Я же знаю, что ты здесь

Ноор висел в своей каюте вплотную к полу уже несколько часов. Было тихо. Очень тихо. Шуршание одежды об пол резало уши своей громкостью, но оно не замолкало. Ноор закрыл глаза и слегка покачивал корпус, стараясь... войти в транс? Выпасть из реальности? Если бы это было только возможно.

Ноор сам не знал, как описать произошедшее сегодня. Он проспал ровно шесть часов согласно общим медицинским рекомендациям для студентов, отправлявшихся в особо дальние космические рейсы. И после этого на всем корабле не было ни звука. Но ведь расписание специально составлено так, чтобы всегда бодроствали хотя бы два человека?

Когда Ноор это осознал, он уже почувствовал у себя в животе очень нехорошее чувство. Будто все органы сжались в один комок и тянули его назад, в спальный мешок, в самый тёмный угол - куда угодно, лишь бы уйти. Он и сейчас помнил, как гулко и неестественно звучало шуршание от его движений, с каким липким, противным звуком отлеплялись его ладони от холодных поручней. Если кто-то из его однокурсников или преподавателей и был на корабле, то скорее всего он должен был быть в большом зале, в центре жилой части корабля. По крайней мере, находиться там...

Ноор резко и неожиданно икнул. Грохот от этого непроизвольного сокращения мышц произв;л шум, потрясший саму реальность. Так по крайней мере показалось Ноору, который замер и вовсе не для избавления от икоты прекратил дышать. Уж после такого точно должно было что-то случиться. Вот, где то очень далеко, будто за десятки тысяч километров, прон;сся лёгкий металлический скрип. И вселенная вновь замерла в сво;м пол;те. Будто готовясь разбиться.

- Ноор, ты здесь?

Ноор все также висел над полом, не дыша и не открывая глаз. Только плавные раскачивания прекратились. Кончики пальцев начали медленно замерзать, и вот по ним уже плавно перетекают волны слабого тока. Приятное состояние. Но не сейчас.

- Открой, я же знаю, что ты там. Это я, Зейна.

Ноор немного приоткрыл глаза. Через тонкую щель он видел холодный белый свет от встроенных в стены ламп, и больше ничего. Вокруг было также тихо. Только сейчас Ноор понял, что хотя бы двигатель корабля должен шуметь и создавать вибрации. Но ничего этого не было. Как и дыхания за запертым люком, которое в такой тишине должно было быть слышно, хоть немного. Какая-то странная, невидимая энергия накапливалась, сгущая воздух.

- Что произошло с корабл;м?

Ноор задал этот вопрос в порыве, совершенно не подумав ни о чем, и поэтому испуг настиг его тоже не сразу. Волна паники ударила в голову, легки; защипало, как от резкого погружения в воду, и он чуть не вырубился. Но голос из-за двери спокойно ответил. Слишком спокойно.

- На корабле "9-ый круг" произошла авария в работе двигателя. Его загасили, и сейчас чинят. Вскоре его запустят опять, и мы продолжим наше путешествие.

Ноор попытался сглотнуть странный, заледеневший ком в горле, но он будто бы застрял где-то в районе гланд и вызывал жуткий спазм. Голос действительно принадлежал Зейне, его девушке. Которая осталась там, на Земле. Даже на учебную практику на три недели нельзя ехать с переломом ноги, который она получила, неудачно перебегая дорогу. Она всегда была вес;лой, е; голос даже в самых обычных фразах блестел, как посыпанный блестками. И уж точно она никогда не говорила так странно, так отстранённо.

- Как мы познакомились?

- Впервые мы встретились, когда я, будучи подругой Евгении Славиной, твоей прошлой девушки, пришла к вам домой в гости...

- Дата твоего дня рождения?..

Ноор задавал десятки, может быть, сотни вопросов обо всём, что было связано с Зейной, не давал закончить ответ и тут же задавал новые. Нужно было как то поймать этот голос, хоть на одной малейшей детали развеять всю иллюзию. Но он отвечал на все идеально верно, добавляя даже детали, о которых Ноор почти забыл. Голос все также был спокоен и холоден, но Ноору не было до этого дела. Он задавал вопросы, и был одержим поиском хоть какой то зацепки, чтобы уверовать, что это всё просто страшный, неправдоподобный сон.

Неожиданно Ноор понял, что стоит перед люком вплотную. Ухо, обжигаясь холодом, было почти приложено к металлу и пыталось впитать в себя каждый звук. Голос за дверью замолчал, будто ожидая продолжения. Зейна. Зейна...

- Зейна...

Ноор открыл дверь. На душе было спокойно, но он все же закрыл глаза. От страха ли?

- Зейна, ты меня любишь?

Ноор резко открыл глаза. Сердце ;кнуло и замерло. За открышимся люком не было ни души. Только очень тихая, плотная, невыносимая пустота коридоров и неизвестно откуда взявшийся мороз, покрывший л;гким синеватым слоем инея всё вокруг.Такие же, какие были и в большом зале. Такие же, держались в каждой комнате, в каждом закутке, по которому он успел пройти, прежде чем заперся в своей каюте.

Что-то плавно, почти незаметно легло на плечо Ноора. Он боялся пошевелиться, и смог только скосить глаза до ужасной боли. На его плече лежала рука. Тонкая, женская. Белая как мел и покрытая странными, тёмными пятнами.

- Я люблю тебя. И ты навечно мой...