Глава сорок первая. Неприятное интервью

 Книга пятая. Сопротивление.
 Глава сорок первая. Неприятное интервью.

 Ещё в пятницу, 16 августа 2003 года, на производственной оперативке в бывшем парткабинете Управления, при всех высших руководителей комбината Андрей Стефанович Тредьяковский поздравлял Сергея с днём рождения и вручил ему красивый букет роз, такой обычай он ввёл на комбинате, а в понедельник утром он узнал о том, что  Тредьяковский отстранён от должности.
 Это неприятное известие опечалило не только одного Сергея. Потому он взял и позвонил временно исполняющему обязанности генерального директора, члену совета директоров комбината, представителю владельца контрольного пакета акций, Евгению Валерьевичу Евстафьеву:
 - Здравствуйте, Евгений Валерьевич! Редактор газеты "Крутояровец". Многих на комбинате волнует, что означает смена генерального директора комбината? Как она отразится на людях? Что ждёт их завтра? В чём причина?
 - Не волнуйтесь, всё пойдёт только на благо работникам предприятия. Могу дать интервью.
 - Пожалуйста, в какое время?
 - Могу прямо сейчас, подходите.
 И вот Сергей в кабинете генерального директора. Всё здесь, как при Тредьяковском, мягкий свет, стол в правом дальнем углу кабинета, настольная лампа на столе. За столом моложавый человек лет сорока.
 - Проходите, садитесь.
 Сергей сел напротив него.
 - Я вас слушаю.
 Сергей сразу же задал вопрос:
 - Многих на предприятии беспокоит неожиданное увольнение генерального директора комбината Андрея Стефановмча Тредьяковского. К чему бы это? Вроде, ситуация на предприятии стала улучшаться?! И вдруг генерального директора в отставку! За что?
 Евстафьев:
 - Мне приятно слышать, что вы, как и я, считаете, что ситуация на предприятии за последний год стала меняться в лучшую сторону. Что касается  «отставки», то ничего неожиданного в этом нет.
 - Раньше, лет двадцать назад,- продолжал он,- директор предприятия, и по названию, и по сути, был «генералом», подобием московского «железного наркома» сталинской эпохи. Его главной задачей было дать план! Сейчас перед нами стоят несколько иные цели.  И директор комбината – это не генерал, ведущий борьбу за план, а менеджер, управленец, решающий определённые задачи производства!
 - Год назад мы пришли на предприятие,- он внимательно посмотрел на Сергея,-  доведённое непродуктивной финансовой политикой бывших владельцев до критического состояния. По старой, предлагаемой вами логике, надо было начинать с немедленного снятия директора. Однако, этого сделано не было, так как бывший тогда директором  Крыгин вполне смог решить поставленные нами, как новыми владельцами предприятия,  задачи стабилизации выплаты зарплаты рабочим и обратному приёму ушедших специалистов. И также других первоочередных задач.
 - Для задач модернизации производства и окончания капитального строительства,- продолжил он назидательно втолковывать Сергею,- как высокий профессионал и антикризисный управляющий, был приглашён новый менеджер –Андрей Стефанович Тредьяковский. При нём был реализован первый этап программы технического перевооружения. Введена в эксплуатацию доменная печь №3, вдвое, с тридцати трёх до шестидесяти тысяч тонн в месяц, увеличился объём выплавки чугуна. Начат выпуск ферросплавов нового технологического качества.
 Он немного помолчал, не дождавшись следующего вопроса продолжил:
 - Сейчас комбинат производит около шести тысяч тонн дроблёного ферромарганца! Недавно введена в действие система подачи природного газа, который является эффективным частичным заменителем кокса. Всё это, конечно, вы знаете не хуже меня?! С ним, с Андреем Стефановичем, как с новым менеджером, был заключён трудовой договор. Сейчас его действие закончилось. Практически, все поставленные перед ним задачи он с успехом выполнил! Теперь наступает новый этап развития комбината.
 Сергей: какой? Означает ли это, что потом опять будет следующая смена директора?
