Биородители и социальное родительство

Закон, закрепляющий право ребенка расти и воспитываться в родной семье, пытается остановить Совет при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства. Одним из аргументов приводит Экспертное заключение Совета?
Приоритет кровной семьи, прямо защищенный новым законом, может привести к дискриминации профессиональных опекунов и детей, растущих в чужой семье! Кровным родителям не придется бесконечно доказывать в суде, что они не верблюды и не нарушают «права и интересы» своего ребенка.
Насильно созданную «семейную связь» отобранного у бедной семьи ребенка и его опекуна просто необходимо защитить всей мощью государственной машины. Полиция, опека, суд должны стоять на страже интересов опекунов, а не кровных родителей, которым, дай им волю – нарушат права и интересы ребенка.
- Возможный правовой конфликт в ситуации, когда родители хотят осуществить свои родительские права, например, восстановить их, и поставить вопрос о прекращении опеки, должен разрешаться в судебном порядке (статья 68 СК РФ) на основе принципа обеспечения наилучших интересов ребенка (пункт 1 статьи 3 Конвенции о правах ребенка) с учетом всех обстоятельств конкретного дела и мнения самого ребенка. Принцип приоритета воспитания детей в родной семье для целей разрешения спора о праве между родителями и опекунами не освобождает родителей от бремени доказывания отпадения обстоятельств, на основании которых орган опеки и попечительства ранее обосновывал свой вывод о том, что ребенок остался без родительского попечения.
Представляется, что закреплять в тексте СК РФ принцип приоритета воспитания детей в той семье, в которой они были рождены, нецелесообразно, поскольку это способно сместить в правоприменении фокус на необходимость в любых случаях оставлять ребенка с родителями, которые нарушают его права и интересы своим поведением, вместо комплексной оценки обстоятельств дела в свете основополагающих для регулирования отношений с участием детей начал — принципа наилучшего обеспечения интересов ребенка (пункт 1 статьи 3 Конвенции о правах ребенка) и необходимости обеспечения стабильности обстановки, в которой проживает ребенок.
2.3. Предлагаемое в Проекте регулирование, по сути, сведено к необходимости защиты и поддержки семьи, основанной исключительно на родственных связях. Между тем, и в Конвенции о правах ребенка, и в российском законодательстве содержится прямое указание на то, что ребенку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в семейном окружении, следовательно, защита и поддержка в равной мере должны быть гарантированы как семье, в которой ребенок родился, так и семье, принявшей его на воспитание. Иное чревато дискриминацией не только «замещающих» семей, но и дискриминацией детей, воспитывающихся в таких семьях., - прямо сказано в экспертном заключении.
Лишенные правовой защиты опекуны вполне могут почувствовать себя несчастными людьми, ведь престиж воспитания чужих детей вместо рождения своих упадет! А ведь до самого недавнего времени всесильное ювенальное лобби потратила миллиарды государственных средств на популяризацию практики отобрания детей у родных и передаче их на воспитание посторонним людям.
- Нельзя не отметить несколько пренебрежительное отношение разработчиков Проекта к проводимой нашим государством в последние десятилетия масштабной по организационным усилиям и финансовым затратам работе по реализации комплекса мер, направленных на формирование в обществе позитивного восприятия института устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на воспитание в семью . Такие меры дают положительные результаты. По данным Министерства просвещения Российской Федерации число детей, находящихся в детских учреждениях разного типа, неуклонно сокращается в течение ряда лет (Федеральное статистическое наблюдение. Форма № 103-рик за 2022, 2023, 2024 годы).
Принятие предлагаемых в Проекте поправок с целью признания особой роли родной семьи с неизбежностью повлечет снижение общественного престижа «социального родительства» (усыновления, опеки) и социального статуса усыновителей и опекунов (попечителей), что недопустимо, - гласит Экспертное заключение.

