Приезжаю я однажды на Таити

«- А из нашего окна
После третьего стакана
Площадь Красная видна!
А из вашего окошка
Только улица немножко...э?»
Ну, конечно, не на Таити, а в столицу нашей Родины город Москву.
Дело было в начале двухтысячных. В те далекие времена я замдиректорствовал в одном из Питерских предприятий (акционерное общество) Минатома, а заодно и был избран заместителем председателя совета директоров.
Работа обыкновенная, штабная: аналитика, планирование, разработка внутренних документов, организация и проведение собраний акционерного общества и заседаний советов директоров.
Если в начале восьмидесятых, выполняя работу начальника штаба Петроградского РУВД, я был просто милиционером в звании старшины (Щелоков разогнал штабы, но учетом и аналитикой все равно надо было заниматься), то теперь я и такой заместитель (генерального директора), и сякой заместитель (председателя Совета Директоров). Красота.
Заседания советов директоров проходили в Москве. Ночной поезд приходил туда около шести часов утра. До девяти (открывается головная организация) времени - вагон и маленькая тележка. В буфете на Ленинградском вокзале покупали дорогущий кофе и бутерброд. Выходишь из вокзала покурить, слева- огромная толпа. Это люди из южных республик ждут, когда их заберут хозяева. Закуриваешь сигарету и вдруг чувствуешь неописуемый аромат. Такой аромат издает в моменты рекультивации "Американская" помойка (Американская потому, что расположена в поселке "Новый Свет" под Гатчиной).
Опускаешь глаза. Внизу на газоне просыпаются после ночевки шесть-семь Бомжей. Один встал, отошел в сторонку (прямо подо мной), снял штаны и справил естественные потребности.
(Ни в коей мере не хочу кого-либо обидеть. В Питере и похлеще бывало. Хочу подчеркнуть, как далеко мы от этого ушли).

Время. Пора двигаться. Несколько пересадок на метро и пять минут пешком. Идешь как по строящемуся комплексу. Почти все здания в строительных лесах. Штукатурят, красят, кирпич наверх поднимают...
В окно кабинета председателя совета директоров влетает перезвон колоколов (вот она, Москва Златоглавая), но храм почти невиден из-за башенных кранов.
Решаем организационные, текущие и другие вопросы, проводим заседание совета директоров.
Поезд в Питер - около двенадцати ночи.
Конечно, кроме документов, привозили и презенты: водка (ЛИВИЗ) "Синопская", печенье "Суворовское" и т. д. и т.п. Весной обязательно привозили корюшку (жареную, маринованную).
Наша марка! - "фирма веники не вяжет, фирма делает гробы".
После окончания рабочего дня маленький банкет.
В те времена по всей Москве стоял "плач Ярославны" и "размышляли у парадного подъезда"
(Выдь на Волгу: чей стон раздается
Над великою русской рекой?
Этот стон у нас песней зовется —)
 насчет питерского засилья:
 и этот не тот, и та такая сякая, в общем, звездец настает России Матушке.
После хвалебных тостов в наш адрес: какие мы пригожие, какие мы хорошие (вот только питерским лучше быть в Питере) надо сказать ответную речь.
Ну я и сказал:
"Господа! Вот, вы жалуетесь на обилие Питерских во властных структурах и выражаете недовольство их деятельностью. Так, представьте, сколько времени они были у нас в Питере и сколько времени мы их терпели, так что потерпите и вы немного. Так выпьем за наши предприятия, Москву, Питер и Россию."
Немая сцена.
Такой наглости никто не ожидал. Но потом раздался дружный смех.
С тех пор Москва преобразилась. Насколько - решать москвичам.
А я пойду слушать Ваню Дмитриенко и грузить снег, пока не растаял.
«Ты — Венера, я — Юпитер
Ты — Москва, я — Питер
Люди, помогите дышать
Ты — Венера, я — Юпитер
Ты — Москва, я — Питер
На одной орбите опять
Ты — Венера, я — Юпитер
Ты — Москва, я — Питер
Люди, помогите дышать
Ты — Венера, я — Юпитер
Ты — Москва, я — Питер
На одной орбите опять...»