 Евстафьев:
 - Вы спрашиваете так, будто собираетесь жить вечно?! Я думаю, что и сам, новый генеральный директор Кирилл Федотович Рюман, пока не собирается на пенсию в качестве генерального директора Крутояровского металлургического комбината. Но я уже говорил вам, что в нынешних условиях задачей является уже не производство продукции, и даже не умение договориться выгодно о продаже, а задача реально получить назад деньги за уже нами произведённое! Другая задача, кстати, она напрямую связанная с первой мной названной, это добиться крепкой производственной и трудовой дисциплины!
 Он немного повысил голос:
 - Новый генеральный директор комбината: Кирилл Федотович Рюман, обладает в этих вопросах громадным опытом и отличными связями. Именно, в этих областях деятельности! А вот теперь, скажем, кто точно должен беспокоиться об угрозе своего увольнения, так это: пьяницы, бракоделы, лодыри, прогульщики, нарушители производственной дисциплины и так далее!..  Причём, это коснётся не столько рабочих, сколько  управленческого персонала.
 - Некоторые, например, считают возможным,- усмехнулся он,- как говорится: ловить рыбку в мутной воде. Теперь это им будет непросто. Впрочем, повторюсь: это теперь в компетенции руководителя тульского проекта в «Анкор» - группе Василия Жённикова и нового генерального директора ОАО «КМК» Кирилла Рюмана.
 Сергей:
 - Как все эти изменения отразятся на рядовых тружениках?
 Евстафьев:
 - Я уверен, что все изменения для наших рабочих имеют и будут иметь только положительный вектор. Для «Анкора» вопрос оплаты выполненного труда всегда стоял на первом месте!
 Он немного помедлил:
 - Но мы также понимаем, что сегодня уже недостаточно людям только выплачивать зарплату. Необходимо и повышать её, сообразно изменяющимся потребностям, участию их в производственном процессе.
 Сергей:
 - Но, в отличие от прошлых лет, в этом году не было пышных и дорогостоящих празднеств в День металлурга. С целью показать роль лучших работников и их участие, именно, в производственном процессе, их вклад в работу комбината. То есть, играющих роль не столько материального, сколько морального стимула. Как это понимать?
 Евстафьев:
 - Не было широкого гулянья, с наутро набитым вытрезвителем и травматическим пунктом?!  Вы это хотите сказать или нет? Так это – да! Не было! Думаю, что со мной согласится большинство тружеников комбината и, особенно, «слабая половина человечества» – женщины, что значительно важнее приглашения в посёлок дорогостоящих московских артистов – так это выплата зарплаты!
 - Чем с пустым животом слушать песни под дождём,- чуть улыбнулся он,- лучше за праздничным столом, в кругу семьи и друзей, посмотреть этих же певцов и танцоров на экране телевизора. Хотя, соглашусь, здесь была допущена определённая недоработка со стороны нашей службы по связям с общественностью. И определённые организационные шаги в её отношении уже сделаны.
 Тут он, видимо, решил завершить интервью:
 - Я хочу подчеркнуть, что дальнейшие изменения на предприятии в лучшую сторону зависят не только от работы администрации комбината, его менеджеров, но и от каждого работника предприятия. Раньше было принято через партийные органы, профсоюзную организацию доводить до руководства недостатки, замалчиваемые администрацией на местах. Шла ли речь о неисправной душевой, разбитом окне, заваленном хламом дворе, или о несоблюдении технологических правил производства.
 - Я думаю,- продолжал он,- что и сейчас подобное взаимоотношение не только возможно, но и необходимо между работниками и акционерами. И подобные обращения в администрацию не должны быть каким-то актом отчаяния, а повседневным диалогом. Здесь роль вашей рабочей газеты, как нельзя более, уместна…
 На том и завершилось это интервью и дальнейшая работа Сергея пошла с большим напряжением. Слишком много он задавал неприятных вопросов начальству и находил недостатки и становился на сторону коллектива. И после ухода Тредьяковского работа его редакции продержалась на комбинате до первой его ошибки под День металлурга в июле 2004 года.
 Когда директор по персоналу и кадров приказал ему передать в одну их тульских газет несколько материалов о металлургах Крутого Яра. С целью рекламы. Что он и сделал вместе с фотографиями. Но он не учёл того, что рекомендованный ему в доменном цехе молодой и перспективный горновой, уже после публикации в "Крутояровце", будет уличён в краже ферромарганца, обнаруженного у него при обыске в раздевалке, то есть, в ящике с его рабочей одеждой.
 А Бочаров.
 2026