Кофейня на перекрёстке

               
       День был невыносимо пасмурным. Под стать настроению. Осенняя морось казалась живой, но холодной и прилипчивой. Лёгкое пальто, напитавшись сыростью, не грело. Идти было долго. Центральная улица, видимо из-за погоды, была немноголюдной. Погодная серость всё больше занимала пространство не только города, улиц, воздуха, но, кажется, пыталась необратимо-настойчиво проникнуть внутрь тебя самой, заволакивая душу.

       День, что называется, не задался. Алёна сегодня опоздала на работу. Она просто не смогла выйти в тамбур. Сосед приготовил к вывозу мебель, сгрудил её на площадке, а это десятый этаж, а сам спустился вниз, чтобы встретить грузчиков. Для чего нужно было ставить пианино вплотную к двери Алёны, она, по своей скромности, так и не спросила, да и не догадалась. Как бы там ни было, выйти из квартиры было нереально -- дверь открывалась наружу. Ждать освобождения из плена пришлось не менее часа: старое и громоздкое пианино выгружали в последнюю очередь. Алёна переживала из-за необходимости объясняться со своей начальницей. Попробовала дозвониться, не дозвонилась.  Всплакнула и подчинилась ситуации. До работы добиралась в переполненном трамвае. Толкались, бороздили сумками по ногам, сквернословили в ухо, случайно обнимали и лапали, культурно хмыкнув, считая это извинением, вовсе не дожидаясь ответа Алёны, которая, впрочем – молчала, рассеянно глядя в окно. Оно - единственное, не участвовало во всём этом утреннем безобразии. А на улице стояла осень, та, что из последних сил, напрягаясь, ждала бабьего лета, чтобы передохнуть.

       Зарплату задерживали уже наделю. Хозяйка злилась и без конца срывалась на крик. Алёна пришла на работу расстроенная и усталая, припозднившись на полтора часа. Девочка, сменщица, была очень доброй и услужливой, и всегда, словно за старшую сестру, волновалась за Алёну, если хозяйка по поводу и без повода придиралась к ней. Ещё бы – Алёна такая красивая и скромная, даже в ущерб себе. Стараясь не попадаться на глаза начальнице, девчушка шустро вымыла за Алёну огромный торговый зал и тихонько спряталась в подсобке до следующего захода. Но им обеим не повезло. Вчерашняя школьница устала после ночной работы, а за десять часов много чего нужно было сделать, и незаметно задремала. Хозяйке было не по себе, что работа кипит без её участия, тыкалась во все углы магазина и рычала, как будто человеческая речь ей была незнакома. Начальница застала сменщицу спящей, собственно, уже в нерабочее время, и с жаром начала её распекать за сон на работе. Алёна вошла в подсобку именно в эту минуту. Мысль была только одна: не дать свою помощницу в обиду.

        Алёна шла по улице и ощущала себя вконец разбитой. Работу она потеряла. Зарплату хозяйка не отдала, сочла её равноценной штрафу за такое вопиющее опоздание на работу. В довершение всего, Алёна, собираясь уходить, обнаружила, что в сумочке разрезано дно и модельная вещь, по существу, выпотрошена, как рыба. Ни косметички с хорошей косметикой, ни кошелька с банковской картой и подарочными купонами на постельное бельё – ничего. К счастью, остались ключи от квартиры, и только потому, что она, по привычке, бросила их в потайной внутренний карман пальто. Третий за день, но самый ощутимый удар судьбы пришёлся уже, что называется, на лежачего. Алёна просто шла по улице и ждала, когда же её усталые и не совсем ритмично идущие по тротуару ноги, доплетутся, наконец, домой. Денег не было даже на трамвай.
И плакать не было сил. Алёна остановилась передохнуть. Неожиданно, в какую-то секунду, вокруг посветлело. Листья на деревьях, мокрая охра, вдруг засветились ярко жёлтым цветом. Над крышкой канализационного люка в мелкой мороси несмело забрезжила радуга. Всего небольшой кусочек, всего на несколько секунд, близко-близко к земле, но настоящая радуга. Алёна улыбнулась. И, хотя солнечный луч исчез почти сразу, как показался в небе, он успел чуть-чуть подпитать оптимизм Алёны. После такой душевной передышки идти стало легче. Алёна увидела себя в стекле витрины и невольно выпрямилась.
- Что это я? Никто не умер. Все живы. С голоду умираю только я, - внутренне усмехнувшись своим мыслям, Алёна вспомнила, что позавтракать, да и поужинать она в суете забыла. Вечером долго говорила с мамой по межгороду, а утром… А утром было всё. – Ой, а телефон? Телефон, кажется, остался дома на зарядке.
Алёна так обрадовалась, что часть неприятностей сможет избежать, так как телефон, её новый шикарный телефон, дома! И карточки, возможно, ещё не поздно заблокировать. - И паспорт дома! – Алёна полностью углубилась в свои переживания, поэтому мысль о паспорте неожиданно выкрикнула вслух. К счастью, никого рядом не оказалось и краснеть ни перед кем не пришлось.

