Клевец и младенец. Глава 47

Как-то я забыл в пылу противостояния избавиться от плаща, потому, пришлось его отдать паладинам, а они, видать, еще и поиздеваться решили, потому, прямо при мне, Репталию призвали, а та от счастья, чуть с ума не сошла, немедленно обрядилась, начала крутиться, осматривая себя, потом еще обниматься полезла, еле от нее отмахался. Но самочка и не думала успокаиваться, к сожалению. Заявила, что собирается нас буквально завалить святыми кольцами, не успеем оглянуться, как заполучим необходимое и останется лишь врагов добить окончательно. Я в этом сильно сомневался, если бы дело можно было так легко провернуть с помощью банального артефакта, любой бы с подобной работой справился, но нет, чего-то оно так не работает. Ну пусть на своей собственной шкуре почувствует, каково это, когда лезешь не в свое дело и пытаешься провернуть то, для чего совершенно не годишься. Свою голову, к сожалению, или к счастью, на чужие плечи не приставишь, как ни старайся. Пусть играется в героиню, коли ничего умнее придумать не в состоянии, однако, ничего такого вслух говорить не стал, просто надоело, но Ноа по моему взгляду все поняла. Потому, нарочно громко поздравляла чешуйчатую с успехом, обнимала ее, хлопала по спине и, наверняка, еще и завидовала. А когда ящерка, наконец, ушла, заявила, что, в следующий раз, ей станем добывать какой-нибудь полезный артефакт обязательно, а то смертельно обидится и перестанет со мной говорить.  Чем она хуже Репталии, честное слово?


— Ровно ничем, — я зевнул, — обе лишь навязаны мне и абсолютно лишние, с артефактами или без оных. Потому, лучше потратим силы и время на что-то другое, способствующее победе над демонами, а не тормозящее ее, так-то.


Пернатая надулась, конечно, но вынуждена была продолжать разговор, теперь уже о деле. Я думал сразу о кольце, следующем поведает, но оказалось, что паладины нашли какого-то хранителя абсолютного свитка и этот человек способен дать ответ вообще на любой вопрос, более того, имеет достаточно интересные сведения, которыми готов делиться в обмен на услуги - задания. Мог бы и бесплатно, учитывая, что и его жизнь демоны тоже прервут, если что, но... В общем, оказался человеком, низеньким брюнетом, с растрепанной неаккуратной бородкой с седыми волосками, толстяком неопределенного возраста. Одет был, как обычный писец, даже с чернильницей на поясе, на перевязи носил деревянную шкатулку, изумительно украшенную серебряными узорами, с другой стороны, был подвешен топор с кинжальным лезвием с другой стороны топорища и острым шипом на верхней части древка. Вечно важно улыбался.


— Рад знакомству, — заявил владелец свитка, — люблю всяких необычных существ, особенно, женского пола. Но и великаны тоже по душе, мне бы такие мускулы и твердую кожу, я бы ух. Но ничего не поделаешь, раз рожден простым смертным. Зато, есть таланты недоступные другим, что тоже здорово. Кстати, чтобы доказать, насколько полезен, могу, в качестве задатка, поведать кое-что, подробности после выполнения моего поручения. Так вышло, что хоть мой свиток и всеведающий, но есть всякие запретные и защищенные знания, записанные на особых свитках и в томах, чтобы добавить их к моим, надо раздобыть и прочитать. Хочется стать абсолютно совершенным знатоком. Разумеется, есть и такое, на что покушаться не стану, недоступное для пониманий смертных или настолько опасное, что можно потерять душу лишь попытавшись освоить оное. Итак, есть один интересный артефакт, Щит Праведности, который наделяет владельца мощью, схожей с ангельской, весь спектр, от умения летать и лечить, накладывать благословения, до огненного меча, способного выжигать все зло в грешниках, превращая их в невинных праведников, и убивать демонов. Сокрыт он в достаточно труднодоступном месте, укрыт кровавой завесой и охраняется крайне опасным демоном. Далеко не всякому удастся подобным завладеть, как бы ни старались. Уже немало веков пробуют, но тщетно, а уж сколько народу сгинуло, не перечислить, даже если вспоминать лишь знаменитых героев, а не всех подряд. Обычных наемников многие и многие тысячи. Разумеется, порождения тьмы сей артефакт бояться, в прямом смысле слова, как огня. Уж простите сердечно за такую глупую шуточку, хе-хе-хе.


