Лесная Обитель Тишины

Итак, Свет, наконец решил отправиться в Ивановское.
В тот весенний, невероятно солнечный день у Света было замечательное настроение, а Ивановское - Лесная Обитель Тишины, манило к себе уже давно.
Встал он рано, собрал в сумку провизию, туда же положил свою карту и книгу для рисунков. Яр в этот раз был занят и не мог сопровождать своего друга. Но он заранее пожелал Свету доброго пути, ярких впечатлений и попросил его по возвращении домой сразу связаться с ним и все подробно рассказать.
Времени у Света было не очень много, потому что в четыре часа дня он должен был встретиться с Апраксией. Они договорились пойти на открытие выставки нескольких городских художников. И Апраксия немного сомневалась, успеет ли Свет вовремя вернуться.

Бодрым шагом Свет отправился в дорогу. Это была середина весны. Снег уже сошел и в лесах, и на полях, а молодая трава только-только принялась расти. Деревья тоже не торопились покрываться листвой. Поднимавшийся временами ветер был прохладен. Напевая вполголоса всякие разные песенки, подгоняемый желанием поскорее увидеть Ивановское, и предчувствуя, что совершаемый им поход имеет очень большое значение для него и Яра, Свет уже через час пути очутился на их любимом перекрестке, фактически пройдя более трети пути. Разгоряченный от быстрой ходьбы, Свет по традиции посидел молча несколько минут у березы, рядом с перекрестком. Затем повернул направо и устремился в сторону Боровска. С интересом разглядывал кряжистые, узловатые березы, растущие слева от дороги перед еловым лесом. Затем Свет увидел уже знакомый ему домик на опушке, где они с Яром не так давно приятно провели время перед своим первым знакомством с лесом, хранящим в своем сердце таинственное село. И вот лесные массивы по обеим сторонам пути закончились, открыв взору Света обширные рельефные поля.

Да, здесь воистину чувствовался русский простор. Легкая туманная дымка обволакивала голубые дали. В высоком безоблачном небе парили еле различимые с земли птицы. Слева, на большом расстоянии от дороги, виднелось селение, расположенное на возвышенности среди полей. Свет не сразу понял, что это за место, и принялся изучать свою карту. Карта поведала ему, что перед ним деревня Бовыкино. Рассуждая далее, Свет решил идти напрямик к деревне и там выяснить, ведет ли к Ивановскому какая-нибудь дорога и, если дороги нет, узнать, как тогда можно попасть в это село. Свет спустился с дороги и пошел вдоль леса по кромке поля. Здесь одна небольшая ель привлекла его внимание. Свет погладил ее ствол, снял с себя небольшой бронзовый оберег, изображающий солнце, и повесил повыше на одну из веток. Затем чуть отошел и полюбовался, как переливается в солнечных лучах его подарок. Ель слегка наклонилась в знак благодарности и снова выпрямилась. Свет пошел дальше.

Впереди, где заканчивалось поле, был небольшой, находящийся в низине перелесок и, как и предполагал Свет, он скрывал в себе русло маленькой извилистой речки Городянки, уже знакомой Яру и Свету. Свет перешел ее по бревнышку, поднялся по склону и вышел на следующее, второе поле, более широкое, чем предыдущее. Перейдя через него, он добрался до Бовыкино и подошел к ближайшему двору. Мужчина средних лет чинил крышу своего сарая. Свет поздоровался и спросил его, как можно добраться до Ивановского. Мужчина задумался, погладил рыжую бороду, затем достал из кармана старую трубочку и не спеша закурил. «Ивановское, брат?.. Как бы тебе объяснить... - он посмотрел по сторонам, и, видимо, увидев то, что искал, улыбнулся. - Видишь, вон на верхушке той березы сидит ворон? Назови ему свое имя, а когда он полетит, иди за ним в ту же сторону. Он и приведет тебя в Лесную Обитель Тишины». Свет поблагодарил мужичка и подошел к березе.

