Несуразности и эсвээмэс...

     Глава первая. Чего больше: следования внешним сюжетам или обращения к внутренним мирам?

     Раньше в Большереченске не было ни литературного института, ни даже литературных курсов, на которых можно было бы научиться мастерству сочнителя. Когда в Большереченске  появился БИСКВИТ, Большереченский Институт Сценической Культуры, Визуальных Искусств и Театра, Глубин Вдумович Последовательнов сначала не связал его с обучением литературно-художественному сочинительству, а связав их, понял, что ему самому в БИСКВИТе уже учиться поздно: у него уже сложилось своё представление о сочинительстве, которое, как добротную и древнюю стену, уже не разрушить.

     Да, у Глубина Вдумовича Последовательнова сложилось своё представление о том, как осуществляется литературно-художественное сочнительство. И преподавателям Института Сценической Культуры, Визуальных Искусств и Театра это "последовательновское" представление о сочинительстве вряд ли понравится.

     Увидев, что с обеспечением перемены точек зрения Глубина Вдумовича на сочинительство им не справиться, преподаватели бы только нервничали и раздражались, а это отрицательная, разрушительная, тёмная энергия.  И Глубин Вдумович, "не пропадать же добру", решил все свои точки зрения на осуществление литературно-художественного сочинительства собрать в одном месте.

     Он, Глубин Вдумович, довольно с давних пор присматривается к энергетической точке зрения на сочинительство. В соответствии с ней, литературно-художественный текст - это итог применения сочинителем своей психической энергии или в переработке свох дневниковых записей, или в следовании внешнему сюжету в создаваемом тексте

     Глубин Вдумович предположил, что следовать внешнему сюжету может себя научить человек, внутренний мир которого не такой уж богатый. Глубину Вдумовичу почему-то почудилось, что бессюжетность текстов сочинителя и богатство его внутреннего мира как-то друг с другом связаны. И отсутствие у сочинителя достаточно богатого внутреннего мира и необходимость следования внешним сюжетам тоже как-то между собой связаны.

      В голове Глубина Вдумовича Последовательнова даже возник вопрос: "А есть ли во внутреннем мире человека, даже того, который может стать сочинителем, сюжеты?".

     Если предположить, что сюжеты во внутренний мир сочнителя попадают только извне, а во внутренних мирах их нет, то богатые внутренние миры сочинителей позволяют им создавать даже захватывающие внимание читателей и читательниц бессюжетные тексты, а сочинители с не очень богатыми внутренними мирами всё-таки имеют в них хоть какое-то содержание.

      И тут он, Глубин Последовательнов, вспомнил, что в его голове крутится давно один сюжет, начало у которого такое:

     <<Прошлое большереченца Влеза Тайновича Пригрелкова является туманным для его бизнес-начальства. И всё-таки фирма, ничего не зная о действительном прошлом Пригрелкова, посылает его с бизнес-заданием в Заграничную страну. Приехав в такую страну, Влез Тайнович заселяется в отель. Он поднимается к себе в номер, а там уже его ждут двое, которые начинают его, шантажируя, нагло вербовать в свою Заграничную разведку. Такая наглая вербовка не нравится Влезу Пригрелкову, у него в руках оказывается острый осколок стекла, которым он убивает обоих вербовщиков. Увидев то, что он сделал, Влез Тайнович Пригрелков звони'т по телефону в администрацию отеля: "Я поднялся в предоставленный мне номер, а тут так намусорено, что я никак не могу здесь пребывать. Не можете ли вы мне предоставить другой номер, может быть, и на другом, даже более высоком, а лучше, - на более низком этаже?">>.

      Вспомнив начало данного жестокого сюжета, Глубин Последовательнов не мог не заметить много глупостей и несуразностей в нём. А он, Глубин Вдумович, всегда интересовался тем, почему читатели и даже читательницы дочитывают до завершения те, например,  детективные и фантастические произведения, в которых очень много глупостей и несуразностей? Что именно в таких текстах отключает критическое мышление читателей?

     Глава вторая. Внешние сюжеты, бессюжетность и внутренний мир сочинителя.

     По мнению Глубина Вдумовича Последовательнова, источником глупостей-несуразностей могут быть как сами внешние сюжеты, так и содержание внутреннего мира сочинителя.

     Тому внутреннему миру сочинителя, который богат не только глупостями-несуразностями, но и реалистичными мелочами, сюжеты не так уж и нужны для того,  чтобы подвигнуть сочинителя на создание бессюжетного текста, который даже имеет возможность захватить внимание читателей и читательниц.

     Глубин Последовательнов где-то слышал, что те люди, которые потом становятся, благодаря наличию у себя довольно богатых внутренних миров, сочинителями, в юности вели, а может быть и во взрослом состоянии продолжают вести, дневники.

     Глава третья. Дневниковые записи и строительный материал для внутреннего мира сочинителя.

     Какими бы разными ни были внутренние миры людей, в их дневниках все записанные впечатления можно разделить на три части:

     Первая. Впечатления от того, как другие люди восприняли и относятся к внешнему виду, устным и письменным высказываниям, отдельным действиям и вообще к поведению автора дневника.

     Вторая часть. Впечатления от внешнего вида, устных и письменных высказываний, действий и поведения людей, с которыми пришлось столкнуться и с которыми приходится взаимодействовать постоянно автору дневника.

     Третья часть. Впечатления от оценок другими людьми применения автором дневника каких-то его способностей и умений.