— Но за его обладанием, конечно же, приходиться дорого платить, — я хмыкнул.


— Не без этого, — подтвердил собеседник, — каждый раз, когда пользуешься его силой, вне зависимости от того, желаешь ли кого-то спасти или погубить, приходится отдавать год своей жизни. Не очень приятно, но так уж задумано.


— Я очень хочу эту вещь, — заявила Ноа, — Клевец, я тебя не часто о чем-то прошу, однако же, раз помог Репталии, которую терпеть не можешь, то давай и...


— Во-первых, я тебя тоже терпеть не могу, — я поморщился, — не слишком обольщайся, во-вторых, вещь абсолютно бесполезная, мягко говоря. Сколько раз сумеешь ей воспользоваться, пятьдесят или шестьдесят раз? А нам предстоят сотни сражений, между прочим. И, это важно, не факт, что, каждый раз тебя будет ждать успех, или выживешь и уцелеешь. Подобное годится разве какой-нибудь альвийке, они же бессмертные, сколько лет не отбирай, даже не состарится. И не мрачней так, даже если я возьмусь и завладею сей штукой, совершенно необязательно таскать за собой остроухую, или как-то с ней сотрудничать, пусть себе работает отдельно, истребляет демонов или еще что-то. Она для меня столь же неинтересна и бесполезна, как ты, даже еще хуже, потому как не знакомы и знакомиться не планирую. Но сейчас больше интересно следующее кольцо. Услугу паладинам оказал, пусть теперь платят за это дорого.


— Я мог бы вам предоставить полный список вообще всех владельцев святых артефактов и мест, где они хранятся, в обмен на задание, — заговорил владелец свитка.


— А нам это зачем, если паладины уже все это знают и сообщают постоянно? — я передернул плечами. — Может, ты и какой-то там великий знаток всего и вся, но умом не блещешь. Лучше поведаешь нам о демонах, сколько их вообще, на какие рода и племена, кланы и группы делятся, какими слабостями обладают и прочее.


— Если сразу поведать, не запомните, — возразил собеседник, — еще и заплатите лишь один раз, а хочется постоянных заработков. К счастью, есть одна возможность, вот перо для письма, достаточно начертать им в воздухе вот такой символ и появлюсь, отвечу на один вопрос любой, но за него придется потом добывать некий свиток новый или где-то добраться до записей и прочитать их. Конечно, в зависимости от трудности вопроса, идет и плата соответствующая.


— Ладно, любая правдивая информация всегда ценна, — согласился я, — отдай перо пернатой, я все одно символа не запомню, да предмет потерять могу. Сейчас кольцом займемся, после, коли чего поинтереснее не предложат, попробуем обзавестись щитом, выполнив твою просьбу, а там разберемся. Но помни, если с нами сотрудничаешь, рискуешь стать жертвой демонов уже в ближайшее время.


— А то я и без этого не рискую, — хранитель свитка фыркнул, — я для них всегда был опасен, даже и до встречи с вами, просто уничтожить не так-то просто. Ладно, когда понадоблюсь, позовете. Но неплохо бы показать, на что вы способны, а то вдруг слава преувеличена? Часто так бывает, что расписывают, как героев из героев, а доходит до дела и не то, чтобы великанов и драконов убивать, с разбойниками, с первого раза, расправиться не способны. А требуются мастера истинные. Готовы оказать маленькую услугу или же нет?


- Хотели бы сразу кольцом заняться, как упоминал до того, но раз настаиваете, надо же как-то отношения налаживать, - я вздохнул, - рассказывайте, что именно желаете заполучить?


- Есть один свиток, - обрадовался собеседник, - так-то, пустяк, но полезный. Можно научиться говорить на любом языке за долю мгновения, а у меня с сим всегда проблемы были. Раньше упомянутая вещь принадлежала одному мудрецу, но тот имел глупость отправиться в путешествие, которое закончилось в брюхе огра-людоеда. А свиток, вместе со всеми другими вещами, в сундуке хранится в пещере обжоры. Сумеете принести, считай, что расплатились. Просто людоед тот отличается особенно прочным черепом, о который даже волшебное ломается, не знаю, что там за хитрость такая. Может, монстр необычный.


