Станьте на колени

Т. П. Антонова, приёмная дочь Учителя, г. Москва


   12 февраля 1951 года Учителя взяли в Москве и увезли в Ленинград. И я ходила по всем органам власти, ходила в ЦК, как дочка, чтобы получить разрешение на свидание с Учителем. Была я у Кузнецова в Москве, папа за ним числился. Но тот мне сказал, что теперь он над Ним не хозяин и направил меня к прокурору г. Москвы. И добавил: «Я ему сколько раз говорил, чтобы он не ходил по Москве в трусах. Когда я был хозяином – я его всегда выручал, а теперь иди на Кузнецкий, 24 к прокурору». Я к нему пошла, просидела там около часа, а народу было много.

   Учитель в это время сидел в Таганской тюрьме до отправки в Ленинград. Дождалась своей очереди, захожу в кабинет прокурора и прошу разрешения на передачу отцу. А прокурор говорит: «Твоя фамилия Антонова, а он — Иванов. Вы кто будете?» Я ему говорю: «Это мой отчим. Когда моя мама выходила замуж, я у неё уже была». Он мне говорит: «Так вот кто твой отчим-то! Знаю я его». Нажал на столе какую-то кнопку, поговорил с кем-то и говорит мне: «Приходи завтра – его буква будет. Там ведь кормят хорошо!»

Я ответила: «Вот поэтому люди и сидят с мешками и сумками на передачу».

   Под 8-е марта 1951 года мы пришли к Таганской тюрьме и стали требовать выпустить Учителя. Народу собралось – уйма. Люди говорят вокруг: «Кого это так встречают? Мы живём здесь 30 лет и никогда столько людей не видели». Около двух тысяч было человек. А в тюрьме работала одна женщина, она обеды раздавала. Учитель передал через неё записку нам с детьми Паше в общежитие, где он сказал: «Когда начальник тюрьмы выйдет, станьте на колени и просите, чтобы он меня выпустил».

   И так и было: когда начальник вышел, то мы все как один опустились на колени. У начальника даже слёзы потекли. Он говорит: «Мы его не держим, его держат другие органы, а не мы». А иностранцы фотографировали весь народ в это время. И тут выехала конница из-за стены – столько народу было! Окружили всех, и нас троих взяли: меня, Марию Матвеевну и Ульяну Фёдоровну – маму. Привели нас в милицию и спрашивают: «Кто людей собрал?» Мы говорим: «Они сами собрались, узнали, что он там, и требуют, чтобы его освободили. Его ни за что держат там». И нас продержали до 12 часов ночи. Сначала обещали выпустить Учителя, но потом сказали, что нет, не отпустят. И нас выпустили, мы пошли домой.

   А потом из Таганки его прямо в Ленинград отправили, а из Ленинграда в Чистополь, а потом уже в Казань – на выход домой. Я писала в Министерство, там тогда был Доставалов.

   Он мне пишет, что ваш отчим Иванов П.К. будет проверен особой комиссией в июне 1954 года. У меня эта бумажка есть. И его освободили из Казани. Папа телеграмму дал, пишет, что освободили давно, только врачи держали. Ему об этом медсестра сказала: «Вас давно освободили, что же Вы не уезжаете?» Тогда Учитель стал просить, говорить им: «Что же вы? Администрация меня освободила, а вы меня держите».

И его отпустили домой.

Татьяна Петровна Антонова, приёмная дочь Учителя, г. Москва