Своеобразный Рай

Рай… Много лет люди гадали, что ждёт их после смерти. Концепция рая стала центральной в этой тайне. Почти каждый хочет попасть в рай, хотя толком не знает, что будет с ним после смерти. А что представляет собой рай? Многие считают это место бесконечным блаженным садом, где нет места печали. Но что, если рай — не то, что мы думаем…

Пищание будильника.

— Эх, снова на работу…

Это Глеб — обычный 25-летний офисный рабочий, самый заурядный человек нашего времени с несбывшимися мечтами, разочарованиями и редкими прожилками счастья. Сегодня его очередной рабочий день в одной из крупных корпораций.

— Что мне вчера начальник сказал?.. Вроде надо принести отчёт о прогнозах расходов за этот год… Или он просил протокол с печатью… А, ладно, возьму всё — должно пройти.

Глеб надел свою белую рубашку, брюки, натянул галстук, сжимавший шею, взял приличную кипу бумаг и с тяжёлым взглядом отправился в сторону офиса. Стоя на остановке, он покашливал от смога проезжавших машин, а после втиснулся в переполненный автобус. Проехав около километра в душной темноте салона, он еле протиснулся к выходу. И вот наконец — огромное высокое стеклянное здание. Глеб посмотрел на вход с отвращением и зашёл в главный зал.

За стойкой регистрации стоял его знакомый и коллега по работе Антон — с такой же недовольной и уставшей рожей. Но как только он увидел Глеба, уголки его губ чуть приподнялись, а лицо стало мягче.

— Ну что, серая масса, пришла опять нам бумаги портить? — с насмешкой спросил Антон.

— Ага, размечтался. Сегодня затор со вчерашней смены разгребать будем. А ты чего, бюрократишка, только моей персоны тут и ждёшь? — с неожиданным энтузиазмом ответил Глеб и подошёл подписывать бумаги о своём присутствии.

— Да конечно, тебя максимум мёртвая муха на подоконнике ждёт. Ладно, давай, не помри там! — тихо воскликнул Антон, ударив Глеба по плечу.

— Ладно, всё, давай, я пошёл.

Глеб побрёл в сторону своего кабинета.

Едва он дошёл до заветного помещения и двинулся к своему месту, как к нему подбежал коллега:

— Наконец-то, Глеб, ты тут! Давай быстрее, а то нам ещё заказы привалили. Начальник сказал, что если не успеем всё перебрать — будут санкции. Так что давай, помогай! — запыхавшись, протараторил он.

— Да сейчас, сейчас, дай хоть компьютер включу.

Щёлк кнопки включения, и звук запылённого вентилятора.

Глеб сел за своё место, положив папку с бумагами рядом, одновременно открывая на компьютере сборник документов и проверяя, что именно просил принести начальник. На мерцающем мониторе он увидел огромное количество самых обычных договоров. Вздохнув и похрустев пальцами, Глеб пробормотал:

— Ну, поехали.

Он открыл первый файл — и вдруг в глазах потемнело, буквы поплыли, голова закружилась, а мир словно замедлился. Буквы смешивались всё быстрее. Глеб еле выдавил из себя:

— Ребят…

И вдруг резко погас свет. Ни звуков, ни света, ни ощущений. Не было ничего.

А потом — яркий, почти обжигающий глаза свет. И голос его матери:

— Глеб, вставай.

Очнувшись, он почувствовал запах старых книг и дерева. Пролежал с закрытыми глазами минут пять, пока они не привыкли к яркому, словно искусственному, свету.

Поднявшись на ноги, он огляделся. Это был не офис, а главный зал библиотеки.

— Что это за место? Где я?

Вокруг — полки с книгами, потрёпанные ковры, а посередине — стойка регистрации, до боли похожая на ту, за которой утром сидел Антон…

Глеб позвонил в колокольчик на стойке. Сверху спустилась неземная сущность — человек в белоснежном платье с такими же белыми крыльями. Приблизившись, Глеб разглядел миловидную девушку с мягкими чертами лица и голубыми глазами.

— Извините, не подскажете, где я? — вздрогнув, спросил он.

— Тише, — произнесла она мягким голосом и протянула ему бирку с непонятными символами.

— Но как я сюда попал? Это какая-то часть города? — с волнением продолжил Глеб, не смущённый даже её видом.

Ничего не ответив, «ангел» улетел обратно за потолок.

— Ладно… — Глеб с недоумением посмотрел на бирку. — Какой идиот писал этот текст? Как курица лапой. Это вообще текст?!

Осмотревшись, он не нашёл выхода — только множество коридоров, каждый с такой же табличкой и нечитаемыми символами.