- Ничего страшного, мне совершенно нет дела до того, кого убивать, - кивнул я, - считайте, что того людоеда больше нет в живых. Если не убежит на край света, разумеется, твари подобное любят, когда чувствуют, что им ныне конец приходит и прибыл кто-то опасный.


Казалось бы, поручение самое, что ни на есть, примитивное, обычное и даже уже не моего уровня, однако, я имел в виду, что клиент хитер и даже мудр, и ему не нужен обычный хищный гигант, а иначе не стал связываться аж со мной, рискуя стать жертвой демонов, и дело не в прочности головы огра. У них у всех черепа прочные, как и каждого рогатого, им иначе нельзя, а то при каждом ударе станут получать весьма фатальные повреждения. Надо смотреть в оба. Мысль одна имелась, потому, попросил у Ноа ее волшебный меч, на время.


Переправили нас поближе к жилищу врага. Я начал подкрадываться. Надо сказать, что кое-что вызвало подозрение сразу. Первое, нет мерзкого запаха. Огры-людоеды, довольно дикие ребята, (есть и более развитые, вроде меня, которые человеков кушают редко или совсем не трогают, даже в поселениях обитаются), почти не моются, нужду справляют рядом с жилищем своим, там же бросают кости съеденных, которые гниют. А тут запахи самые простые, лесные. Может, монстр не такой уж разбойник, на самом деле и что-то не так, мудрец мог помереть по любой причине, а обвинить кого угодно можно и в чем угодно. Подобрался поближе, второй нехороший признак, берлогу вражескую вижу, а мусора вокруг неё довольно мало. Представьте себе, что вы людей ловите и едите, не раздевать же их прямо на дороге, (так больше никто мимо ездить не станет, не глупцы прохожие же?) А одежда не нужна, тем более, окровавленная и грязная, задорого её не продашь, лучше деньги собирать, оружие и прочее имущество из сундуков и сумок, которые не так приметны, и куда лишнее девать? Да выбрасывать там же, рядом с домом. Но не вижу ничего похожего. Третье, не чую запаха сырого мяса, только жареного и точно не человечина. Значит, или недруг не совсем таков, или его вовсе нет, или творится нечто непонятное совсем.


Я подобрался ещё ближе, нарочно шумнул и вот из пещеры вышел огр, был вдвое крупнее обычного и какой-то странный, двигается медленно, тяжелый, следы глубокие, впечатление, что весит больше, чем должно подобное создание. В руках держал два огромных двусторонних топора. А такими не пользуются вообще, тем более, как парными, это глупо и неудобно. И дело не в знаменитой тупости людоеда. Глупцы как раз редко применяют нечто неудобное, если им не велят так делать, потому как опираются исключительно на собственные ощущения. Получается, передо мной или какой артист, изображающий из себя воина или охотника, или ходячий мертвец улучшенный, которого отправил в бой некромант, ловкий по части оживления, но никакой не великий тактик и не мастер боя. Я не стал трогать своих клевцов, а взял меч подруги сделал рывок и вогнал в спину жертвы. Клинок вошел как в масло, или довольно мягкое дерево, послышался какой-то вскрик, но голос глухой, словно из туловища твари, и гораздо тише, чем если бы кричал сам огр. А великан сразу обмяк, словно марионетка и наклонился вперед. Я ему немедленно голову открутил и обнаружил, что нет крови, череп пустотелый, и… деревянный. Заподозрив неладное, начал рвать соперника безжалостно и обнаружил, что он вправду не более, чем кукла, а внутри находились неизвестный выбритый наголо мертвый старик, одетый, как богатый горожанин, или купец (его мечом и проткнул), и… какие-то странные штуки, которые приземлившаяся Ноа назвала «механизмами», но столь совершенных ещё не встречала. И тут все встало на свои места. Упомянутый мудрец попал «во чрево людоеда» особым образом, создал и испытывал куклу необычную. Вероятно, (из жадности, или желая заработать достаточно на свои исследования, или расплатиться с теми, кто ему одолжил золото на создание искусственного бойца), начал грабить и убивать прохожих.