Ворон внимательно смотрел на него. Поклонившись, Свет назвал ему свое имя, и ворон, взмахнув крыльями, полетел над полем в южную сторону. Свет последовал за ним. Дошел до края поля, перебрался через небольшой сырой овражек и вышел на зеленую лужайку. Здесь он обнаружил старую, сильно заросшую тропу, ведущую в тенистый ельник. Проходя через него, Свет к своему удивлению увидел в нескольких местах остатки снега. Казалось, он уже давно должен был растаять везде. Но нет, в этом еловом лесу зима, уходя, надолго оставила свой след. Свет вышел из леса и остановился, любуясь живописной долиной с пологими склонами, открывшимися его взору. Тропа повела его дальше, и через некоторое время Свет очутился возле двух больших прудов, расположенных в низине. В стороне, на ветке старой ивы, растущей возле берега, сидел ворон. «Пруды, - подумал Свет, зачерпнув в ладонь холодную воду. - Значит Ивановское уже недалеко». И опять, как когда-то, в тишине зазвучал далекий колокольный звон.

Здесь, в долине, ветра не было совсем, и ровная поверхность прудов отражала небесную высь, но была намного темнее, чем светло-голубое небо. Она была фиолетово-синяя, а вблизи берега приобретала бурый оттенок. Небольшие рыбки сновали туда-сюда в мутноватой воде. Дорога повела Света дальше. Она проходила по насыпи между прудами и поднималась в поле, затем поворачивала направо. Свет быстро шагал вперед и внимательно осматривал окрестности. Он чувствовал, что поднимается все выше и выше. Конечно, ведь в окрестностях Боровска и Малоярославца это было самое высокое место. Обозначения на карте тоже подтверждали это.

И вот впереди, на горизонте, в золотых лучах весеннего солнца, подернутая светлой голубой туманной дымкой, показалась околица Ивановского. Пара дворов, густо заросших невысокими плодовыми деревьями, с серыми, покосившимися от времени заборами. Старый ворон пролетел над головой Света и, тихо взмахивая большими крыльями, скрылся в глубине села. «Вот она - Лесная Обитель Тишины», - думал Свет, стоя у края дороги, ведущей вглубь Ивановского. Тишина тут и вправду была необыкновенная, Свет даже слышал свое легкое ровное дыхание. Еще изредка было слышно щебетание маленьких пичужек, негромкое и приятное. Ветра не было вовсе. Снова зазвучали колокола. Уже близко, с правой стороны.

И тут навстречу Свету из Ивановского вышел высокий старец, облаченный в белый хитон. Седина его длинных волос и заплетенной в косу бороды переливалась на солнце серебряным блеском. Поверх одежды, на массивной серебряной цепи, красовался таинственный знак, напоминающий и крест и панагию. Позже Свет и Яр узнали, что это есть особая форма креста, символизирующая всю вселенную. В правой руке старец держал большой резной деревянный посох. Подойдя к Свету, он внимательно посмотрел на него и проговорил: «Приветствую тебя, Свет! Добро пожаловать в Ивановское - Лесную Обитель Тишины». Свет поклонился и сказал: «Здравствуй, о почтенный старец, я очень рад, что наконец попал сюда. Назовешь ли ты мне свое имя?» - «Меня называют Хозяин, Свет. Я хозяин всех русских лесов от востока до запада и от севера до юга. Поставлен ведать всем, что происходит в лесных пространствах Яви, и хранить вверенные мне владения от всего худого. Участвовать в жизни лесных обитателей и помогать всем, чья судьба, чья жизнь напрямую связана с лесом. Но хоть и называют меня Хозяином, ничего на самом деле мне не принадлежит. Я - хранитель. Мы уже давно ожидали вашего с Яром прихода, но я вижу, ты пришел один?» - «Да, Хозяин, Яр в этот раз не смог пойти со мной». - «Понятно, Свет. Тогда ты не можешь сейчас войти на территорию Ивановского. Так установлено. Чтобы Лесная Обитель Тишины открылась вам, вы должны придти вдвоем. И тогда, когда придет время, вам с Яром откроется истинная суть этого места. Ивановское навсегда останется в ваших сердцах. А в душах будет пребывать его особая тишина. Но это впереди. Нам с вами предстоит еще о многом побеседовать. Многое нужно вам открыть. Теперь отправляйся в храм. Храм Рождества Иоанна Предтечи. Прислушайся к своему сердцу, почувствуй дыхание неба и помолись нашему Господу.
Помолись за себя, за родных, за друзей, за врагов, за весь род человеческий. Оставь попечение о всем суетном и почувствуй, осознай, что теперь твой жизненный путь будет вести тебя в правильном направлении. Вон, - Хозяин указал посохом в левую сторону, - видишь колокольню Храма?» В той стороне, куда указал старец, среди высоких берез и ив, за густо заросшим широким и глубоким оврагом виднелась колокольня старинной церкви. «Как мне пройти к храму?» - «Не ищи легких путей, Свет, иди прямо через этот тернистый овраг». Свет поклонился Хозяину, и тот, улыбнувшись, перекрестил его. «До скорого, Свет. Мы еще не раз увидимся. Иди, и да благословит Господь твой путь».

