным и уставшим.
 - Пойду, покурю отойду.
 Света, отошла от станции немного в сторону и закурив, снова достала смартфон, в котором оставалась и после того, как выбросила окурок, не торопясь вернутся ни к мужу, ни к детям, заметно утихомирившимся с приходом Михаила, который закончив заправку ясно видя, что ему просто некому мешать, первым делом направился за своей верной и любящей супругой,  ненадолго поднявшей глаза, чтобы заменить его приближение
 Оказавшись со Светой, Миша нежно приобнял её, с опусщенным смартфоном в руке, за талию и так же нежно поцеловал в щёку.
 - Спасибо Светочек!
 Светочек ответила ему, той же нежностью, но уже крепко поцеловал в губы и немного виновато посмотрела, в его спокойные карие глаза.
 - Прости мёд, ты не подумай ничего, я это... ну не из за Прованса короче, просто, я конечно поняла сколько тащиться надо в это твоё Лунино..
 - В Луканское Светочек. Село Луканское..
 - Да ну не важно Миш, их столько этих сёл похожих, в две буквы разница... вообщем не из за отпуска понял?
 - Да. Понял тебя.
 - Ну и всё. Ладно поехали дальше!
 Подходя к машине, муж и жена услышали, что дети снова, шумят и судя по всему Эллочка, уже едва ли не плакала от чего сам Михаил, садясь обратно за руль, заметно расстроился и сделался таким же серьёзным, каким чаще всего бывал. Света, также, вернувшаяся на своё место, сразу же повернулась к брату с сестрой, чтобы узнать причину их очередного конфликта.
 - Эллочка, Солнце, что случилось?
 Нахмурившая брови девочка, поторопилась объяснится перед мачехой.
 - Тётя Светя, Петя опять глупости говорит, он обманывает меня!
 - Петя!
 - Да, я то чё? Я шучу, а эта тупица шуток не понимает.
 - Сам тупица! Он говорит, что у быков, тоже есть молоко, как у коровы, только его у них из письки берут!
 - Петя, Господи, ты больной?
 - Да она все равно же не понимает ещё ни фига!
 Михаил психанул и сильно ударил кулаком по двери, так что все трое мгновенно испугались.
 - Миш ты идиот, нормальный вообще? Ты чего бляха-муха тоже дитё что-ли? Петь закрой рот и сиди уже в наушниках, слушай чё ты там хочешь! Без музыки поедем. Эллочка, солнышко, не слушай его, просто он чертёнок, а ты ангелочек у нас, вот он завидует тебе поэтому и гадость говорит!
 - Я не ангел - я девочка, тетя Света!
 - А все девочки - Ангелы, запомни это малышка. А мальчишки - чертята, да Миш?
 Михаил, протёр ладонью лицо и ответив только одно "ладно, проехали" включил двигатель и семья продолжило своё долгое путешествие из Москвы в далёкое село Луканское, где так неожиданно и трагично для него, недавно скончалась, его любимая и казалось вечно молодая и "дышащая самой жизнью" тётя, которую жестоко растерзали на части прямо на окраине леса, какие то ужасные волки.