***   ***   ***

Надо сказать, что усилия государства по созданию института платного опекунства и создания престижа «социального родительства» не пропали даром: в России возник целый социальный слой людей, принимающих на воспитание чужих детей.
Опека над чужим ребенком не только прекрасно оплачивается. Опекунские семьи получают массу льгот, полное юридическое сопровождение по любым вопросам, связанными с детьми, поддержку на всех уровнях власти. Средства массовой информации усиленно работали на создания имиджа святых людей, бескорыстно берущих на воспитание несчастных, никому не нужных детей. Престиж «социального родительства» основан на унижении родительства естественного, кровного, на отрицании роли в жизни человека его рода, корней, родных отца и матери.
В результате приемные семьи и неродственная опека, задуманные  как возможность временно поместить ребенка не в казенные стены, а в семью, превратились в псевдородительство. Возможность растить ребенка за счет государственных средств и алиментов от кровной семьи, с родительскими правами, но без родительских обязанностей и ответственности. Если приемный ребенок заболел, надоел, не оправдал ожиданий, приемные «родители» в любой момент и без всяких последствий для себя лично могут вернуть его назад в детский дом.
Если же опекун почему-то не хочет отдавать ребенка, вернуть его родителям очень сложно. Не всегда это под силу депутатам Государственной Думы.
 
***   ***  ***

У сироты Ольги Скворцовой отобрали первенца под надуманным предлогом, внушив юридически неграмотной матери, что она не имеет права навещать ребенка и знать, где он находится. Дочку оперативно передали из Прокопьевска в Новоалтайск, к бездетной сорокапятилетней опекунше Кузнецовой Оксане Александровне. Адрес проживания своей дочери Ольга узнала из судебного иска о лишении ее родительских прав. Подробности в материалах "Министерство Не Твоих Собачьих Дел"http://proza.ru/2025/03/19/548 и "Бесплатная матка"   
http://proza.ru/2025/04/06/1077

Второго ребенка у Ольги пытались отнять прямо в роддоме – просемейные общественники не позволили. Опекунша, в глаза не видевшая Ольгу, обвиняла ее в том, что та алкоголичка и наркоманка. Ольге пришлось на три недели лечь в психиатрическую больницу на экспертизу. Доктора не нашли никаких зависимостей, и суд встал на сторону родной матери. Ольгу не лишили родительских прав и даже в них не ограничили.
Наивные люди могут подумать, что теперь Ольга может просто забрать свою дочь домой. Не тут-то было! Местные органы опеки считают, что восстанавливать детско-родительские отношения следует очень постепенно, через десятки встреч, на которых мама не имеет права сказать дочери, что она ее родная мама.
Органы опеки Новоалтайска обязались организовать встречи. Первая была назначена на 12 декабря 2025 года, Ольга с грудным ребенком на руках преодолела 800 км в оба конца (с пересадкой в Барнауле).
Встреча действительно состоялось, но Кузнецова не привела на нее девочку. В  Комитете образования Новоалтайска, в присутствии чиновников  Комитета образования:  начальника комитета Стася Юрия Олеговича и  клинического психолога) Чукчаевой  Анастасии Сергеевны  опекунша заявила родной матери, что пока не будет никаких встреч, и отказалась передать новогодний подарок девочке. Опекун Кузнецова прямо заявила родной матери, что у нее счастливая семья, и пусть Ольга оставит ее в покое и растит свою вторую дочь. Не забывая, конечно, платить алименты, задолженность в размере более 300 000 рублей Ольга уже погасила.
Господин Стась не видит оснований расторгать договор опеки, и уверяет родную маму, что ребенку будет гораздо лучше у опекунов, и нельзя же просто так передать малышку от одной мамы к другой. А по поводу встреч – с вами свяжется куратор. Когда-нибудь. Ждите сигнала.

***   ***   ***

В аналогичной ситуации находится Марина Делишева из подмосковной Коломны, одинокая мама двух дочерей. Опека отобрала у нее детей, обвинив в алкоголизме. Через полгода старшую дочь, уже подростка, вернули «исправившейся» маме, которая якобы «изменила образ жизни» и достойна воспитывать детей.
Вы когда-нибудь видели настолько быстро, за полгода, «исправившихся» алкоголиков, особенно женщин? Автор этой статьи – нет. Уж поверье, мне есть, с кем сравнивать.
Видимо, суд тоже не видел.
 Младшую трехлетнюю дочку Марине не вернули, потому что за месяц до решения суда малышку уже забрала в свою семью профессиональная опекунша Швабовская – женщина недотородного возраста, живущая за счет платной опеки над чужими детьми.
С 2022 года Марина Делишева судится за дочь, два раза Марина дошла до кассации. Удалось добиться регулярных встреч с девочкой, раз в неделю мама приезжает в глухую деревню, куда по бездорожью отказываются приезжать таксисты.
По словам Швабовской, к дочери Марины Делишевой очень привязан ее молодой муж. Суд отказал родной матери в немедленной передаче ей ребенка на том основании, что  теперь ребёнок привык к семье опекуна и длительное время считал ее родной.
Опека города Воскресенска и опекун считают, что ребенка можно отдать только тогда, когда шестилетняя девочка сама примет такое решение.
Опеку Воскресенка не смущает тот факт, что Швабовская настраивает ребенка против родной матери, накачивая девочку страхами – мол, в ее родной семье с ней будут обращаться ужасно. Это подтверждает психолог, назначенный органом опеки, то же мнение у независимого психолога. Никакого «противоречия интересам ребенка» в этом никто не видит.