Попрощавшись с Хозяином, Свет отправился к храму. Овраг и впрямь оказался почти непроходимым. Перебираясь через него, Свет увидел на его дне русло небольшого ручья. Исцарапанный колючками кустарников, промочивший ноги и перепачканный илистой грязью, Свет выбрался на противоположную сторону. Величественный храм пророка Божия Иоанна Предтечи стоял на широкой поляне рядом со старым погостом, расположившимся в березняке. За храмом Свет увидел дорогу, ведущую к нему со стороны Ивановского. Сам храм, построенный в стиле классицизма, оказался не очень большим и изящным. К сожалению, он находился в запущенном состоянии. Крыша трапезной части храма была разрушена, во многих местах кирпичная кладка обвалилась. На куполе храма, крыше алтаря и колокольни росли небольшие деревца, питаясь жизненными соками из стен, намоленных многими поколениями. Особенно красивы были тоненькие березки. Когда Свет, перекрестившись, переступил порог храма, раздался звон колоколов. Хотя он и обратил внимание, что колоколов на колокольне не было, это его уже не удивило. По храму гулял холодный ветер, и большие чугунные ставни на крепких кованых петлях временами поскрипывали. Иконостаса не было, перед алтарем стоял невысокий подсвечник с несколькими свечными огарками. Свет помолился, спел пасхальный тропарь и подумал: «Хорошо бы зажечь свечу, да только где ее взять?» В этот же момент он почувствовал, что в его правой руке что-то есть. Посмотрел. Да, это была восковая красная свеча. Она уже горела, и Свет тихо поставил ее на подсвечник. Стоя под высоким сомкнутым сводом храма, Свет ощущал, что он не один здесь.

Постепенно он начал различать голоса, поющие голоса. Их становилось все больше, и доносились они со всех сторон. О красоте услышанного им пения Свет не мог бы сказать никакими словами. Так Свет впервые услышал пение Ангелов. Он стоял, глядя на пламя свечи, и уже ничего не видел вокруг себя, только этот огонь. «Господи, пусть это пламя горит во мне всегда!» - это была последняя мысль, которую он запомнил. Сколько потом прошло времени - неизвестно. Очнувшись, Свет посмотрел на догоревшую свечу и глубоко вздохнул. Почувствовав солоноватый привкус на губах, вытер ладонью щеки. Затем Свет еще раз обошел храм и внимательно рассмотрел уцелевшие росписи. Лучше всего сохранилась фреска «Преображение Господне» на западной стене храма. В толще задней стены трапезной он увидел крутую лестницу, ведущую на верхний ярус колокольни. С колокольни Свет оглядел окрестности.
С левой стороны, сквозь стволы и ветви деревьев, блестел большой пруд. Центральный, как догадался Свет. А справа, окруженный с трех сторон лесом, хорошо был виден большой пустырь. По преданию на нем располагался деревянный барский дом, где в стародавние времена жили владельцы села. Попрощавшись с храмом, Свет пошел по дороге к водоему. Здесь было красиво и отрадно. Могучие, крепкие деревья - вязы возвышались стеной справа от пруда, на крутом берегу. Свету эти насаждения больше всего напоминали величественный дворец или замок. Особенно приятно было наблюдать, как бесшумно летает над синей водой большой аист, периодически выхватывая из воды маленьких рыбок. Затем Свет пошел осмотреть погост. Могил здесь было не очень много, и их ограды свободно разместились среди высоких берез.

