Наверху на Вилле Сомерсэт Моэм. Фильм книга

1 Фильм

Как странно бывает, вроде бы все на своих местах: чудесные пейзажи, элегантное изысканное общество. Костюмы, природа, свечи, балы. Потрясающие женщины, какие-то невероятные мужчины.

Актеры интересны. Персонажи ярки. Сюжет — ни короток, ни длинен, как раз на время фильма, скорость раскручивания клубка событий не слишком медленна, не слишком быстра. И время трагичное, и сюжет романтичный. И даже играют здорово, иногда одними глазами, жестами, поворотом плеч, лямочкой на платье, трепетом пера на шляпке обозначая эмоцию.

А не клеится ничего. Словно самого главного нет. Все плоско и дешево. Похоже на отчетный концерт в самодеятельном театре.

Актеры стараются, оператор ловит красоту, сценарий логичен, сюжет не банален. Но что ж так душно-то? Словно жизни не запустили в фильм. Не фильм, а муляж фруктовой корзины в музее : без воздуха, без души, без движения.

Очень интересная постановка, но почему-то на экране ощущение дешевизны. Стремление сэкономить на всем, выехать на интересном сюжете? Эффект простоты, не бьющийся с антуражем изысканности и пресыщенности, сытости, избыточности и вальяжности.

Подумать, так одни козыри: насквозь элегантное светское общество, тот топ, за которым даже в замочную скважину не всякому удастся понаблюдать. Сороковые года прошлого века, драматичное, тревожное время, есть о чем задуматься, дописывая в уме картинку, глядя на штрихи, обозначенные в кадрах. И эмоции есть, и непредсказуемость. И труп есть. Чуть детектива, чуть мелодраммы,

Должно было бы сработать. А — нет.

Столик в парке — словно прибежали на полчаса съемки, разогнали, туристов, поставили на скорую руку икеевскую мебель прямо на тропинку. Званый ужин — словно арендовали большой стол в обычном городском отеле, в одной из комнат отелей и отсняли гостей, сидящих по кругу. Там же.

Лица гостей, словно статистов из поликлиники зазывали. Нашей поликлиники, среднероссийского городка тыщ на 10 населения. Прямо не дожидаясь, когда поправятся.

Шаблонные английские фразы, прорывающиеся через русский дубляж. Переводчики изо всех сил стараются, наделить эти «окей», «ол из гуд» и «пёфект» разными смыслами, красивыми оборотами, гораздо более соответствующими настроению сцены, чем английская речь.

Странное ощущение от фильма.

Сюжет: романтичное приключение в аристократичных декорациях. Исполнение — фальшиво во всем. Ни Шон Пэнн не пылкий любовник там, ни Кристин Скотт Томас не мятущаяся лань, конечно.

Для меня, что не акцент, то не к месту, что не выстрел — все мимо.

Режиссеры/сценаристы чуть изменили канву сюжета, не испортив основного узора. Но оживить историю им это не помогло.

И только кипарисы на заднем фоне тянут к себе взгляд, только перья на шляпах (мушкетеры ни при чем здесь) резвятся легкомысленно, только Италия до конца, до последней минуты, вытаскивает это картонное кино.

И собственная фантазия, которая все-таки склеивает в уме увиденное в единую целую картинку, наделяя ее душой, любовь - эмоциями, страданиями и противоречиями. Всем тем, что мы так любим в красивом пейзажно-костюмно-романтичном кино.


2 Повесть «На вилле» Сомерсэт Моэм.

Не удержалась, конечно, пошла искать книгу.

Небольшая повесть. На пару часов лежания на диване/сидения в гамаке/ полтортика/пары чашек какао.

В короткие, сжатые, невесть кем выставленные рамки помещено все — и часть прошлой жизни героев (всех центральных) и часть этой жизни, и несчастный случай и попытки его скрыть, и описания размышлений, эмоций и чувств, которые все это сопровождают.

Невозможная красавица главная героиня, неугомонный казановистый ловелас. Несколько второстепенных героев, чтобы не заскучать от тройки главных. Все на таких качельках время от времени, противостоят друг другу, дополняют, нравятся друг другу, а потом не нравятся, образуют пары (эмоционально-сюжетные) взаимодействуют, потом расходятся. Даже прекрасная Италия и бесконечно восхитительная вилла контрастирует с тем, что будет на ней происходить... не буду спойлерить, но пистолет, подаренный Героине чисто для безопасности, таки угодит Станиславскому.

Книга словно торопится, рассказывает взахлеб. Иногда даже хочется немного подробнее, поглубже, остановится, отдышаться. Подумать. Дать время созреть следующему шагу. Но нет. Первая глава, вторая. И вот уже в этой кадрили смена пар, смена эмоций, любовь превратилась в пыль, раздражение — во внимание, восхищение — в разочарование.

Но все равно, пунктира, выставленного по всему полотну достаточно ( как и в фильме) чтобы додумать, сопоставить и восхититься. Схватиться за сердце, задуматься, что же дальше, не угадать, порадоваться за героиню, попенять ей, соглашаясь с одним из игроков, какая она-таки дура.

Главное - все закончится хорошо. Лучше даже, чем вы думали и чем она сама предполагала.