Швабовская постоянно заявляет в суде, что у Марины низкий доход, и она не сможет содержать ребенка, что у матери неподходящий график работы, и что ей нужно чаще встречаться с ребенком, "чтобы девочка сама ее выбрала", что у нее неправильные личностные данные. Это не мешает опекунше  взыскивать с Марины, которая якобы настолько  малообеспеченная, что не сможет содержать своего ребенка, 150 000 рублей на оплату своих адвокатов за суд, который условно выигран ей наполовину - по иску об отмене ограничения в родительских правах  -  права матери суд вернул, а ребенка нет.

Взыскивать с родителей судебные расходы опекунам можно тоже благодаря разъяснению Верховного суда о том, что родители должны подавать иски о восстановлении в родительских правах не к государственному органу опеки (который в отличии от опекунов в суде представляет себя сам), а к опекунам, по месту их жительства. Что бывает  особенно сложно, когда  опекуны увезли детей в другой регион.

***   ***   ***

История, достойная сериала или художественного фильма, недавно произошла в Тульской области. Некая Ольга Анисимова, «социальная родительница» со стажем и уголовной историей в прошлом, пыталась скрыть мальчика от его родной матери, которая никогда не была лишена или ограничена в родительских правах.
К пятидесяти годам Ольга Анисимова смогла построить успешный бизнес в Москве, построить коттедж в Тульской области, но так и не смогла создать семью. Мужа не было, единственный сын умер в роддоме в далеком 2001-ом году. И женщина стала «узнавать» этого погибшего младенца в чужих детях.
В электронной базе сирот Ольга Анисимова увидела фотографию восьмилетнего мальчика Женю из Уфы и решила усыновить его во что бы то ни стало. Полюбила сразу – якобы мальчик внешне был похож на ее сына. Неясно, как восьмилетний мальчик может быть похожим на новорожденного?

Анисимова прилетела в Уфу, но на месте оказалось, что Женя уже на гостевом режиме не то у подруги матери, не то у родной тети, которая возражает против усыновления. Мальчика все отдали чужим людям – в другую семью профессиональных опекунов, которых органы опеки сочли более подходящей кандидатурой.
Узнав об этом, Анисимова пришла в бешенство. Устроила истерику, требуя объяснить, почему «сына» отдали не ей. Написала жалобы на опеку во все инстанции и, видимо, так всех утомила, что сотрудники опеки написали на нее заявление, обвинив в попытке дать взятку в размере двух с половиной миллионов рублей. Анисимову взяли с поличным при передаче денег и поместили в СИЗО.
На защиту задержанной поднялось все сплоченное опекунское сообщество. Писали правозащитникам и самому Путину, организовали массу публикаций о бедной женщине, которая ничего плохого не хотела. В результате Анисимову сначала отпустили под домашний арест, а потом вынесли очень мягкий приговор – 3, 8 млн. рублей.
 
 Желание «социального родительства» никуда не делось, и Анисимова взяла под опеку другого ребенка – на этот раз маленького мальчика Арсения Корниенкова из Смоленской области. Мама поместила его в социально-реабилитационный центр на месяц, так как лишилась работы и была вынуждена согласиться поехать на вахту. Ребенка оставить было не с кем, мама – сирота, росла в приемной семье.
Когда женщина пришла за сыном через месяц, ей сообщили, что ребенок уже передан на воспитание «в семью». Полтора года ушло на изнурительные суды – и судья постановил вернуть ребенка маме, во многом благодаря большой юридической и человеческой поддержке УПР Тульской области Натальи Зыковой.
Анисимова отказалась сделать это добровольно, когда же за дело взялись приставы – просто скрылась с малышом. Пришлось объявлять в федеральный розыск. Нашли Анисимову 6 марта в Московской области – и уже передали малыша маме. По словам Натальи Зыковой, в маленькой семье все хорошо. Мама Аресния планирует переехать в Тульскую область, поближе к тем, кто поддержал в трудную минуту.