Воспоминания о советской медицине и взаимоотношени

  В постсоветское время врачи часто вымогали деньги у пациентов. Им, как и всем хотелось хорошо жить, и не важно за счет кого.
  Знакомого с аппендиксом в полубессознательном состоянии привезли на операцию в больницу. Врачи по отделению несут его чуть ли не при смерти на носилках и деньги вымогают:
— Если не оплатишь, мы тебе операцию делать не будем
И похрен, что денег у пациента нет, без них ты — никто. У моего отца в 1990-е тоже вымогали в хирургии. Я ему сказал: «Пап, не говори, что у тебя деньги есть. Плачься, что пенсионер. Все равно операцию сделают». Долго его держали в палате без операции, и он все-таки заплатил. Ведь деньги-деньгами, а здоровье дороже. Черт его знает, как сделают за бесплатно. Страшно, и жаловаться было страшно.
  В советское время врачи еще не превратились в рэкетиров. Я как пациент ни о чем таком не думал и не знал. Надо операцию — ложись, делай. Хирургам самое большое давал это бутылку коньяка, и то в благодарность, а не взятку.
  В 1978-м мне продуло холодным ветром спину. Все лето в больнице пролежал, первое время ел только стоя. В больничной столовой нормально кормили. В палате питались все вместе тем, кому что из дома принесут. Лечили как везде — ставили блокады здоровенным шприцем. Толстенная игла с хрустом регулярно входила между позвонков. Чуть не та пропорция в шприце и выходишь как пьяный после блокады.
  Снотворное каждый вечер давали, ведь многие не спали от болей. Я снотворное не пил, умудрялся заснуть сразу где место найду. Поэтому отдавал снотворное товарищам по палате. Они привыкли к дозе и с одной таблетки уже не могли заснуть.
  Лежали сперва в неврологическом отделении, а когда там начался ремонт нас перевели в хирургию. Поэтому, когда через год я с аппендицитом попал в больницу, хирург меня уже знал. Операция прошла сложно, как сказали врачи: длилась раза в 2 дольше чем обычно. Делали под местным наркозом. Чувствовалось, когда вблизи солнечного сплетения хирург внутренности шевырял. Не мог никак найти аппендицит, кишки выворачивал. В один момент я захлебнулся от боли. Когда аппендикс вырезали, врач предложил:
— Хочешь посмотреть — Поднимаю голову, у меня перед глазами белая занавеска.
— Покажите
  Медсестра отодвинула занавеску и показала мешочек размером с палец, желто-белый.
— Еще б маленько и он у тебя лопнул
  Впервые проснулся ночью после наркоза от адской боли, хоть волком вой. После этого каждый день мне начали ставить определенное количество болеутоляющих уколов, дабы привыкание не наступило. Но они в какой-то момент перестали помогать.
  Повезло, у меня мать в том же отделении лежала после операции. Она уговорила врачей ее уколы мне отдавать. Вот так 3 дня провел во сне, получая то свои, то ее уколы. На четвертый день проснулся без боли. Все удивлялись, как так? Обычно через 3 дня выписывают, а у меня только боль прошла.
  Когда полегче стало, врач попросил нарисовать плакат и сан. бюллетень для отделения. Еще в мой прошлый заезд он видел, как я рисовал в тетрадке. Нет проблем, давай.
  Мне выделили пустующий кабинет со столом, принесли туда ватман, тушь и перья. Обычно после аппендицита три дня держат в отделении и выписывают. А меня он продержал в больнице 2 недели, и бюллетень еще на 2 недели выписал в благодарность. Дают — бери. Всего около месяца я на  больничном провел.
  На второй день, как выписался из больницы, поехали с другом на его жигулях в гараж. Незадолго друг машину на перекрестке стукнул, перепутав тормоз с газом. Собирались в гараже её починить.
  Подъехали к гаражам, вышли из машины, я наклонился посмотреть какие повреждения и слышу голос сзади:
— О, только вчера в больнице лежал и уже под машиной лазит — оборачиваюсь, а там хирург.
  У него, оказалось, гараж по соседству. Зашли внутрь, он налил мне стакан водки по рубцу. Говорю:
— Можно? Я на бюллетене
— Раз я даю, значит можно
  Такие отношения между людьми были.