А наш хранитель хотел получить знания хитреца, тот же не мог не записывать результаты опытов, не причиняя никому вреда. Оставалось лишь забраться в берлогу, игнорируя все ловушки, которые, в лучшем случае, могли лишь синяков наставить, посмешили изрядно. Внутри было то, чего и ожидал – сундуки с сокровищами и свитками, какой-то стол, за которым старик писал и собирал свои устройства. Теперь призвать паладинов и клиента, пусть забирают все. Примерился к топорам, но они были слишком большими, громоздкими, легкими и ненадежными, клевцы куда удобнее в разы, к тому же, их ещё и точить не требуется, существенно время экономлю и силы. Хранитель свитков и радовался, и грустил разом. С одной стороны, познал невероятно много нового, о чем никто не имел никакого представления, с другой, не желал гибели ученого, пусть тот и сбился с пути и творил недоброе, зачем-то. Может, смог бы его лучше использовать. Но, для такого, надо было мне задание давать точнее, с большими подробностями, я же недалекое существо. И так о слишком многом догадался. Зато, сумеет найти кого-то, способного создать такой же механизм, из тех же цвергов, который смогут использовать новинки на пользу, скажем, против подручных демонов, например. Все было не зря.


И вот клиент встретил нас, чтобы поблагодарить, хоть за что-то, поклонился низко. Пояснил, что в сундуках убитого нашел несколько свитков, о которых вообще никто не слышал, и с содержанием которых долго разбирался, и понял еще не все, если быть откровенным. Значит, со мной можно работать дальше, пусть и нельзя считать безупречным. Правда, есть одно опасение, ведь старик был не сказать, чтобы сильно виновным, заслуживающим лютой смерти, вдруг он не по своей воле зло творил? Тогда, за подобное накажут уже вас и тоже достаточно строго, чтобы вернулись к добру и больше не тыкали никого мечами, не узнав, с кем дело имеете. Не я, разумеется, не имею права осуждать, ведь являюсь обычным смертным и таким же грешником, возможно, даже хуже в разы. Просто имейте в виду это.


- Этого ещё не хватало, - я поджал губы, - придется покаяться и помолиться, на всякий случай, ошибки возможны даже у самых лучших, а я лишь обычный горный тролль, а не какой-то великий гений-провидец, знающий все наперед. Может знаешь родню убитого?


- К сожалению, известна была лишь жена мудреца, - хранитель почесал затылок, - но её сожгли инквизиторы, почитая колдуньей. Возможно, на тот момент, была беременной.


- Тогда понял бы, коли мудрец начал мстить этому миру и создал новое оружие, способное многих и многих погубить, - я откашлялся, - любой бы сошел с ума, и уж грабёж, ради великого будущего, просто какой-то пустяк смешной. Наверное, на его месте, стал таким же или даже хуже в разы. Но безумца все одно пришлось прикончить, потому как такие не лечатся, разве с помощью сильных чар весьма. Возможно, в будущем, и научатся, но, увы, не сейчас. Как знающий человек, понимаете данную истину прекрасно или же ошибаюсь?


- Я-то не спорю, - собеседник погладил себя по сумке, - более того, очень заинтересован в том, чтобы с тобой был полный порядок и продолжал уничтожать всяких чудовищ и собирать знания, отбирая их у жадин, которые прячут, зачем-то, и не делятся с окружающими. Имею огромный список всего, что необходимо, передам его вам чуть позже обязательно.


- С радостью помогу, - пообещал я, - все одно паладины чего-то поручают постоянно, а тут один единственный клиент, к тому же, благоразумный и благодарный, проще договариваться, чем со многими. К тому же, не боишься меня, не имеешь какой-то вражды вековой, не обманешь, мягко говоря, не выгодно, пока не пройду почти весь твой список, или значительную его часть, а если что, всегда отыскать можно и покарать несколько, а уже знаешь, как я скор на отрывание голов обидчиков. Ещё ни один соперник не ушел, а их хватало.


- Мне предавать и обманывать нельзя, - клиент поморщился, - паладины не простят, а они для меня довольно важные союзники и незаменимые, остальные, имеющие хоть какое-то значения, или являются рабами тьмы, или слишком фанатичны, не поймут моих знаний и отправят на костер, не успеешь даже пискнуть. А помирать неохота, получится, все собранное просто сгинет, и придется последователям начинать заново, и не факт, что сохранится достаточно. Любое открытие можно сделать повторно, законы одни и неизменны, но сколько время потеряют. За это время цивилизация сумеет продвинуться вперед и изрядно облегчит жизнь простым людям и даже аристократам. Вот моя главная цель, чтобы всем стало хорошо, особенно тем, кому мало или вообще никто не помогает, из равнодушия.