Позвонив ещё раз и не дождавшись ответа, Глеб сел на ближайший диван и начал бормотать себе под нос:

— И как я тут оказался? Что я помню… Сидел, разбирал документы, потом резко выключили свет — и вот я тут. Может, у нас была пьянка? Нет, голова вроде не болит. Сложно… Ладно, сначала надо найти, куда идти.

Сравнив бирку с одной из табличек над коридором, он направился туда.

Коридор казался бесконечным: полки, книги, снова полки. Петляя по развилкам, он шёл уже полчаса.

— Да сколько ещё идти? Одни книги да книги, как будто на работе мне бумаг не хватало!

Его внимание привлекла одна книга — символы на корешке показались знакомыми. Сравнив с биркой, он обнаружил полное сходство.

— А это ещё что?

Книга была коричневого цвета, с обложкой, стилизованной под офисный стул. Он открыл её:

«История Гаврилова Глеба Алексеевича. О скучной офисной жизни. Жанр: людские истории».

— Что за бред? Откуда тут мои фамилия, имя и отчество? И почему моя жизнь скучная? Она вообще-то довольно… Хотя, может, это не про меня? Сколько в мире Гавриловых Глебов Алексеевичей… Наверное, просто совпадение.

Оторвав взгляд от книги, он увидел, что там, где только что был коридор, теперь — проход обратно в зал.

— Что?! Стоп, у меня галлюцинации? Я же точно помню, что тут не было прохода… Ладно, сам я отсюда не выберусь. Придётся ждать кого-то из сотрудников.

Сев на мягкий коричневый диван, он снова пробормотал:

— Ладно уж, книгу-то можно почитать, пока жду. Хоть время скоротаю.

Он углубился в чтение. Сюжет в точности повторял его жизнь — с самого детства до взрослых лет. В книге было всё, что знал только он сам.

Наконец он дошёл до последнего воспоминания:

«Открыв документ, Глеб резко почувствовал себя плохо. Это был коварный инсульт, подкравшийся в самый ответственный момент. Коллеги обступили его, но он не подавал признаков жизни. Глеб скончался на месте. Конец».

— В смысле, «конец»? Не может этого быть! Это просто совпадение… Я не мог умереть. Это я… Я умер… Нет…

Глеб схватился за голову, а на лице выступил холодный пот.

— Нет, я не хочу! У меня ещё были планы! Выпустите меня отсюда! Я не хочу!

Его крики разносились эхом по пустым бесконечным коридорам.

Вдруг за стойкой появилась та самая девушка с крыльями.

— Эй, иди сюда, дитя моё, — мягко позвала она.

Глеб с вставшими от страха волосами, спотыкаясь и заикаясь, подбежал к стойке и закричал.

— Где я?! Выпустите меня отсюда, я не хочу, не хочу, не хочу!.. — пронеслось эхом по извечно глубоким коридорам, а по щеке Глеба на красный запылённый ковёр потекли ручьи солёных слёз.

— Тише, тише, дитя. Ты многое пережил. Ты заслужил отдых… — скорбным тоном сказав это, она подняла руки — и в воздухе возник золотой обруч.

— Скажи почему?! ПОЧЕМУ! — прокричал Глеб, а после вытер рукавами своей рубашки промокшие насквозь глаза. — Ты ангел, да?.. — повсхлипывал Глеб.

— Я ангел, дитя моё. А ты — в раю…

— Рай?..

— Да, дитя моё, рай… Твоя жизнь была скоротечна и полна горя. Я скорблю о твоей утрате.

Обруч завис над головой Глеба.

И вдруг он увидел вокруг множество людей — обычных, как и он. Пожилой учитель в выцветшем пиджаке, бессознательно стиравший меловую пыль с пальцев. Девушка-подросток с гитарой за спиной, беззвучно перебиравшая струны.

Вернув взгляд на ангела, Глеб увидел в её руках свою книгу.

— И что мне теперь делать?

— Эти коридоры бесконечны. В них — истории отдельных людей, взлёты и падения империй. Что делать дальше — твой выбор, дитя… Держи.

Она протянула ему книгу в специальной сумке, забрала бирку и сжала её в ладони. На поверхности сумки были те же непонятные символы.

Глеб открыл рот, чтобы спросить что-то ещё, но ангела уже не было.

Постояв несколько минут, он вздохнул и снова оглядел зал. Люди читали, разговаривали, играли в настольные игры.

— Новая жизнь… Хах… — неуверенно усмехнулся он.

Надев сумку на плечо, он с тяжестью посмотрел на коридоры и побрёл в один из них.

Смерть не меняет нас. Она лишь заставляет двигаться дальше.