     Конечно, так думает Глубин Последовательнов, внутренний мир сочинителя не может состоять из одних только, хотя и трёх видов, впечатлений. Во внутреннем мире сочинителя содержатся также выводы сочинителя, как итоги его размышлений о собственных впечатлениях. Выводы, которые сочинитель содержит в своём внутреннем мире, имеют, как правило, три вида: 1) о себе, 2) о качествах и способностях других людей, 3) о продолжении или прекращении взаимодействий, отношений с определёнными людьми.

      Также Глубин Вдумович Последовательнов предположил то, что не может быть, чтобы внутренние миры сочинителей состояли бы только из их впечатлений и выводов, есть и третий вид строительного материала, из которого построен внутренний мир сочинителя.


     Глава четвёртая. Открытие в сочинителях способности терпеть.

     Глубин Вдумович Последовательнов не может не понимать, что копание в своих впечатлениях и выводах чаще, чем удовольствие, доставляет сочинителю боль и мучения. Не только морально-психические, но даже и телесные.

     У одних сочинителей способность терпеть морально-психические боли и мучения-терзания является высокоразвитой, у других - среднеразвитой, у третьих - слаборазвитой.

     В читательницах и читателях бессюжетные тексты, созданные сочинителями со среднеразвитой способностью терпеть морально-психические и телесные мучения, часто вызывают раздражение.

     Многие читатели и читательницы не просто с вниманием, но даже и с удовольствием читают бессюжетные тексты, созданные сочинителями с высокоразвитой способностью терпеть морально-психические и даже телесные боли и мучения.

     Сочинители со слаборазвитой способностью терпеть боль и мучения сами выбирают работу с внешними сюжетами, отказываясь от создания бессюжетных текстов, являющихся итогом мучительных копаний в своих впечателения и выводах. Так как сочинители со слаборазвитой способностью терпеть, сами не имеют опыта переживания событий внешних сюжетов, то их тексты, например, детективные, приключенческие, фантастические,  могут содержать в себе многочисленные глупости-несуразности.

     Глава пятая. Несуразности и слабое развитие способности терпеть у сочинителя.

     Проверять используемые в тексте мысли и образы на глупости-несуразности могут только терпеливые сочинители, то есть сочинители с высокоразвитой способностью терпеть и морально-психические, и даже телесные мучения.

     Сочинитель, со слаборазвитой способностью терпеть, всегда куда-то спешит, ему некогда  проверять выработанные им мысли и образы на глупости-несуразности. У сочинителя со слаборазвитой способностью терпеть есть направленность не на удовлетворение требований критического мышления читателей и читательниц, а на их способность увлечься сюжетом.

     Глава шестая. Способы сделать глупости, несуразности незаметными для читателей.

     Может быть, это и неправильно, но в голову Глубина Вдумовича Последовательнова пришла мысль о том, что критическое мышление читателей.и читательниц могут отключить быстрая смена событий сюжета (подвижность действующих лиц) и то, что вызывает у читателей если не смех, то улыбки.

     Анекдоты, трюки  и смешные шутки - это последнее прибежище сочинителей со слаборазвитой способностью терпеть, которые наполняют событиями и другим содержанием внешние сюжеты.

     Как это ни странно, но  бессюжетные тексты, созданные сочинителями с высокоразвитой способностью терпеть, все ещё находят своих читателей и читательниц, то есть таких же "терпил", как сами сочинители с высокоразвитой способностью терпеть хотя бы морально-психические мучения. Терпеливые читатели могут обходиться и без быстрой смены событий, и даже без анекдотов, трюков и шуток в тексте.

     Глава седьмая. Искусственный интеллект и ставшая бесполезной высшая "математика" сочинительства?

     Искусственный интеллект сейчас, в двадцатые годы двадцать первого века, докатился до того, что легко создаёт деловые, даже документальные, научные и учебные тексты. Оказалось, что компьютерной программе, которая создаёт такие тексты, не требуется наличие богатого внутреннего мира.

       Высшей, условно говоря, "математикой" литературно-художественного сочнительства раньше, до появления искусственного интеллекта и компьютерных нейросетей, было то, что даже сочинители со слаборазвитой способностью терпеть задействовали в своём сочинительстве содержание своих внутренних миров, которые в дневниковой литературе отражались как впечатления и выводы.

     По мнению Глубина Вдумовича Последовательнова, раньше сочинители не могли обходиться без отражения в своих текстах дневниковой,  мемуарной ("вспоминательной") и художественной литературы своих внутренних миров. Но некоторые айтишники-программисты уверены, что они скоро научат искусственный интеллект, не имеющий своего внутреннего мира, сочинять не только мемуарные, но и художественные тексты. И будет достаточно хорошо, если кто-то отговорит айтишников от обучения искусственного интеллекта ведению дневников литературных самонаблюдений, а также от привлечения искусственного интеллекта к обучению ведению таких дневников живых сочинителей.

      P.S. Автор данного текста просит у читателей и читательниц прощения за то, что данный бред жителя вымышленного города Большереченска он, автор, размещает не в разделе рассказов, а среди литературоведения. Сам автор не понял, почему большереченец назвал разделение содержания внутреннего мира сочинителя на впечатления, выводы и способность терпеть хотя бы морально-психические мучения ЭНЕРГЕТИЧЕСКИМ подходом к осуществлению литературно-художественного сочинительства. Но автор дал большереченцу возможность выговориться, всё выговоренное большереченцем по телефону записал и поясняет читательницам и читателям то, что эсвээмэс в названии данной записи - это "содержание внутренних миров сочинителей"