Внук

      

      

         Кладбище, куда  пришли мать с сыном, находилось рядом с  базаром.Уже отдав дань другим, подошли к могиле  деда.  При жизни он был центром семьи, носителем бескорыстия, честности, доброты. Человек думающий, высокообразованный,  всегда оставался верным своим идеалам. Был учителем и находил удовольствие в своей работе. Благодаря ему, учительскую профессию выбрали дочь и внук, которым он не уставал напоминать:
      - Жить нужно, пусть, бедно, но честно, в ладах с собственной совестью, работать с душой, самому быть таким, каким хочешь видеть других.
 
       Подошли к могиле, надеясь побыть  в тишине, вспомнить. Но  тишину нарушал  громкоговоритель,оповещавший из-за забора  о шоптурах, оптовых закупках, обмене валюты, встрече потерявшихся. Уединению мешали  и люди, собиравшие  около пролома  навес, намереваясь установить его за забором, где шумело то, что называлось толчком, базаром, рынком "Дордой". Мимо могил шагали люди с клетчатыми сумками сокращая через пролом  путь.  Постояв недолго, решили, что в следующее воскресенье пойдут на базар купить куртку, и затем зайдут к деду снова.
      
          В следующий выходной отправились.Базар жил  жизнью  попавших в   ситуацию смены строя, когда спекуляцией добывали средства существования.
          Торговля начиналась задолго до центрального входа у кольцевой остановки троллейбуса, в рощице. Здесь продавали  вещи, использовавшиеся ещё при Союзе, и где-то  залежавшиеся.  На  подосланных клеенках стопками стояли крышки для консервирования,  гайки, смесители, лежало на табуретках и было развешано на веревках меж деревьев белье.
         Дорожка вдоль товаров перекидывалась через большую дорогу, по которой ездили машины,  и продолжалась аллейкой с наружной стороны кладбищенского забора, где расположились нищие: старики и старухи с протянутой рукой, инвалиды на колясках и на земле, выставляя напоказ свои недуги, цыганки  с детьми, которые тут  и грудь сосали, и играли. Православные крестились за подаяние,  мусульмане, перебирали четки и напевно повторяли слова молитвы.
         Ближе к базару на небольших костерках и в тандырах, прилепившихся вплотную к дороге, готовилось подкрепление с пылу, с жару: плов,  беляши,  лепешки. Всё соблазняло  запахами  и притормаживало  возможностью купить.
         За воротами начинался базар. Там продавцы стояли рядами, между которыми ходили покупатели с юга на север, с запада на восток и наоборот.  Товар был привезен преимущественно из  азиатских стран,разного качества и стоимости. Особенно много - из Китая.
          
          Мать шла за сыном, поворачивая голову из стороны в сторону в поисках куртки для него, пока все товары не начали сливаться в единое и она перевела взгляд на торговавших. Продавцы были между собой знакомы. Основную массу составляли молодые, сумевшие "зацепиться" за торговлю в условиях безработицы.  Говорили о поездках в Китай и Турцию, «баксах», спросе, результатах торговли. Между рядами двигались разносчики, предлагая продавцам   подкрепление.
           - Горячий кофе с булочкой,-  негромко предлагала строго одетая, с гладкой прической женщина.
           - Самсы, самсы,- выкрикивал подросток.
           - Манты-ы! Манты-ы!- перекрывала других  пожилая узбечка, протискивая в толпе детскую коляску с кастрюлей, укутанной поверху для сохранения тепла.
            Тесно прижавшись друг к другу,  продвигались двое слабовидящих. Один играл на аккордеоне, другой пел:
          -Едем мы, друзья,
           В дальние края.
           Станем новоселами
           И ты, и я.
          Многонациональная толпа гудела.
         Неожиданно все отпрянули в сторону: между рядов, натыкаясь на уступавшим ему дорогу, бежал крупный китаец с ошалевшими глазами, за ним гнался низкорослый милиционер с дубинкой. Вокруг кричали: «Держите, держите».  Неподалеку на земле лежал парень, которому женщины прикладывали к голове мокрую тряпку.
          Одну из них мать узнала - учительствовали в одной школе:
          - Что случилось, Жанна? – обратилась к ней
          - Ой, здравствуй, китайцы передрались между собой,- обняла её молодая женщина.
          - Вот мой сынок,- показала мать.
          - Совсем взрослый.
          - А твои как?
          - Ничего. Учатся в школе. В частной, - добавила не без гордости.
          - Так ты разбогатела?
          - Сказать разбогатела – не могу. Но не бедствую. Сначала ездила с сумками в Китай и Россию. Сейчас открываю своё дело.
          - Молодец!
          - Сколько можно за гроши юбку протирать. Что ищите-то?
          - Сыну куртку хотим купить.
Жанна профессионально повела их в глубь базара, быстро нашли куртку и вместе  пошли к пролому в кладбищенской стене.            
             Жанна всю дорогу не умолкала,с удовольствием вспоминала совместную работу. Затем заговорила о своем новом занятии. Оказалось, что она собирается открыть цех по пошиву одежды и ей требуется честный, порядочный человек во главе. Закончив предисловие, начала  звать на это место приятельницу, утверждая, что обеим повезло и их встреча не случайна.подчеркивая, что их встреча  не случайна. Главным козырем предложения была зарплата, которая превышала учительскую в разы. Обещала комфортные условия для работы. 
            У матери появилась заинтересованность. Она вспомнила учительскую  зарплату  начала уточнять  функции, которые нужно выполнять на  работе, в которой она ничего не смыслила.
             И тут  приятельница , будто, между прочим  сообщила, что цех будет работать подпольно, но "прикрытие" ему обеспечат.      
            
             Дошли до могилы деда, остановились.  Жанна, глядя на фотогафию, заметила, что внук очень похож на деда, осведомилась на каком курсе он учится. Сын подкрашивал краской надпись на памятнике, мать думала: деньги соблазняли, профессию можно было освоить, но работать тайно, воровать, она не была готова.  Собрав  упавшие листья, посмотрела на фотографию отца и , будто, услышала: " Жить нужно пусть бедно, но честно, а свою работу - любить," -  запнулась, уже, намереваясь, дать добро.  Вновь взглянула на фотографию. Дед смотрел, вопросительно прищурив  карие глаза с хитринкой. А когда Жанна наставительно заметила,что жизнь даётся один раз, и от неё нужно взять всё, что можно,будто, усмехнулся. И мать не ответила ничего.
               
                Догнали ушедшего вперед сына,  Жанна усилила свою  агитацию, словно невзначай  бросив парнишке, что закреплённой  машиной, иногда, можно  будет пользоваться и ему. Подкатило такси, мать с сыном молчали. Жанна, садясь в него, оставила номер  своего телефона и сказала, что  в ближайче пару дней ждёт положительного ответа. 
                Молча дожидались  троллейбуса. Им не нужно было слов, они и так понимали друг друга. Чуть погодя, сын улыбнулся и сказал негромко: 
                -"Не стоит прогибаться под изменчивый мир даже за большое бабло".
                Помолчав, добавил:
                -"Пусть лучше он прогнется под нас".
                Внук хорошо усвоил наставления деда.