Свет любил бывать на кладбищах, читать надписи на надгробиях и крестах. У него возникал своего рода молчаливый диалог с усопшими. И Свет мог подолгу сидеть возле безымянной заросшей могилы, ведя беседу, спрашивая о чем-то, размышляя. На кладбище ему очень легко было молиться. И на ивановском погосте он долго бродил от могилы к могиле. Большинство почивших были местные, но также было много похороненных людей из соседних селений и городов, жизнь которых была связана с Ивановским. Свет переносился мысленно на десятилетия назад и видел этих людей. Вот крестьяне работают в поле. На лугу пасется стадо коров. Женщины занимаются хозяйством. По селу бегают, играя, ребятишки. Слышны разговоры, смех, крики пастухов и лай собак. По дворам ходят куры с маленькими цыплятами. На лужайке расположились козы, не спеша пережевывая траву, а маленькие бойкие козлята бодаются друг с другом, резвятся, высоко подскакивая. А вот Свет видит, как вся сельская община выходит в праздничный день из храма под звон колоколов. Видит улыбки людей. Видит крестный ход на Крещение Господне к ердани, вырубленной в пруду, и Пасхальный крестных ход с горящими свечами. Вот девушки в красивых сарафанах собирают в лесу ягоды, поют песни, водят хороводы. В храме сельский батюшка крестит новорожденного, отпевает новопреставленного. Из кузницы доносится стук молотков. Важные гуси вразвалочку ходят около пруда. Петухи с пестрым оперением взлетают на изгородь и кукарекают на все Ивановское. Да...

Здесь, также как и везде, жизнь шла своим чередом. Люди рождались, взрослели, трудились, влюблялись, радовались и скорбели, состаривались и умирали. «Эх, - подумал Свет, сидя на лавочке возле могилы с покосившимся старым крестом, - сколько еще Господь отпустит нам с Яром жить на этом свете, неизвестно. Но я уже могу сказать, что живем мы не напрасно. И когда-нибудь нас тоже опустят в сырую землю. Хотел бы я, чтобы над моей могилой шумели высокие березы, пели птицы. А на кресте должно быть написано: «Божий раб Свет», и больше ничего. И чтобы непременно плыл над землей колокольный звон в радостные и для живых и для усопших праздничные дни». Так размышлял Свет. Потом он нашел здесь же на погосте маленький стол с двумя лавками и потрапезничал. Затем Свет достал свою книгу для рисунков и пошел рисовать храм. Сделал три вида: общий вид, вид со стороны алтаря и вид сбоку с северной стороны. Уже когда Свет завершал второй рисунок, руки его сильно замерзли, а третий он рисовал вообще не чувствуя пальцами карандаша. Перед входом в храм росла огромная царственная ива - еще одно украшение к уже и без того красивому виду. Впоследствии друзья будут часто отдыхать в тени ее раскидистых ветвей в погожие солнечные дни.
 
Вот так состоялся первый поход Света в Ивановское - Лесную Обитель Тишины. На обратной дороге Свет, выйдя к нижним прудам, решил не возвращаться тем же путем, а немного сократить его, отправившись в сторону Городни напрямую через лес. Настроение у него было самое что ни на есть хорошее, благо и солнце наконец рассеяло облачную пелену и осыпало золотом свою любимую землю. Свет, пробираясь сквозь лесную чащу, распевал свои любимые песни и часто смотрел на небесное светило, радуясь ему как брату.

В общем, к Апраксии он явился вовремя, что весьма ее удивило и обрадовало. Свету было в диковинку также, что пройдя пешком такой немалый путь, он не чувствовал никакой усталости. И после открытия они с Апраксией еще долго гуляли по парку. Свет самозабвенно делился впечатлениями от своего путешествия, а Апраксия, улыбаясь, молча слушала, держа его под руку и задумчиво грызла травинку. Ее длинные черные косы блестели на солнце, а день, между тем, клонился к вечеру. На закате Свет отправился к Яру и долго рассказывал ему в подробностях об увиденном. В результате чего, через пару дней они вдвоем уже шли по известному Свету пути в Лесную Обитель Тишины.