       Девушка прошла половину пути. Она поняла по запаху. Это здесь, на углу кирпичного дома, с обычной вывеской, обращённой к перекрёстку, находилась маленькая кофейня-пекарня. Алёна всегда, проезжая на трамвае мимо кофейни, улавливала чутким обонянием отголоски запахов кофе и свежеиспеченных булочек. За три года, какие были прожиты, и не очень счастливо, в этом неторопливом городе, Алёна первый раз оказалась около неё так близко. Запах кофе, свежесваренный, горьковатый и терпкий, только выигрывал от соседства с запахами свежей выпечки, корицы и ванилина. Пройти мимо, не заглянув во внутрь кофейни, оказалось выше её
сил.
- Я только посмотрю, посижу чуть-чуть и пойду дальше, - подумала Алёна, вспомнив, что ничего купить не сможет. – Была не была, что я теряю?
 С этими мыслями Алёна оказалась на пороге кофейни. Малюсенькое, всего в несколько двухместных столиков, кафе было уютным и очень чистым.  Незанятым оказался только один столик у окна, но расположенный очень близко к выходу. Алёна мысленно поблагодарила бога за такую удачу. Она прошла к столику, сняла пальто, так как заметила удобно стоящую вертикальную вешалку за огромным напольным цветком и в непосредственной близости со столиком.
Девушка присела на стул и стала смотреть на улицу. Она просто смотрела и мечтала, чтобы её подольше никто не заметил. Так хотелось спокойно дышать, сидеть в тепле этого замечательного кафе и думать о том, что же такое случилось сегодня? Почему вселенная перестала ей помогать? Когда она перешла черту дозволенного, ту самую, после чего запускается бумеранг? Она живёт неправильно? Что надо менять, чтобы бумеранг остановился? Или уже поздно?
Мысли текли, текли… Алёна вздрогнула, когда поняла, что над ней склонился официант, молодой человек в форменной одежде цвета кофе с молоком. Он, улыбаясь, поставил перед ней чашечку прекрасно пахнущего кофе с пенкой и тарелку с тремя крошечными булочками: с корицей, ванилью и, кажется, с кунжутом и арахисом. Алёна попыталась возразить молодому человеку, но тот, всё так же улыбаясь, показал в угол небольшого зала и сказал:
-- Вас сегодня любят! Вселенная выбрала вас! Смотрите! – молодой человек показал на плакат, висящий на стене, с огромной цифрой 10 000.
Алёна улыбалась, всё ещё не понимая происходящего, непроизвольно пугаясь развязки. Она хотела встать, но скользнув глазами по чашке с кофе, увидела на ней ту же самую цифру и замешкалась. Официант, наконец, сжалился над растерявшейся Алёной и сказал:
-- Поздравляем! Вы наш десятитысячный посетитель! Вы счастливица! Знаете почему? – Алёна, совершенно сбитая с толку, слушала и улыбалась, а молодой человек продолжал, - вы сейчас попробуете наше фирменное угощение. Разумеется, бесплатно. А потом … потом не уходите, пожалуйста. Вы нам будете нужны ещё немного времени.
Он сказал и быстро удалился. Алёна блаженствовала у окна с великолепным завтраком на столе и улыбалась. У кого-то обед, а у неё завтрак среди белого дня. Никто не мешал ей, подсесть к ней никому не позволили, так как исподволь наблюдали за ней и ждали. Это были как раз те самые молодые люди, которые стояли в глубине зала, наблюдали за посетителями, быстро и вежливо обслуживая их.
 
         Алёна ехала домой в такси. За полчаса в кофейне её жизнь развернулась  на все триста шестьдесят градусов. Букет роз благоухал и слегка касался лица Алёны – такой он был большой. Пакет с булочками, упаковка бразильского кофе, коробка с кофемолкой – всё это громоздилось в огромном пакете рядом, а в потайном кармане лежал пакет с десятью тысячами долларов. Так парни, владельцы лучшей кофейни-пекарни в городе, благодарили своих посетителей в лице красивой и скромной Алёны, которую любит вселенная. Ропот и негодование, которые могли сопутствовать Алёне с утра, не продержались с ней и получаса. Алёна не замечала, что любое обращение к кому бы то ни было, она начинает со слова «простите». А люди это замечают. И вселенная это видит. А что с утра такая катавасия приключилась – так это правильно. Алёна точно знала один важный закон, который нигде не прописан, но он есть и работает:
Прежде чем получить – отдай. Хочешь получить подарок – сначала подари.
Хочешь, чтобы тебя любили – люби.
            
         День закончился. Наступил вечер. В дверь позвонили. Пришёл сосед, извинился за утреннее происшествие. Пока пили кофе с булочками, разговорились. Алёна посетовала, смеясь, что потеряла нелюбимую работу, а теперь будет искать любимую. И всё складывалось так замечательно, что Алёна не знала, как справиться с нахлынувшими на неё мыслями и переживаниями. Через неделю она вышла на работу в издательство. Валентин Иванович, пожилой и очень опытный редактор, взял Алёну помощницей. А помог ей в этом незадачливый сосед, который с радостью направил её на собеседование к родному отцу, не предупредив его, однако, что они с Алёной соседи.