Дочки-матери. Глава 30. Второе лето в Сармыше

***
     И вот мы в лагере. Некоторые дети записались ко мне повторно, и тихие, и лидеры. Это мой костяк, не любимчики, но надежные.

     Дети окружали меня, сами спрашивали:
-Таня, а кто твой любимчик?
-Если вы не знаете, значит и я не знаю, значит его нет. Вы - все мои любимчики.
-Этого не может быть. У воспитателя, в вожатого, у учителя всегда есть любимчик.
-Ну вот, у меня нет. Хотите, обнимемся?

     Прижимались и обнимались в основном девчонки и некоторые мальчишки-тихони. Настоящие любимчики стояли в стороне, улыбались, глядя на эту картину, они-то знали, что я не развожу нежности.

     Завертелась, закрутилась новая смена, затем вторая, третья. Кто-то из детей возвращался ко мне и раз, и два. Загорели мы все, черными стали. Конкурсы, соревнования, походы, игры.
Я была и русалкой, и цыганкой, и певицей, и художницей, и флористом, и скульптором, и болельщицей, и спортсменкой. Ну и комсомолкой, конечно. Наряды и роли меняла. Очень полюбила настольный теннис. Мы сражались каждый день - я, ребята, еще и взрослые приходили.

     В лагере был свой автодром и игральные автоматы. Нам давали всего по часу поиграть. День - одно, день другое. Ни в одном лагере больше такого не встречала.

     Наверное, я была слишком одержима детьми. Хотя, что значит - слишком? Мне нравилась работа с детьми, детям было хорошо, думаю, что они были даже счастливы.

***
     Алька с Оксанкой работали с маленькими. У них корпуса были благоустроены, все, как в квартирах. Девчонкам нравилось: спокойно и комфортно. Я как-то забежала к ним.

-О! Да у вас тут рай!
-Да, у нас тут очень хорошо.
-Молодцы. Хорошо устроились. Нужно и мне сюда постараться попасть.
-Это лето уже все расписано, все смены заняты. Забивай будущий год.
-Да уж. Надо постараться.

     Дело в том, что наши 10 отрядов жили в корпусах без всяких удобств: умывальники и туалеты уличные, палаты и комнаты для вожатых и воспитателей - это место для сна, кровати, тумбочки, у взрослых еще шкафчик, чемоданная у детей, в душ все отряды ходили в отдельное здание, там же и стирали.

    ***
     В это время мы с девчонками познакомились с радистами Сашей и Колей, фотографом Сергеем. Саша был самовлюбленным красавчиком, светловолосый и голубоглазый, в него влюбилась безответной любовью Оксанка. Коля был верзилой в очках, молчуном и добряком. Сергей был такого же типажа, что и певец Крылов: небольшого роста, немного кругленький, балагур и весельчак. На красавчика и балагура девчонки вешались, так что у парней всегда был выбор. Недостатка во внимании не было и у Сергея.

-Девчонки, заходите в нашу холостятскую берлогу, посидим. Легкое вино найдем.
-Ой, а когда нам заходить? Только после отбоя.
-Приходите после отбоя.

     У нас совсем не оставалось личного времени. Ненормированный рабочий день. На тихом часу ты либо укладываешь, либо просто присматриваешь, чтобы тихо лежали. На 20 мальчиков и 20 девочек мы работали вдвоем: вожатый и воспитатель.

     Конечно, на небольшое время мог один из нас отлучиться. Но за это время могло случиться, что угодно. Это  что угодно могло случиться даже у нас на глазах: мог упасть с качелей ребенок, мог ребенок подойти к качелям. Ребенок мог получить сотрясение, перелом. Такие ужасные случаи были крайне редки, но все-таки бывали. Могла случиться драка, что-нибудь не поделили, и всё. Либо провокации, оскорбления. Даже пару раз убегали дети из лагеря. В одном случае мальчика затравили свои же ровесники, в другом - воспитатель. Воспитателя, конечно же, выгнали.   
   
     Слава Богу, ничего подобного из перечисленного в моих отрядах не произошло. Все-таки за психологической атмосферой в отряде всегда нужно следить, нужно занимать детей интересными делами, стараться сдружить коллектив.

     Одна компашка из двух девочек-вожатых и двух воспитателей была застукана за распитием крепких напитков. Их уволили, сообщили на работу и институт.

     Идти к приглашающим нас "парням", к слову сказать, старше нас лет на 10, я отказалась.

-Девчонки, не обижайтесь, я не пойду.

     К тому времени мы уже поведали друг другу свои сердечные тайны. Девчонки знали про Андрея, Оксанка не призналась в своих чувствах - "никого нет и все". Альфия рассказала, что в своей школе ей нравился Артур.

-Он старше меня на год. Когда я училась, он был самым красивым, самым спортивным, самым умным паренем нашей школы.

     Спустя 1 года учебы она сказала:

-Я придумала образ, как костюм, который я на него надела. И вот я любила этот костюм. А если убрать костюм, то Артур оказывался совсем другим человеком.

     Я выслушала Альку.
-Мысли верные. Где-то вычитала? Что-то знакомое.
-В "Унесенных ветром"*.

     И вот теперь они решили меня осудить. Вернее, осуждала только одна Алька, Оксанка ей во всем поддакивала..

-Твой Андрюша, конечно, прекрасный парень. Но неужели ты собираешься сохнуть по нему всю жизнь?
-Пока я никого не встретила лучше его.
-Он будет жить своей интересной жизнью, а ты будешь себе во всем отказывать?

     Я лишь отмалчивалась.

***
И вот, когда закончились все смены в лагере, затихала жара, потихоньку подкрадывалась осень, раздался звонок в дверь. Я девчонка скорая, даже взглянув в глазок,  быстро распахиваю дверь. Стоит тот самый долговязый Коля, тот, что в очках. Боже, как он узнал мой адрес? Я не узнала его сразу: он красиво, аккуратно оделся. Я успела всё это обдумать, потому что он молчал.

-Здравствуй, Таня. - Наконец-то решился он начать.
-Здравствуй, Коля.
-Ты можешь поговорить? - Казалось, он слова подбирал с трудом, будто с самой небесной канцелярии ему подсказывают.  Я вышла на лестничную площадку и прикрыла за собой дверь.

- Ты хотела бы со мной встречаться?
-Нет.
-Нет? Ты не отказывай сразу. Я по-другому скажу. Давай будем встречаться?
-А почему мы должны начать встречаться?

     Он так мучался. Переминался с ноги на ногу. Потел, вытирал лоб, очки. И все время смотрел на меня. А у меня ничего в сердце даже не дрогнуло, не пошевелилось - я ничего не испытывала к этому человеку, даже интереса. А Коля еще что-то говорил, говорил. Но, выслушав его, я снова сказала "Нет" и "Извини".


*"Унесенные ветром" Маргарет Митчелл. Слова Скарлет О'Хара: "Я смастерила красивый костюм и влюбилась в него. А когда появился Эшли, такой красивый, такой ни на кого не похожий, я надела на него этот костюм и заставила носить, не заботясь о том, годится он ему или нет. Я не желала видеть, что он такое на самом деле. Я продолжала любить красивый костюм, а вовсе не его самого."