И, как и в прошлый раз, из села им навстречу вышел Хозяин. После взаимных приветствий он сказал: «Ну что ж, вы пришли вместе. Это отрадно. Осталось только узнать, готовы ли вы уже к тому, чтобы войти в Ивановское». Хозяин достал два чистых листа пергамента и спросил: «Какое изображение вы видите на этих листах?» Вопрос озадачил друзей, ибо на них действительно не было ничего изображено. Свет и Яр молчали, глядя на пергамент. Неожиданно Свет увидел, как тонкий солнечный луч перемещается по листам, оставляя за собой светящийся след. Через минуту луч вывел на них две греческие буквы - альфа и омега. «Ну, что вы видите?» - снова спросил Хозяин. Свет обратился к Яру: «Ты видишь, Яр?» - «Да, Свет», - ответил тот другу. «Здесь изображены две буквы: альфа и омега», - сказали они старцу. Тот облегченно вздохнул и убрал листы. «Их символическое значение вам известно?» - «Да, Хозяин», - ответили друзья. «Ну что ж, братья, тогда проходите. Вот вам от меня два бронзовых вселенских креста. Надевайте их только когда находитесь здесь, в Ивановском. Идите, да благословит Бог стези ваши». Напутствуемые такими словами, Свет и Яр вошли в Ивановское. Это был памятный день для них обоих. И, как говорится, все только начиналось. В отношении Яра и Света это было истинной правдой...

С той поры Яр и Свет регулярно бывают в Ивановском. Они осмотрели все сохранившиеся дома с резными наличниками на маленьких окнах, заросшие сады на участках. Многие деревья продолжают плодоносить. Свет и Яр едят здесь иногда и сливы и яблоки. Над входом в старый полуобвалившийся погреб Яр увидел заржавевшую обережную подкову. В одном месте, в зарослях друзья нашли колодец. Глубокий, весь заросший мхом, он продолжает служить источником холодной кристально чистой воды. Рядом с селом располагается карьер, а к самому Ивановскому с южного края примыкает обширное поле, по которому на вечерней и утренней заре любят побродить друзья. Окаймляющие урочище дремучие леса раскинулись на многие версты вокруг, и скрывают они в своих чащобах немало чудес, о которых Свет и Яр непременно нам расскажут когда-нибудь. За церковью, поблизости, имеется так называемое «кольцо», состоящее из нескольких просторных лугов, соединенных друг с другом неширокими проходами меж деревьев. Аист постоянно живет на центральном пруду. Каждое место в Ивановском, любой уголок поблизости от него обладают неповторимым очарованием. Везде уютно, спокойно и, как полагается, тихо. Недаром Ивановское наречено Лесной Обителью Тишины. Таинственные овраги и зеленое, словно нарисованное лесным художником, болото очень хорошо спрятались от посторонних глаз среди буйно растущей зелени.
Друзья часто встречаются здесь с Хозяином. Ведут неспешные беседы. Он многому научил Яра и Света, многое объяснил.

Со временем друзья начали чувствовать, что Ивановское стало частью их самих, и они стали частью Ивановского. Незаметно для себя они стали называть Лесную Обитель Тишины своим домом. И если по какой-то причине они продолжительное время не появляются там, то говорят друг другу: «Пора собираться домой». Здесь им все мило, в этом тихом, находящемся далеко от больших дорог, загадочном урочище. Яр и Свет не перестают восторгаться красотой здешних мест: полями, прудами, храмом Божьего пророка Иоанна Крестителя, солнечными лужайками, погостом, окрестными лесами. Научились мысленно, находясь в своем городке, переноситься сюда. От чего тоже получают большую радость. Конечно, это и не удивительно. Наверное, трудно будет найти человека, который не любит или равнодушен к природе. Просто в Ивановском Яр и Свет, как нигде более, чувствуют себя ближе к далеким ушедшим векам. Чувствуют себя ближе к небу, вечности. Научились видеть и слышать то, что сокрыто от других. Звон незримых колоколов, пение Ангелов в церкви, воспевающих Божию Любовь и Славу. Как и говорил Хозяин, Ивановское навсегда осталось в сердцах друзей, а его тишина наполнила их души. Вот что значит Лесная Обитель Тишины для двух беспечных путешественников - созерцателей прекрасного Божьего мира. И как-то однажды, сидя под ветвями старой ивы у входа в храм, Яр и Свет сказали друг другу: «Да... здесь так легко дышать, здесь мир настолько чист, что сей волшебный край нас сделал навсегда счастливыми и молодыми».