Камер-юнкерский кафтан
" 1 января 1834 года. Третьего дня я пожалован в камер-юнкеры ( что довольно неприлично моим летам) Но двору хотелось, чтобы Наталья Николаевна танцевала в Аничкове... Меня спрашивали, доволен я моим камер-юнкерством? Доволен, потому что государь имел намерение отличить меня, а не сделать смешным - а по мне, хоть в камер-пажи, только б не заставили меня учиться французским вокабулам и арифметике." - Пушкин дневник.
Про Аничков. "Император был очень живого и веселого нрава, а в тесном кругу даже и шаловлив. При дворе весьма часто бывали, кроме парадных балов, небольшие танцевальные вечера, преимущественно в Аничковом дворце... На эти вечера приглашалось особое привилегированное общество, которое называли в свете "аничковским обществом и которого состав, определявшийся не столько лестницею служебной иерархии, сколько приближенностью к царственной семье, очень редко изменялся... В продолжение многих лет принимал участие в танцах и сам государь, которого любимыми дамами были: Бутурлина, урожденная Комбурлей, княгиня Долгорукая, урожд. графиня Апраксина, и, позже, жена поэта Пушкина, урожденная Гончарова " - граф М.А. Корф. Из записок. Следует, что чин для посещения Аничкова и не требовался, а исключительно желание царской четы видеть у себя на домашних вечерах.
А что, если бы царь пожаловал поэта камергером, с нарушением существующего порядка, он был бы рад этому пожалованию? Очень сомневаюсь. Было что-то другое.
"Нужно сознаться, - Пушкин не любил камер-юнкерского мундира. Он не любил в нем не придворную службу, а мундир-камер-юнкера. Несмотря на мою дружбу к нему, я не буду скрывать, что он был тщеславен и суетен. Ключ камергера был бы отличием, которое бы он оценил, но ему казалось не подходящим, что в его годы, в середине его карьеры, его сделали камер-юнкером наподобие юношей и людей, только что вступающих в общество. Вот вся истина об его предубеждениях против мундира. Это происходило не из оппозиции, не из либерализма, а из тщеславия и личной обидчивости." - князь Вяземский П.А. - вел. князю Михаилу Павловичу. 14 февраля 1837г.
Тщеславие и личная обидчивость. Или что-то иное?
"Пушкина сделали камер-юнкером; это его взбесило, ибо сие звани е точно было неприлично для человека тридцати четырех лет, и оно тем более его оскорбило, что иные говорили, будто оно было дано, чтоб иметь повод приглашать ко двору его жену. Притом на сей случай вышел мерзкий пасквиль, в котором говорили о перемене чувств Пушкина, будто он сделался искателем, малодушен, и он, дороживший своею славою, боялся, чтоб сие мнение не было принято публикою и не лишило его народности. Словом, он был огорчен и взбешен... И я стал опровергать его решение, представляя ему, что пожалование в сие звание не может лишить его народности, ибо все знают, что он не искал его; что его нельзя было сделать камергером по причине чина его; что натурально двор желал иметь возможность приглашать его и жену его к себе, и что государь пожалованием его в сие звание имел в виду только иметь право приглашать его на свои вечера, не изменяя старому церемониалу, установленному при дворе." - Н.М. Смирнов. Из памятных записок. Далее Смирнов пишет, как они с женой убедили Пушкина принять камер-юнкерский мундир. "Пушкин взял мундир и поехал ко двору".
А что царь? Православие, самодержавие и народность обязывали. Знаменитый и народный поэт приглашен ко двору. Не князем же его жаловать, чтобы иногда при дворе показывался. А возможно, это была только предварительная должность для дальнейшего... и вовсе не камергера. Пушкин получил задание писать историю Петра Первого и позволение работать в архивах и положил жалованье в 5000 годовых, это больше губернаторского. Граф Нессельроде по этому поводу писал:" Граф Бенкендорф объявил мне высочайшее повеление о назначении из государственного казначейства жалованья титулярному советнику Пушкину. По мнению графа Бенкендорфа в жалованье Пушкину можно было бы положить 5000 руб. в год. Я осмеливаюсь испрашивать по сему поводу Высочайшего повеления Его Императорского Величества". Повеление было выдано.
В демократическом лагере назначение поэта обсуждали, обвиняя его в искательности и лести.
Я прежде вольность проповедал,
Царей с народом звал на суд,
Но только царских щей отведал
И стал придворный лизоблюд.
Есть от чего прийти в смятение и огорчение.
А это стихи от приятеля Соболевского
Здорово, новый камер-юнкер!
Уж, как же ты теперь хорош
И раззолочен ты как клюнкер
И весел ты как медный грош
Сияй, сияй, о, Пушкин, камер-юнкер
Раззолоченный как клюнкер.
Твой первый друг - граф Бенкендорф
Его ж соперник - барон Корф.
Как бы веселенькие стишки от приятеля, но мне неизвестны ассоциативные связи, может там какая непристойность скрыта, - от Соболевского станется.
"Пушкин крепко боялся дурных шуток над его неожиданным камер-юнкерством, но теперь успокоился, ездит по балам и наслаждается торжественною красотою жены, которая, несмотря на блестящие успехи в свете, часто и преискренно страдает мучением ревности, потому что посредственная красота и посредственный ум других женщин не перестают кружить поэтическую голову ее мужа" С.Н. Карамзина И.И. Дмитриеву 20 января 1834 года.
А чего же хотел Пушкин А.С. Какая тайная амбиция владела им?
Так ведь со времен Петра Первого при дворе была одна должность, пустовавшая, со смертью Карамзина. Карамзин был последним историографом.
Стать официальным историографом, - это и было тайной амбицией Пушкина, которую издевательски осмеяли в анонимном пасквиле.
По сути Пушкин А.С. и был неофициальным историографом, дипломаты в донесениях о гибели поэта, так его и называли - историограф. Вполне понятно, что после написания истории Петра Великого, он и был бы назначен официально на придворную должность историографа. Но не получилось.
Карамзин остался последним историографом, на эту должность никого не назначали. А как назначить и кого? После неназначения Пушкина А.С.
Свидетельство о публикации №226042000591