- Благородная цель, если не врешь, конечно, - я улыбнулся, - я не в восторге от цивилизации, но это длинная история, описывать можно многие часы, а их, лишних, нет, когда станет чуть полегче, тогда и поболтаем обязательно. Но если облегчим кому-то жизнь, это хорошо.


- Те же куклы, только более совершенные, заменят многих воинов и спасут их жизни, - влезла в разговор Ноа, - правда, меньше нужны будут такие, как мы, обычные воины, а, когда-нибудь, совсем исчезнем, останемся в прошлом, придется положить оружие в сундук и просто рожать и воспитывать детей. И вспоминать о великом прошлом, когда совершали подвиги, рисковали жизнью, оставим после себя легенды, мифы и сказания интересные.            


Я многое мог сказать в ответ напарнице, и напомнить, что ей никто рот открывать не дозволял, да и не сказала ничего умного, просто не могла промолчать, напомнила, что существует, но зачем открыто ссориться при клиенте? Подобное не полезно для укрепления репутации, надо показывать себя единым отрядом, сплоченным, способным работать, как единый доспех. Ссоры пристали семейной паре, которая вместе уже многие годы и накопились обиды, а мы таковой не являемся даже в теории. Ну поговорила и ладно, женщина же. Пока, можно будет взяться за главное дело, ради которого и боролись – добывать кольца. Искренне надеялся, что предложат нечто достаточно интересное, какого-нибудь опасного и смертоносного противника. Пернатая повернулась к представителю паладинов, открыла клюв, но её опередил, заговорил клиент-книжник наш. Сообщил новенькое, удивил весьма.   


- Да, - хранитель хлопнул себя по лбу, - самое главное забыл, бывает, даже с самыми умными, слишком о многом приходится думать, а память ограниченна. Паладины велели передать, раз уж я все одно с вами беседую, что очередное кольцо прячет у себя глава одной сатанинской секты, которая поклоняется силам тьмы, приносят кровавые человеческие жертвоприношения и прочее. При этом, злодей притворяется нормальным жрецом из светлых и осквернил один храм, собрав там последователей. Конечно, эти злодеи имеют покровителей среди местной знати и многих верных последователей из простого народа, потому, никто им навредить не может, как бы ни старались. Будьте предельно осторожны, прошу.


— Это точно не про нас, — я передернул плечами, — храм, наверняка, темный, а секта реально существует, не ошиблись и не обманулись? Тогда поганцам скоро конец придет. Собираюсь непременно разделаться и не мудрствуя лукаво. Сами себе подписали смертный приговор, посмев начать творить мерзкое зло зачем-то.


Наверное, стоило поискать каких-то доказательств нечестивой деятельности, поймать с поличным, но для подобного требовались мозги, есть же способ проще и надежнее, тем паче, союзники подтвердили, что невинных там нет. Прибыли к темному храму, но все же вечером, чтобы посетителей случайных не имелось. Входную дверь высадил ногой, а когда попыталась восстановиться, тронул антимагическим клевцом, разрушив чары. Конечно, сразу жрецы набежали, крайне возмущенные и уверенные, что с кем угодно справиться способны, начали кричать злобно, угрожать, размахивать кулаками и магическими жезлами. Я тут выслушивать гадости не собирался, в принципе, а спорить и подавно, честное слово, оно того не стоило, просто атаковал. Чем хороши люди - они хрупкие, еще и старался ломать как можно жестче, потому как всех этих злодеев точно в ходячих мертвецов превратят, и лучше бы сделать максимально бесполезными и медленными. Правда, им могут добавить возможность восстанавливаться. Враги уже и сейчас пытались своих лечить и воскрешать, но не помогало, даже в малой степени, просто ломал заново. Ноа лишь под потолком носилась, бледная от ужаса, еле сдерживала рвотные позывы, потому как настолько кровавое зрелище никак не могло понравиться. К счастью, поклонники тьмы храбростью не отличаются, потеряв две трети сторонников изломанными и растоптанными, остальные бросились в рассыпную и попрятались. Паладины храм защитным барьером своим окружили, чтобы ни одна тварь не сбежала, и не начала творить зла заново, а уж я ни одного помещения не пропускал, добивая трусов и руша все на своем пути.